И по хлебным крошкам мы придем домой

Грег сидел на каменном заборе на вершине холма и в ранних сумерках смотрел вниз, на бескрайние нортумберлендские пастбища. - Мне будет этого не хватать, - сказал он, когда Майкрофт перелез через забор и устроился рядом с ним. – Надеюсь, сегодня ты взял правильный зонтик? - Сегодня у меня все правильное, - довольно отвечал Майкрофт. - Что там в Морпете? Они не придумали еще более дикой версии? - Нет, пока нет. Но я встретился с Уиллертоном и рассказал ему все. У него теперь будут рычаги, чтобы он добился снятия обвинений с Келли. - Это хорошая новость. А они не подумают, что это я слил ему информацию? - Если они каким-то удивительным образом узнают, что он твой бракоразводный адвокат, что не отражено ни в одной бумаге, они, конечно, могут так подумать, - согласился Майкрофт. – Но, даже если бы такое крайне маловероятное событие произошло, сомневаюсь, что оно бы тебе сейчас повредило. Ты все еще герой. - Это было самое ужасное лето в моей жизни, - простонал Грег. - Правда? Майкрофт накрыл его руку своей. - Ну нет. Но правда. И прекрасное, и ужасное. Больше такого не хочу. Тебя – хочу, - сказал Грег, поднося руку Майкрофта к своим губам, - такого лета – не хочу. - Согласен, - улыбнулся Майкрофт. – Ну, так как дела? - Он знает, что я здесь. Я, понятное дело, звонил от миссис Фаррел, но и стучал много раз. Он даже не открывает миссис Йейкс, она подает ему еду через окно. И это при том, что сейчас в нем нуждаются в Морпете! Но кормят меня хорошо, Брикс делает уколы не хуже, чем больничная медсестра. И постель мягкая, - поддразнил он. - Если ты… - Майкрофт поколебался, - захочешь с ним переспать, я не буду возражать. - Что-о? – изумился Грег. – Нет! Это абсолютно исключено! Как тебе только такое в голову пришло?! - Я подумал, что несправедливо лишать тебя удовольствия, которое ты получал с ними. - Это не будет удовольствием без тебя. - Гхм. Грег и сам понял, как двусмысленно это звучит. Они засмеялись. - Мы же на самом деле не думаем об этом? – спросил Грег. – Майк? Майкрофт помолчал. Грег с тревогой вглядывался в его лицо. - Теоретически одни впечатления могли бы перебить другие, - сказал наконец Майкрофт. – Но я еще не обдумывал этот вариант. Я не просто так приехал, - поменял он тему разговора. - У меня есть для тебя новости. Хейл пришел в себя. - Ты шутишь? – сказал Грег. - Нет, не шучу. - Нет, это нереально. Ты уверен? - Уверен на все сто. Валентин его видел вчера вечером и даже говорил. Конечно, он еще очень слаб, но перспективы хорошие. Но эта информация только для тебя. Для следователей он пока в коме. И есть одна проблема – он не помнит ничего с мая. - Не помнит или притворяется? - Этого Валентин не установил. При имени Валентина Грегу снова стало немного стыдно. Он отвернулся. Но следующие слова заставили его снова посмотреть на Майкрофта. - Есть еще кое-что, - сказал тот. - Хотел сообщить тебе это прежде, чем скажет кто-то другой. - Ты опять меня бросаешь?! – вскинулся Грег. - Ну нет конечно. - Тогда что? Меня все-таки уволили? Завели дело за самоуправство? Гривза хотят повесить на меня? - Хелен была беременна, - сказал Майкрофт. - Что-о-о? Но это же… Я думал, что это невозможно в таком возрасте? – растерялся Грег. - Это маловероятно, но не невозможно. - А ты откуда узнал? - Джерард сообщил. - И вы думаете, что он мой? - Да. Анализ по группе крови говорит, что это не может быть Гривз. Кроме того, она сказала матери, что беременна от тебя. И что не собирается делать аборт. - Великолепно, - буркнул Грег. – А теперь сделала его вместе с собой. - Не каждый смирится с перспективой провести остаток жизни за решеткой. Да еще, вероятно, с учетом всего, что она знала, в особом месте и в одиночной камере. - Это на самом деле ужасно, - сказал Грег. – И… Я идиот, что мне ее жалко? И даже его? Несмотря на все те ужасные вещи, которые они совершили… И несмотря на то, что мы с тобой тоже могли… - Ты человек. И очень хороший человек. - Майкрофт положил руку ему на спину. - Что вы все носитесь со мной как с хрустальной вазой?! – возмутился Грег. - Потому что ты моя хрустальная ваза, - улыбнулся Майкрофт. Он обнял его, пристроив подбородок ему на плечо. Грег вздохнул. - Люблю тебя, - сказал он. - Вот это мне нравится гораздо больше, - заметил Майкрофт. - Ужасно люблю. - И это нравится. - Подумать только, если бы я не взял тебя ультимативно к Роуз, она бы тебе не позвонила, меня бы запихнули в «Плимут», увезли бы и убили в тихом месте. Брр. Майкрофт обнял его сильней. - Спасибо, - сказал Грег. – Честно говоря, когда я узнал, что она скрылась… Это меня просто добило. Мне казалось, что у меня уже ничего не получится. - Она сказала, что изначально не собиралась звонить. Но потом подумала, что это будет недостойно ее прошлого, что на войне нужно идти до конца. - Ты с ней разговаривал? - Да, она приехала в Морпет. Она опознала голос Гривза на магнитофонной записи. - Хорошо. Ну наверное, это хорошо. Хотя, в общем-то, разницы уже никакой нет. Майк. - Да? - И как мы с тобой теперь будем? – спросил Грег. - Как будем в каком смысле? - Ты знаешь, о чем я говорю. - Догадываюсь. У меня сложилось впечатление, что ты считаешь, что это зависит от меня. - Но ты же у нас большой государственный деятель. Как я могу что-то решать, когда все крутится вокруг тебя с твоими мерами безопасности? - А сам-то ты хочешь чего? - А ты как думаешь? - Я хочу услышать от тебя, чего ты хочешь. Грег вздохнул. - Видеть тебя каждый день, спать с тобой в одной постели. Не три дня в году, а в идеале все триста шестьдесят пять. Только прошу тебя – не говори мне, что я хочу слишком многого, потому что это нормально – этого хотеть. - Я не думаю, что ты хочешь слишком многого. - Хорошо. Ну а ты чего хочешь? - Мои желания более или менее совпадают с твоими. Но… - Но? - Грегори, если мы будем жить вместе, никто и никогда не должен этого узнать. - Ну я же не маленький, я прекрасно понимаю это! - И это означает – почти никакого совместного времяпрепровождения вне дома, никаких прогулок, походов в ресторан, приемов, театра, матчей. Ничего из того, что может иметь нормальная пара. - Ну изредка-то можем. Мы же как бы друзья. - Вот именно что очень изредка. - Мне все равно. Нет, мне, конечно, не все равно. Но если я буду с тобой хоть сколько-то часов в сутки, я смогу это пережить. Майкрофт издал смешок. - Ну что? - Твой график и мой, Грегори. - И что? – спросил Грег с вызовом. – Мой брак с Глиннис развалился не потому, что у нас были проблемы с графиком. - Но она-то всегда ждала тебя дома, - заметил Майкрофт. - Прибежав туда от любовника, ага. Майк, у меня ощущение, что ты себе опять придумал очередное: «Я не могу». Можем мы, для разнообразия, пожить без этого пару недель? В конце концов, нас чуть не прибили два дня назад. - Можем, - улыбнулся Майкрофт. - Итак, мы остановились на том, что мы живем в черном-пречерном доме и никогда не выходим наружу. Никто нас никогда не видел, но все знают, что мы там есть. - Как ты угадал? - Что ты имеешь в виду? О, у тебя есть черный-пречерный дом, и ты хочешь заманить меня туда? – сообразил Грег. - Очень хочу. - Но боишься, что мне там не понравится? - Я в этом почти уверен. - Он мрачнее «Ветел»? - Да, - Майкрофт все еще улыбался. - Но тебе нравится там жить? - Скажем так: он позволяет выполнять множество разнообразных задач. - Звучит так… У тебя, случайно, там нет казематов для иностранных шпионов? Майкрофт фыркнул. Они помолчали. - Майк. - Да? Я уже вздрагиваю, когда ты так произносишь мое имя. - Потому что от меня ничего хорошего не ждешь? Хейл знает, что Гривза повесили? - Да. - Смотри, Хейл наверняка притворяется потому, что знает, что он все еще в опасности. Думаешь, его оставят в покое? - Не думаю. - Ну вот и я тоже. И тогда, в больнице… Мы не знаем, была ли жертвой только Иди. Могли быть еще жертвы. Огги собирался поговорить с одним человеком, но ты видишь… - К чему ты клонишь, Грегори? - Да я и сам не знаю, к чему. Для начала, наверное, хочу узнать все до конца, а там посмотрим. Ты не мог бы заехать для меня к мисс Джентли? - Я уже заехал. - Майк, ты чудо! Грег развернулся на заборе так, чтобы посмотреть на него, оперся на больную руку и застонал. - А ты!.. Но Майкрофт не нашелся, что сказать, в том числе благодаря тому, что Грег, оглянувшись, не видно ли кого на пастбищах, заткнул его поцелуем. Он, конечно, очень хотел, чтобы этот поцелуй был долгий, но Майкрофт, который поначалу вовлекся в игру с его языком с привычной жадностью, довольно быстро опомнился и отстранил его. Выглядел он очень сердито. - Грегори! Ну как с тобой вообще можно иметь дело, если ты на каждом шагу готов подвергать нас опасности?! – воскликнул он. – Мало ли кто и откуда здесь может наблюдать?! Он отвернулся и для верности отсел на полметра. - Ты прав, - вздохнул Грег. – Я веду себя как безответственный идиот. И то, что ты так привлекателен, что я мгновенно лишаюсь мозгов, меня не оправдывает. Его немного утешило то, что Майкрофт покраснел. - Хотя замечу, что ты тоже обнимаешь меня не как брат, - вспомнил Грег. - Ты прав, Грегори, - вздохнул Майкрофт. – Я тоже перешел границы допустимого. Он вынул из внутреннего кармана плаща стопку аккуратно сложенных вырезок. - Тебе будут интересны эти две. - «Личность девочки, попавшей в больницу Святой Терезы после нападения в Госфорт-парке, установлена», - прочитал Грег заголовок. Он пробежал кратенькую заметку глазами. В ней говорилось, что девочка, которая пострадала от неизвестных лиц, закидавших ее камнями, была опознана и возвращена родственникам благодаря сержанту Монтгомери из Саут-Шилдса. Ее мать, которая находится в другой больнице Ньюкасла, все еще не пришла в себя. - А что, ты думал, меня здесь заинтересует? Про нападение? Я об этом давно знаю. Она мне сама рассказывала. Майкрофт посмотрел на него с упреком. - О, - сказал Грег. – Монтгомери был из Саут-Шилдса, больница Святой Терезы – в центре Ньюкасла. Госфорт-парк?.. - Тоже в центре Ньюкасла, - подтвердил Майкрофт. - Мда. Нет никаких шансов, чтобы сержант из Саут-Шилдса участвовал в расследовании дела о нападении в центре Ньюкасла, если только это не связано с его родной криминальной группировкой, а мы знаем, что это не она… Значит, расследование вел не он. И этот не он может знать и о расследовании в больнице… Ма-а-айк? - Да, Грегори? - Как ты думаешь, эта журналистка еще жива?