Побег из музыкальной шкатулки

      Сквозь шум дождя я распознал звук подъезжающей машины. Отодвинув штору, выглянул в окно. Дождь не прекращался уже как пару часов, видимость была никудышней. За окном все почернело от сырости, но мне удалось рассмотреть четверых мужчин. Из первой машины вышли трое, двое из которых шли почти в обнимку под одним зонтом, из чего я смело предположил, что они — пара. Третий больше походил на принца английского, нежели на бизнесмена. Даже отвратительная погода и хмурые тучи не смогли затмить утонченную фигуру в идеально сидящем костюме.       Пока я рассматривал прибывших гостей, подъехала ещё одна машина. Из внедорожника вышел крепкого телосложения мужчина. Проигнорировав зонт, он накинул кожаную куртку на голову и пошёл что-то доставать из багажника. Принц английский, явно обеспокоенный, что родственник мокнет под дождем, начал его торопить, чтобы тот шёл под зонт. Я всё пытался рассмотреть мужчину из внедорожника. Он показался мне довольно странным: его одежда, машина, огромный несуразный рюкзак, который он достал из багажника, что говорить про берцы на ногах. Он совершенно не производил впечатление делового партнёра, скорее горного человека. Но всё моё любопытство исчезло, как только я услышал приближающийся к моей двери голос Ким Намджуна: — Джин, милый, они уже приехали, — сказал Намджун, повернув ручку двери несколько раз, но та была закрыта.       Я молча замер на месте. — Сокджин, я говорил тебе не запираться! — громкий стук прозвучал на всю комнату, после которого раздражённый Намджун уже криком требовал открыть дверь.       Собравшись с мыслями, я всё-таки решился выйти. Злить Джуна сейчас, точно, плохая идея. Открыв дверь, я наткнулся на взгляд, изучающий мой внешний вид. — Выглядишь потрясающе, хороший мальчик, — заключил председатель, осмотрев Сокджина с ног до головы, очевидно расслабляясь, увидев, что тот выполнил все требования.       Огибая его по касательной, я вылетел из комнаты как можно быстрее, чтобы больше и минуты не находиться с ним рядом. Председатель настиг меня уже у входа в гостиную. По-свойски схватив то ли за талию, то ли за ребра, он потащил меня к давно ожидающим нас Чонам. Кое-как добравшись к месту назначения, мне удалось незаметно вырваться из мёртвой хватки для того, чтобы поприветствовать гостей.       В ходе знакомства выяснилось, что не все присутствующие были Чонами. Мужчина в великолепном костюме с самой широкой улыбкой на всём белом свете оказался тем самым любителем семейных посиделок. Старший из Чонов был безумно активным и моментально представил нам всех, прибывших с ним. Оказалось, что мужчины, делившие один зонт на двоих, действительно были супругами. Мин Чимин был средним братом семейства, но пару лет назад вышел замуж за Мин Юнги, потому носил фамилию мужа. Парочка казалась милой, правда совсем несовместимой, так как Чимин был ещё более приторной копией старшего брата, а вот его муж полная ему противоположность. Горный человек совсем удивил. Именно тот, кто на первый взгляд был меньше всего похож на делового и несговорчивого бизнесмена, оказался тем самым Чон Чонгуком. Хотя, нужно отдать должное, впечатление это длилось не долго. Чон Чонгук открыто транслировал хозяину дома, что задерживаться не планирует. Садясь за стол, он даже не удосужился снять куртку.       Мне хотелось сбежать от непривычно большого и шумного скопления людей, потому я ушёл на кухню, сославшись на то, что не все закуски подали к столу. После короткого отдыха схватил первые попавшиеся блюда и, вернувшись к гостям, стал расставлять на столе. Выполняя незатейливую работу, я чувствовал, как кто-то следит за каждым движением моей руки. Переведя взгляд на смотрящего я пришёл в ужас от увиденного. Горный человек, не моргая, изучал мои пальцы. От испуга посуда, что была у меня в руке, задрожала. Я быстро оглянулся на председателя, к счастью, тот был слишком занят обменом любезностями с Хосоком и Тэ. Распихавши на скорую руку в хаотичном порядке оставшиеся закуски, я ретировался на выделенное мне место рядом с Намджуном и попытался вникнуть в оживлённый разговор за столом. — Ох, мы так давно сотрудничаем, но до того, как господин Чон Чонгук стал руководить компанией, мы почти ничего о вас не слышали, — в голосе председателя Кима читалась хоть и скрытая, но всё же издёвка. — К чему все эти вопросы вокруг да около? — спокойно спрашивает младший Чон, поглядывая на чужие кривые пальцы.       Было что-то в этом взгляде, что-то, от чего у меня пухла голова… Я чувствовал, как краснею. У меня так постоянно, чуть что — сразу краснеют уши. — Я думал, брат говорил вам, что раньше я чаще бывал на судах, меня мало привлекала работа в четырёх стенах, — Чонгук с трудом отлепил свой взгляд от рассматривания Джина и неохотно перевёл глаза на сидящего рядом с ним супруга. — Ну и что же тебя привело в эти стены? — Намджун и дальше планировал давить на неопытность младшего. — На самом деле, мы давно уговаривали Чонгука основательно заняться компанией. Надо признаться, что я хорош в привлечении новых клиентов и партнёров, что касается финансов, прибыли и грамотного построения бизнеса, это у нас к Гукки и Юнги, они — профессионалы, а я — артист разговорного жанра, — перебил младшего Хосок, стараясь замять нарастающий конфликт. — Хосок прав, Чонгук давно занимается ведением нашего бизнеса, однако по мере роста компании, этого стало недостаточно. Поэтому нам пришлось просить его повременить с любимым делом и прийти к нам на помощь, — Юнги говорил лениво, словно растягивая слова.       В этот момент я понял, что Юнги впервые заговорил. Казалось, он только что очнулся от глубокого сна. Тем не менее это была только видимость. Просидев весь вечер с безучастным лицом, он внимательно следил за всем происходящим за столом. И только милый Чимин иногда срывал улыбку с его лица. — Хорошо, господин Чон Чонгук, сделайте ещё 10% скидку на все перевозки вашими судами. Перед тем, как подписать договор, будем сверять наш бюджет, — Тэ, уставший наблюдать за бесполезной болтовнёй, решил напомнить присутствующим, ради чего они вообще тут собрались. — Не нужно ничего проверять, господин Ким Тэхен! Наша фирма является самым крупным судовладельцем в мире вот уже последние несколько лет. В собственности и под управлением компании находится 1 307 судов. Основу флота составляют контейнеровозы в количестве 713 судов, а также 430 буксиров. У нас 18 миллионов контейнеров разных типов и размеров. Если поставить их в ряд, получится цепочка длиной приблизительно в 4000 км. Суда нашей компании причаливают каждые 13 минут в портах по всему миру. Я не считаю нужным терять прибыль в 10% только потому, что вы привыкли к старой цене, — патетический тон Чонгука означал, что переговоры на этом окончены, а взгляд его вернулся к Джину.       Повисла тишина. Казалось, слышно, как гуляет сквозняк, ударяясь о стены гостиной. Молчание нарушил Намджун: — Сокджин, налей-ка мне, пожалуйста, воды, — председатель подвинул свой бокал ближе к Джину, не сводя своих глаз с мелкого паршивца.       Услышав своё имя, я встал и потянулся к графину. Младший Чон пристально проследил за моей рукой, что не ускользнуло, на этот раз, от глаз председателя Кима. Собрав себя по крупицам, я старался как можно аккуратнее налить воду. Руки не слушались, графин предательски бился о бокал, создавая в гробовой тишине омерзительный звон. Это была последняя капля для Джуна... — Быстрее!!! — и без того взбешённый Ким, наконец, вышел из себя окончательно и закричал.       От крика я дернулся и выронил графин, тот ударился об угол стола. Большая часть содержимого пролилась мне на брюки, а остальная спикировала на пол вместе с массивным стеклом. В уголках глаз закипали слёзы. Мне казалось, я утопаю в этом месиве из воды и стёкол. Судорожно пытаясь собрать все улики моего провала, я даже не заметил, как кто-то меня позвал: — С Вами все хорошо, не порезались? — Чонгук протянул руки, чтобы забрать стёкла из кривых тонких пальцев.       Я так сильно боялся поднять глаза и увидеть лицо Джуна, что даже не заметил, как Чон присел рядом и потянулся к моим рукам. Как только до меня дошло осознание происходящего, я в панике одёрнул от него руку, вот только нитки мягкого свитера зацепились о расстёгнутый замок рукава его кожаной куртки. Нитка потянулась, а за ней и рукав, оголяя синюшную кисть. И тут я понял, что выбрать блядский рюш, предложенный Тэ, было не такой уж и плохой идеей.       Я замер, а вместе со мной и время. Признаться честно, меня больше не волновали стёкла на полу. В ушах что-то мерзко гудело, словно сирена. Я закрыл глаза, призывая на помощь всю свою внутреннюю силу. Тёплая ладонь аккуратно обхватила повреждённую кисть, попутно обрывая проклятую нить. Я открыл глаза. И это, чёрт возьми, чуть не убило меня. Напротив сидел совершенно незнакомый мне человек, но впервые за огромное количество лет я увидел в чужих почти чёрных от злости глазах такой дикий спектр эмоций. Чон Чонгук молча смотрел, а выражение его лица за доли секунд сменялось одно за другим. Пока большой палец его ладони еле ощутимо поглаживал мою кисть. Его взгляд задавал тысячи вопросов, на которые я даже при большом желании не смог бы ответить в ту минуту.       Периферийным зрением я заметил встающего из-за стола Намджуна, что моментально привело меня в чувства. Высвободив кисть из невесомой хватки, я поднялся с колен. Натянув вымученную улыбку, мне пришлось извиниться перед гостями за то, что вынужден их покинуть, так как должен привести свой внешний вид в порядок.       Уже поднимаясь по лестнице на верхний этаж, я слышал, как Ким присоединился к моим извинениям и отправился следом за мной. — Простите, но я тоже пойду взгляну. Мой мальчик наверное совсем испугался, — улыбнувшись самой милой улыбкой из всех, что имелись у Намджуна, мужчина поклонился и покинул гостиную.       Идя по коридору к своей комнате, я затылком ощущал, что грядёт пиздец со своим диким оскалом, и как всегда не ошибся. Как только открылась дверь, Джун схватил меня за волосы и швырнул вглубь комнаты. Приземлившись на угол кровати, я почувствовал до одури знакомый солёный вкус на зубах. Несомненно, разбитая губа была только началом. — Почему ты показал ему своё запястье? — Намджун не мог и не хотел больше себя контролировать. Он предупреждал его! — Я, что ли, показал? Он сам увидел, — Джин испуганно отползал, хорошо зная, что будет дальше. — Почему не спрятал? Я тебя спрашиваю? — приближаясь ближе, Джун уже нависал над испуганным парнем. — Значит проблема не в том, что ты лупишь меня на завтрак, обед и ужин за каждый отказ, а в том, что я не смог это скрыть? — лежащий парень на полу знает, что нельзя перечить, но в моменты побоев всегда теряет контроль. — Я знаю, в чём твоя проблема. В заигрывании с этим патлатым уродом. Тебе всё равно с кем, главное, чтобы не со мной, — он ненавидел его за это. Джин всегда был таким. С самого первого дня он и шанса не давал Намджуну. Конечно, запереть парня на восемь лет в доме было плохим решением, вот только Джин пытался неоднократно сбежать, а этого нельзя допустить. Даже если его милый мальчик совсем не любит Джуна, он должен хотя бы быть рядом.       Сцена, что разворачивалась у меня в комнате, повторялась из раза в раз. Этот спор никогда не заканчивался хорошо. Намджун любил меня своей больной, деспотичной любовью. Однако я не мог ответить ему взаимностью. Всё моё нутро отвергало эту связь из-за того, как я попал в этот дом. Никто не знает, как бы сложилась наша жизнь, если бы мы начали по-другому. Но в сухом остатке он купил меня, запер в доме, в котором избил и изнасиловал в первую же ночь. Я не мог его полюбить, отчего мы оба страдали. Один от ревности и неразделённой любви, а второй от того, что происходило в стенах этой комнаты и произойдёт сейчас. — Он держал тебя за эту руку? — ревность и чувство обиды клокотало вулканом в груди. Одна мысль, что его такого любимого Сокджинни кто-то может касаться, уже слишком для Джуна. А если учесть, что Джин не противился, не смотрел волком на дотронувшегося Чона, была как отрезвляющая пощёчина, которая напоминала, что для него эта опция не доступна.       Из-за сокращённой до минимума дистанции я полностью вжался спиной в кровать. Обезумевший в край от ревности Ким схватил меня за кисть, и в ту самую секунду в комнате прозвучал характерный хруст. Это был безымянный палец. От боли я взвыл. Намджун, навалившись всем весом, заткнул мой рот свободной ладонью. Влажно мазнув языком вдоль шеи, подобравшись ближе к уху, он прошептал: — А теперь слушай сюда. Сейчас я спущусь вниз и придумаю предлог, чтобы всех выпроводить. Потом я вернусь и доломаю тебе оставшиеся пальцы.       Боль хоть и знакомая, но всё также ощутимая, я тихо скулил в его ладонь. — Сейчас у тебя есть уникальная возможность — подумать. Думай над тем, какую непоправимую ошибку ты совершил, начав флиртовать с этим ублюдком.       Ким Намджун, наконец-то покончив с угрозами, напоследок поцеловал меня где-то в область выше виска и вышел из комнаты.