Zest

25 Ноября 1996 Гермиона Грейнджер стояла с Виктором Крамом на смотровой площадке. Девушку отправили сюда после того, как целитель убедился в ее безопасности, в палатке чемпионов. Она опиралась на перила, и думала о том, что зря не взяла с собой теплый плащ. Из-за адреналина, наполнявшего ее до испытания, Гермиона не замечала холода. До этого момента. У ее собеседника такой проблемы не было, на парне была меховая накидка. — Смотри, Гермиона, — пробормотал Крам на французском. — Блэк призвал метлу. Я слышал, он действительно хорошо летает. Она прикусила губу и обняла золотое яйцо. — Я видела, как он и его друг играли в Квидич. Он и правда хорош, — она слегка улыбнулась. — Как и ты. Он тихо рассмеялся, и покачнулся на пятках, не сводя глаз с Гарри. — Но я и не думал о полетах сегодня. — Ослепить монстра было эффективным решением. А главное, сработало намного быстрее. О, смотри! Дракон пытается взлететь! — да, намного быстрее… Она была низко оценена директором Крама как раз из-за медлительности. Что ж, она не могла быть лучшей все время. Виктор что-то пробормотал на болгарском, но Гермиона не захотела переводить его слова. — О, дракон пытается порвать цепи. Надеюсь, он не сорвется. Гермиона испуганно выпрямилась — Это возможно? Хвосторога может освободиться? — Да, — ответил он. Не на французском, скорее, на русском. Гермиона была почти уверена в этом. — Но я уверен, что профессора обо всем позаботились. — Да, я тоже, — солгала она. А потом это случилось. — О, дерьмо! Девушка была уверена, что резкие слова, сорвавшиеся с губ Виктора, обозначали примерно то же самое. — Осторожно, Гарри! — закричала она, когда чемпион Хогвартса прыгнул на метлу и покинул арену. Она услышала пару грубых выкриков типа: «вперед, дракон». Как мерзко и бестактно это было! Тем более отец Гарри был здесь. Его отец. Гарри Блэк был чистокровным, поэтому его отец мог посещать испытания Турнира Трех Волшебников. Везучий парень. Она обернулась, чтобы глазами найти мужчину, которого Крам назвал Лордом Блэком, когда показывал место, где сидел его собственный отец. Лорд Блэк. Конечно, она узнала все о других чемпионах. Было бы глупо не изучить все возможные аспекты соревнования, а Гермиона стремилась делать все, за что бралась, до конца. Виктор Крам считался «лучшим ловцом в мире». Он был учеником Дурмстранга, и родился в Болгарии, в довольно благородной семье. То, что он участвовал в Турнире Трех Волшебников, показывало его решительность и желание достичь всех наград. И это качество Гермиона высоко ценила. Кроме того, он показал себя как хороший собеседник (особенно на французском), и джентльмен. Гарри Джеймс Блэк еще не проявлял себя так хорошо. По крайней мере, до Виктора ему было еще далеко. Он просто был хорошим парнем с тяжелой историей жизни. Согласно книгам по Истории Магии, Гарри Блэк был урожденным Поттером. Его родители были убиты человеком, именуемым Темным Лордом. Он и оставил мальчику известный шрам и целую историю, скрывавшуюся за ним. Гарри был усыновлен по крови и магии своим крестным отцом, Лордом Сириусом Блэком, который сейчас был главой рода. А сам он был наследником, получившим чистую кровь благодаря процессу усыновления. Лорд Блэк никогда не был женат, оставался одинок и пропагандировал равенство крови в Министерстве. То же делал и Виктор. То же делала и Гермиона, очевидно, но у нее не было права голоса ни в Британии, ни во Франции (как и во всем мире). В это время Гарри Блэк снижался, создавая, при этом, свистящий звук. Дракон взревел, и Гермиона задержала дыхание. Она сильнее прижала к себе яйцо, когда увидела, что творит Блэк. Кажется, он пытался совершить самоубийство, нацелившись на крутую скалу, на которой и лежало яйцо. Затем чемпион Хогвартса ускорился, почти скользя по скале пальцами, и… — Он сделал это! — вскрикнул Крам, поднимая руки в воздух. — Он смог! — прошептала Гермиона, шокированная, и все еще напуганная. — Черт возьми… На какое-то мгновенье трибуны утонули в одобрительном крике. А потом Хвосторога, чудовищное создание, полетела к трибунам, и радостные возгласы превратились в крики ужаса. Гермиона только усмехнулась. Она лазала по дракону менее чем час назад, так что не боялась быть подожженной. Грубо? Возможно. Ей было все равно. Вместо того чтобы застыть в ужасе, как сделали ее сокурсники, она спокойно стояла и изучала Хвосторогу. А затем скривилась. Она заметила вмятины там, где цепи впивались в шкуру дракона. — Отвратительно, и все это только для шоу, — пробормотала Гермиона. Виктор проследил за взглядом девушки и добавил: — Да. Это совсем не справедливо по отношению к ним. *** Они позировали на арене после того, как все зрители покинули ее. Она, Гарри и Виктор. Каждый держал по яйцу в руках, и за спиной каждого стоял директор (директриса, в случае Грейнджер). Пришло время для знакомств, интервью и фото (пока участники все еще были в своих костюмах). «Довольно театрально», — пронеслось в голове Гермионы. Она стояла по центру, так как была единственной девушкой. Потом ее поменяли местами с Виктором (он был самым высоким). А затем в центр поставили Гарри, потому что он был чемпионом школы, в которой проходило состязание. — Вы использовали заклинание для призыва огня, мадмуазель Грейнджер? — высоким, неприятным тоном спросила журналистка Рита Скитер. Сложилось впечатление, что она говорит с трехлетним ребенком. Гермиона обменялась быстрыми улыбками с обоими парнями, и заговорила по-французски. — Oui, — ответила она. Мадам Максим, стоявшая за ее спиной, попыталась спрятать смешок за кашлем, но Гермиона продолжила отвечать на вопрос с притворным акцентом, — Une flamme barrière. О, пламенный забор? Ах, заклинание, точно! Прямо как вы и сказали. После того, как интервью было закончено, а фотографии сделаны, Виктор кивнул Гермионе, Мадам Максим и заговорил по-французски: — Дамы, я хотел бы представить вас своему отцу. — Спасибо, мистер Крам, — глубоким голосом ответила директриса. Гарри Блэк, поймав взгляд Гермионы, и делая вид, что собирается смахнуть волосы, подмигнул девушке. Ей было приятно, что он понял ее и подыграл. — Отец, пожалуйста, познакомься с Мадам Максим, директрисой Шармбатона. Мадам, это мой отец, Лорд Крам, член Парламента. — Гермиона смотрела, как мужчина и женщина обменивались приветствиями, необходимыми для высшего общества. Затем Виктор обернулся к ней, — а это ее чемпионка, мадмуазель Гермиона Грейнджер. — Рада познакомиться, Лорд Крам. Виктор представил отца Лорду Блэку, отцу Гарри, говоря на английском с жутким акцентом. Кажется, теперь младший Блэк собирался представить своего отца Гермионе, но тот удивил всех присутствующих. Гермиона не обращала на него внимания, так как успела познакомиться со слишком многими. Но когда Лорд Блэк пересек комнату, она не могла перестать смотреть. Он широко улыбался и протянул мадам руки. — Bonjour, — сказал он. — Кажется, все мы устали от официоза, не так ли? Добро пожаловать в Шотландию, Мадам Максим. О, а вы были великолепны, — произнес Лорд Блэк, подходя к ошарашенной Гермионе. Он оставил несколько поцелуев на ее исцарапанных ладонях, — Это было прекрасно, мадмуазель Грейнджер. Она почувствовала, как мурашки побежали по ее коже после прикосновения Блэка, а щеки залились румянцем. Девушка моргнула и уставилась на Гарри Блэка, который ухмыляясь, смотрел на нее. — Спасибо, — пробормотала она, возвращаясь взглядом к мужчине, который все еще держал ее за руку. Его глаза были поразительны: светло-серые радужки обрамлены густыми черными ресницами, и очерчены идеальными бровями. Его кожа была не такой бледной, как у англичан, которых она встречала, а темные и волнистые волосы развивались на ветру. Мужчина заразительно улыбался. — Вы слишком добры, Лорд Блэк. Девушка смотрела, как он переводит ее слова в своей голове, уставившись в какую-то точку за ее правым плечом. В конце концов, он пробормотал: — Совершенно нет. Я слышал, что ваши родители не смогли быть сегодня с нами. Мне очень жаль. Это было неожиданно, и она быстро переглянулась со своей директрисой, которая лишь пожала плечами. Гермиона кивнула. — Спасибо, — произнесла она на английском. Виктор улыбаясь, кивнул, а Гарри скрыл ухмылку. Дамблдор кашлянул. — Что ж, хорошо. Давайте дадим чемпионам отдохнуть после трудного дня. Мы отметим завершение первого испытания сегодня вечером в Большом Зале. Гермиона смотрела, как Гарри и Виктор удалялись со своими отцами. Крам вместе с директором отошел к кораблю, который ожидал их на Черном Озере. Англичане ушли с Альбусом в сторону замка. Боль пронзила грудь Грейнджер, глаза жгло от непролитых слез. Максим положила руку ей на плече. — Пойдем, Гермиона. Тебе нужно отдохнуть. Мы так гордимся тобой! Заставив себя улыбнуться, девушка сделала так, как ей велено, притворяясь, что не расстроилась из-за отсутствия родителей. И правда, какая разница. Но даже девушки из Шармбатона ушли без нее. *** Когда Гарри и Сириус двинулись в большой зал, парень отметил, что расстановка столов изменилась. Место для преподавателей оставалось таким же, но столы факультетов теперь стояли намного ближе. Появились места для Шармбатона. У потолка сияли сотни свечей, символизирующих звезды. Дамблдор встретил их с широкой улыбкой. — Добрый вечер. Позвольте проводить вас к столу чемпионов. Все в прекрасном настроении. Еще бы, прошло такое испытание, и никто не пострадал. Гарри приподнял бровь, но спорить со старым волшебником не стал. У него было несколько ожогов, Крам вывихнул плечо и лишился части волос, а Гермиона…ох, все тело Гермионы было покрыто ссадинами и царапинами. Если бы она не надела защитный костюм (к слову, а где она взяла костюм?), пострадала бы гораздо серьезнее. Гарри необходимо было спросить у нее, как она избежала ожогов. Блэк старший шагал рядом и сердито фыркал. Парень в пол уха слушал его разговор с Альбусом. — Директор, это самая опасная вещь, которую мой сын делал при мне. И я очень надеюсь, что в ближайшее время мне не придется смотреть на что-то хуже, чем борьба с драконом. Теперь фыркал Гарри. Папа не ошибался, он просто не видел того, что творилось в Тайной комнате. Гриффиндорец немного приукрасил всю эту «просто-убили-огромную-змею» историю. «- Просто убили змею, пап. Невилл был со мной. Было чудесно. И да, девчонка Уизли теперь в порядке». Он и Невилл поклялись не говорить своим семьям об этой истории до тех пор, пока не достигнут возраста, достаточного для Аппарации. Почему? Ну, когда вы говорите такие вещи родителям, вы хотите сразу же исчезнуть с их пути, верно? За столом чемпионов уже сидели Виктор и его отец. Мать Крама умерла несколько лет назад, и Блэку было жаль его, и жаль себя, потому что он даже не помнил свою мать и не мог скорбеть по ней. Однако его отец оплакивал обоих его родителей даже после стольких лет. Дамблдор сказал еще пару милых вещей и удалился. Сириус не хотел садиться спиной к залу, так что им пришлось разместиться прямо рядом с Крамами. Гарри присел около Виктора, улыбнулся и пробормотал: — Так что, волосы уже отрастают? — Да, понемногу. Но не уверен, что они успеют к Святочному балу. — О, не знаю. — Гарри вздохнул, благодарный, что его опаленные волосы можно было постричь без вреда прическе. Другие столы медленно заполнялись, и скоро между ними стали мелькать голубые платья учениц Шармбатона. Она, Гермиона, пришла, но по какой-то причине Дамблдор не провел ее к столу чемпионов сразу же. Гарри был зол. — Кхм, она милая. Ну, мадмуазель Грейнджер, — тихо сказал Сириус. Гарри встретился с ним взглядом. — Она очень умная. Я видел, как она занималась в библиотеке. У нее всегда открыто по нескольку книг сразу. Его отец ухмыльнулся. — Я думал, тебе нравятся милые, умные, экзотичные брюнетки, Сохатик. Краснея, Гарри оглянулся и отчаянно пожелал, чтобы появились угощения. Смеясь, отец потрепал его волосы. — В том году была Чоу Чанг, верно? Подожди, откуда она, Когтевран? — Она с Диггори, помнишь? — Ситуация все еще раздражала. Он был сильно унижен после того матча. — Он ведь Староста, да? — Был, в том году, пап. Он сейчас в Министерстве. Чоу Чанг теперь староста. — О, я не осуждаю, сынок, — с улыбкой в глазах сказа Сириус. — Послушай, пригласи сюда мадмуазель Грейнджер. Она ведь должна быть за чемпионским столом, не так ли? Кажется, она говорит с твоей подругой, Луной Лавгуд. И Невиллом. Вы же почти семья. Гарри занервничал, но встал, и отправился к девушке, отчаянно надеясь, что не покраснел. Он не проводил много времени чемпионами, но было пару разговоров в библиотеке или пока они готовились к испытанию. (Виктор, кстати, отлично помогал с физической подготовкой). Гарри знал, что Гермиона Грейнджер была англичанкой и магглорожденной. Он знал, что она была на седьмом году обучения. Он так же знал, что она была умной, и смелой, и ей ужасно шел защитный костюм. Он был почти уверен, что увидит ее в своих снах. Но, подойдя к ней за длинным столом Когтеврана, он изо всех сил старался сосредоточиться на ее длинных густых волосах. Они спадали тяжелыми волнами, почти до самой талии. Ее кожа была более темной, оливкового оттенка, а глаза миндалевидной формы. А еще у нее было превосходное чувство юмора, которое она скрывала за плотно сжатыми губами. Гарри заметил, что ее руки были вылечены, а сама она рисует что-то в воздухе около Луны Лавгуд. Луна была отличным другом и чертовски нужной девушкой, если тебе вдруг необходимо решить трудную задачку. — Привет, Гарри — блондинка улыбнулась парню. — Привет Луна, Гермиона, — он улыбнулся в ответ и подождал, пока Грейнджер закончит начатое. — Дамы, я хотел бы официально пригласить чемпионку за наш стол. Понятия не имею, почему директор не сделал этого сразу, прости. Гермиона пожала плечами так же, как и любая француженка, хоть она и была англичанкой. — Не переживай Гарри. Я не собиралась садиться туда, моей семьи нет здесь. Блэк скривился, понимая, что ему придется проявить свои манеры, чтобы исправить ошибку Дамблдора. — Мой отец хотел бы исправить это, так что, прошу тебя, садись с нами. Конечно, только если ты сама хочешь. Мы не хотим, чтобы ты чувствовала себя неловко. В любом случае, мне было бы очень интересно послушать, как именно ты справилась с заданием сегодня. — Парень провел руками по волосам и покраснел. Кажется, пришло время сменить тему. — У меня есть еще один вопрос, если ты не против. Как долго ты собираешься продолжать эту свою «я-знаю-только-французский» фишку? Луна сдавлено хихикнула, прежде чем успела прикрыть рот. Гарри мягко улыбнулся ей, прежде чем продолжить. — Мой отец обожает хорошие шутки, какое-то время он был очень известным здесь, в Хогвартсе, благодаря своим проделкам. Он был одним из компании, которая называлась Мародеры. Я думаю, он оценит шутку, когда узнает правду. Так что… когда ты собираешься рассказать ему? Гермиона лукаво улыбнулась, и в этот момент Гарри понял, насколько же она привлекательна. — Что ж, — мягко произнесла она, — думаю, мне придется сказать ему за ужином. Было бы грубо разыгрывать такого человека, верно? Пошевелив бровями Гарри согласился. — Просто дай мне знать. Я буду поддерживать твою легенду так долго, как смогу. Уверен, Крам поступит так же. Ее глаза сверкнули, когда она приняла руку парня. — Ты очень добрый, — сказала она по-французски. Луна легко засмеялась, а потом легко заговорила на французском, хотя даже Гарри слышал четкий акцент. — О, да, он очень добрый. Гарри моргнул и посмотрел на нее. Волосы блондинки были заплетены с одной стороны, но распущены с другой, а из ее уха свисала маленькая редиска. Ему казалось, что в ее улыбке не было ничего странного. Кажется, она была рада его видеть, удерживая его взгляд с тех пор, как они встретились. — Привет, Луна — на короткое мгновенье он забыл, что уже здоровался с ней, и что рядом стоит Гермиона Грейнджер. — Привет, Гарри, — она склонила голову и подняла брови. — Так мы собираемся пойти к твоему отцу? Смущенный парень чувствовал головокружение, и еще щеки снова загорелись красным. — Э, да, конечно. Пойдем. Э, Гермиона? В глазах мадмуазель Грейнджер была видна улыбка, хоть лицо ее оставалось недвижимым. — Oui, Monsieur Black. Allons-y. Со смешком, Гарри предложил девушкам взять его под руки, на заботясь о том, что снова стал центром внимания учеников, и пошел по Большому Залу. Но была одна проблема, которую необходимо было устранить. Если он позвал еще и Невилла, за столом оказалось бы 5 мужчин и 2 девушки, а большинство парней сидели бы спиной к стене. Гермиона откашлялась, немного пошевелилась, и Гарри, неожиданно, увидел решение. «Великолепно» — пробормотал он, когда Грейнджер, улыбаясь, кивнула на пустое место между Сириусом и Виктором. — О, конечно! Мадмуазель Грейнджер, пожалуйста, присоединяйтесь ко мне, — с шутливым поклоном Сириус пригласил девушку присесть на его сторону, таким образом, оставив Гарри и Луну. Лорд Крам казался слегка лишним, но все выглядело не так плохо. — Гарри? — позвал его отец. — Как насчет Невилла? — Точно! Увидев, что Луна и Виктор знакомятся (это заставило его содрогнуться), Блэк быстро направился к Гриффиндорскому столу. — Эй, Нев. Папа хочет, чтобы ты сидел с нами за столом чемпионов. В конце концов, ты ведь тоже моя семья. Невилл ухмыльнулся, поправляя длинную челку. — Так и скажем Пророку. Парни засмеялись, Долгопупс извинился перед остальными и покинул стол Гриффиндора вместе с Гарри. — Так где Ремус? Я не видел его с начала всего этого.э.безумия — Ты имеешь в виду мои перегонки с драконом? На самом деле, вспомни о луне, — тихо попросил Гарри. — Честно говоря, недавно он нашел… друга, так что он не один. Поэтому мой отец останется сегодня здесь. — Друга? — Невилл ухмыльнулся. — Что ж, это отлично. Подойдя к столу Гарри обратил внимание на своего отца. — Все хорошо? Ты выглядишь слегка… — Все отлично, сынок, — Сириус несколько раз моргнул и улыбнулся. — Просто немного думал о твоем дяде Ремусе. — Он не один, пап, помнишь? — Месье Блэк? — Гермиона Грейнджер, очевидно, привлекла внимание его отца. — У меня есть вопрос. Сириус кивнул и сосредоточился на ней. Гарри пришлось сдерживаться изо всех сил, чтобы не рассмеяться. Никто так и не узнал, какой вопрос девушка хотела задать, потому что директор Дамблдор уже начинал свою речь. — Здравствуйте! Надеюсь, для вас этот вечер все еще прекрасен, после всех событий сегодняшнего дня. Пожалуйста, поприветствуйте наших дорогих гостей, Лорда Григора Крама и Лорда Сириуса Блэка. *** Гермиона мило улыбалась и делала вид, что ей приходится все переводить, когда кто-то говорил на английском. Это забавляло ее, а главное, отвлекало от проблемы с визжащим яйцом, которое она украла у дракона сегодня. Когда директор Дамблдор начал свою речь, она пристально взглянула на него и наклонилась к столу, зная, что это слегка приблизит ее к Лорду Блэку. Она ничего не могла с собой поделать. Все было вполне невинно. Ну конечно. Когда кто-то говорил с ней, она кокетливо улыбалась и старалась отвечать на вопросы. В Шармбатоне не было отдельного предмета или времени, когда преподавали манеры, но все преподаватели старались обучить студентов этому искусству. Так что она умела флиртовать и кокетничать, начиная от легких заигрываний во время обеда, заканчивая скромным поведением на официальных встречах. Поведение во Франции отличалось от того, каким оно должно быть здесь, в Англии. Но Гермиона жила в обоих странах, поэтому умело использовала свои знания, будто надевая на себя мантию хорошего флирта. О, она хотела бы использовать эту мантию рядом с Лордом Блэком. Он был старше нее примерно на 20 лет, но разве это было важно в магическом мире? Эти года были ничем для жизни, которая длилась тысячелетиями. В любом случае, ее собственный отец был старше на 40 лет, так что по сравнению с ним, мистер Блэк был очень молод. Кроме того, из-за Лорда что-то в ее желудке начинало трепетать, возможно, это были те самые бабочки, которыми так хвастались ее подруги. И, Мерлинова борода, его улыбка! Как только она доходила до его глаз, невозможно было не улыбнуться в ответ. Конечно она собиралась флиртовать с ним! К тому же, такое поведение было бы вполне ожидаемым во время банкета. В конце концов, она может продолжать это до тех пор, пока не признается, что прекрасно говорит по-английски. — Лорд Блэк, — сказала она наконец, после того как они мило поговорили между собой и с окружающими на французском и английском языках, — было очень мило с вашей стороны остаться на банкет. Она наблюдала, как в своей голове он переводит ее слова. — Совсем нет, мадмуазель Грейнджер. Я все же отец Гарри, так что это мой долг. — Он поднял бокал с водой, чтобы отсалютовать своему сыну, который в это же время пытался слушать Луну, говорить с Виктором и наблюдать за Гермионой. — Я понимаю, — продолжил Лорд Блэк, — что ваши родители не смогли приехать. Она тяжело вздохнула, потому что отсутствие таких близких людей начинало раздражать. Несмотря на тот факт, что они не были виноваты, Гермиона злилась. — К сожалению, вы правы. Террестре тяжело посещать такие места как Хогвартс, из-за их силы. Им даже тяжело бывать в Шармбатоне, хотя там для этого создана специальная комната. Ее собеседник прищурился, и она отметила очаровательные морщинки у его глаз. Девушка не смогла сдержать застенчивую улыбку. Она вела себя глупо, но ничего не могла поделать. Он был прекрасным слушателем, хорошо знал язык, и очень старался общаться с ней. И когда он улыбнулся, а затем склонил голову, откинув волосы, она впервые встретилась с ним взглядом. И в этот момент никого кроме них не осталось. Сириус откашлялся, и ей пришлось перевести глаза на свой кубок. — Э, вы сказали «Террестре», мадмуазель? Она бросила взгляд через стол, прежде чем немного повернуться, улыбнуться Виктору и другим их компаньонам. Затем она глубоко вдохнула, снова посмотрела в глаза Лорду Блэку, и с отличным британским акцентом сказала: — Здесь вы называете их магглами. *** Она сказала магглы. На отличном английском. С таким акцентом, с которым говорят коренные Лондонцы. Сириусу Блэку было все равно, как он выглядит, хоть он и знал, что его челюсть отвисла. Ни одна мысль о Каркарове и его трусливом статусе Пожирателя Смерти больше не крутилась в голове. Он пялился на девушку, которая ужинала с ним, и смотрела в ответ игрывыми карими глазами. — Что? — сумел он сказать сквозь застрявшее в горле изумление. Гарри, его сын, был чертовым придурком. Он рассмеялся. Так же, как и Крам. Мерлин, весь стол смеялся. — Пап, — Гарри попытался перестать смеяться, переводя дыхание. — Гермиона англичанка. Сириус ничего не мог с собой поделать. Он выгнул бровь и снова посмотрел на Грейнджер. — Что ж, вы могли бы обмануть меня. Мерлин, вы обманули меня! Смех в ее глазах перевернул что-то внутри него. Он хотел показать ей, как много это значит. — Вы могли бы стать Мародером. Она моргнула и оглянулась на Гарри. — Это то, о чем ты говорил, да? Сириус уставился на сына, и глотнул воды.  — Он говорил вам о Мародерах? Ее веки опустились, а его сердце сделало странный рывок, что привело его в замешательство. Мужчина прокашлялся. — Я был одним из них когда-то. Что-то вроде очень неординарного шутника. — Подожди, — перебил его Гарри. — Перед тем, как ты начнешь рассказывать о своих великолепных подвигах, я хочу узнать, как Гермиона расправилась с драконом сегодня. Сириус поджал губы, когда Гермиона Грейнджер сделала глоток воды. Он не смог сдержаться: — К слову, справилась она замечательно. В какой-то момент я думал, что она собирается совершить самоубийство, но потом я увидел тебя, Гарри. Оказывается, она была очень осторожна. — Пап, достаточно. Гермиона, как ты это сделала? Виктор Крам наклонился к столу. — Да, ответь. Мне тоже интересно. Мисс Грейнджер стушевалась. — Э, ну, я использовала огненную защиту. — Что-что? — Виктор Крам, шокированный, переспросил. — Руны. Защитные. Такие, которые люди используют, когда создают опасные заклинания. Луна Лавгуд прикусила губу, а ее глаза наполнились слезами. — Моя мама…она отказалась создавать такие. Она была заклинательницей и… Гарри обернулся к Сириусу. Что делать? Мужчина левитировал салфетку, чтобы сын мог предложить ее плачущей ведьме. — О, мисс Лавгуд, Пандора была замечательной волшебницей. Я знал ее. Она поступила в Хогвартс на пару лет раньше, чем я. Ваш отец еще раньше. Мисс Лавгуд кивнула и прижалась к Гарри, когда тот обнял ее за подрагивающие плечи. — Она была замечательной. Но, прости, Гермиона. Я не хотела прерывать твой рассказ. Это Бундящие Шицы, знаешь? Они могут напоминать о самом ужасном. — Как дементоры? — пробормотал Гарри. Сириус видел, как сильно его сын зациклен на девушке, сидящей в его объятьях. — Что-то вроде того. Потом она проморгалась, улыбнулась Гарри и Сириусу, и извинилась перед Гермионой. — Простите, сама от себя не ожидала. Но Шицы уже покинули нас, так что да, теперь мне тоже очень интересно, как ты это сделала. Ты Провидец? Сириус довольно ухмыльнулся сыну, когда увидел, как тот, краснея убирает руку с талии мисс Лавгуд. Он запомнил, что нужно будет поддразнить Гарри за его непостоянство. Парень почти падал в обморок из-за мадемуазель Грейнджер до того, как этот пир начался, а сейчас уже ухаживал за другой девушкой. Это было так занимательно, и Сириус был очень доволен собой. Однако Гермиона Грейнджер, похоже, была ошеломлена вопросом Луны Лавгуд. — Провидец? Нет. — Прежде чем продолжить, она прикусила губу, — прорицание предназначено для тех, кто одарен Виденьем. Я не… у меня его нет. Мисс Лавгуд дружелюбно кивнула. — О, ничего страшного. Нарглы разговаривают не со всеми. Честно говоря, иногда они могут доставить немало хлопот. — Девушка взглянула на Гарри и немного приподнялась, — о, извини, что прерываю. Гарри спросил, как ты разобралась с драконом. Виктор Крам сделал знак рукой, указывая на ладонь, покрытую шрамами, и Сириус почувствовал, как у него напрягся позвоночник. Почему? Внезапное желание защитить, казалось, напрягло его мышцы, и ему это не понравилось. Нисколько. Он предпочитал — гораздо больше — смех, который вызывала в нем юная мисс Грейнджер. Девушка провела языком по губам. — Что ж, ладно. Когда в Шармбатоне узнали о том, что будет проходить Турнир Трех Волшебников, я решила проверить, могу ли вообще попытаться участвовать в нем. Так что я прошла испытания Разума, Сердца и Духа. — Что? — спросил Сириус, чувствуя себя до ужаса глупо и глядя на Гарри. — Испытания? Гарри, но ты говорил, что было всего одно! Гарри кивнул, нахмурившись. — Так и было. — Ну, Лорд Блэк, мы не могли привезти сюда всех семикурсников Шармбатона. Поэтому да, у нас было несколько испытаний. — У нас тоже было три испытания, — нетерпеливо добавил Крам. — Итак, логично, что ты прошла их. Это Шармбатон дал тебе тот защитный костюм? Я даже не думал о таком, хотя стоило бы. Сириус кивнул. То, что он не предоставил такой своему собственному сыну, заставило его почувствовать себя ужасным отцом. — Если это все-таки от школы, то они хорошо готовят вас, — произнес он. Мисс Грейнджер сконцентрировалась на своем кубке с водой. — Э, на самом деле, я заказала его, как только решила попробовать участвовать в состязании. Я сказала родителям, что мне необходима какая-то защита, и они сделали все, чтобы убедиться, что она у меня есть. Насколько я понимаю, драконья шкура поступает из заповедника в Румынии. Гарри кивнул. — Мы знакомы с одним мужчиной, который работает в этом месте. Его зовут Чарли Уизли. Хороший парень. Эй, пап, мы должны поговорить с ним. Сириус кивком намекнул Гермионе, что пора продолжать. — Ну, в принципе, из-за того, что я позаботилась об этом, я и прошла испытания, — пожав плечами, она взглянула на остальных. — И конечно я проводила исследования. Всегда есть три испытания, и они всегда примерно одинаковы. Первое — борьба с магическим существом, второе — выполнение задания в среде, непривычной для чемпионов. Ну, и третье, в котором препятствий будет много. Так я и провела две недели: работала над полетами и плаваньем, чтобы чувствовать себя комфортно в любой среде, изучала магические ловушки и существ. Также я читала о предыдущих турнирах, чтобы понять, какие именно существа могут ожидать меня. Чаще всего это были драконы или дементоры. Мисс Грейнджер прервалась, чтобы выпить воды, а Сириус мог только удивляться ее самообладанию. — И ты сосредоточилась на том, чтобы узнать, как победить их, верно? — спросил Гарри, почти ложась на стол. — Конечно. — И ты умеешь вызывать Патронус? Губы мисс Грейнджер изогнулись так, что в уголке виднелась крошечная ямочка. — Конечно. Признаюсь, меньше всего я хотела встретиться с дементором, потому что мой Патронус совершенно не агрессивен. Выдры быстрые, умные, но совершенно не пугающие. Сириус усмехнулся ошеломленному выражению лица сына. — Если вы, Мисс Грейнджер, за две недели научились использовать Патронус, его форма уже не имеет значения. Его ухмылка не стала меньше, когда девушка стремительно покраснела.