Zest

3 Декабря 1996, Большой Зал Тени свечей плясали вокруг небольшой компании, которая собралась в конце стола Когтеврана. Ученики Хогвартса называли эту комнату Большим Залом, потому что она была очень многофункциональной (так бы сказали магглы). Когда Грейнджер ходила в начальную школу, у них тоже были подобные залы, и девушка хорошо их помнила. Латунные канделябры, возвышавшиеся над поверхностью стола, выглядели гораздо изящнее, чем ожидала Гермиона, и она рассмотрела узоры на некоторых свечах. Зачарованные, чтобы не капать на поверхность стола, свечи испускали тонкий запах меда. Мадам Максим, директриса Гермионы, Альбус Дамблдор и Игорь Каркаров только что покинули компанию. — Итак, святочный бал? — Крам решил начать неизбежный разговор. — Солнцестояние 21 числа и все такое. Гермиона кивнула, а Гарри, бросив на нее короткий, нетерпеливый взгляд, продолжил: — Директора сказали, что нам придется открывать бал. Значит, мы все должны танцевать. Боже, мы и правда обязаны? Вы хотя бы умеете это делать? Гермиона улыбнулась, показывая, что способна на это. — Проблема возникнет при выборе партнеров. — О, — губы Блэка слегка приоткрылись. — Что ж, э… Двери, которые вели в основную часть замка, распахнулись, и к ним присоединились двое учеников. Это были старосты Хогвартса: Чоу Чанг и Ксавьер Саммерс. — Хорошо, что вы еще не ушли! — начала Чанг, и это ее голоса громко разлетелось по комнате. Саммерс, красивый молодой человек с яркими голубыми глазами и каштановыми волосами, положил руку на плече подруги. — Шш, не будь такой громкой, — пробормотал он. — Мы только узнали о том, что в Хогвартсе будет бал, и хотим кое-что предложить. Чанг скрестила руки перед собой. — Итак, Турнир должен помочь укрепить отношения между нашими школами, верно? Гарри скривился. — Ага, именно так и написано в Пророке. Виктор нетерпеливо махнул рукой. — И что вы предлагаете? — Я… мы подумали, что мы, как старосты, должны сами пригласить вас. Не переживайте, никаких личных отношений не будет. В конце концов, я встречаюсь с Седриком Диггори и вряд ли что-то измениться в ближайшее время. — А я с четвертого курса помолвлен с одной красоткой из Индии, — заключил Саммерс. — Но мы хотели бы наладить что-то вроде международных отношений. — Ксавьер серьезно кивнул, но Гермиона могла увидеть слабую улыбку на его лице. Так, будто он и сам не был рад от этой затее. Виктор и Гарри посмотрели на Грейнджер, и девушка почувствовала, что краснеет под двумя взглядами. На лицах обоих парней читался вопрос, который вызывал едва заметную дрожь. — Гермиона? Она глубоко вдохнула, пытаясь придумать ответ, но ей помог весело рассмеявшийся Ксавьер. — Пожалуйста, мадмуазель Грейнджер, — сказал он по-французски, но его акцент был отвратительным. — Позвольте мне составить вам компанию на Святочный бал. — Он взял ее руку и оставил поцелуй почти на костяшках пальцев. Наверное, так приглашали девушек десятки лет назад. Справившись со смехом он продолжил: — Если, конечно, кто-нибудь из мужчин не хочет пригласить меня. Как только парень отпустил ее руку, Грейнджер испытала облегчение. — Для меня было бы честью внести свой вклад в развитие международных отношений таким образом. И, к слову, вряд ли вас пригласит кто-нибудь другой. — Что ж, с этим разобрались, — Гарри и Крам растерянно переглянулись между собой, а затем уставились на старосту. Что-то надломилось в голосе Гарри, когда он спросил: — Чоу, как думаешь, Седрик проклянет меня, если я приглашу тебя? Чанг вздрогнула, и ее лицо отражало смятение. — Э, Гарри, вообще-то я собиралась пригласить Виктора. Он как раз из другой школы, из Болгарии. Ничего личного, Блэк. Гарри выдохнул, отвернулся от компании. Теперь его взгляд метался от одной свечи к другой. — Конечно, ничего личного. Думаю, я тоже смогу найти себе пару из другой школы. Саммерс усмехнулся. — Блэк, только представь! Любая девушка из Шармбатона будет счастлива, если ты пригласишь ее. Скажи ей то же самое, что и мы здесь. Ну, о международных отношениях. Так на нее будет оказано немного меньше давления. Гарри злобно посмотрел на Ксавьера. — О, правда? Грейнджер откашлялась и постаралась продолжить так, чтобы это не звучало как защита Блэка. Она знала, что мужчины ненавидят подобный тон. — На самом деле, это и правда поможет. Так действительно проще получить согласие. Ну, знаешь, все-таки это почетная миссия. Это заставило Крама и Блэка рассмеяться, так что она улыбнулась. Виктор коротко кивнул. — Что ж, мисс Чанг, тогда могу ли я пригласить вас? — О, конечно, мистер Крам. У вас же нет тайной девушки или невесты? — Нет, все нормально, мисс Чанг. — Итак, только мне осталось найти партнера, — Гарри скривился и посмотрел на компанию. — Что ж, поможете чемпиону? *** 21 Декабря 1996 Было не так-то просто найти Директора Хогвартса среди толпы в ночь Святочного бала. Но Сириусу было необходимо сделать это. Он знал, что сегодняшний вечер будет посвящен развлечениям, но прежде чем он начнется, ему нужно было кое-что узнать. — О, Лорд Блэк, — Луна Лавгуд появилась перед ним. Кажется, ее глаза отражали блеск украшений зала. — Вы здесь. Это хорошо. Я хотела поговорить с вами. — Для вечера девушка выбрала небесно-голубое платье, и Сириусу показалось, будто она одна из русалок, вышедших из моря. Позади нее, к удивлению Блэка, стоял Невилл. — Сириус, — начал молодой человек. — Рад видеть вас. Я знаю, что Гарри тоже будет счастлив. Вы помните Луну? Девушка широко улыбнулась. — Конечно, он помнит меня, Невилл. Мы же ужинали все вместе, не так ли? И мне нужно поговорить с ним об этом в том числе. Прямо сейчас, — беспечно продолжала она, положив руку на сгиб локтя Долгопупса. — Было так мило со стороны Невилла пригласить меня сегодня, правда? Если бы он не сделал этого, у меня не получилось бы прийти. Вы же знаете, что Святочный бал только для тех, кто уже сдал СОВ? Сириус только улыбнулся. — Где Гарри? — Чемпионы и их пары приходят отдельно, — ответил Долгопупс. — Может, у вас получится найти их до того, как они появятся. — Ты отличный парень, — пробормотал Блэк с кривой улыбкой. — Так и сделаю. Хорошего вам вечера. Единственное, что сейчас интересовало Сириуса, это то, почему Невилл пришел на бал с девушкой Гарри. Возможно, его сын попросил друга сделать это. Джеймс бы так и сделал, он бы уговорил Ремуса пригласить Лили. А может, Гарри и Невиллу нравилась одна девушка. О, это было бы неловко. Он решил не задумываться об этом до того момента, как найдет сына. И тогда он увидел Альбуса, говорящего с Нюниусом. Северус. Снейп. Этот мерзавец до сих пор был профессором Зельеварения. Когда-то Сириусу приходилось работать с ним, и только за это Мерлин лично должен был вручить ему медаль. — Блэк, прорычал Снейп, когда заметил мужчину. — Снейп, Альбус, — сказал Сириус, используя фамилию Северуса как оскорбление. — Директор, вы избегали меня с первого испытания. Тогда вы кое-что сказали, и это очень взволновало меня. Я хотел бы обсудить этот вопрос. Директор Хогвартса улыбнулся, поглаживая белоснежную бороду. — Конечно, мой мальчик. Снейп фыркнул, услышав обращение, и Сириус понял, что впервые согласен с Нюниусом. Он не произнес этого вслух, но факт был очевиден. Альбус немного раскрыл руки, когда звуки, доносившиеся из временного бального зала, стали громче. — И Северус тоже должен быть здесь, потому что это касается всех нас. Сириус поднял бровь. — Что, простите? Брови Снейпа оказались приподняты тем же движением. — Вы же не серьезно, — его глаза широко распахнулись. — Ничего не говори, Блэк. Ни-че-го. Сириус был настолько поражен, что не мог не хихикнуть. — Я и не собирался. Альбус, что мы трое можем обсуждать? У нас нет ничего общего, и… Снейп наложил на них заглушающее заклинание, прежде чем повторить вопрос Сириуса. — Мы будем говорить о печальных событиях прошлого лета, — пробормотал директор. — И о стремительном возрастании количества Пожирателей Смерти. Снейп замер. — Я уже сказал вам все, что знаю. — Надеюсь, что так и есть, иначе мы встретимся в другом месте и при других обстоятельствах, Нюниус, — пробормотал Сириус. Недалеко от них появилась Минерва Макгонагл, одетая в темно-зеленую мантию, которая подходила к ее шляпе. Она взглянула на мужчин, но ничего не сказала, предпочитая собирать вокруг себя чемпионов. Тогда Гарри и увидел отца, его лицо озарила улыбка, которая растопила сердце Сириуса. Тот улыбнулся в ответ. — Северус, вы заметили что-нибудь новое? — спросил Дамблдор. Его глаза сияли предупреждением. Левая рука профессора Зельеварения дернулась. — Метка. Она становится темнее… А Игорь просил о встрече наедине сегодня. Я согласился поговорить с ним позже, в перерыве. — Это не хорошо, — Сириус хотел, чтобы его тон звучал непринужденно, но что-то сдавило его грудь. — Я думал, что… — Не обязательно, — нахмурившись, перебил Альбус. — Есть один факт… из-за которого я думаю, что Том решил вернуться к выполнению своего плана. Я боюсь за Гарри и Невилла, Сириус. Мужчина с черными глазами приоткрыл рот, но даже не успел ничего сказать. — Я понятия не имею, что задержало вас, Альбус, но нам пора приглашать чемпионов! — акцент Минервы выделялся сильнее, когда она была раздражена. — Мне нужно знать больше, Альбус, если мне придется… — Сейчас же! — Макгонагл уже кричала. Когда молодые люди выстроились в шеренгу, Снейп взмахом палочки снял заглущающее заклинание. «Сегодня ничего не случится», сказал себе Сириус. «Гарри и Невилл просто будут танцевать, а я собираюсь вкусно поесть. Никакой Пожиратель не сможет испортить все это. Ни один из них». Блэк заставил себя перестать думать о плохом, натянул на лицо улыбку и вошел в зал. Может, Лунатик все-таки придет и он сможет отвлечься. *** — И последний чемпион, представляющий Хогвартс, Гарри Блэк и его пара, Розамунд Рот из Дурмстранга! Сириус ухмыльнулся, наконец, расслабляясь, встречаясь взглядом с сыном, который вошел в Большой (Бальный) Зал вместе с госпожой Рот. Гарри, как и его отец, был одет во фрак и галстук, по последней моде Волшебного мира. Сверху была накинута черная шелковая мантия. Блэк-старший кивнул в ответ на быстрый взгляд мальчика. Розамунд Рот выглядела довольно элегантно в черном шелковом футляре с неожиданными малиновыми акцентами, такими как бант и каблуки, и цветок в волосах. — Пап, это так странно. Никто из нас не выбирал с кем идти на бал, знаешь? Это было что-то вроде договора или политического маневра в Визенгамоте. — Кого бы ты пригласил, если бы у тебя был выбор? — Сириус задумался, посмотрев на сына в зеркале. Щеки парня покраснели. — Ну, и я, и Виктор собирались позвать Гермиону, но… — А как же Луна Лавгуд? — насмешливо уточнил отец. Гарри оторопел. — Л-луна? — Гарри, она нравится тебе. Это видели все, кто сидел за нашим столом после первого испытания. — Ну, я бы не смог, ты же видишь, мы приглашаем кого-то из другой школы. Поэтому Саммерс пригласил Гермиону, а Чоу — Крама, который и познакомил меня со своей подругой. Гарри хмурился, поэтому Сириус решил не давить на него. — И? Она милая? — О, конечно! Я хочу сказать, что не понимаю, почему Крам не встречается с ней, потому что она милая, а еще у нее почти нет акцента, когда она говорит по-английски. — Гарри прочесал волосы рукой. — Блондинка, с голубыми глазами… — Прямо как у Луны, — Блэк не смог удержаться. — Л-луна? Да, может быть. Думаю, они немного похожи. Как только он закончил посмеиваться над Гарри и его парой, Сириус сказал себе, что должен взглянуть на других чемпионов и их пары, чтобы убедиться, что все они выглядят идеально. Внешний вид был важен. Крам, который вел себя как старший брат Блэка, был с Чоу Чанг, бывшей любовью Гарри. Виктор был одет в черный смокинг и насыщенно-малиновую мантию, которую носили и другие молодые люди. Она так же была частью формы Дурмстранга. Мисс Чанг была одета в очень простое платье темно-синего цвета с бронзовыми вставками, каждый дюйм этого наряда кричал о том, что его владелица — чистокровная ведьма из Когтеврана. Но в центре комнаты стояла девушка, которая оставалась в мыслях Сириуса и днем и ночью. Гермиона Грейнджер. Рожденная в Англии, ученица Шармбатона и чемпионка Турнира Трех Волшебников. Сириусу сказал Гарри, что ее пара — староста, который помолвлен с чистокровной ведьмой из Индии. И, честно говоря, Блэк был этому рад. Не потому, что ему нравились ранние помолвки, а потому, что ему не придется проклинать себя за бессмысленную ревность. — Бродяга. Моргнув, Сириус перевел взгляд с пар, которые открывали танцы, исполняя идеальный движения вальса, под зачарованными снежинками. — Лунатик, ты все-таки пришел! Его лучший друг рассмеялся, слегка задыхаясь. — Я бежал из кабинета Альбуса, — объяснил он. — Чертовы ступеньки. Ну, где она? — Госпожа Рот? Ремус Люпин, выглядевший идеально в своем костюме, ухмыльнулся как подросток. — Нет, мадмуазель Грейнджер из Шармбатона, идиот. Та, о которой ты мечтаешь, как пятикурсник. Как Джеймс мечтал о Лили. Нахмурившись, Сириусу попытался скрыть предательский жар, подступивший к щекам, но вместо этого он проигнорировал его. — Она ученица, Лунатик. Я не мечтаю об ученицах. Да ладно, я же когда-то был проф- — Как и я, Бродяга. И хотя я всегда старался держать свои мысли в порядке, я был (и остаюсь!) мужчиной, который тайно мог мечтать об ученицах старших курсов. Сириус покачал головой. — Ладно. Вон она, с высоким, худым парнем. На ней платье с цветами. Платье с цветами. Это даже звучало безумно. Платье, которое было надето на Гермионе Грейнджер, выглядело намного лучше, чем «платье с цветочным принтом». Лиф был из черного бархата, расшит золотой нитью и имел только один короткий рукав. Другое ее плечо было совершенно голым, и Сириус даже не позволил себе задержать на нем взгляд. Пышная юбка сшита из старинного золотого шелка с едва заметными бледными розами, как если бы ее срисовали с давней картины. Он сходил с ума от обаяния девушки, ее уверенности и красоты. Он был Блэком. Он ненавидел то, что пропагандировали его предки годами, но он все еще был наследником своего рода. И ему нравились элегантные женщины… — Тебе всегда нравились необычные женщины, — сказал Ремус. — Она милая. — Она очень красивая, придурок. Ремус рассмеялся. — Конечно. Но должен признаться, меня больше интересует ее партнер.  — О, лапы прочь, Лунатик. Он помолвлен. И, вроде как, гетеросексуален. К тому же, разве у тебя не появился кто-то? Я думал, ты с кем-то встречаешься. — Слишком рано говорить об этом. Так что, мы собираемся повеселиться, Лорд Блэк? *** На ужин были блюда из меню каждой школы, представленной на Турнире, и Гермиона решила попробовать жареного ягненка, который был украшен миниатюрным болгарским флагом. От Франции в качестве основного блюда предлагали лосося на гриле с черной фасолью. И Шотландия, к счастью, предлагала домашний суп из петуха. Другие чемпионы и их спутники тоже выбирали блюда, которые не соответствовали их стране. Так они показывали международное единение. — Ягненок замечательный, — сказала она Виктору Краму, сидевшему слева от нее. — Так же, как и суп. Ксавьер, спутник Гермионы, поднял вилку. — Признаюсь, я готов переехать во Францию, ради того, чтобы есть это блюдо чаще. — А как де Акути? Парень рассмеялся, положил вилку и отпил воды. — Акути готова покинуть Индию. Думаю, она этого очень хочет. Мы годами переписывались, знаешь, и она провела много времени с моими родителями в Англии, пока я гулял с ее родственниками по Индии, — он ухмыльнулся. — Мадмуазель, вам что, не нравится французская кухня? — Ты прекрасно знаешь, что я родилась в Англии, — улыбнулась она. — И тем не менее, я не считаю французскую кухню лучше. За столом было тихо, пока они ужинали. Гермиона осматривала присутствующих. В конце концов, она могла посещать эту школу. Она, возможно, стала бы старостой, как Чоу Чанг. А может, она и Гарри Блэк были бы друзьями, а не соперниками. Она бы близко общалась с Луной Лавгуд и Невиллом Долгопупсом, и проводила бы с ними праздники. Она могла бы проводить праздники с Гарри. С его отцом. С Лордом Блэком. Она точно знала, в какой части комнаты он находится. Там, за столом, как можно дальше от главного стола, он сидел рядом с другим мужчиной в парадной одежде. — Кто это сидит рядом с Сириусом Блэком? — мягко поинтересовалась она у Ксавьера. Она не смотрела на мужчину, а сосредоточила свое внимание на собеседнике, чтобы не вызвать ни у кого подозрений. Было бы неправильно, если бы кто-то подумал, что она преследует британского аристократа. Ксавьер протер губы салфеткой. — А, это Ремус Люпин. Когда-то он был профессором, но потом решил писать книги об оборотнях. Гермиона обожала книги, так что трепет в груди не был чем-то странным. — О, точно! Он пропагандирует равенство и образование для волков! — Она слегка покраснела, когда Ксавьер рассмеялся. — Видишь ли, права волшебных существ всегда меня интересовали. Я прочитала все книги, которые смогла найти. Услышав вежливый вопросительный звук Ксавьера, она уже собиралась изложить одну из своих любимых тем, но тут произошла удивительная вещь. Лорд Сириус Блэк взглянул на нее своими серыми глазами и улыбнулся. *** Ведуньи — всемирно известная группа, которая состояла в основном из мужчин, играли кавер на одну из популярных песен, когда Сириус Блэк поклонился Гермионе, а потом кивнул Ксавьеру. Грейнджер тихо выдохнула, когда Лорд спросил: — Мистер Саммерс, могу я вмешаться? Она излучала саму элегантность, а внимание Блэка металось по комнате, пока, наконец, не остановилось на ее лице. Он скользнул рукой вниз, к ее голым запястьям, и мягко обхватил их. Гермиона проскользила рукой к его плечу. — Мадмуазель Грейнджер, — пробормотал он. — Лорд Блэк. Я не ожидала вас увидеть сегодня. Он улыбнулся, и Гермиона почувствовала, как ее сердце тает. — Я вхожу в родительский совет школы, мадемуазель. Преимуществом этого является приглашение на все мероприятия, где я могу познакомиться с привлекательными женщинами. Она почувствовала, как краска поднимается к горлу, распространяется вверх по челюсти и вниз к груди, и испытала огромное облегчение, когда глаза лорда Блэка не проследили за ней. — Я полагаю, здесь всегда рады вашему присутствию. Кроме того, вы отличный танцор. Он неожиданно скривился. — Просто часть жизни чистокровного волшебника, мисс Грейнджер. Уроки танцев. — Думаю, уроки французского вы тоже не прогуливали. Я почти не слышу акцента. — Ваша речь тоже идеальна, — прошептал он. — Вы уверены, что родились в Англии? Девушка слегка рассмеялась. — Такого мне еще не говорили. Да, мой Лорд. Я точно англичанка. Он притянул ее ближе к себе, когда они танцевали в толпе, а затем они переместились ближе к краю. — Очень плавные движения, — пробормотала она. Он наклонил ее, в глазах сияла улыбка. — Я стараюсь. Затем они выпрямились и снова закружились в танце. Это был тот случай, когда удавалось говорить и продолжать движение одновременно. Грейнджер попыталась найти тему для разговора и вспомнила, что говорила ей мама пару лет назад. — Мужчины любят говорить о себе, дорогая. Не упоминай политику или религию- — Мам, в Волшебном мире не так много тем, которые затронут религию. — Ее мать просто закатила глаза. — Это к лучшему. Тогда поговорите о его работе. Чем он занимается? Что угодно, кроме политики. Так что Гермиона слегка расслабилась и продолжила: — Что ж, кроме того, что вы сидите в совете школы, как еще вы проводите время, Лорд Блэк? Он на секунду остановился, чтобы выполнить движения в их танце, а затем криво улыбнулся. — Почему это звучит так, будто вы вырвали фразу из книги Батильды Бэгшот «Правила Поведения для Чистокровных»? Она моргнула с преувеличенной невинностью, потому что просто чувствовала, что должна. Гермиона почти не могла дышать, было в Лорде Блэке что-то настолько притягательное…что-то, что заставляло ее улыбаться, и желать шутить, чтобы улыбался он. — Потому что я изучала правила общения с чистокровными волшебниками и была готова к тому, что встречу их на Турнире? — Есть хоть что-то, чего вы не знаете, мисс Грейнджер? — О, я совсем не знаю, чем вы будете заниматься, когда будете не здесь, — сказала она. Сириус ухмыльнулся и склонил голову. Он был так близко, что девушка чувствовала тепло, которое излучала его кожа, могла почувствовать запах его геля для бритья, чувствовала его дыхание на щеке. Все остальные звуки и ощущения ускользали, главное — быть рядом с ним. Гермиона, шокированная, задержала дыхание. У нее появилась очень серьезная проблема. Или этой проблемой был Сириус? *