Спасибо, что стал моим

      Утро встречает головной болью и жутчайшим похмельем. Парень успевает сто раз пожалеть, что проснулся, прежде чем разлепить глаза и пройтись затуманенным взглядом по комнате. Одеяло почти полностью упало на пол, своя подушка лежала где-то у ног, зато подушка Чана устроилась в крепких объятиях юноши. Чонин, тяжело вздохнув, переворачивается на спину и медленно садится. Он ещё раз осматривает спальню и замечает на прикроватной тумбочке стакан воды и таблетки от похмелья. Парень выпивает пару капсул, так заботливо оставленных старшим, и всё так же плавно поднимается с кровати.       Зайдя в кухню, Ян видит на столе тарелку остывшей каши и только тогда замечает, что часы показывают почти полдень. Он не спеша принимается за поздний завтрак, пока в голове всплывают воспоминания прошлого дня.               Ты зачем это сделал?              Я тебя накажу.              Заслужил уже.              – Ох, чёрт, – шепчет юноша и хватается за голову, резко осознавая, что, кажется, полностью выздоровел. – Мне конец, – подводит итог он и, пока жуёт свою овсянку, думает, как можно облегчить наказание. На ум не приходит ничего лучше, чем дочиста убрать всю квартиру и приготовить любимые ттокпокки Криса на ужин.              Чонин заканчивает с завтраком и сразу принимается за уборку. Он вытирает со всех поверхностей пыль, расставляет всё по своим местам и даже поливает цветы. Далее парень берётся за пылесос, а после него и за тряпку для мытья пола.       Закончив через два часа, юноша вытирает рукавом испарину, выступившую на лбу, и начинает готовить ужин. Быстро отыскав все нужные ингредиенты, он полностью погружается в процесс, чтобы всё получилось вкусно. Надежда, что это разжалобит мужчину и сильно ругаться он не будет, грела изнутри.       Ян ловко справляется с готовкой и через пару часов перед ним стоит целая сковородка ттокпокки с томатным соусом, от которых исходил довольно приятный аромат. Юноша с облегчением выдыхает и плетётся в спальню, дабы впервые за весь день залезть в чат с друзьями и социальные сети.       Стоит только ему прочитать всю переписку, как слышится хлопок двери. В горле, от страха перед предстоящим, моментально встаёт ком. Парень откладывает телефон в сторону и на негнущихся ногах выходит встречать любимого.              – Привет, – первым подаёт голос младший, пока мужчина устраивал своё пальто на вешалке.              – Привет, ну как ты? – наконец закончив своё занятие, отвечает Чан и подходит ближе к сконфуженному Чонину.              – Всё хорошо, я здоров, – коротко отвечает тот и опускает взгляд. Поднять глаза было стыдно, что, видимо осталось незамеченным.              – Ну отличненько. Кстати, чем так вкусно пахнет? Ты что-то приготовил? – принюхивается Бан и проходит в кухню, пытаясь найти источник аромата.              – Я ттокпокки с томатным соусом приготовил. Ты же любишь такие, – неловко проговаривает юноша, пока старший разглядывал содержимое сковороды, что так и осталась стоять на уже выключенной плите.              – Да мой ты умница, – улыбаясь, тянет Бан и подходит к младшему. – Но ты же не думаешь, что уборка и ужин спасут тебя? – вопрошает он, на что Ян неопределённо мотает головой. – Кстати, убрался хорошо, давно уже пора было, – отмечает Крис и уходит переодеваться.              – Ну почему так несправедливо? – тихо шепчет парень, смахивает одинокую слезинку и начинает раскладывать ужин по тарелкам. К моменту, когда всё встаёт на свои места, возвращается Крис. – Приятного аппетита, хён, – желает младший и усаживается на свой стул.              – Тебе тоже приятного, – проговаривает мужчина прежде чем приняться за блюдо.              Приём пищи проходит в тишине, нарушаемой лишь стуком палочек о тарелки. Чем меньше еды оставалось, тем сильнее волновался Чонин, ведь это означало приближение наказания, о котором Чан даже не напоминал.              – Спасибо, солнце. Всё было очень вкусно, – благодарит старший, вставая из-за стола.              – На здоровье. Можешь идти отдыхать, я сейчас посуду вымою и присоединюсь к тебе, – юноша старается контролировать себя, чтобы голос не дрожал, но это у него получалось не очень хорошо, поэтому, в этот раз, Бан всё же заметил это.              – Ты чего? Почему голос так дрожит? Боишься меня? – взволнованно задаёт вопрос за вопросом мужчина.              – Немного… – стыдливо опуская взгляд, выдавливает из себя парень и спешит отвернуться к раковине, чтобы не продолжать этот разговор.              – Ну я же тебя не убивать собираюсь. Да и за свои поступки надо отвечать, так что слишком сильно не волнуйся, – проговаривает Крис и уходит, как видимо, в спальню. Ян же быстро заканчивает с двумя тарелками и с трясущимися коленками ковыляет в комнату. Там на кровати сидел старший. Он внимательно пробежался глазами по юноше, стоило только тому перешагнуть порог. – Посмотри на меня, – не то просит, не то приказывает мужчина, а младший не смеет ослушаться, поэтому сразу вздёргивает голову, встречаясь взглядом с Чаном. – Ты же понимаешь, за что будешь наказан? – вдруг спрашивает тот и всем своим видом показывает, что ждёт ответа.              – П-понимаю, – мямлит Чонин. Ему жутко страшно и стыдно, но он не смеет и пошевелиться под таким взглядом.              – Тогда перечисли мне эти причины, – бросает Бан и снова выжидающе смотрит.              – За то, что вчера пил… – получив в ответ одобрительное мычание, парень пытается вспомнить, как ещё косячил в недавнее время. – За то, что под дождём ходил?.. – уже скорее спрашивает он и слышит всё тот же ответ. Только вот больше младший ничего не может вспомнить и молча стоит, потупив взгляд.              – Подойди сюда, – после затянувшегося молчания проговаривает мужчина и протягивает руку к медленно приближающемуся юноше. – Дай мне свою руку, – просит он и, ухватив чужую ладонь, тянет Яна так, что тому приходится нагнуться над коленями старшего, чтобы не упасть. В этот момент Крис надавливает свободной рукой на поясницу парня, из-за чего он приземляется животом на колени мужчины.              – Что?.. Нет, хён, это же не то, о чём я думаю?! – взвизгивает Чонин, когда понимает в каком положении оказался. Он предпринимает попытку встать, но сильная рука не даёт этого сделать.              – А о чём ты думаешь? – хитро ухмыляется Чан.              – Ты же не собираешься меня бить? – с надеждой и стыдом пополам спрашивает младший.              – Конечно нет. Я всего лишь хочу отвесить одной непослушной заднице воспитательных шлепков, чтобы в следующий раз мозгами думала, – поглаживая юношеский зад, делится своими намерениями мужчина.              – Не надо, пожалуйста! Это же так унизительно! – воет парень, пока одну его ягодицу не сжимают через ткань домашних штанов и белья.              – Да? А напиться в дрова перед абсолютно трезвыми друзьями не унизительно? – с издёвкой спрашивает Бан, на что Ян лишь жалостно мычит и сжимает в руках покрывало. Юноша молчит, не находя, что ответить, и старший приступает к действиям. Он ловко подцепляет резинку штанов парня и стягивает их до бёдер, оставляя лишь боксеры.              – Не надо, пожалуйста. Я буду слушаться, – хнычет Чонин, но его ягодицу вновь сжимают, что ощущается намного острее, чем в первый раз.              – А теперь я хотел бы рассказать тебе, за что я тебя наказываю, – начинает Крис. – За выпивку, за непринятые лекарства, за прогулку под дождём, за ту выходку у Минхо в гостях, за халатное отношение к здоровью, – перечисляет он, а у младшего глаза на лоб лезут. Когда он успел столько всего натворить?              – Хён, какие непринятые лекарства? Я все твои инструкции выполнял, – пытается оспорить одну из причин Ян. Ну не мог же Чан…              – Я вчера перед тем, как уйти посмотрел количество каждого препарата, а когда вечером пошёл проверить, принимал ли ты таблетки, оказалось, что их число не изменилось. Отсюда и вывод – лекарства ты не пил, – объясняет мужчина. Парень лишь пристыженно сопит и утыкается носом в кровать, когда с него стягивают боксеры. – Кричать, плакать, думать над своим поведением разрешается; бить меня, мешать воспитательному процессу – нет, – коротко объясняет Бан и принимается оглаживать нежную кожу, покрывшуюся мурашками.              Первый шлепок не был особо болезненным, скорее неожиданным. Младший даже не пискнул. Второй был уже чуть сильнее, из-за чего пальчики впились в покрывало, что рисковало порваться от такого напора. Последующие несколько ударов ложились один на другой, поэтому кожа приобрела малиновый цвет, а весь воздух из лёгких был судорожно выдохнут, в попытке справиться с жгучей болью.       Крис шлёпал без жалости, равномерно обрабатывая наказываемое место. Чонин же весь покраснел и то и дело всхлипывал от особо тяжёлых ударов.       К концу наказания парень уже плакал в голос, цеплялся руками за всё, до чего дотягивался и обещал себе больше никогда не доводить Чана до такого. Кожа ягодиц была ярко красного цвета и даже не дотрагиваясь до неё можно было почувствовать жар.              – Осталось всего пара шлепков, потерпи ещё немного, – спокойно сообщает мужчина. В какой-то степени он ощущал садистское удовольствие от процесса, только вот слёзы младшего кошками скребли сердце, поэтому хотелось уже скорее закончить и обнять своё чудо.              Сильный шлепок огрел и без того горящую кожу. Юноша дёрнулся, вскрикнул и, снова уткнувшись в кровать, зажмурился, из-за чего слёзы потекли ещё сильнее.       Завершающий удар пришёлся на оба полушария и был самым сильным из всех. Ян задёргал ногами и закричал в покрывало, пока Бан целовал его в каждую горящую половинку.              – Чшшш, всё уже, больше не буду шлёпать, – успокаивающе шепчет старший и тянется одной рукой за мазью, пока второй поглаживает парня по голове.              – Больно… Как я завтра сидеть буду? А на приём как пойду?.. – понемногу успокаиваясь, причитает тот. Крис же выдавливает довольно много субстанции себе на руку и начинает распределять её по пострадавшему месту.              – Прекрасно ты завтра сидеть будешь. Крови нет, так что кожа быстро восстановится, – объясняет он под шипение младшего. – Полежи так немного, чтобы мазь впиталась. Я пока все документы подготовлю, чтобы утром не бегать, – мужчина перекладывает юношу на кровать задом кверху и уходит из комнаты.              – Ну спасибо, сначала как маленького ребёнка отшлёпал, а теперь ещё и без штанов лежать оставил, – ворчит Чонин. Через пару минут он уже натягивает одежду обратно, так как мазь почти полностью впиталась, а в коридоре послышались приближающиеся шаги Чана.              – Уже впиталось всё что-ли? – спрашивает тот, когда заходит в комнату и видит одетого парня. Младший уверенно кивает головой, будто это не он сейчас стёр бельём препарат. – Как-то слабо верится, но ладно, – щурится мужчина, чувствуя неправду, но решает не поднимать эту тему. – Сегодня спать ложимся в девять, потому что завтра в половине седьмого подъём. Можешь даже не возмущаться, у тебя приём в восемь, – сменяет он тему.              – Зачем так рано? – дует губы Ян.              – Ну ты ведь сам не пойдёшь, а мне тоже работать надо, – констатирует факт старший. Юноша даже ничего не ответил, ибо Бан был абсолютно прав. – Лис, хватит уже губки свои дуть, давай лучше посмотрим что-нибудь, – предлагает мужчина и садится на кровать рядом с парнем.              – Я хочу «Король Лев» пересмотреть, – сообщает Чонин. Крис умиляется с такого выбора и включает на телевизоре режим поиска.              – Мультик или кино? – спрашивает он, когда на экране появляются несколько обложек фильмов.              – Мультик, первую часть, – отвечает парень, пододвигаясь ближе к старшему. Чан включает выбранный мультфильм и обнимает своё чудо, пока тот переключает всё своё внимание на экран.              За те полтора часа, что шёл мультик, Яна начинает немного клонить в сон. Это замечает мужчина и аккуратно устраивает его на себе так, чтобы было удобно обоим.              – Солнце, давай в душ, умываться и спать. Ты уже прямо засыпаешь, – проговаривает он, когда на экране начинают бежать титры.              – Я не засыпаю, – бурчит младший, но нехотя поднимается с кровати и шлёпает в ванную. Пока он чистит зубы, Бан приносит чистую пижаму и полотенце. – Хён, можно я утром в душ схожу? – устало спрашивает юноша.              – Завтра и без душа много дел утром будет, так что давай сейчас. Хочешь, я тебе спинку потру? – мягко предлагает старший, на что получает частые мотания головой и немного покрасневшие от смущения ушки. – Хорошо-хорошо, я пойду в спальню, чтобы тебе было комфортно, – хихикает он и уходит. Чонин сначала думает просто переодеться, но, тяжело вздохнув, всё же залезает в душевую кабину.              Он выходит спустя пятнадцать минут. В комнате сразу начинает приятно пахнуть персиками, прямо как шампунь парня.       Юноша заползает под одеяло и терпеливо ждёт Криса, пока тот тоже принимает душ. Вернувшись, мужчина ложится на свою половину матраса и притягивает к себе юношу, который только этого и ждал.       Через пару минут слышится размеренное сопение, граничащее с негромким храпом. Старший беззвучно хихикает и засыпает под эти звуки, что действуют на него, как колыбельная.