Спасибо, что стал моим

       Утро. Чан готовит завтрак, попивая свой кофе. Он встал раньше Чонина, чтобы, когда тот проснётся, еда была уже готова.       Мужчина заканчивает варить кашу и, разложив её по тарелкам, идёт будить младшего.              – Лисёнок, поднимайся, завтрак уже готов, – в полголоса говорит он и тормошит спящего парня. Тот хмурится, что-то бубнит, отворачивается и заворачивается в одеяло. – Солнце, подъём, время не резиновое, – уже настойчивее произносит Бан.              – Ещё пять минут, пожалуйста, – хнычет Ян, когда сильные руки старшего переворачивают его на спину.              – Никаких пять минут. Надо собираться, – поднимая юношу, напоминает мужчина и направляется в кухню. Там он сажает младшего на стул перед тарелкой каши, в то время как тот даже не удосуживается открыть глаза. – Приятного аппетита. Чтобы всё съел, – наказывает Крис и отходит мыть посуду. Парень наконец открывает глаза и нехотя принимается за еду. – Молодец, а теперь умываться, – напоминает старший, когда Чонин заканчивает с завтраком. Юноша, еле перебирая ногами, идёт в ванную. Он почти засыпает с зубной щёткой во рту, но голос мужчины возвращает его в реальность. – Сейчас закончишь и штаны снимай, – указывает Чан. Ян удивлённо хлопает глазами и через пару секунд вспоминает о неприятной, но нужной перед осмотром процедуре. Он обречённо вздыхает, прополаскивает свою щётку и стягивает низ пижамы, оставаясь в рубашке и боксерах. – Трусы скидывай и как в прошлый раз вставай, – распоряжается старший. Он уже наполнил грушу раствором комфортной температуры и, для удобства, постелил полотенце в ванну.              Парень беззвучно хнычет, но слушается и делает всё, как сказал Бан.       Они быстро управляются с промыванием и уже через пятнадцать минут натягивают одежду. Мужчина надевает серый свитер и чёрные джинсы лишь ради того, чтобы доехать в комфорте. Выбор Чонина падает на футболку, свободное худи и синие джинсы.              – Готов? – спрашивает старший, когда юноша застёгивает на себе куртку и поправляет волосы. В ответ он получает утвердительный кивок. – Отлично, тогда пойдём, – зовёт Крис, пока открывает дверь. Младший уверенно шагает на лестничную клетку, всем видом доказывая, что совсем не боится осмотра, хотя сердце заходится в бешеном от волнения ритме.              Пара садится в машину и в тишине едет в больницу.       Ян немного ёжится от воспоминаний и семенит следом за старшим, который шёл переодеваться в свой кабинет. Как назло, ждать долго не приходится и уже через пару минут верхняя одежда висит в гардеробе, а парни направляются к кабинету проктолога. Очереди не было, поэтому они решают сразу зайти и не тянуть драгоценное время.              – Привет, – первым здоровается Чан, стоит им войти в помещение.              – Здравствуйте, – лепечет младший и прижимается поближе.              – Привет-привет, – отвечает Минхо, выходя из какой-то двери. Видимо, тоже переодевался. – Я только зашёл, так что подождите немного, надо всё подготовить, – подтверждает догадки Ли, уходит за ширму и начинает там чем-то шуршать. – Так, ну что, начнём, – закончив со всеми приготовлениями, Ли садится за стол и открывает на компьютере программу, заменяющую бумажные карточки пациентов. – Посторонних попрошу удалиться, – говорит он и исподлобья глядит на Бана, который поджал губы и, покачав головой Чонину, вышел. – Ну, как поживает трещинка? Не болит? – задаёт главные вопросы врач.              – Всё хорошо, ничего не болит, – опустив голову, отвечает младший. Без Криса рядом он чувствовал себя неуверенным и немного подавленным.              – Угу. Дискомфорта никакого нет? Неприятное тянущее чувство или ощущение нароста? – пока записывает одну информацию, Минхо задаёт следующий вопрос.              – Ничего нет. Я вообще о ней не помню, пока не приходит время обрабатывать, – рассказывает парень, дабы избежать смущающих расспросов.              – Что ж, отлично. Пойдём посмотрим и, скорее всего, выпишу тебя, – хлопает в ладоши Ли и поднимается со своего места. – Идём со мной, я всё объясню, – зовёт он младшего, но тот так и остаётся на месте. – Чонин-и, тебе нечего бояться. Я только быстренько прощупаю на наличие рубцов и отпущу тебя, – присаживается на корточки рядом с юношей старший и гладит его по коленке.              – Может не надо осматривать? У меня правда ничего нет, – проговаривает Ян. Он немного поднимает голову, чтобы встретиться глазами с мужчиной и тот понимает, что парень скоро заплачет, ибо глаза уже блестели от слёз.              – Солнце, я обязан провести осмотр, чтобы сделать правильный вывод, – объясняет врач. – Всё хорошо, не надо бояться. Ты же готовился дома? – на всякий случай уточняет он. Младший неуверенно кивает. – Ну вот, нам осталось только посмотреть. Пойдём, я не сделаю больно, обещаю, – как можно мягче просит Минхо и берёт ладошку юноши в свою, чтобы помочь тому преодолеть страх, встать со стула и последовать за ним. – Смотри, ты можешь сидеть в кресле, почти как в прошлый раз, или стоять на кушетке. Можешь выбрать, как тебе будет лучше. Говорю сразу, мне без разницы в каком положении проводить осмотр, – рассказывает Ли, заводя парня за ширму. У того глаза чуть не выпали от вида всего.              С потолка свисает огромная, почти как в операционной, лампа. Под ней стоит кресло, чем-то напоминающее стоматологическое, но с поставками, как видимо, для ног. Рядом с этим страшным стулом с обивкой стоит металлический столик, накрытый такой-же крышкой, под которой прячутся ручные инструменты. Здесь же, недалеко, расположилась кушетка с довольно высокими ножками.              – Я… Наверное, выберу кресло, – почти шепчет Чонин. Ему и до этого было страшно, а теперь он даже представить не может, как собраться с духом и позволить осмотреть себя.              – Хорошо. Штанишки и трусики снимай, футболку можешь оставить, – подсказывает Минхо и отходит за новой парой перчаток и маской. Младший пытается заставить себя сделать так, как просят, но его хватает лишь на то, чтобы скинуть худи.              – П-простите, я не могу… – уже почти всхлипывает он, когда врач возвращается.              – Тише, всё хорошо. Смотри, вот я, а вот инструменты, –старший подходит к тому самому столику. – А теперь я увожу их в другую сторону, потому что буду использовать только вазелин, – он отталкивает стол, из-за чего тот укатывается к двери подсобки. – Теперь не так страшно? – добродушно улыбается Ли, когда замечает, что Чонин с облегчением выдохнул и даже взялся за пуговицу на джинсах.              – Я же могу оставить одежду на кушетке? – уточняет парень и, дождавшись утвердительного кивка, стягивает с себя штаны. Следом, уже чуть менее уверенно, идут и боксеры. Минхо за это время успевает постелить на кресло одноразовую пелёнку и ждёт своего пациента.              – Умница. Смотри, сюда садишься, а сюда ножки закидываешь, – показывает он смущённому юноше и ждёт, пока тот устроится. – Вот так. Можешь закрыть глазки, – советует старший и смазывает вазелином свой палец в перчатке, предварительно включив лампу и направив свет на промежность Яна. Тот лишь нервно сглатывает и закрывает глаза, через пару секунд ощущая аккуратное прикосновение к сфинктеру. – Расслабься и не сжимайся, – указывает врач и вводит палец. Младший судорожно вздыхает и ойкает, когда Ли начинает прощупывать его изнутри. – Тише, тише, ты большой молодец, – хвалит мужчина, заканчивая крутить пальцем. – Что ж, могу тебя поздравить, рубцов нет. А сейчас нужно посмотреть саму ранку, чтобы удостовериться, что она полностью зажила, – объявляет он и вытягивает из кармана халата одноразовый аноскоп.              – С-стойте, вы же говорили, что только пощупаете, – чуть приподнимаясь на кресле, пытается возразить юноша. Его пугает один только вид инструмента и снова почувствовать его в себе совсем не хотелось. Настолько, что в глазах встали слёзы.              – Ну же, Чонин-и, не плачь, – ласково проговаривает старший, пока смазывает аноскоп вазелином. – Я не сделаю больно, ты же знаешь. Нам всего-то нужно убедиться, что всё заросло, – отвлекает он и подносит инструмент к анусу парня, который уронил первую слезинку. – Чшш, всё хорошо. Смотри, он совсем маленький, ты даже не почувствуешь, – начиная погружать кончик, говорит Минхо. – Вот так, какой ты умница, – хвалит он, достаёт внутреннюю часть аноскопа и чуть заглядывает внутрь. Врач проходится взглядом по всем стенкам, но ни на одной не находит даже намёка на какое-то повреждение. – Всё, можешь одеваться, – сообщает он, убрав инструмент. Чонин мигом слезает с кресла и со скоростью пули натягивает на себя одежду. Старший в это время выбрасывает пелёнку и отходит к столу, где начинает что-то активно печатать в компьютере. – Поздравляю тебя, повреждение полностью затянулось. Никаких отклонений от нормы не выявлено, так что можешь спокойно жить и заниматься всем, чего душа пожелает, – радует он новостью, от которой у парня челюсть отвисла.              – Спасибо вам большое! Я могу идти? – радостно восклицает юноша и, дождавшись утвердительного кивка, буквально вылетает за дверь. – Хён! Я здоров! – почти кричит он и виснет на шее такого же радостного Чана.              – Поздравляю тебя, мой сильный мальчик, со всем справился, – приговаривает тот, тиская младшего, и прижимается губами к губам напротив. Всего на несколько секунд, но и этого хватает, чтобы выразить свою любовь.              – Чан, вы бы хоть постыдились в коридоре таким заниматься, – хмыкает только вышедший из кабинета Ли.              – Да какая разница, всё равно никого нет, – Крис даже не отрывается от младшего, в то время как тот издаёт приглушённый всхлип. – Лисёнок, ты чего плачешь? – обеспокоенно спрашивает он и заглядывает в юношеское личико.              – Просто… Я так счастлив… Хён, ты даже не представляешь, как я тебя люблю, – пытается объяснить Ян, но в итоге ещё сильнее прижимается к родной груди.              – Солнце, я тоже тебя люблю, только не надо плакать, – чуть посмеивается старший и кидает взгляд на Минхо, что умилённо улыбался, стоя в дверях своего кабинета. – Йенни, пойдём умоешься и домой поедешь, мне ещё работать надо, – предлагает Бан, на что парень соглашается и немного отодвигается, чтобы не мешать идти. – Спасибо тебе, – коротко благодарит мужчина Ли и удаляется.              Пара быстро преодолевает коридор и заходит в кабинет Чана. Там, в отдельной комнатке, Чонин умывает лицо и окончательно успокаивается, теперь сверкая своей очаровательной улыбкой. Врач провожает его до гардероба, ждёт, пока младший оденется и, чмокнув его в макушку, отправляет домой.       Стоит тому усесться в метро, как в руках сразу оказывается телефон с открытым общим чатом, в котором присутствовали все друзья.       

Я

Ребят, я здоров!!!!!!!!!!

ХанДжи АОАООАОАОАОАОА НАДО ОТМЕТИТЬ!1!1!!1!1! Джин Поздравляю! Феликс тоже тебя поздравляет, он брауни готовит, не может сейчас писать Сынминик ПОЗДРАВЛЯЮЮЮЮЮ       Парень лучезарно улыбается, читая сообщения. Он буквально светился от счастья, из-за чего окружающие неровно на него поглядывали. Но юноше было всё равно и на косые взгляды, и на что-то бубнящую рядом бабульку, ведь им не понять его радости.       Наконец оказавшись в квартире, Ян раскидывается на кровати звёздочкой и полностью погружается в переписку с друзьями. Как оказалось, Джисон уже успел позвонить Минхо и достать того расспросами о младшем, но мужчина любовно его послал и сбросил трубку, так как зашёл новый пациент. Хёнджин скинул пару фотографий Ликса, на которых тот усердно что-то перемешивал в миске. Сынмин же куда-то пропал, что никого не удивило, ведь он постоянно игнорил всех и всё, а отвечал только по важному случаю.       Чонин так увлёкся перепиской, что сам не заметил, как пообедал, помыл посуду и вернулся в спальню. Из чата его выдернул телефонный звонок исходящий от Криса.              – Лисёнок, ты дома? – сходу спрашивает старший и звенит на том конце провода ключами. Кажется, он закрывал свой кабинет.              – Дома, – отвечает юноша и принимает сидячее положение, ведь разговаривать лёжа было не совсем удобно.              – Собирайся, я сейчас за тобой заеду и поедем в полицейский участок. Тех мужчин нашли. Они даже вину свою признали, – рассказывает Бан, пока стремительно спускается по лестнице, о чём свидетельствует частый стук ботинок о ступеньки.              – Ого, – глаза и губы парня округлились, – сейчас оденусь, – сообщает он и, услышав в ответ: «Давай, я еду» – сбросил трубку, дабы в следующую секунду подорваться и броситься одеваться.              Ян собирается за рекордные пять минут и, с верхней одеждой в руках, ждёт сообщения от мужчины, чтобы спуститься к нему.       Через десять минут томительного ожидания, Чан пишет, что подъезжает к их двору. Младший моментально запрыгивает в куртку, обувается, закрывает квартиру и бежит вниз. Он выходит из подъезда как раз тогда, когда подъезжает врач, поэтому юноша сразу садится в машину и они едут в участок.              – Волнуешься? – вдруг спрашивает старший, чем выдёргивает парня из мыслей о предстоящем.              – Немного, – коротко отвечает Чонин и снова утыкается взглядом в окно. В его голове проносились десятки мыслей о том, что будет происходить, о чём могут спросить, как всё будут решать и о многом другом. Юноша старался мысленно подготовиться, но выходило совсем худо, поэтому он оставил эти попытки. – Хён, а ты откуда узнал, что их нашли? – решает продолжить диалог младший, дабы не мучать себя тяжёлыми мыслями.              – Чанбин позвонил. Мы же оставляли свои номера телефонов в прошлый раз, – рассказывает мужчина, поворачивая к участку. – Вот и приехали, – немного нервно выдыхает он, когда паркует автомобиль и заглушает мотор. – Пойдём, – Бан выходит из салона и дожидается, когда юноша повторит его действия, чтобы закрыть машину.              – Ты знаешь куда идти? – спрашивает младший, пока они подходят ко входу в здание.              – Знаю, не переживай, – успокаивает его врач. – И да, постарайся не кусать губу, а то мне больно становится, когда ты её в кровь сгрызаешь, – просит он с лёгкой улыбкой и наконец шагает внутрь.              – Постараюсь, но обещать ничего не могу, – также улыбаясь, отвечает Чонин и не отстаёт ни на метр.              Пара проходит мимо девушки, которая встретила их, когда они пришли сюда впервые. Та здоровается и миловидно улыбается, пропуская молодых людей в нужный им кабинет.       В самом кабинете за своим большим столом сидит Чанбин, позади стоит Тэхён, а на стульях у стены расположились несколько мужчин в наручниках. Одного из них Ян узнаёт – Чонгук. Все преступники сидели молча и не поднимали голов, даже тогда, когда вошли Ян и Крис.              – Здравствуйте, – здороваются они одновременно, чем вызывают друг у друга тихие смешки.              – Добрый день, прошу вас, – приглашает Со и указывает на диванчик, стоящий у стены напротив насильников. Парни быстро усаживаются на кожаную поверхность и ждут дальнейших действий. – Итак, начнём. Было принято решение не собирать массовый суд, а провести всё в таком формате, – начинает полицейский, тем самым привлекая всеобщее внимание. – Тремя неделями ранее, в ночь с понедельника на вторник, Ян Чонин, коим является пострадавший, возвращался из бара домой. Юноша был в состоянии слабого алкогольного опьянения, мыслил здраво, поведением не отличался. В один момент, по словам очевидцев, вы хватаете его и уводите в тёмный узкий переулок, в котором проводите насильственные действия сексуального характера. В последствии оказывается, что парню была нанесена физическая травма, – зачитывает он документ. Атмосфера в кабинете стояла напряжённая. Чонин полностью вжался в Криса, что поглаживал его по спине, пытаясь хоть немного успокоить и расслабить. Преступники, всё также потупив взгляды, изредка кивали, подтверждая слова Чанбина. – Подтверждаете ли вы данное заявление и принимаете ли вы свою вину? – обращается тот к мужчинам.              – Да, – отвечает Чонгук. Остальные лишь поддакивают и не желают издавать какие-либо другие звуки.              – Отлично. По закону, за совершение изнасилования, полагается лишение свободы на срок от трёх до шести лет. Вам разрешается съездить домой, чтобы собрать вещи. В шесть за каждым приедет наряд и увезёт в определённое место, – рассказывает Со, измеряя комнату шагами, пока Тэхён ставит печати на какие-то документы. – Если у вас есть желание хотя-бы извиниться перед пострадавшим, вы можете сделать это прямо сейчас, – сообщает полицейский. Младший удивлённо хлопает глазами и обводит мужчин напротив взглядом.              – Простите нас, пожалуйста. Это произошло по нашей вине. Не держите на нас большого зла, мы были под градусом и совсем не соображали. Надеюсь, сейчас у вас всё хорошо, простите ещё раз… – выдавливает из себя Чон, делая паузу после каждого предложения. Было видно, что ему тяжело дались эти слова, ведь дыхание стало громче, а пальцы то и дело цеплялись друг за друга.              – Сейчас… всё хорошо. Я рад, что вы осознаёте свою ошибку, – тихо отвечает Ян. Он сейчас чувствовал себя не лучше насильников. Сердце заходилось в бешеном темпе, губы постоянно высыхали, из-за чего их приходилось каждую минуту смачивать языком. Врач же продолжал сидеть рядом, обнимая и оказывая безмолвную поддержку.              – Если на этом всё, то все свободны, – объявляет Чанбин и принимается сортировать бумаги по папкам, пока Ким снимал с преступников наручники.              – Спасибо вам за всё, до свидания, – благодарит Чан, прежде чем направиться к выходу из кабинета.              – Всего вам доброго, – прощается Со и продолжает своё дело.              Пара ждёт, пока все теперь заключённые выйдут из комнаты, чтобы выйти за ними. Но стоит парням оказаться в коридоре, они видят Сынмина, который о чём-то разговаривал с девушкой. Чонин даже успел испугаться, что у друга что-то случилось, как из кабинета выходит Чанбин и направляется прямо к парню. Они обнимаются и чмокают друг друга в губы, тихо переговариваясь. Младший, как и врач, был в полнейшем шоке, пока наблюдал за этой картиной.       Вдруг Ким замечает удивлённый взгляд друга, из-за чего густо краснеет и прячется за своим парнем.              – Ты чего? – недоумевает тот, но, когда оборачивается и видит две пары глаз, что готовы выкатиться их глазниц, понимает причину такого поведения. – Вы друзья? – интересуется он.              – Да, – тихо отвечает Сынмин и прижимается ещё ближе.              – Ну кого ты так сильно стесняешься? Они же тоже встречаются, всё понимают, – хихикает полицейский. – Вон, смотри, Чонин к тебе подойти хочет, а ты прячешься, – указывает он. Ким всё-таки отрывается и смотрит на друга. Тот неловко топтался на месте, явно порываясь подойти ближе, но боясь испортить момент. – Всё хорошо, иди поздоровайся, – подталкивает Со. Парень, всё ещё сильно смущаясь, всё же подходит к другу.              – Привет… – тихо тянет он.              – Привет. Так вот оказывается, кто твой возлюбленный. И правда работа крутая, – восхищённо проговаривает Ян.              – Не говори так, мне неудобно… – Сынмин пытается выглядеть возмущённым, но на деле не может даже глаз от пола оторвать. Для него ситуация вышла слишком смущающей.              – Хорошо-хорошо, только потом ты мне всё расскажешь! – смеётся младший. Ким лишь коротко кивает и возвращается к Чанбину.              – Лисёнок, я тут подумал, может соберёмся сегодня со всеми друзьями? Надо же отметить, – на ушко предлагает Чан, до этого стоявший в стороне. В глазах юноши загорается интерес, он охотно соглашается и решает сразу пригласить пару напротив.              – Сынмин! – окликает Чонин и подходит ближе. – Мы с хёном решили устроить сегодня праздник. Приходите, к нам в квартиру, мы будем ждать, – ярко улыбаясь, приглашает он.              – Что ж, раз приглашаете, то конечно придём. Во сколько начало? – интересуется Со и приобнимает Кима за талию, из-за чего тот утыкается лицом в его руку.              – Можно прямо сейчас, только надо в магазин заехать, а то на всех еды не хватит, – отвечает подошедший Бан.              – Хорошо, тогда мы съездим домой и сразу к вам, – соглашается полицейский и тянет Сынмина за собой в сторону выхода.              – Пойдём и мы, нам ещё продуктов докупить надо, – подталкивает юношу мужчина. Тот начинает стремительно шагать по коридору участка, чем вызывает улыбку старшего. – Давай в машину, чудо, – смеётся Крис и, положив руку парню на плечо, выходит из помещения и направляется к автомобилю.              – Хён, я тогда остальным сейчас напишу, – сообщает Ян уже в салоне. Мужчина кивает и сосредотачивается на дороге.              

Я

Внимание!

Мы устраиваем праздник, так что минут через 30-40 ждём всех у нас в квартире

Джисон, не забудь своего врача!

ХанДжи Эй, у него вообще-то имя есть👿 И хорошо, мы уже собираемся Фелька Считай, что мы уже выходим! Джин Я только из душа, ало..       – Бедный Хёнджин, – тихо тянет юноша и хихикает в ладошку. К этому времени машина уже подъезжает к супермаркету.              – Так, сейчас ходить точно не пять минут будем, так что не хнычь, – наказывает старший и выходит из салона.              – Ну что я, маленький что-ли, из-за такого ныть, – возмущается Чонин и тоже вылезает на улицу.              Вопреки своим словам, парень всё же начал ворчать по поводу того, что они слишком долго ходят между рядами. Сначала Чан пытался игнорировать это, но в конце концов просто купил младшему шоколадку и тот сразу успокоился и забыл все обиды.       Два тяжёлых пакета с продуктами загружены в багажник, а лицо парня рядом сияет счастьем, в то время как руки распаковывают сладость. Мужчина хихикает и выворачивает к дому.       Дорога отнимает не более десяти минут, и пара, с пакетами в руках, поднимается к своей квартире.       Уже в коридоре Ян получает по шее за оставленный беспорядок в спальне, после чего его отправляют убираться в комнате. Юноша дует губы, но чистоту наводит, ибо встречать гостей, когда в доме не убрано, было неэтично.       Через пару минут раздаётся звонок в дверь. Младший бежит открывать, но его опережает Бан.              – Всем привет, – появляется на пороге Минхо, а за ним и Джисон.              – Здравствуйте. Привет, – здоровается Хан и заходит за старшим.              – Привет, проходите. Джисон с Чонином тогда гостиную подготавливать начнут, а мы еду готовить, – предлагает Крис. Все соглашаются с планом и расходятся по комнатам.              – Хён, а что готовить-то? – спрашивает младший, когда понимает, что не знает что делать.              – Стол поставьте, стулья, можете гирлянду какую-нибудь повесить, – объясняет мужчина и скрывается с Ли на кухне.              Всё погружаются в свои дела. Младшие еле-еле перенесли стол, по пути чуть не перевернувшись с ним. Они принесли несколько стульев из кухни, ибо угловой диван не мог вместить столько человек. Точнее, мог, просто тогда за стол они не влезут.       Старшие в это время активно резали, варили, тушили, смешивали, снова резали, выпекали, заворачивали, раскладывали и многое другое. Они настолько погрузились в приготовление еды, что даже не заметили, как парни побежали встречать ещё кого-то. То оказались Чанбин и Сынмин.              – Здравствуйте. Привет, Сынмин-и, – здоровается Хан и оглядывает мужчину рядом с другом. – А вы…              – Со Чанбин, встречаюсь с Сынмином. Рад знакомству, – старший протягивает ладонь для рукопожатия, на которое Джисон активно отвечает.              – Приветствую ещё раз, – из кухни высунулась голова Чана, а после и остальное тело. – Проходите, не стесняйтесь. Сынмин с мальчишками пока посидит, а вы с нами на кухне, – распоряжается он.              – Хорошо, – Чанбин коротко чмокает Кима в щёчку и проходит за хозяином квартиры, пока парень с заалевшими ушами присоединяется к друзьям. – Только, пожалуйста, давайте сразу перейдём на ты. Мы хоть и мало знакомы, но мне как-то неудобно, – просит Со, заходя на кухню. – Опана… – он замирает сразу, как видит Минхо, что-то активно проверяющего в духовке.              – Ого, кого я вижу? Чанбин-и, ты ли это? – восклицает мужчина, закрыв дверцу духового шкафа.              – Минхо, старик, сколько лет сколько зим, – Бин ярко улыбается и обнимает Ли, пока тот прижимает его ближе и в шутку пару раз стукает по плечу.              – Так и дразнишься, засранец, – смеётся Хо и замечает непонятливый взгляд Криса. – Чан, разреши представить – Чанбин. Мы с ним в соседних дворах выросли, всю школу вместе тусовались, а потом кое-кто смотался учиться в другой город, – он щипает стоящего рядом Бина за бок, на что тот смешно пищит и отпрыгивает на пару шагов назад.              – Ну, раз вы уже давно знакомы, предлагаю продолжить готовить, а-то парни есть захотят, а у нас не готово ничего, – предлагает старший и все сразу принимаются за работу. Чанбин быстро вливается в процесс, что радует каждого.              Тем временем в гостиной младшие откопали в недрах шкафа воздушные шарики и решили, что их можно добавить в декор.              – Я буду надувать оранжевый! – заявляет Чонин, вытягивая из упаковки шар названного цвета.              – Он тогда не впишется в интерьер! Надо белые, жёлтые и светло-голубые брать! – возражает Хан и выдёргивает из рук друга яркую резину.              – Какая разница, давайте всё подряд надувать. Так настроение праздника будет, – пытается предотвратить спор Сынмин, но его никто даже не слышит.              – Я хочу оранжевый! – пищит младший.              – Возьми жёлтый! – указывает Джисон.              – Я не хочу жёлтый, хочу оранжевый!              – Я лучше знаю!              – Нет я!              – Я старше!              – Хён, меня Джисон обижает! – вдруг кричит на всю квартиру Ян. У бедного Хана челюсть отвисает от такой наглости, но он не показывает свои эмоции и делает обиженную моську. Может так Минхо пожалеет.              – Что у вас случилось? – вопрошает Ли, когда они с Чаном оказываются в проходе.              – Он не даёт мне надуть шарик, который я хочу! – жалуется младший, тыкая пальцем в надувшегося друга.              – Потому что он в интерьер не вписывается, – бурчит тот и отворачивается от всех.              – Хан-и, ну чего ты? – ласково начинает Хо, подходя ближе к парню. – Пусть надувает какие хочет, сам же знаешь, какой он вредный, – тихонько говорит он на ушко Джисону и поглаживает рукой по спине. – Просто не обращай внимание и делай так, как тебе нравится, хорошо? Завтра тебе вкусняшку приготовлю, – обещает старший и, чмокнув парня в лоб, отходит обратно к Крису, который только закончил отчитывать Чонина за негостеприимность.              – Мой любимый рулет? – тихонько уточняет Хан, на что Ли улыбается и кивает.              – Успокоились? Давайте дальше украшать, – командует Ким, после чего все трое принимаются за работу.              За активной подготовкой ни взрослые на кухне, ни студенты в гостиной не замечают звонков в дверь. Только спустя пару минут Ян подскакивает и несётся впускать гостей, параллельно извиняясь.              – Ничего страшного, главное, что ты услышал, – утешает Феликс, пока вешает куртку. Хёнджин подтверждает его слова и проходит чуть дальше.              – Хёнджин, все хёны сейчас готовят ужин, можешь к ним присоединиться. А мы гостиную украшаем, так что Ликс с нами, – объясняет младший и ведёт Хвана к кухне. – Хён, тут Хёнджин с Феликсом пришли, – сообщает он, после чего Бан жмёт пришедшему руку и приглашает присоединиться.              В последующие полчаса в квартире кипела подготовка. В гостиной полным ходом шёл процесс крепления шаров на стены, а на кухне совершались последние штрихи над блюдами.              – Йенни, заберите, пожалуйста, стаканы, тарелки и столовые приборы, – зовёт Чан. Парни прибегают уже через секунду и расхватывают всё, что просят. – Расставьте там всё красиво, чтобы празднично было, – просит мужчина и в следующее мгновение в кухне становится на четыре человека меньше.              – Они там ничего не уронят? – прислушиваясь, говорит Хёнджин. В соседней комнате слышны стук стекла о поверхность стола, звон столовых приборов и редкие подсказки ребят.              – Надеюсь, не уронят. Не маленькие ведь уже, – увлечённо украшая салат, отвечает Бан. – Минхо, ты закончил с овощами? – спрашивает он, когда заканчивает своё занятие.              – Да, можно уже выносить, – сообщает Хо и подхватывает пару тарелок с закусками.              Старшие начинают выносить готовые блюда, от вида и запаха которых у младших текут слюнки. Они покрываются стащить что-нибудь, но их каждый раз осекает кто-нибудь из взрослых.       Когда стол начинает буквально ломиться от еды, все собравшиеся, наконец, рассаживаются. Благодаря квадратной форме столешницы, никому не пришлось спорить с кем сесть, ведь каждый выбрал свою вторую половинку.       По стаканам полились напитки: у кого-то сок, у кого-то газировка, у кого-то минералка. Алкоголь единогласно решили не трогать.              – Что ж, раз у всех наполнены стаканы, время сказать тост, – заявляет Минхо и поднимается с места. – Чонин-и, от всей души поздравляю тебя с выздоровлением. Я очень рад, что ты оказался таким смелым и сильным парнем и смог преодолеть все трудности. Отдельное спасибо Чану, за то, что помогал в лечении. В общем, хочу пожелать тебе больше не попадать в такие ситуации и жить спокойной, счастливой жизнью. Надеюсь, ещё долго не увижу тебя в своём кабинете с жалобами. Ура! – он поднимает стакан и вытягивает руку вперёд, чтобы чокнуться с каждым. Все пьют свои напитки и приступают с еде. С разных сторон то и дело доносится: «Подай мне, пожалуйста, вон то».              – Всё так вкусно! – восклицает радостный Чонин.              – Жуй-жуй, не болтай, а то подавишься, – заботливо напоминает Крис.              – Я тоже хочу сказать пару слов, – когда все более менее усмиряют свой пыл к еде, сообщает Ян и, налив себе ещё сока, встаёт. – Спасибо вам всем за то, что пришли сегодня. Каждый из вас помогал мне пройти этот нелёгкий путь, за что я бесконечно благодарен. Также, я хочу поздравить наших Сынмин-и и Чанбин-хёна с началом отношений! Пусть всё у вас будет сладко и никакие разногласия не мешают вашей жизни. Ура! – он, как и Минхо, поднимает и вытягивает руку вперёд. Все радостно кричат слова поздравления и звенят стенками стаканов, пока немного смущённые Со и Ким смотрят друг другу в глаза и счастливо улыбаются.              Вечер проходит шумно, весело и совершенно незаметно. Все шутят, едят, рассказывают истории и просто классно проводят время.       Так проходит несколько часов. Часовая стрелка перевалила за отметку 10, за окном уже стемнело и на улицах горели фонари. Эти факты, возможно, так и оставались бы незамеченными, если бы младшенькие не начинали клевать носами.              – Что ж, хорошо посидели, но, думаю, мы пойдём домой, а то Ликс уснёт, – говорит Хёнджин, поправляя волосы юноши. Тот хмурится, пытается возмутиться и доказать, что может посидеть ещё, но закрывающиеся глазки выдают с потрохами, поэтому он просто виснет на Хване, пока тот тихо посмеивается.              – Да, мы тоже пойдём. Нам ещё ехать, – Чанбин притягивает Сынмина поближе и тот кладёт голову на мускулистое плечо, не в силах больше держать.              – Джисон-и тоже уже почти спит, так что и мы пойдём, – Минхо обводит взглядом сонного парня, который пытался казаться бодрым, но засыпал буквально на ходу.              – Хорошо, идёмте, я вас провожу, Йенни, кажется, спит, – приглашает Крис и, погладив младшего по волосам, поднимается.              – Давай хоть поможем со стола убрать, – спохватился Хо. Он переносит Хана на диван и помогает хозяину квартиры перекладывать оставшиеся нетронутыми блюда в контейнеры, пока Со и Хёнджин уносили посуду.              Такой командой они быстро управились, Бан запустил посудомойку и пошёл провожать гостей. Все уходили довольные, даже почти спящие младшие улыбались, благодарили за вечер и махали ручкой на прощание. Мужчина закрывает за ними дверь и идёт за Чонином, что свернулся на диване калачиком и мирно посапывал. Он поднимает на руки своё чудо и несёт его в спальню, дабы переодеть в пижаму и оставить спать.       Мужчина начинает расстёгивать пуговицы на рубашке младшего, из-за чего тот немного дёргается и приоткрывает глазки.              – Тише-тише, это я, – шепчет Крис и продолжает своё занятие, пока сонный взгляд следит за каждым его движением. – Малыш, можешь спать, я тебя переодену и укрою, – заверяет старший, но юношеская ладонь ложится на его кисть.              – Хён, полежи со мной, – просит Ян, чем вызывает улыбку у Чана.              – Солнце, давай я сначала переодену тебя, а потом мы полежим. Хорошо? – предлагает мужчина и, увидев короткий кивок, продолжает начатое.              Юноша спокойно даёт себя переодеть и укрыть одеялом, а потом терпеливо ждёт, пока Бан переоденется сам и уберёт одежду на места.              – Я тут, – сообщает старший, когда залезает под одеяло рядом с парнем. Тот сразу льнёт ближе, обнимает родное тело. – Спи, лисёнок, сегодня был насыщенный день. – мужчина гладит его по волосам и разглядывает сонное личико, уместившееся у него на груди.              – Хён, я хотел сказать тебе… – вдруг начинает шептать младший. – Спасибо тебе за всё. За то, что не бросил, за то, что помогал, за то, что всё ещё любишь. Спасибо, что стал моим, – голос звучит слабо, между предложениями Чонин делал довольно длинные паузы, чтобы собрать все мысли.              – Малыш, я всегда любил, люблю и буду любить тебя. Мне никто и ничто не нужно, лишь бы ты был счастлив, – влюблённо шепчет Крис, не переставая перебирать пряди мягких волос парня. – Я люблю тебя, лисёнок.              – И я люблю тебя, хён.