Кем мы становимся

Тучи после дождя закрывали звездное небо и серебряную луну, окутывая непроглядным мраком глубокую ночь. Поднимаясь на гору Банцай, Цинсюань то и дело спотыкался о камни, но следовавший рядом с ним князь демонов каждый раз удерживал его от падения. Они шли той же дорогой, по которой служивший демону мужчина и Цинсюань ехали вчера утром. Чем выше они поднимались, тем сильнее гору окутывал молочный туман, и даже голубые огоньки Черновода терялись в нем, как звёзды за чёрными тучами, делая местность вокруг жуткой и мистической. — Кажется, это здесь… — тихо сказал Ши Сюань, когда они поднялись на плато. — Из-за тумана ничего не могу разглядеть. Юноша задумчиво повертел головой и, указав сложенным веером направление, не совсем уверенно произнес: — Если не ошибаюсь, дом стоял вон там. Хэ Сюань молча пошёл в указанном направлении, то и дело оглядываясь на шагавшего позади Цинсюаня. Магические огни плыли в тумане чуть впереди, и вскоре оба увидели очертания маленького домика. Вдруг Черновод замер, и юноша неловко врезался в его спину. — Почему мы остановились? — прошептал он. — Тихо, — резко велел Хэ Сюань. Его суровый взгляд бегал в тумане, словно кого-то выискивая, — я чувствую чьё-то присутствие, — пояснил демон после минутного молчания. — Кажется, туман стал гуще, — с тревогой заметил бывший небожитель. — Не могу разглядеть даже собственные руки… В доказательство своих слов, Цинсюань поднял ладони к лицу. Все его тело было окутано густой молочной дымкой, довольно плотной и почти непроницаемой. Когда он снова поднял глаза, то чёрной фигуры князя демонов, стоявшей еще секунду назад рядом с ним, уже не было. — Хэ Сюань… — тихо позвал юноша, взволнованно вглядываясь в туман. Его сердце бешено билось в груди, заглушая собой посторонние звуки. Внезапно, слева от него промелькнула чья-то тень и тут же скрылась в сгустке тумана, а потом до Цинсюаня долетел тихий плач, который оборвался так же внезапно, как и прозвучал. Младший Ши тут же раскрыл свой веер; его зелёные глаза тревожно вглядывались в молочную гущу. Снова раздался чей-то плач, но на этот раз уже гораздо громче и с надрывом. Юноша медленно сглотнул, чувствуя, как по виску скатилась холодная капелька пота. Он открыл рот, чтобы снова позвать Черновода, но с его губ успело сорваться только: — Хэ… А в следующее мгновение кто-то зажал ему рот ледяной ладонью и тут же оттащил на несколько шагов назад. Цинсюань хотел было что есть мочи замычать и даже успел замахнуться веером на подкравшегося сзади человека, как вдруг услышал возле уха знакомый голос, который ему тихо велел: — Замри и не дергайся, оно где-то в тумане и уже заметило нас. Ши Цинсюань кивнул и почувствовал, как Черновод медленно убрал руку от его рта, но его тело по-прежнему было крепко прижато к неподвижно стоящему князю демонов. Там, где их тела соприкасались, юноша вдруг ощутил легкое покалывание и прохладу, словно невидимые силы вливались в него. Следом Цинсюаня настигло головокружение, как и в прошлый раз, когда Черновод делился с ним своей духовной энергией. Он вжался спиной в грудь Хэ Сюаня, опираясь на него, чтобы не упасть, и тут же снова услышал тихий шепот над головой: — Месть не убивает тех, кто уже мёртв, как и не спасти ту душу, что уже убила. Эта фраза заставила сердце Ши Цинсюаня забиться в груди с такой силой, что бывший небожитель стал задыхаться. Ему был неведом смысл этих слов, и почему они вообще прозвучали, казалось бы, совершенно не вовремя. И тем не менее, эта фраза быстро прокралась в мысли Цинсюаня, заставляя его невольно повторить ее одними губами. А в следующее мгновение в голове юноши раздался голос Черновода, заставивший его резко вздрогнуть от удивления. — Я уже начал думать, что ты не повторишь ее. Повелителю Ветра потребовалось несколько мгновений для осознания: какую фразу сказал ему Хэ Сюань. — Пароль от твоей духовной сети весьма многозначителен, — с лёгкой заминкой произнёс про себя Цинсюань. — Для других, — возразил князь демонов, — но тебе его смысл должен быть яснее, чем для кого бы то ни было… Ши Цинсюань действительно понял его именно так, как и должен был, и значение этих слов заставило юношу испытать неловкость. Поэтому он просто промолчал, а его голова склонилась под бременем невеселых дум. — Будь начеку и не складывай веер, — снова прозвучал резковатый голос Черновода. А потом, словно желая смягчить свой тон, он провел кончиками пальцев от скулы юноши вдоль шеи и до самой ключицы, вызвав у того табун мурашек. Цинсюань кивнул и, пользуясь духовной сетью, проговорил: — Ты плохо на меня влияешь. Хэ Сюань отпустил его и встал рядом. Окутанное дымкой его тело казалось размытым, но когда князь демонов взглянул на Цинсюаня, его золотые глаза горели словно два пылающих огонька, и этот взгляд был самым отчетливым, что видел вокруг себя юноша. — Ты только понял? — прозвучало в его голове. Младший Ши нахмурился и, ничего не ответив, демонстративно отвернулся. — Справа только что проскользнула какая-то тень, — проинформировал Черновод, — в паре чжанов от тебя, — тут же добавил он. — И без тебя знаю! — резко отозвался Цинсюань. Под раздражением в его тоне скрывалась тревога, которая не укрылась от Хэ Сюаня. Повелитель Ветра сжал веер в правой руке, готовый в любой момент рассечь им туман. Вдруг ему с опозданием пришла в голову идея. Лишившись всей своей духовности, он разучился думать как небожитель, а потому не сразу понял, что может попробовать разогнать туман. Взмахнув веером несколько раз, юноша понял: это бесполезно, даже воздух остался совершенно недвижим. — Думаю, это не просто туман, — высказался Черновод. Разочарованный неудачей, Цинсюань нахмурил брови, вглядываясь в молочную дымку. — Нужно было догадаться раньше, — с горечью ответил юноша в духовной сети. — Ты что-нибудь видишь? — спросил он. — Увы, — прозвучало в ответ. Внезапно снова раздался плач, но того, кому он мог принадлежать, так и не было видно. Это начинало настораживать, ибо в этот раз отчаянный плач прозвучал буквально в нескольких шагах от демона и небожителя. Оба тут же стали оглядываться по сторонам, тщетно ища глазами источник звука. — Там! — вдруг воскликнул Ши Цинсюань, позабыв о духовной сети и опрометчиво бросился вперед. Хэ Сюань, тоже заметивший человеческий силуэт, хотел было предупредить юношу, но тот уже убежал в совершенно другом направлении. — Цинсюань! — крикнул Черновод, с тревогой смотря туда, где мгновение назад исчез Повелитель Ветра. Он бросил нетерпеливый взгляд на все еще маячивший впереди силуэт, словно не мог определиться: последовать за Цинсюанем или пойти за тенью, которая, казалось, поджидала его. Внезапный крик, разорвавший почти неестественную тишину, тут же облегчил ему выбор. Обнажив свой огненный меч, синее пламя которого было приглушенным и смазанным в белесом тумане, демон бросился бежать. — Цинсюань?! — снова окликнул Хэ Сюань. В его голосе сквозила тревога, а глаза с лихорадочной скоростью бегали из стороны в сторону, пытаясь вырвать из гущи тумана силуэт юноши. — Я здесь! — раздался ответ, но прозвучал он в отдалении и в совершенно другой стороне. Князь демонов резко обернулся, но сделав пару шагов остановился, подозрительно сузив глаза. — Цинсюань? — Иди сюда! — голос прозвучал совсем рядом, и на этот раз Черноводу даже не пришлось искать источник звука. Человеческий силуэт стоял в нескольких шагах от него, но из-за зачарованного тумана невозможно было разглядеть ни лица человека, ни его одежду. — Кто-нибудь, помогите мне! — взмолилась неясная фигура в тумане и простёрла свои окутанные дымом руки к демону черных вод. — Хэ Сюань, — раздалось в сети духовного общения, — те, кого мы видели в тумане, не были живыми людьми… Подняв меч, Черновод молниеносным движением рассек им воздух, целясь в горло молящему о помощи человеческому силуэту. Но огненное оружие прошло сквозь нечеткое тело словно через пустоту, не наткнувшись на преграду. Но стоило мечу коснуться его, как тело тут же рассеялось. И снова наступила мёртвая тишина. — Цинсюань, что ты видишь? — теряя терпение, вопросил Хэ Сюань. Он оглядывался по сторонам, снова пытаясь разыскать хоть намек на фигуру небожителя. Было рискованно продвигаться в непроглядном тумане без каких-либо ориентиров, но и стоять на месте Черновод не собирался, и потому смело двинулся вперёд, намереваясь разыскать Ши Цинсюаня во что бы то ни стало. — Ничего… — ответил тот спустя какое-то время. — Ты не ранен? — скрывая волнение за резкостью в стальном голосе, спросил демон. — Это ты кричал? — Не я, а призрак, — ответил юноша в духовной сети, — в этом тумане полно призраков… думаю, это жертвы людоеда. — Мне плевать, кто они, — нетерпеливо оборвал его Черновод, — я спросил, не ранен ли ты? Несколько мгновений на том конце духовной сети не было слышно ни звука, что изрядно взволновало Хэ Сюаня, который всё еще тщетно рыскал в тумане. Через некоторое время наконец-то прозвучал тихий голос Цинсюаня. — Нет, но… — Но?! — Кажется, я скоро снова останусь без духовных сил. Это сообщение совершенно не понравилось Черноводу, и он поспешно произнес: — Нужно найти способ спуститься с горы. Возможно, мы угодили в ловушку, и людоеда здесь нет. — В ловушку! — раздался взволнованный голос бывшего небожителя. — Нужно срочно возвращаться в деревню! Вдруг демон уже… Но фраза оборвалась, и повисла зловещая тишина. Хэ Сюань несколько раз позвал юношу в духовной сети, но тот не отозвался, и тогда демон крикнул в гущу тумана его имя, но и этот зов остался без ответа. Поняв, что Цинсюань попал в беду, Черновод испытал бурю эмоций. Его глаза полыхнули ярким пламенем, а в груди закипела демоническая энергия, требуя выпустить ее на свободу. Хэ Сюань был импульсивен во всём, что касалось Ши Цинсюаня, и осознание того, что юноше могли причинить вред, в один миг до краёв наполнило его яростью. Непревзойденный князь демонов крепко сжал меч в руке, поднял его и, вложив в этот удар недюжинную силу, вонзил оружие в окутанную туманом землю. Стоило ему это сделать, как голубая энергия тут же вырвалась из демонического меча, неудержимым потоком распространяясь во все стороны. Черновод с мрачным и грозным видом наблюдал, как ледяные волны его ярости уничтожают сопротивляющийся туман, неумолимо поглощая его, не оставляя и следа. А когда местность стала прежней, энергетическое цунами немедленно вернулись обратно в стальное тело меча, всё еще воткнутого в чёрную почву. Теперь перед князем демонов открылась пустая, абсолютно мёртвая земля, где стоял лишь один единственный покосившийся одноэтажный дом, который излучал мертвую черную ауру. Хэ Сюань вынул меч из земли и беглым взглядом осмотрел окрестности вокруг дома. Не увидев и следа Цинсюаня, он бросился к зловещей постройке. — Цинсюань?! — крикнул Черновод, вышибая дверь ногой. Влетев в дом, он тут же почувствовал, как нечто острое вошло в его тело. В это же мгновение бешеный взгляд Хэ Сюаня столкнулся с блеклыми глазами мужчины, в чьих трясущихся руках покоилась рукоятка кинжала, пронзившего его живот. Всего несколько секунд Черновод смотрел ему в глаза, при этом не выражая никаких эмоций и признаков боли. Потом князь демонов неспеша сделал шаг назад, позволив лезвию медленно покинуть его мертвое тело. Руки мужчины задрожали еще больше, а глаза расширились от страха; пальцы разжались, и кинжал упал под ноги. Охваченный ужасом, он бездействовал, молча наблюдая, как рука Хэ Сюаня тянется в его сторону. И только когда железные пальцы вцепились ему в горло, пособник демона сделал слабую попытку сопротивления. — Глупец, — бросил ему Черновод, сдавливая горло мужчины сильнее, в момент лишая того возможности сделать даже короткий вздох. — Зря ты связался с демоном. — Она… — чуть слышно прохрипел человек, из последних сил цепляясь дрожащими пальцами за душившую его руку, — моя… ж…ена… — Нет, — грубо бросил ему Хэ Сюань, — это демон-людоед — отродие даже среди ему подобных. И прежде чем окончательно покончить с мужчиной, непревзойдённый рывком притянул его к себе и грозно добавил: — Такой мерзости может служить только нечто более мерзкое. После этой короткой фразы, клеймом отпечатавшейся в умирающем сознании мужчины, Черновод одним движением длинных пальцев свернул ему шею и, отбросив труп в сторону, исчез во тьме дома. Внутри тот был еще хуже, чем снаружи, и напоминал утробу сгнившего чудовища, и вонь в нём была ничуть не меньше. При свете магических огней Хэ Сюань прошел в самую дальнюю комнату. Зрелище, представшее перед ним, повергло бы в шок и ужас любого, но не князя демонов. Его холодный невозмутимый взгляд пробежал по множеству обглоданных и разорванных на части человеческих тел, сваленных в одну кучу. Внезапно из темного угла поднялась тень и тут же метнулась в сторону прохода. Но даже полумрак не укрыл её от зоркого взора Черновода, в руке которого сразу же вспыхнул демонический клинок. Стоило этому произойти, как тень тут же замерла, слившись с чёрной, словно обгорелой стеной. — Не утруждайся, погань, — с презрением произнёс Хэ Сюань. — Тебе от меня не скрыться. — Я знаю, — вдруг раздался из темноты хриплый голос. В следующее мгновение на свет магического огня вышла одержимая женщина. Выглядела она точно так же, как и при встрече с Цинсюанем, только кровь на лице и руках казалась более свежей. — Именно поэтому мне пришлось похитить твоего миленького дружка, — лукаво сверкая глазами добавил демон. При упоминании Ши Цинсюаня взгляд Черновода, направленный на людоеда, тут же стал убийственным. — Где он? — потребовал ответа князь демонов. — Не знаю, — язвительно бросил ему людоед. Его злобный взгляд хищно сверкнул в полутьме. — Если с ним хоть что-то случится… — угрожающе начал Хэ Сюань, опасаясь за судьбу Повелителя Ветра, и поэтому не решаясь перейти в наступление. — С каких пор непревзойденный носится за человечишкой как собачонка за мясником? — с притворным удивлением вопросил демон, которому хватило наглости еще и гадко захихикать при этом. Хэ Сюань внешне остался невозмутимым, но внутри у него всё заледенело от ярости. — Я спрашиваю тебя в последний раз, — заговорил он громовым голосом. От него исходила такая убийственная аура, что даже гадкая ухмылка спала с перекошенного лица людоеда. — Где Цинсюань? — Чудное имечко, — подметил демон, — подходит его миловидной внешности. Ведомый яростью, Черновод сделал несколько молниеносных шагов в сторону одержимой женщины, и та поспешно заговорила: — Хорошо-хорошо! — теперь наглый тон окрашивал страх. — Я знал, что ты здесь для того, чтобы убить меня. Так вот, я хочу обменять свою шкуру на твоего ненаглядного, — объявил в конечном итоге демон. Несколько мгновений он стойко выносил убийственный взгляд непревзойдённого, а потом отвёл взор своих нечеловеческих, черных глаз в сторону и с наигранным сожалением добавил: — Как жаль, что мне так и не удалось отведать его нежного мяса. Должно быть, белая кожа мальчишки так же сладка на вкус, как и на запах. Эти слова невольно заставили Хэ Сюаня вспомнить о том, как его зубы пронзали тело несчастного Ши Цинсюаня. За одно то, что это отродье заставило его подумать об этом, Черновод захотел разорвать его на части в ту же секунду. Его сдержал лишь голос, внезапно прозвучавший в голове. — Хэ Сюань… В глазах непревзойденного вспыхнули радостные искры, но он тут же погасил их, притупляя в себе чувство облегчения. — Цинсюань, ты в порядке?! — Да, только… голова раскалывается… кто-то ударил меня сзади, и я потерял сознание. — Ты знаешь, где находишься? — Нет, здесь очень темно, и я связан. Но я слышал чьи-то голоса. На мгновение Цинсюань затих, а потом снова заговорил, лаская сознание Черновода своей нежностью. — И кажется, один из голосов был твой. — Сможешь освободиться? — быстро спросил Хэ Сюань. — Постараюсь задействовать твой подарок. — Ну, думай, думай, — вдруг прервал их духовное общение демон-людоед, — я тебя совершенно не тороплю. — Что ж, — жестко сказал Черновод, — я согласен. — И ты отпустишь меня? — косясь на непревзойденного с полным недоверием в глазах, уточнил людоед. — Даю слово, — мрачно отозвался Хэ Сюань. Не доверяя князю демонов, но не имея другого выхода, людоед подошел к противоположному углу комнаты, шагая прямо по своей пище. Черновод не сводил с него пристального взгляда, готовый в любой момент пустить в ход свое боевое мастерство. Впрочем, убить это мерзкое отродье не стоило бы ему и минуты. Демон-людоед остановился перед деревянной дверцей, которая даже не запиралась, и отворил ее, дёрнув за железную ручку. Стоило двери распахнуться, как в воздухе тут же промелькнуло нечто быстрое, рассекая лицо не ожидающего нападения демона. Тот отшатнулся назад, а из темного проема выскочил Цинсюань с раскрытым веером в руке. Увидев Черновода, у которого во взгляде промелькнула радость, он хотел было броситься к нему, но тут его взор упал на множество обглоданных тел, чьи кости и кровь поблескивали в свете магических огней. Это зрелище моментально выбило Цинсюаня из колеи, заставив замереть на месте. Его задержкой тут же воспользовался людоед и, схватив бывшего небожителя за руку, сильно ударил о стену. От удара многострадальным затылком Цинсюань издал негромкий стон, скривившись от боли. У него всё еще оставались духовные силы Черновода, но острая боль в голове и шок от увиденного кровавого месива лишили его способности защищаться. Демон-людоед с нечеловеческой силой прижал юношу к стене, не давая шанса вырваться. — Если я умру, то только с куском твоей плоти во рту! — взревел демон, чьё лицо было ещё больше обезображено рассекшим его лезвием, коим так кстати был начинен новый веер Ши Цинсюаня. Людоед уже раскрыл было рот, намереваясь впиться своими острыми клыками в плечо зажмурившегося от страха юноши, как вдруг раздался страшный треск, и демон замер на месте. Широко распахнутыми глазами он с ненавистью смотрел на Цинсюаня, давясь подступившей к горлу кровью. Повелитель Ветра, услышав треск, медленно открыл глаза и увидел за спиной людоеда возвышающуюся фигуру Черновода. Его огненный меч рассек демона, проломив тому ребра и всю грудную клетку. — Когти прочь от него, — раздался гневный рык Хэ Сюаня. Людоед медленно задрал голову кверху, встретившись с устремленным на него горящим взглядом непревзойденного. — И верно… как… собачонка… — харкая кровью через каждое насильно выдавленное слово, произнёс он с трудом, растянув залитый кровью рот в гадкой усмешке. Черновод молча выдернул из женского тела свой меч, и оно упало на пол. Цинсюань, который так и не сдвинулся с места, широко распахнутыми глазами смотрел на действия своего возлюбленного. Тот же начертил в воздухе маленькую голубую печать и направил ее в тело женщины, которое казалось безоговорочно мертвым. Но стоило печати опуститься на лоб, как тело тут же забилось в конвульсиях. По прошествии десяти секунд оно резко замерло, и на сей раз навечно. Хэ Сюань, проследивший за окончательной смертью людоеда, повернулся к младшему Ши, который во все глаза наблюдал за происходящим. — Цинсюань, ты в порядке? — ласково произнес Черновод. Меч исчез из его рук, и теперь только редкие магические огни освещали их стройные фигуры в полутьме. Хэ Сюань осторожно коснулся волос юноши, привлекая его внимание. — Давай убираться отсюда, — всё тем же успокаивающим тоном предложил князь демонов. Ши Цинсюань лишь слабо кивнул на его предложение, а когда Черновод подал ему руку, чтобы помочь перешагнуть через лежавший перед ним труп ранее одержимой женщины, то внезапно свалился в обморок. Хэ Сюань ловко подхватил его, слегка удивлённый такой реакцией, хотя с другой стороны, этой бессонной ночью юноша столько раз был шокирован, да и удары по голове сыпались на него один за другим, так что его обморок был весьма оправдан. Когда Черновод вышел из дома с Цинсюанем на руках, то рассвет уже занялся. Первые лучи солнца коснулись обгоревшей крыши старого дома, ставшего могилой для множества невинных людей. Отдавая дань погибшим, Хэ Сюань решил закончить то, что давний пожар так и не смог. В первую очередь демон подумал о Ши Цинсюане, который бы принял именно такое решение. Дом на горе Банцай в то раннее утро горел ярко, но недолго, и невинные души, заточенные в нём, наконец-то обрели покой.