Kiss me like you miss me

      Ёнджун был горяч.       Это был хорошо известный факт, который знали его друзья, а также целый чёртов отдел моды. Он всегда спорил о том, кто должен быть представителем их последней линии одежды. Особенно в конце семестра. Всё из-за того, что финальный показ был создан в художественных целях, чтобы студенты могли выбрать то, что они хотели создавать, потому что именно это называлось представлением искусства.       Финальные показы всегда были экстравагантными, изысканными и по-своему уникальными. Ёнджун всегда с нетерпением ждал финальных экзаменов, потому что ему нравилось искусство, но и то, что он экспериментировал с разными предметами одежды, различными видами ткани. Он также любил и ощущение новых вещей, которые раньше никто не видел.       Финальный показ был открыт для всех, поэтому любой мог прийти взглянуть на новые творения выпускников, а также просто на красивых студентов-представителей. Ёнджун всегда приглашал своих близких друзей, однако тем было проблематично присутствовать в разное время, однако они всегда встречались, чтобы отпраздновать. Тем не менее Вселенная была благосклонна сегодня, а поэтому Кай, Субин, Тэхён и Бомгю сидели бок о бок в первом ряду, нервно ожидая начала.       Ёнджун приходил в восторг каждый раз, когда думал о том, что все его друзья наконец сидели в зале, ожидая того, как он представит свои идеи. Он тяжело работал над проектом в течение всего семестра, работал так же и над собой, дабы представить изысканную одежду. Он стоял за кулисами, добавляя последние штрихи к своему макияжу, будучи почти готовым к тому, чтобы выйти на сцену в своём первом наряде. Гелем для волос парень закрепил чёрную копну волос, открывая напоказ свой лоб. Определённо, так он выглядел серьёзнее, чем обычно, однако сложно сказать, что такой стиль не подходил ему. Его макияж был почти нейтрально-золотым, он выбрал именно этот цвет из-за разного стиля одежды, которую он собирался представлять сегодня. На его скулах виднелся румянец и немного хайлайтера, а губы Ёнджуна казались полнее из-за красноватого блеска на них. В завершении образа кто-то из его одногруппников добавил немного блеска на его открытые ключицы и плечи.       Ёнджун был похож на Аполлона. Самого бога Солнца.       Ёнджун был почти весь обвешан золотыми украшениями, которые должны были дополнять его прикид: его пальцы были увешаны кольцами, по четыре на каждую руку; тонкий золотой браслет и цепочка на шее, которая была дополнением к браслету. Он ещё раз проверил своё отражение, прежде чем покинуть гримёрку. Ёнджун так же схватил из шкафа, что стоял в коридоре свой первый наряд. Парень успокоился и терпеливо стал ждать начала, стоя у бокового входа на сцену. Показ должен был начаться через несколько минут, и Ёнджун был вторым.       Парень тяжело вздохнул, когда услышал пятнадцатисекундный гудок в коридоре, игнорируя шаркающих вокруг людей, что всё ещё пытались навести последние штрихи, и сосредоточился только на своём дыхании.       И когда он стал подниматься на подиум, то был ослеплён.       Когда Бомгю увидел Ёнджуна, поднимающегося по небольшим ступенькам, он остолбенел.       Парень не мог дышать следующие несколько секунд. Он посмотрел на Ёнжуна с ног до головы, пытаясь распознать фигуру, которую он видел, а всё потому, что это в самом деле выглядело как галлюцинация. Ёнджун был одет в пару кожаных штанов и что-то вроде сетчатой сорочки, которая, откровенно говоря, не закрывала ничего. На нём также была кожаная куртка, что спокойно висела на его плечах, и туфли на высоких каблуках, сделанные из бархата.       Бомгю задыхался, наблюдая, как Ёнджун шёл по подиуму; его лицо закрыто тенью, глаза тёмные, как ночь, а взгляд был таким, точно тот, кто осмелится взглянуть на него, будет сожжён дотла. Его кошачий взгляд делал контуры лица чуть острее, а его глаза точно поглотила тьма, настолько тёмная, что невозможно было определить, где радужка глаза, а где его зрачок. Смотреть на Ёнджуна и не отводить взгляд — означало падать в бездну, тёмную, сырую; падать в неизвестное ущелье с холодной водой; нырять в бездну, нигде и в определённом месте одновременно.       И Бомгю падал в воду. Давно шёл ко дну и сейчас завис над ним, наслаждаясь болезненным ощущением нехватки воздуха в лёгких. Бомгю не возражал против утопления, потому что это означало остаться с Ёнджуном, впустить его в себя и навсегда стать частью его души.       — Охуеть! Ёнджун-хён выглядит очень круто, — закричал Тэхён рядом с Бомгю, прерывая его скитания по тайным желаниям, возвращая на Землю.       — Правда? Он выглядит как профессиональная модель! Он безумец, — взволнованно добавил Субин, пытаясь разделить свою радость с друзьями.       Ёнджун следовал правилам, которым их учили всё это время, а поэтому он держал взгляд вперёд, лицо не выдавало эмоций, не имея и следа улыбки на нём (как бы сильно ему бы ни хотелось, он не мог), а только серьёзность. Ёнджун сразу развернулся, как только достиг конца подиума, и поспешил сойти со сцены, убежал за кулисы, дабы переодеться.       В следующий раз, когда Ёнджун вновь оказался на подиуме, на нём были другие вещи, однако все они всё равно были в чёрном цвете, как и предыдущие модели. Парень надел простые брюки, а главная часть его наряда — рубашка, что была на нём. У неё был только один короткий рукав, а второе плечо было оголено, показывая светлую кожу и татуировку медузы, которая прошла от середины бицепса до начала его плеча, большая часть которой скрывалась за плотной тканью.       С того места, где они сидели, казалось, будто Ёнджун сиял, и Бомгю пришлось щуриться, чтобы увидеть блёстки по всему телу парня. Бомгю задыхался.       — Йоу, Ёнджун использовал глиттер? — он пнул Субина в бок, пока тот пялился на подиум, не отводя взгляда.       — Да, думаю, это так, — согласился Субин, наконец приглядевшись.       — Или он новый Кален, или даже лучше него, — пошутил Кай, и Тэхён хихикнул рядом с ним, стараясь звучать негромко, чтобы не привлекать к ним много внимания.       Бомгю хихикнул и вновь перевёл взгляд на Ёнджуна, который снова спешил покинуть подиум. Он сделал глубокий вдох, ведь согласно брошюре, которую выдавали на входе, помимо Ёнджуна, было так же трое участников, а поэтому Бомгю придётся ждать ещё некоторое время, чтобы вновь увидеть свою музу. И если остальные три наряда будут такими же невообразимыми, то это повлияет на Бомгю, и он боялся, что не доживёт до конца, если всё так продолжит развиваться.       Несколько минут спустя Ёнджун вернулся на подиум, на этот раз уже в других цветах. Он был одет в светло-коричневые цвета, что идеально подходили тону его кожи. И Бомгю чувствовал, что вот-вот растает на этом стуле. Ёнджун был одет в прямые брюки с поясом того же цвета, а на его лодыжках были небольшие ремни, по одному на каждой. Парень обул белые ботинки, а верх его наряда заставил всех в зале потерять дар речи. На нём была шерстяная рубашка с длинными рукавами, однако это были лишь две скрещённые полосы, которые прикрывали лишь его соски, оставляя весь торс открытым.       Чёртов Чхве Ёнджун был угрозой, особенно в этом наряде, даже если не он был его создателем.       Бомгю раскрыл рот от удивления, а глаза его бегали по всему телу парня, пытаясь запомнить всё то, что он видел. Он хотел, чтобы это запечатлелось в его памяти навсегда. Пресс Ёнджуна светился из-за блёсток в свете софитов, и глаза Бомгю засветились тем же цветом, когда он увидел линии талии Ёнджуна, которые не были прикрыты.       Парень постарался использовать всю свою силу воли, дабы не заблудиться в мечтаниях и фантазиях, дабы не представлять вещи, о которых он даже не должен был думать со своим лучшим другом.       Он резко вдохнул и смог выровнять дыхание только тогда, когда Ёнджун покинул подиум.       Его спокойствие длилось недолго, потому что казалось, что Ёнджун пытался заставить его страдать ещё больше. А когда парень вновь ступил на подиум, Бомгю показалось, что он умер.       Чхве Ёнджун был одет в чёртову юбку.       Он был одет полностью в белое и напоминал ангела. Теперь же на нём была мешковатая белая блузка, полностью расстёгнутая, белая водолазка, которая доходила почти до конца его горла. На нём также была белая юбка, опускающаяся чуть ниже колена.       — Да блять! Один наряд лучше другого. Ёнджун сумасшедший, — с сильно раскрытыми глазами и широкой улыбкой Тэхён смотрел на сцену.       — Именно таким он и является, — прошептал Бомгю, но не посмел оторвать взгляда от фигуры Ёнджуна.       Парень светился золотыми и белыми цветами, точно был не из этого мира. Для Бомгю он был самым чистым чувством. Ёнджун заставлял его чувствовать то, что никто и никогда не раскрывал, точно он парил над небом, шагал по облакам. Бомгю чувствовал, что его зажали в тёплых объятиях, чувствовал, что его ценили и любили.       Это было ошеломляюще. Бомгю сказал себе, что разберётся с этими чувствами позже.       Ёнджун снова ушёл, и Бомгю заглянул в свой телефон. Глаза расширились, когда он понял, что прошло почти полтора часа с момента их появления здесь. В это время, должно быть, уже потемнело, а солнце почти спряталось за горизонт. И Бомгю на момент подумал, насколько красиво выглядело бы небо, окрашенное в красно-золотистые, розовые и тёпло-оранжевые и пурпурные оттенки. Такие закаты были его любимыми.       У Ёнджуна не было ни секунды подумать о чём-то за кулисами, когда он надел свой последний наряд. Своё собственное творение, и он чувствовал, как гордость растеклась по венам. Ёнджун в последний раз взглянул на себя в зеркало, которое стояло прямо у выхода на подиум.       Челюсть Бомгю в который раз за этот вечер упала на пол при виде Ёнджуна. На парне был шёлковый костюм, верхняя часть которого была блейзером с одной пуговицей, который он носил без рубашки, а на ногах его были шорты, которые были настолько короткими, что и не прикрывали и середины его бедра. А в завершение Ёнджун накинул на себя длинное пальто до колена.       Бомгю затерялся в собственных фантазиях. Он чувствовал, что его мозг работал со сбоями. Ёнджун мог заставить задыхаться любого, и это был чёртов факт, однако в этом наряде… Бомгю мог видеть, как Ёнджун светился уверенностью, и то, как он шагал по подиуму, точно был хозяином этого места. Признаться честно, так и было. Все смотрели на него. Бомгю мог услышать, как кто-то шептался за его спиной, как кто-то громко вздыхал от того, насколько красиво выглядел парень.       Буквально через десять минут показ закончился, а после все поспешили покинуть зал.       — Мы пойдём первыми, чтобы занять местечко в ресторане, а ты тогда дождёшься Ёнджуна и вы придёте вместе, хорошо? — спросил Субин, изогнув бровь, у Бомгю, который, к слову, всё ещё чувствовал небольшое головокружение, смотря перед собой, а в глазах всё расплывалось.       — Конечно! Он приехал на машине сегодня, поэтому, думаю, составлю ему компанию, — ответил Бомгю, оторвав взгляд от одной точки, чтобы встретиться с глазами Субина и кинуть незначительную улыбку.       — Тогда пойдём, — кинул Субин, призывая остальных парней, которые были заняты спором о Покемонах, пошагать за ним.       Бомгю помахал рукой им в спину и двинулся в сторону кулис. Парень уже знал, как оказаться в нужном ему месте, а поэтому он отправился на поиски своего друга, стараясь восстановить в памяти планировку этого здания. Бомгю повернул за угол и обнаружил комнату с открытыми дверьми, из которой струился тёплый свет. Большинство из тех, кто участвовал в показе, уже покинули это место, потому что, как только они вышли на сцену в пятый раз, для них означало, что шоу закончилось и они могли спокойно уйти, что большинство с удовольствием и сделало, не заботясь о том, чтобы хотя бы глянуть на выход остальных учащихся.       Бомгю несильно постучал в дверь, бубня под нос что-то вроде «‎прошу прощения», и хотел заглянул внутрь, дабы проверить, не было ли внутри кого и не Ёнджун ли там прятался.       — Входи, — человек, сидящий в глубине комнаты, отхлебнул немного воды, прежде чем позвать парня.       И как только Бомгю заглянул внутрь, увидел Ёнджуна, расположившегося на пуфике напротив столика с зеркалом, через которое тот и смотрел на парня. Он выглядел точно так же, как и когда сошёл с подиума: на нём был его красный костюм, глаза и тело поблёскивали золотым глиттером, а волосы были зачёсаны назад. Казалось, Ёнджун не сильно уж и хотелось идти с друзьями в свой любимый ресторан, дабы отметить такое событие.       Бомгю, не нарушая повисшую тишину, закрыл за собой дверь, одновременно с этим стараясь снизить потягивание внизу живота от того, как выглядел парень перед ним.       Внутри комнатка оказалась совсем маленькой, но удобной для одного человека и вещей, которые он мог принести. Там стоял туалетный столик с большим зеркалом и лампочками по его периметру, рядом стояла вешалка и зеркало в полный рост, дабы проверить свой наряд перед выходом, и рядом со входом располагался тёмно-синий диван с рюкзаком Ёнджуна на нём.       — Привет, хён, — проговорил парень, стараясь ровно дышать, видя, как Ёнджун буквально засиял ещё ярче при виде Бомгю в своей гримёрке.       — Привет, Бомс. Что думаешь о показе? — не скрывая своего интереса и яркой улыбки на губах, спросил Ёнджун. Он вновь сделал большой глоток воды из бутылки, ожидая, пока парень ответит.       Что Бомгю думал об этом всём?       Ну что же, он одновременно думал обо всём на свете и ни о чём одновременно. Бомгю казалось, что всё происходящее — сон, иначе у него не находилось аргументов, как можно было оправдать прекрасный вид Ёнджуна. Это просто не могло быть правдой. На мгновение парню показалось, что вот-вот и он упадёт в обморок, так как давление в теле скакало, точно на американских горках. Бомгю думал, что Ёнджун красивый (на самом деле, это всё, что занимало его голову сейчас), и из-за этого сердце падало куда-то к пяткам.       Бомгю много думал над таким, казалось бы, простым вопросом, однако он решил проигнорировать большую часть его глупых мыслей, дабы ненароком не принять глупое решение.       — Это было превосходно! Столько интересных и красивых нарядов. Конечно, всё понять мне не дано, но я считаю, что это была великолепная работа, потому что, только глянув на неё издалека, можно понять, что человек, сотворивший всё это, был очень вовлечён в свою работу. Я, на самом деле, был зачарован, — Бомгю стал бродить от одной стены к другой, жестикулировал руками, потому что был восхищён произведениями искусства, на которые любил посмотреть.       Ёнджун прыснул со смеху и обратно повернулся к зеркалу.       — Рад слышать. Знаю же, что тебе нравятся такие вещи. Ещё с детства, помню, ты любил всё, связанное с искусством, — ответил Ёнджун, зачёсывая выбившиеся пряди назад с помощью плоской расчёски. — Но что насчёт меня? — вновь спросил тот, немного надув губы, когда посмотрел на парня через зеркало. Его голос был слишком ласков.       — Что насчёт тебя? — переспросил Бомгю, издевательски дёргая бровями. Он прислонился к стене за собой.       — Я выгляжу хорошо, не так ли? Горяч как никогда, — ухмыльнувшись, Ёнджун раскрыл палетку, дабы добавить ещё немного блеска на скулы, растушёвывая сухой хайлайтер пальцем.       Какого хуя? Выглядел ли он горячим? Бомгю поймал себя на мысли, что хотел подбежать к Ёнджуну и закричать прямо в его лицо, потому что тот был самым красивым человеком, даже когда только вставал с кровати; самым горячим, даже если не делал ничего. Под светом софитов, шагая в своих нарядах по сцене, он выглядел как Бог.       — Ты такой самоуверенный, — насмехался Бомгю, скрестив руки на своей груди, и закатил глаза, не пытаясь скрыть фальшивость своего раздражения.       — Я имею в виду, — Ёнджун сделал небольшую паузу, ухмыльнулся своему отражению и только после продолжил: — я видел, каким взглядом ты смотрел на меня раньше и как смотришь сейчас.       Ёнджун встал со стула — нахальная улыбка всё ещё не сходила с его лица, — и двинулся в сторону Бомгю, зажав его между стеной и своим горячим телом.       — Ты не можешь винить меня за то, что у меня есть глаза, — шутливо выплюнул Бомгю, думая поиздеваться. Тем не менее он точно знал, что потерпел неудачу, ведь не мог набраться и капли уверенности, увидев парня, надвигающегося на него (да ещё и с таким взглядом!). Его глаза следили за каждым грациозным шагом парня, которые тот делал в его сторону. Ёнджун шагал медленно, точно хищник, выжидающий свою жертву.       Как только Ёнджун оказался напротив Бомгю, то положил свои ладони на стену рядом с его головой, заглянул ему прямо в глаза, прежде чем вновь подать голос. Бомгю же глядел на парня с таким же напором. Они оба настолько запутались в собственных мыслях, что ни один из них не осмеливался сказать что-то или сделать хоть что-то. Ёнджун опустил взгляд и, сам того не осознавая, тихо застонал.       — Конечно, не могу. Но могу винить за то, что ты даже не пытался притвориться, а также за то, что ты нахуй меня даже не поцеловал, — прошипел Ёнджун, уставившись прямо на рот Бомгю, так и не получив того, чего он хотел. Бесстыдно вдавливал Бомгю в стену.       На мгновение Бомгю выглядел ошеломлённым, однако он быстро сообразил и обхватил лицо парня, дабы слиться с ним в поцелуе, который, скорее всего, оставит синяки. Бомгю чувствовал мяту и клубнику на его губах и хотел и дальше наслаждаться этими ощущениями, каждой секундой, каждым мгновением. Вкус его губ был притягательным, болезненно хорошим, и Бомгю не терял времени и впился в нижнюю губу Ёнджуна, посасывая её, вырывая стон из его горла. Ёнджун оторвал руки от стены, дабы притянуть Бомгю ещё ближе к своему телу.       Бомгю обвил талию Ёнджуна одной рукой и мгновенно почувствовал головокружение, как пальцы коснулись мягкой ткани.       — Чёрт, хён, почему ты использовал именно этот материал сегодня? Именно этот костюм, — скулил Бомгю, отрываясь ото рта парня.       Ёнджун хихикнул и слегка зацепил ногтями затылок парня, чувствуя, как тот дрожал всем телом.       — Почему? Тебе не понравилось? — Ёнджун наклонил голову в сторону и дьявольски заулыбался.       — Ты даже представить не можешь, что всё это делает со мной, — признал Бомгю и вновь поцеловал его.       Их языки встретились в тумане отчаяния и страсти, а оба они жаждали большего друг для друга. Поцелуй был небрежным, удушающим, несмотря даже на то, что они могли свободно дышать, вдыхать аромат друг друга, наслаждаясь всем, что происходило в тот момент. Ёнджун прикусил нижнюю губу Бомгю, толком не потрудившись заглушить стон, что норовился вырваться изо рта.       Ёнджун схватил зубами за ту же губу, немного оттягивая её. Его ухмылка быстро затмилась очередным стоном, когда Бомгю поцеловал его в краешек губ, а после оставил видимый след на шее Ёнджуна. Парень начал легонько посасывать у основания его шеи, а когда он закончил, переместился к уху парня, целуя за мочкой, а после уши Бомгю уловили самый прекрасный звук, который он когда-либо слышал.       Ёнджун и не думал заглушить свои стоны, которые бесстыдно звучали в каждом уголке этой маленькой комнатки. Его ногти скребли заднюю часть шеи парня, и он сильно сжал пальцы, дабы оторвать Бомгю от своего уха и впиться в его губы своими. Разум Бомгю бежал от него всё дальше, и он не мог определить, где должна быть та черта их платонических и дружеских отношений. Эта черта давно смазалась, размылась, и Бомгю отдался чувствам к Ёнджуну.       Он постоянно чувствовал себя вялым, борясь с чувствами, которые терзали его из-за того, что тот даже не смел прикоснуться к Ёнджуну. Когда он был младше, Бомгю убедил себя, что то, что он чувствовал к Ёнджуну, было его страстным увлечением, его восхищением старшим, потому что тот был удивительным человеком и образцом для подражания. Тем не менее глубоко внутри он знал, что это не так, однако предпочитал игнорировать собственные мысли, дабы не потерять единственного человека, который мог понять его без слов.       Бомгю нравился Ёнджун. Боже, да он был по уши влюблён в своего лучшего друга!       И сейчас, находясь в руках того самого друга, он чувствовал, будто находился на небесах, думая о том, чтобы просыпаться в таких объятиях каждый день. Заставлять Ёнджуна издавать такие же звуки каждый день; заставлять его так же тяжело дышать каждый день.       Бомгю проглотил ещё один стон, медленно опустив руку с талии Ёнджуна, дабы схватиться за его оголённое бедро. Он чувствовал, как словно стальные мышцы парня напряглись ещё сильнее под его руками. Бомгю сделал шаг назад, чтобы проверить, всё ли было нормально, однако Ёнджун прервал его, хрипя:       — Чёрт, Гю, если мы продолжим в том же духе, я могу сделать то, о чём потом могу пожалеть, — он откинул голову, а хватка Бомгю на его бедре немного ослабла, опасаясь, что Ёнджуну было некомфортно.       — Так давай сожалеть вместе. Давай погрязнем в чувстве вины вместе, но, пожалуйста, — Бомгю отступил назад, он даже не мог понять, что умолял парня. Он просто знал, что хотел Ёнджуна.       Бомгю крепко сжал оголённое бедро Ёнджуна и пальцами массировал мышцы, заставляя стоны вырываться из его рта. Парень поднял ногу и сбалансировал вес на одной ноге, коленом упираясь в стену рядом с бёдрами Бомгю. А парень, в свою очередь, продолжал массировать его ногу.       А когда он посмотрел вниз, он увидел нарастающую выпуклость в штанах Ёнджуна. Глаза Бомгю задержались на том месте всего на мгновение, не скрывая во взгляде то, как сильно он ждал этого момента. Обычно он бы чувствовал беспокойство и нарастающее волнение, и, возможно, попросил бы его остановиться, уважая выстроенные границы, и не занимался бы такими вещами с человеком, не будучи сильно близким с ним. Но это был Ёнджун.       Его Ёнджун.       Подняв взгляд, он увидел, что Ёнджун смотрел на него с некоторым беспокойством в глазах. Бомгю почувствовал, как что-то тёплое разливалось внутри груди, но сейчас для этого было не время. Он опустил ногу парня на пол и поменял их местами, зажав Ёнджуна между своим телом и стеной, что удивило парня. Глаза Ёнджуна расширились, а после тот закрыл их вовсе, когда Бомгю прижал своё колено к его эрекции.       — Бомгю. Т-ты в самом деле хочешь этого? — на выдохе спросил Ёнджун, будучи удручённым своей ответственностью, уступая своим желаниям. Они случайно встретились взглядами, один был напористее другого. Ёнджун слишком беспокоился о благополучии Бомгю, однако парень был смущён его протестом.       Бомгю потянул за пояс шорт, ухватившись так же и за резинку нижнего белья Ёнджуна, стянул их вниз и обхватил его член одной рукой.       — У тебя всё ещё остались сомнения?       Бомгю прикоснулся губами к уголку губ Ёнджуна, который буквально задыхался от неизведанных ощущений его рук на своём теле.       Ёнджун дышал прерывисто и неравномерно, постоянно пропуская вдох, когда Бомгю вёл руками по его набухшему члену, изредка поддразнивая его только для того, чтобы довести начатое до конца. Бомгю чувствовал, как дрожали бёдра парня, когда тот сдерживался, дабы не испортить такой момент пошлостью, которая затмила его сознание.       Бомгю стал водить рукой быстрее, ощущая липкую жидкость на своих пальцах, которой вскоре станет больше.       Бомгю зажал мочку уха Ёнджуна между своих раскрасневшиеся губ. Он нежно посасывал её, слушая грязные стоны Ёнджуна рядом со своим ухом, пока его рука скребла кожу на затылке Гю. Бомгю чувствовал, как всё его тело горело, а капельки пота, словно бусины, скатывались по его спине, пока они занимались тем, чем на самом деле не должны были заниматься друзья. Он продолжал двигать рукой, когда Ёнджун вовлёк его в очередной горячий поцелуй. Их губы дрожали, а языки лениво сплетались друг с другом. Ёнджун приближался к кульминации.       — Чёрт, Гю… Я собираюсь… Я собираюсь… — свободной рукой Ёнджун хотел убрать руку парня, однако тот лишь обвил её вокруг своей шеи.       — Тогда кончи для меня, хён, — прошептал парень, дёрнув его за запястье, придвинув ближе.       Ёнджун сделал шаг навстречу, выкрикивая что-то и громко стоная, он также бормотал что-то себе под нос, чего Бомгю разобрать не смог. А после его тело полностью расслабилось, когда оргазм пробежался по всему его телу, однако парень не выпустил его член из рук и продолжал поглаживать по всей длине до тех пор, пока волна оргазма не сойдёт на нет. Он водил рукой, стараясь создать нужное давление, дабы не сделать ему сильно больно.       Ёнджун прислонился к Бомгю ещё ближе после того, как чувства отпустили, пытаясь выровнять дыхание и успокоить бешеный темп сердцебиения. Ёнджун убрал голову с плеча Бомгю, всё ещё прерывисто дыша, взглянул в его лицо, стараясь найти намёк на дискомфорт, однако, к его удивлению, Бомгю встретил его тёплым взглядом.       — Чёрт, это было… — выдохнул Ёнджун, но не смог продолжить, так как вся его голова была забита тем, что только что произошло.       — Знаю, возможно, следовало, чтобы ты мог всё видеть, — ответил Бомгю хриплым и глубоким голосом, заставляя Ёнджуна чувствовать покалывание по всему позвоночнику. Он не желал много думать о том, что сказал Бомгю. И о… Боже, он хотел, чтобы это повторилось вновь; он хотел чувствовать его руки, губы повсюду.       — Дай мне помочь тебе, — прошептал Ёнджун, дёргая Бомгю за пояс, что было неожиданно. Откровенно говоря, он кончил просто от того, что был рядом с Ёнджуном и вызывал у него такую реакцию. Ёнджун поднял взгляд, прежде чем Бомгю мог опустить глаза в пол от смущения. Он притянул его к себе и поцеловал.       Бомгю ответил с таким же рвением, кусая губы парня, и наслаждался тем, какими пухлыми они были, и чувством, что Ёнджун находился в его руках. Как только они отстранились друг от друга, Ёнджун бормотал, что он всё ближе и ближе к новой волне экстаза, и их губы вновь соединились в одно целое.       — Это чертовски жарко!       — Я тебе говорил: тебе бы следовало смотреть на себя, — прерывисто прошептал Бомгю, прикрывая глаза, всё ближе примыкая к телу Ёнджуна.       — Тебе очень повезло, что я взял с собой сменную одежду, — пошутил Ёнджун, когда отпрянул от тела Бомгю и зашагал к сумке на диване. Бомгю чуть ли не начал оплакивать потерю контакта с телом Ёнджуна, однако для него быстро дошло, что остальные друзья ждали их в ресторане. А Ёнджун точно прочитал его мысли, начиная: — Давай приберёмся и сделаем вид, что внутри не бушует буря. Пойдём, — хихикал Ёнджун и протянул ему ладонь, в которую парень с радостью вложил свою. И они быстро зашагали в сторону туалетов, дабы никто их не заметил.       Бомгю плыл по течению и желал, чтобы их путь никогда не прекращался, пока Ёнджун рядом.