Последствия решений

С тех пор минуло два года. Близнецы окончательно отдалились друг от друга: у Аманэ появились свои друзья, с которыми он проводил всё свободное время. У Цукасы ситуация была аналогичная, только он проводил время с Акирой, ведь они очень быстро нашли общий язык. Былая надежда, что Аманэ хоть сколько-то им дорожит, погасла, и больше Цукаса к этой мысли не возвращался, поскольку Аманэ оставался всё также холоден к младшему брату, с каждым днем лишь всё больше. И младший, как бы ему не было обидно, не винил его. Он всегда всё прощал, хоть старший близнец и измывался над ним, как хотел. А Цукаса всегда на всё соглашался: будь то приготовить обед или сделать за брата домашнюю работу. Младший никогда ему не отказывал, но прекрасно осознавал, что его используют и вовсе им не дорожат. Ему было очень больно, будто сердце пронзили множества клинков. Хотелось зарыться под подушку и проплакаться, но Аластор не позволял. Демон всегда был рядом и поддерживал. В своей демонической манере, разумеется. Когда мальчику было плохо — Аластор рассказывал ему про ад. Неосознанно младший близнец окончательно привязался к своему демону, и если считал раньше его лишь другом, то сейчас видел в нем родственную душу. Того, кто всегда поймет и поддержит. Даже сам Аластор перестал считать мальчика лишь своим приемником — за эти два года он начал считать близнеца своим младшим братом, наравне с Аки. Постепенно Цукаса узнавал не только про иерархию ада в целом, но и про братьев и сестер Аластора. И демон ни раз говорил, что видит в своём приемнике Акиру. Аки был среди них самым младшим и всегда действовал «себе на уме», но его всё равно дома любили. Как-то совсем неожиданно и Цукаса начал считать Аластора и Аки своей семьей, а ад — вторым домом, хоть он там никогда и не был. — Я дома! — Цукаса услышал, как хлопнула входная дверь. Он улыбнулся, откладывая кисточку и сбегая вниз по лестнице. Аманэ положил рюкзак на пол, насторожившись, когда услышал топот ног по лестнице. Каждый раз, когда он приходил, ситуация была одна и та же. — Аманэ-э! — Цукаса радостно взвизгнул, попытавшись запрыгнуть на старшего брата с объятьями, но и он прекрасно знал, что всё пройдет, как всегда. Стоило ему подбежать, как старший выставил перед собой руку, не давая к себе приблизиться. Хоть Цукаса и ожидал подобного, ведь каждый день Аманэ реагировал на брата одинаково, но всё равно младший почувствовал себя ненужным. — Даже не думай. Обниматься я с тобой не буду. — Аманэ хмыкнул, снимая ботинки и проходя в дом. Цукаса замер на пару секунд, оборачиваясь и смотря брату в след. С ним он никогда не хотел обниматься… Но с друзьями это было обычным делом. Цукаса пару раз видел, как встречался его старший брат со своими приятелями. С ними он не разговаривал так холодно и вовсе не был против каких-то нежностей вроде объятий. — У тебя день хорошо прошел? — Цукаса прошел за близнецом на кухню, наблюдая, как тот достает из рюкзака коробку. Они с друзьями часто покупали в булочной пончики, вот только младшему Аманэ никогда не предлагал… — Да как всегда. — Аманэ пожал плечами, включая воду и начиная мыть руки. Младший осторожно залез на стол, свесив ноги. Цукаса принюхался, вдыхая запах свежей выпечки из принесенной братом коробки. Ему так хотелось тоже угоститься… Поежившись, Цукаса всё-таки потянулся за одним пончиком. Он прекрасно знал, что поступает некрасиво, но не мог пересилить себя… Вдруг Аманэ всё же сжалится? Вот только стоило ему почти взять кусочек выпечки, как старший близнец стукнул его по руке. — Не смей трогать, если я тебе не разрешал! — Аманэ зашипел, хватая коробку со стола и пряча её на свою сторону холодильника. Младший шмыгнул носом, проследив за действиями брата взглядом. Опять же было очень обидно, но мальчик уже привык получать такое отношение от брата. — Аманэ, можно мне взять один пончик? — послушно спросил разрешения Цукаса, сложив руки на коленях. Ему очень хотелось надеяться, что Аманэ позволит… Но он прекрасно знал, какой ответ на свою просьбу получит на самом деле. — Нет! — Аманэ усмехнулся, развернувшись и с искренней радостью смотря на растерянное и обиженное лицо младшего брата. — Но ведь ты их купил на мои карманные… Разве я не могу хоть один взять? — Цукаса тихо прошептал, чувствуя, что сейчас расплачется. В глазах резко начало щипать, но мальчик попытался потереть их рукавом кофты, не давая слезам начаться. Аманэ изогнул бровь, издевательски улыбнувшись. Он попросил (хотя скорее потребовал) карманные деньги у брата, потому что за плохую учебу самого старшего их лишили. — Не только же тебе всё должно доставаться! — Аманэ фыркнул, щелкнув брата по носу. Цукаса потерянно кивнул соглашаясь. Если не согласится, Аманэ просто выставит из комнаты. Цукаса уже прекрасно знал принцип общения со старшим братом. Да и в конце концов — всего лишь деньги, ничего страшного, что Аманэ их потратил. Хоть при этом и не подумал поделиться. Цукаса лишь вздохнул, привыкший к такому отношению со стороны близнеца и слез со стола, выходя из кухни. — Пойдем к Аки? Как раз уже вечер… —Цукаса тихо прошептал, взяв с вешалки курточку. После произошедшего было слишком больно оставаться с Аманэ в одном доме. Родители вернутся с работы лишь в девять вечера, до этого момента близнецы предоставлены сами себе. «Я не против. Пойдем. Дома тебя всё равно никто не замечает.» Цукаса уже блестяще научился управлять туманом. У него получалось перемещаться до дома Акиры за несколько секунд. Стило зайти в дом, как мальчик понял — Акира занят, однако веселый демон ни раз говорил младшему близнецу, что он может приходить, когда захочет. Найти Аки не оказалось сложной задачей — Цукаса просто шел на звук воплей в одной из комнат. Зайдя туда младший, увидел привычную картину: Акира пытал одного из людей. Правда присмотревшись Цукаса понял, что человеком это не было. Обычный смертник. Акира каждый день измывался над какой-нибудь душой, и не всегда смертника. Бывали и обычные люди. Резал их ножом, вынимал им внутренности, отрезал конечности топором. Аки был горазд на выдумывание пыток. И выполнял дело с таким воодушевлением, что Цукаса невольно всегда тоже хотелось поучаствовать. — О, кого я вижу! — Акира радостно улыбнулся, увидев вошедшего мальчика. В руке он держал отрубленную ногу. Цукаса махнул ему рукой, забираясь на подоконник. Здесь он чувствовал себя… Своим. — Привет. — младший улыбнулся в ответ, правда демон легко заметил, что у его младшего брата что-то произошло. И ему это не понравилось. Акире ведь так нравился характер младшего братишки и не хотелось, чтобы он грустил! — Эй, Цуки! — Аки прищурился, отбрасывая отрубленную ногу. Он щелкнул пальцами и перед мальчиком появился нож и новый связанный смертник. Цукаса даже в первую секунду удивился, что он совершенно целый, даже все конечности на месте. Акира заговорщически подмигнул мальчику. — Хочешь поразвлечься? Этот смертник полностью твой. Делай с ним, что душа пожелает. Хоть режь, хоть жги, хоть в догонялки или прятки играй. Только прекрати грустить! Цукаса невольно улыбнулся. Аки и правда волнуется за его настроение. Мальчик спрыгнул с подоконника, взяв в руки нож и подходя к смертнику. За последние два года что-то в душе младшего оборвалось. Наверное, человечность и надежда на что-то лучшее в мире живых. Когда ему дали первое задание — убить смертника, Цукаса колебался. Ведь смертники, будучи демонами, просто вселяются в человека и травят его душу. Так что, убивая младший близнец отправлял не только в ад душу смертника, но и невинного человека. Первое время его это и правда тревожило, но в итоге он перестал обращать внимание на внутренние противоречия. В конце концов, его даже собственный брат считает демоном. Он является приемником демона. Мальчику все говорили, что он демон. Так что младший перестал подавлять в себе жажду крови и жестокости. Хотел быть ближе к Аластору, Акире и другим демонам. Цукаса наносил удары молниеносно, не обращая внимания на крики и просьбы о пощаде. Он резал всё, что хотел: ноги, руки, грудь, лицо. Когда начал вырезать глаз смертник охрип и больше не мог кричать. А мальчик наслаждался процессом. Акира тоже наслаждался, но уже зрелищем. — Теперь убей его, но не делай это бездумно, как раньше. Тебе нужно представить ад, и ты отправишь его туда. — Аки похлопал близнеца по плечу, наблюдая, как туман забирает с собой души смертника. Не было сомнений, что у мальчика получилось — душа смертника отправилась в самый низ ада. — Ты молодчина! Настоящий демон! Скоро перейдем к другому заданию. — Другому заданию? — Цукаса откинул нож, любопытно склонив голову. — Да. Смертники всегда попадают в ад, но тебе надо было понять принцип. С людьми сложнее, они попадают на перепутье, однако ты можешь забрать душу человека в ад и дорога в рай ему будет закрыта, но пока что тебе рано такое выполнять. Сначала потренируемся на смертниках. — Аки радостно хлопнул в ладоши, а затем щелкнул пальцами. Перед мальчиком оказались пончики. Цукаса засиял глазами, схватив один из коробки. — Бери, голодный ребенок. Мальчик вновь залез на подоконник, откусывая свежую выпечку. Акира, напевая веселую песенку, убирал комнату от тел и крови. Цукаса задумчиво повел плечом, смотря на нож, который в скором времени также забрал красный туман. Вскоре пончик был уничтожен, и младший близнец сделал то, что давно хотел, ещё с самого прихода — запрыгнул демону на спину. — Аки-и-и! — Цукаса улыбнулся, обхватывая демонического брата за шею. Чтобы забраться на Акиру, мальчику действительно пришлось прыгнуть — человеческое тело демона было слишком высоким. Аки никогда не отказывался от объятий, иногда мог сам сгрести младшего Юги в обнимашки. Чаще всего без спроса, но Цукаса никогда не был против. Ему нравились такие счастливые минуты, потому что дома он их не получал. У родителей не было принято как-то проявлять свои чувства к близнецам, но Цукаса и не напрашивался. Пытался тянуться к Аманэ, но давно понял, что тоже бесполезно. Старший близнец совсем не хотел даже дать себя обнять, что уж говорить о большем. Хоть Цукаса и продолжал предпринимать попытки всё же обнять старшего близнеца, однако давно уже понял, что никогда этого не получит. Ведь он для Аманэ лишь пустое место. Вынужденная помеха, которую старшему приходится терпеть изо дня в день. Аманэ и сам ни раз это сказал, ещё несколько лет назад — если бы была возможность, он бы избавился от младшего брата. Наверное, именно поэтому младший так тянулся к Аки и Аластору — они не видели в нем помеху, не хотели избавиться или отправить куда подальше. Первое время Цукаса думал, что Аманэ заботится о нем и боится потерять. Как-то раз даже напрямую спросил, будучи в игривом настроении: «Аманэ, ты за меня беспокоишься, да?» И получил на свой вопрос ответ, который окончательно убил сомнения на счет жизни в аду. Аманэ всего лишь усмехнувшись, ответил: «Да я боялся, что родители меня накажут, что за тобой не уследил. Ты думаешь, я за тебя беспокоился? Да если бы ты не вернулся, мне бы только лучше было!» Хоть этот разговор и произошел целых два года назад, но Цукаса помнил его дословно. Помнил слова брата, что сочились ядом. Помнил, как стало плохо в душе. Именно в этот момент младший осознал, что у него глубоко в сердце что-то умерло. Что-то очень важное, что вряд ли можно будет вновь восстановить. Цукаса всегда ощущал себя птицей-фениксом из мифологических легенд: сколько бы раз от слов Аманэ он не умирал, всё равно возрождался. Однако, именно после того разговора мальчик понял, что больше из пепла его надежда на лучшее не восстановится. И вот вместе с надеждой и умерла человечность. Эти нравственные качества были важны для человека, но для демона они не играли никакого значения. Цукаса — человек умер, но зато появился Цукаса — демон. Мальчик не утратил лишь одно чувство — любовь. Он по-прежнему любил брата, хотя и знал, что близнец убьет его. По словам Аластора — это произойдет совсем скоро, когда близнецам будет по тринадцать лет. Однако, собственная смерть давно перестала пугать младшего… Ведь после смерти он попадет в ад. Неважно, как это случится. — Ох ты ж маленький демоненок! — Акира расхохотался, подхватывая обнимающего его со спины мальчика под коленками. Цукаса ткнулся ему в шею, улыбаясь. Он давно занимается с Акирой. Это было проще, чем заниматься под руководством Аластора, ведь Аки мог показать всё на практике. Минут через пять Цукаса всё же пощадил демонического брата и перебрался обратно на подоконник. Акира, развернувшись посмотрел мальчику в глаза и игриво подмигнул, хватая близнеца за руку и таща к зеркалу. — Аки, ты чего? — Цукаса растерянно взвизгнул от неожиданности, но послушно побежал за демоном. — У тебя такие прикольные глаза, тебе надо их увидеть! — Акира подвел младшего Юги к отражающей поверхности и сказал кивком посмотреть на своё отражение. Цукаса, стоило ему посмотреть на себя в зеркале, удивленно присвистнул. Всё оставалось по-старому, кроме глаз. Глаза вместо янтарных стали черными. Не просто черными, а переливались вместе с этим каким-то голубым оттенком. У Аки было что-то похожее, но чисто черное. — А это что? А это как? — Цукаса, подняв свой взгляд на Акиру, указал на себя в зеркало. Он, конечно, удивился, но изменения ему понравились. Он стал ещё больше похож на демона. — Это называется демонической инициацией. Ты постепенно становишься демоном. — Акира, встав мальчику за спину, положил близнецу руки на плечи. Цукаса любопытно смотрел в зеркало, на отражение Акиры, ожидая продолжения. Аки, заметив взгляд, весело улыбнулся. — С каждым днем в тебе становится всё больше демонического. Ты не подумай, личность при этом не теряется. Просто под ад перестраивается, под воздействием того, что ты приемник демона. — Я буду похож на вас с Аластором? — Цукаса радостно улыбнулся и хлопнул в ладоши. Акира вновь расхохотался, похлопав близнеца по плечам, а затем согласно кивнул. Глаза младшего Юги тем временем вернули свой привычный янтарный цвет. — Ты станешь самым ужасным демоном! — Акира ласково потрепал мальчика по волосам. Цукаса на его слова лишь улыбнулся, зная, что по меркам демонов «ужасный» равно «прекрасный»

***

Хоть у Цукасы и были тренировки с демоном. Хоть он и был будущим демоном, но школу в настоящем при этом никто не отменял. Приходилось учиться, а после уроков бегать к Аки и уже у него заниматься. Из всего этого следовало, что выходной день оставался всего один: воскресенье. В этот день Аластор с Акирой не гоняли мальчика по практике пыток или теории об устройстве ада. Именно в этот день он мог отдохнуть. Правда, даже в этот выходной у него не всегда получалось… — Цукаса, ты мне не поможешь? — Аманэ заглянул в гостиную, застав там раскрашивающего рисунок младшего брата. Цукаса вздохнул, понимая, что сегодня ему никто отдохнуть не даст. И он был прав — Аманэ попросил помочь с проектом. Цукаса никогда близнецу не отказывал, так что и в этот раз согласился. Правда помощь в данной работе заключалась в том, чтобы сделать её с нуля, пока близнец гуляет с друзьями. — Может быть ты мне поможешь? Проект очень долго делать… — младший, доставая материалы для работы из рюкзака, посмотрел на старшего близнеца. Аманэ задумчиво посмотрел в стену, а затем махнул рукой. Цукаса вновь обреченно вздохнул, зная, что брат найдет кучу отговорок, чтобы не помогать. — У меня всего один выходной! Я хотел погулять с друзьями, но задали такое задание… — Аманэ притворно всплеснул руками и наигранно улыбнулся, смотря в глаза младшему брата. Видимо, думал, что Цукаса ничего не понимает, не понимает, что его сейчас, в который раз используют. — Тебе же всё равно делать нечего! — Ты прав, нечего. — Цукаса начал делать чертеж, ответил даже не повернувшись. Аманэ никогда не волновали планы младшего близнеца. Только свои. Цукаса настолько к этому привык, что уже даже больно не было. Верно говорят — человек ко всему привыкает. Даже к безразличию. — Ладно, иди уже. Я закончу, вечером посмотришь. Дважды Аманэ не надо было повторять. Когда в следующий раз младший обернулся — Аманэ уже в комнате не было. Как, собственно, и в доме. Он уже убежал к друзьям. Цукаса вновь вздохнул, взяв ножницы. «Почему же ты всегда ему потакаешь? Он же использует тебя!» — Потому что люблю. — претензии Аластора были оправданны. Цукаса и сам понимал, что всегда, в любой ситуации потакает старшему брату, но ничего не мог поделать. — Ты закончил? — через несколько часов старший вернулся домой. Аманэ бросил сумку ближе к шкафу, садясь на кровать. Цукаса уже успел перебраться в комнату, так что сидел за столом. Младший согласно кивнул, вставая со стула, показывая работу. Хоть задание и не было сложным — всего лишь сделать какой-то проект об одном из городов, но мальчику всё — равно пришлось помучиться, когда он про этот город саму информацию искал. Если бы не туман, который помогал найти, то вряд ли близнец бы успел доделать к нужному времени. — Там только надо наклеить пару картинок и проект будет готов. Думаю, с этим ты и сам справишься… — Цукаса развел руками, собираясь уже уходить, но его остановили за руку. Младший лишь закрыл глаза, успокаивая себя в мыслях и вновь открывая. — Ты же сказал, что поможешь? — Аманэ прищурился, внимательно смотря близнецу в глаза. Цукаса отвел взгляд, в который раз вздыхая. Однако, попытался вырваться и уйти из комнаты. Тогда старший усмехнулся. — Или ты хочешь, чтобы я порвал твой рисунок? Наверное, его будет долго вновь рисовать… «В ход пошел шантаж, какая прелесть…» Цукаса замер в ступоре, переваривая сказанную близнецом фразу. Аманэ никогда не шантажировал, но вместе с этим Цукаса никогда и не отказывался… Видимо, Аманэ решил, что можно пустить вход и такой метод, если младший откажется.  — Хорошо, я доделаю. Только я пить хочу, пожалуйста, принеси мне стакан воды. — младший послушно сел обратно за стол, искоса смотря на старшего близнеца. — Сам сходишь. До завтрашнего утра времени много. — Аманэ пожал плечами, убегая вниз. Цукаса мотнул волосами, взяв одну из картинок и вновь открывая клей. Как на зло, вернулся старший со стаканом сока. Для себя. Учитывая, что сока до этого дома не было, как и собственных карманных у старшего Юги, несложно было догадаться, на чьи деньги этот сок был куплен. Вот только сегодня Аманэ денег не просил. Младший незаметно посмотрел на книгу, куда были спрятаны его карманные. Конечно, их там не было. «О, уже и до краж дошел. Очень мило.» Младший лишь вновь вздохнул, наклеивая картинку и придавливая её книжкой, чтобы та быстрее приклеилась. В глазах защипало от обиды, но мальчик не заплакал. Обидел не сам факт кражи карманных, а то, что Аманэ просто не попросил. Цукаса ведь никогда не отказывал, всегда давал свои деньги близнецу. Когда Аманэ вышел из комнаты, перед мальчиком оказался стакан с соком и маленькая плитка шоколада. Сомнений, кто ему их дал не было. — Спасибо, Аластор. — Цукаса через силу улыбнулся. В такие моменты он был счастлив, что у него есть демон. Что у него всё-таки есть тот, кто о нем заботится.