Таинственный незнакомец

Одно дело встретиться с незнакомцем ранним утром, в обычный день, когда уже солнце зашло или серость так и обволакивает твою сущность, заполняя мотором лени и разгильдяйства, да силы высасывает, как пчела — нектар с цветочков, жужжит, что аж пальцы хочется поберечь, чтобы укус не получить, да проклинать эту пчелу до конца жизни, ну или пока повреждённое место болеть не перестает, чтобы на ура продолжать идти, куда шел изначально. Все же встретиться в нормальное время суток — чтобы услышать просьбы: А вы не знаете, где находится тот дом, по улице… и бла-бла-бла, или наоборот услышать помощь для себя: извините, вы уронили – тут-то улыбкой сверкать в ответ, что таких честных добрых людей оберегать нужно. Другое дело — всего-навсего разговаривать поздно вечером, точнее, уже ночью, с ртом открытым, но муха вряд ли залетит, можно не опасаться. Хотя, шутка просто. Наоборот в голову лезет много навязчивых мыслей про странность и полную абсурдность ситуации, а тоненький голосочек, где-то под боком, шепчет да шепчет — что сдохнешь ты сейчас, да кровью истечешь одним махом, что в книге рекордов Гинесса можно запечатлеть, не изведав и половины жизни своей, уже уходя на тот свет. Слишком комично звучит, не думаете? Главное, что мозг продолжает работать, крича глухим криком, что никто не слышит, кроме сердца, быстро стучащего без раннего ритма, а наобум — тук-тук-тук, тук-тук-тук-тук, под тот самый крик, с вполне разумными словами в этот момент – уйти да не оглядываться до конца дороги до дома. Почему Эмиль его игнорирует, понять не может. Приклеился, как в сериалах — к «бетону», что приходит сырой, влажный асфальт, сдвинуться не может ни на шаг, с интересом наблюдая за человеком неизвестным. Ладно, перейдем к делу лучше. А то со стороны выглядят как два дурака, что аж прикол снимай, — «Таинственный незнакомец, часть первая». А Эмиль-то не дурак. Вон даже, от секса отказался за зачёт, что на самом-то деле — вызывает лишь нервный смех наружу, а потом, чтоб щеки болели с животом от долгого времени, будто смешинка в рот попала, как говорили раньше в детстве. Мозг, у него есть мозг! Которого сейчас он всецело «не замечает». – Что, блять? По-глупому вырвалось, точнее, это было нормально на его месте — когда какой-то неизвестный человек к тебе привязался в десять часов вечера, вопросами своими достаёт, кое-где даже прав. Смеётся тут, блин, ухмыляется, Эмиль прям нутром чувствует, что — да. А вот от последних слов ещё обиднее было! Всего за сколько — пять минут? — он дал ему обиду такую, что аж ногами топать хочется, как маленький ребенок, из-за того, что ему не дают то, что так сильно просит. Хуй сосут ему, вот что! А не препод ему — по словам этого незнакомца. «Уйду лучше». Он ещё спать, вообще-то, хочет! Так и не услышав ответ на логичный сейчас вопрос, развернулся на девяносто градусов, при этом фыркнув от «умных» выражений, что блевать хочется. Макарыч, да он с минетом – да ни в жизнь! Как представит уже себе в мыслях подобное, рвотный рефлекс напоминает о себе, руками махая — я все ещё здесь, милый! У тебя. Ужасно. «Упаси господь». Бог есть. Эмиль верит. Крещёный же! Мама зря. что-ли, когда ему было всего четыре месяца, в церковь с миллионами родственниками ходила, чтобы потом он с крестиком от ползания — ходил. Вот вещица, так и продолжает висеть на его шее. Конечно, она не с крещения висит, Иманов-то их, как мужчины меняют женщин, словно перчатки — менял постоянно, что аж матушка оглянуться не успела, как новый подавай. Вот, с богом и сделал первые шаги по направлению к дому, когда без этого столкновения с неизвестным человеком уже дошел бы. Время зря потратил. Сейчас смог бы прыгнуть на мягкую кровать, разводя руки по сторонам, а ноги по ширине плеч, да блаженный стон вырвать наружу. – Стой, — окликнули сзади. «Да что-ж ты не угомонишься то, а!»        Бля, ведёт себя этот таинственный незнакомец с кареглазым парнем, с ним — как с фарфоровой куклой, что прям потрогать хочется до жути, руками провести по аккуратным ровным линиям, и как долбоеб — говорить, разговаривать с ней, следя за этим одновременно, не упала ли пылинка на голову. Не, вот серьезно! Чё пристал-то? – Что ещё? С вымученным стоном повернулся обратно, показывая всем своим видом усталость. Жаль, что ночью недосыпание показать лицом нельзя — фонари не позволяют своим жёлтым сиянием включенных лампочек внутри. Незнакомец-то стоял на месте, вообще не шелохнулся с того момента, как облокотился тогда чуть назад, позволяя Эмилю разглядеть и понять, что мужчина — сто пудов, сотку даёт, одет в чёрное пальто зимой. Ему не холодно? Хотя кого Эмиль спрашивает, сам не лучше одет, не по погоде. И ещё вот интересно — как у человека ещё ноги не затекли да спина не ноет от долгого нахождения в такой позе. Может, он ещё и раньше так стоял до студента. Все возможно. Все возможно. Но спросить не пытался, слишком задолбался сегодня — спать невыносимо хочется. А пока пристал к нему этот таинственный незнакомец — о сне и забыть нужно. Когда он уже от него отстанет, наконец? Прицепился, как пиявка, честное слово. – Если серьезно. Что ты без настроения? «Не стоило напоминать». Было бы в рифму, сказал бы, что — хуй сосал невкусный. Но тут не про это. Да и надоели уже эти хуи. Будто других тем для обсуждения нет. – Я не понимаю вот, — начал парень, наконец убирая мобильное устройство в карман безразмерной теплой толстовки, пока куртка была нараспашку. Так удобнее. — Тебе реально интересно или ты просто таким образом выебываешься? Все же уважение у него ушло далеко далеко, забывая о всех правилах поведения со старшими людьми. А он опять был сильно уверен, что мужчина точно старше его. Это можно понять по телосложению, да и мужской голос такой… «Так, все, отставить!» Послышалась усмешка. «Ты издеваешься, что ли?» – Реально интересно. — Мягкий ответ. Эмиль смотрел на человека с недоверием, не до конца веря в это, что подтверждало согласие его словам. Руками в кармане той же толстовки постоянно сжимал ткань, этими действиями убирая лёгкую нервозность. Всё же без шуток, странно всё это было, в конце концов. Незнакомец спрашивает у левого парня, как у него дела. Можно смело идти в stand up! Его точно примут с такой нелепой ситуацией. – Я тебе просто скажу, и без твоего ответа уже уйду. Усёк? — с нажимом на последнее слово сказал Эмиль, вглядываясь в лицо мужчины. Тот поднял руки вверх в знак капитуляции. «Неужели что-то, вот это поворот!» Эмиль собрался с духом, наполняя лёгкие свежим воздухом, не зная даже, почему так собирается для простого ответа. Возможно, просто не хочет показаться в глазах этого мужчины дебилом, что в словарном запасе хранятся лишь слова: короче, ну это, блять, ээ…ну… А Иманов даже книжки несколько лет назад читал! Правда всего две, и то наполовину, ну не суть. – Да сессию сегодня сдавал, ну и не сдал, — та дам! Премия за нормальный ответ вручается… — Потому что препод по философии завалил меня! — В толстовке опять руки сжались в кулаки от несправедливости. – Он это сделал специально. Я знаю. Наверное, выглядело, как жалоба, и парень представился сейчас ябедой, но высказаться очень уж хотелось, чтоб прям до конца, и по-честному, без утаивания информации. Хотя левому человеку это, возможно, ничего не даст, но самому Эмилю станет легче, и камень с души упадет. – Почему ты так считаешь? А вот тут Эмиль замялся. По сути, он, по своим же словам, должен сейчас уже уйти домой, забывая об этой встрече, но почему-то перехотелось уже к возвращению домой и объятиям хорошего сна, без мешков под глазами. Ещё было приятно, что мужчина его внимательно слушал, и хоть Иманов не видел во тьме его выражение лица, хотелось верить в лучшее. «Бля…и как сказать-то?» «Все равно, похуй». – Он постоянно меня касается руками по запястьям, типа «незаметно», — в конце изобразил вытащенными из карманов руками — кавычки. — А я все вижу. И поэтому Макарыч меня специально валит на сдачах, задавая вопросы по темам, которые мы даже не проходили на парах! От бессилия хотелось закрыться коконом в одеяльце, прячась под размерным теплым одеялом, но пока только стоял на улице под темным мрачном небом, руки согревая в кармане толстовки, и без шапки — как бы выразилась мать в родном городе. – Хм… Макарыч? Эмиль выгнул бровь. «Проговорился, блять». – Ну да… Макарыч — типо Макаричев, фамилия у него такая, — неуверенно произнес, проводя кроссовками по дороге, «увлекательно» рассматривая движения ног. – И он преподает у вас философию? «Какой ты молодец!» Надо было убрать сарказм. Выслушали же по-нормальному. Никак Сударь — да не ссы, брат. Все норм будет, отвечаю, солнце мое. На «солнце мое» не обижался, наоборот умилительно улыбался и забавно фыркал, как кот. Все же это было приятно — тебя называют ласково и по-родному. – Да. Тимур Макаричев. — Уже прозвучало увереннее. Тот от его слов молчал уже целую минуту, ничего не произнося в ответ. Это молчание неизвестной причиной у Иманова — сосало под ложечкой, а выдуманный хрупкий котенок, которому и пару месяцев не дашь — тихонько скреб под такими же выдуманными дверями, при этом издавая жалобное мяуканье — что ласки хозяева не даёт уже который день. А Никита как-то раз говорил — что он похож со своими темными кудряшками на домашнего котика! Это молчание начало уже надоедать, и можно было уже догадаться — тупой поймёт, что разговор подходит к завершению — и свалить домой наконец-то. Да вот выговориться — выговорился, а все равно грустно стало, что больше не поговорит с этим таинственным незнакомцем. Они даже не представились по именам друг другу. В этом случае — даже Эмиль подходит к категории таинственного незнакомца, и также без имени, а просто с историей и проблемой из своей рутинной жизни. Незаметно тяжело вздыхает, готовится уже идти всецело домой, делая первые шаги, спиной оборачиваясь к до сих пор не известному мужчине — так любезно послушавшего Иманова на грани отчаяния вперемешку со злостью. Все же нужно идти — сам сказал, что слушать ответку не будет, сразу уходя от него. Теперь за свои слова было стыдно и печально, что вынес такой вердикт. «Как влюбленный дурак себя веду». – Звучит с повторением абсурдно, но постой, пожалуйста, опять, — послышалось сзади. «Неужели». Теперь Эмиль повторно, второй, или, точнее, третий раз поворачивается обратно — что для прикола было очень забавно. Но сейчас вместо забавы и нелепости — благодарная улыбка на уставшем лице. И если в первые разы было раздражение, что его отвлекают и просто зря тянут время, — то сейчас мягкость и доброта сверкает на просьбу подождать ещё чуток. – Да? — сделал так — как сказали. – Ты сдашь, я тебя в этом уверяю. Возможно, или играла фантазия с воображением — но почему-то казалось, что мужчина сейчас, в этот момент — мило улыбался, поддерживая. – Спасибо. — Уважение пришло! Эмиль теперь точно, без оборотов, пошел к сторону двора, затылком чувствуя внимательный взгляд в свою уходящую все дальше и дальше — спину, до конца дороги, пока не скрылся за углом. На сообщение Сударя решил ответить лишь утром.

***

Собираться впопыхах. Сколько раз вы собирались впопыхах? Если хоть раз в жизни вы проспали и собирались за несколько минут с криком от кровати — блять, проспал! — до множества мыслей и действий за пару секунд со словами — сука, где второй носок? А рюкзак где? В этой квартире есть хоть нормальная, блять, одежда?! — ну и конечно — Даже кофе не успею попить. Похер, в кафешке позавтракаю и пообедаю. — и самая крутая подлость жизни — Стопэ… А где, мать твою, ключи?! Да и кроссовки как попало завязал! Таким образом и собирался Эмиль, быстрым бегом направляясь к ближайшей остановке — ведь машина лишь в мечтах о том, что к тридцати денег возможно собрать, радуясь, что хотя бы сегодня есть радость, что успел на свой троллейбус, забегая в самом конце, садясь на свободное место. Музыка играла и играла в наушниках, пока проезд был оплачен картой несколько минутами ранее. И беря полуразряженный телефон — ведь забыл вчера по приходу домой его зарядить — оставляя лежать на прикроватной тумбочке. Наконец заходя в телеграмм, решая написать и заодно ответить своему другу, уже думающему — что Эмиль отбросил коньки и затерялся в каком-то переулке. 22:17 Стример недоделанный: Я честно говоря, не знаю что с этим делать Вот смотрю в интернете, но там хуйня полн 22:19 Стример недоделанный: Остается лишь репетитора найти, да обсудить с ним эти незнающие темы 22:20 Стример недоделанный: Или надеется на лучшее, что препод за пару дней новый смениться 22:24 Стример недоделанный: И меня напрягает, что не отвечаешь 22:40 Стример недоделанный: Сильно напрягает. 22:45 Стример недоделанный: Я не буду тебе звонить, брат Ты наверно просто уснул 22:47 Стример недоделанный: И только попробуй мне завтра сказать, Что ты где-то ночью шлялся И что ты на свою задницу нашел проблемы, блять! Ох, как Никита был прав, нечего сказать даже. Строчит быстрее успокаивающее сообщение, одновременно оглядываясь на изображение чуть загрязнённого троллейбусного окошка, судя, какая сейчас остановка и когда стоит выходить на своей.

10:02 Педик короче, любимый:

Никит, все хорошо, не волнуйся ;)

Боится отправлять следующее сообщение, но все же большой палец нажимает на стрелочку приложения — что следует отправкой. Возможно, это его погубит, когда встретится с Сударем. И это будет сегодня.

10:03 Педик короче, любимый:

И да, ты прав. Я развалил проблем.

Только не убивай меня плиииз: (

Помилуй пожалуйста!

Выключил телефон, убирая в карман той же любимой толстовки, так благополучно попав впопыхах в его руки сегодня. Его остановка. Сообщение новое пришло, когда он вышел с троллейбуса.