Гарри не любит...

— Ну что, придётся привлекать аналитиков… — Гарри, перерыв гору бумаг, что вывалил на его стол Бэйли, откапывает папку и смотрит на главу группы и Рона. Неделька выдалась непростая. — Да, в этот раз без них не обойдёмся. — Доусон устало трëт лоб. — Мои ребята не вылезают из рейдов. Всё, что было, мы уже отработали. Чёрт, я вообще думал, мы закроем это дело за пару дней. Дьявол бы их побрал, этих зельеделов. Так что пусть эти глянут своим зорким глазом, чего мы упускаем. — Рон косится на усталого аврора и понимающе качает головой. Дело действительно с самого начала казалось несложным. Пара доморощенных зельеваров спалилась на продаже нехитрых ядов и настоек. Выследить по горячим следам, задержать и изъять всё содержимое лаборатории — делов-то. Но, увы, не в этот раз. Маленькая лаборатория в Лютном оказалась лишь точкой сбыта, а злоумышленники и вовсе ускользнули от опытных авроров, будто их там и не было, оставив служителей закона практически без улик. После недельного топтания на месте аврорам улыбнулась удача: зелья, в уже знакомых тёмных фиалах с канареечно-жёлтой лентой у горлышка, всплыли в другом деле. Новую точку накрыли в маггловском районе, и снова преступникам удалось улизнуть прямо из-под носа. Но в этот раз аврорам повезло больше, и вместо скудного ящика с фиалами их ждали несколько десятков полок, заставленных зельями. Из всего содержимого немаленькой лаборатории оборотка оказалась самым безобидным. Чего там только не было: яды, редкие ингредиенты, дурманящие настойки, сильные любовные зелья — ассортимент оказался просто огромен. Но делу это не сильно помогло. Улик снова было не так много. Видимо, потому что жидкая удача у этой шайки тоже оказалась отменная. — Я понял, — отшвыривает папку на край стола Поттер. — Завтра пойду к Малфою. Двоих, думаю, нам хватит, — смотрит он на замученных авроров. Стрелки часов уже перевалили за десять вечера. — Давайте по домам, а? Я сейчас с голоду сдохну… — роняя голову на кипу бумаг, стонет Рон, и Доусон поднимается из кресла, скрипя не то суставами в затёкших ногах, не то кресло облегчённо стонет, освободившись от гнёта этого бугая. — Согласен, — устало басит Бэйли и решительно топает в сторону выхода. — Ты идёшь? — Рон поднимается следом. — Да, но чуть позже. — Друг кивает и, махнув рукой, скрывается за дверью. Приведя стол в относительный порядок, Поттер, размяв шею, вываливается в пустой коридор. Линда предусмотрительно оставила на своём столе для заработавшегося начальника стакан кофе и булочку с абрикосовым джемом под согревающими. Улыбнувшись такой заботе, Гарри откусывает солидный кусок от ароматной выпечки и благодарно стонет в тон урчащему от голода желудку. Раньше они с Джинни гуляли по вечерам и проводили вместе время после работы. А теперь Гарри некуда торопиться. Он, конечно, иногда навещает Рона с Гермионой и семейство Уизли в Норе, но вот дома его никто не ждёт. Закинув последний кусок булки в рот, Поттер щёлкает кнопку лифта и крутит тёплый стакан в руке. Лифт, звякнув, раскрывает двери спустя всего несколько секунд. — Привет, Малфой! Тоже заработался? — Поттер шагает внутрь кабины, пытаясь не светиться от радости, как летнее солнце в зените, и становится рядом с Малфоем. Такая удача. Гарри и не надеялся. Он, конечно, собирался утром завалиться к Малфою в отдел лично, вместо того чтоб отправить запрос самолëтиком, но сцапать змеëныша в лифте, да ещё и без свидетелей… Поттеру явно повезло, потому что этот хлыщ будто специально всё время сваливает, как только на горизонте появляется Гарри. Тем самым ещё больше подогревая и приковывая внимание Поттера к своей скользкой персоне. После провальной попытки Поттера утащить Малфоя на кофе тот, видимо, решил держаться от аврора подальше. Следующие несколько дней он лишь пару раз попался Поттеру на глаза. Днём в кафетерии Гарри заметил его, уже буквально убегая на встречу с Робардсом. Даже махнул ему рукой в знак приветствия, но Малфой лишь вскинул бровь и отвернулся. Ну конечно, больно надо одаривать вниманием надоедливого придурка, который возомнил себе невесть что. А позже вечером, издали сверкнув своей платиновой макушкой, Малфой поспешил скрыться в глубине каминного зала Атриума, как только услышал зычный аврорский ржач и заметил яркие всполохи бордовых мантий в другом конце холла. Позже этот змей и вовсе как сквозь землю провалился. В Атриуме он не появлялся, сколько бы Гарри его ни высматривал, но тут-то они могли смело разминуться. Любопытство щекотало Гарри изнутри своими маленькими щупальцами. Зудело где-то под рёбрами, ища удовлетворения. — Кстати, поздравляю с повышением. Кофе хочешь? — Гарри протягивает свой белый стаканчик с эмблемой Министерства, но Драко даже не поворачивается в его сторону и, бросив сухое «Благодарю, нет», продолжает буравить только что закрывшуюся дверь. Гарри хмыкает на уже знакомую реакцию и, косясь на точëный профиль, делает шаг ближе. Лифт дёргается с места непривычно рвано и двигается вниз. Гарри не нравится такой Малфой. Чопорный и сухой, как кекс Хагрида. Затянут в тугие мантии, застëгнут на все пуговицы. Холодный, спокойный. Слишком спокойный. Идеальная осанка, на лице ни один мускул не дрогнет, сама вежливость и учтивость. Аж мороз по коже. Чёткий весь, ровный как по линейке. С виду вообще обычный клерк. В одном только Лондоне таких тысячи. Серая мантия, серый костюм, начищенные до блеска ботинки и неизменно чёрная папка в руках. «Вечно таскает её с собой. Приросла она к нему, что ли?» — думает Гарри. Волосы отпустил почти до плеч. Причёска тоже идеальная. Ни один волос не выбивается. Не зализана, нет, но держится она явно не на одном хитросплетении чар. Весь такой безупречный, что Гарри кажется, подойди он чуть ближе, и можно услышать скрип его накрахмаленного воротничка. Сначала у Гарри даже невольно закралась мысль, что Малфою и впрямь удалось вытравить в себе всю эту язвительность, вылечить свою «аллергию» на Поттера. Но Гарри не просто так получил своё место в аврорате. Подмечать незначительные детали — его работа. Малфой хоть и старается выглядеть невозмутимым, но Гарри видит. Вся его идеальность трещит по швам рядом с Поттером: чуть раздутые ноздри, нервно сжатые пальцы, резче поворот головы. Ещё это его едва заметное подëргивание плечом и то, как вспыхивают его кончики ушей. А вот теперь крутит фамильное кольцо и трëт подушечку пальца. — Слушай, у нас затык по одному делу, нужна ваша помощь. Кого можешь посоветовать из ваших? — спокойно спрашивает Гарри, делая глоток кофе и надеясь, что выглядит он совершенно невозмутимо. Малфой чуть щурится. — Присылай запрос завтра не позднее обеда, отправлю к вам Бредли. — Нам бы двоих. Эриксон свободен сейчас? Он вроде башковитый малый. — Эриксон в отпуске. Я подумаю, кого отправить, — снова холодным тоном сообщает Малфой и как-то нервно поглядывает на стрелку, отсчитывающую оставшиеся уровни. — Хорошо. Я тут вот ещё что подумал, — негромко продолжает Гарри, покачивая в руке стакан. — Мы нашим отделом решили в следующие выходные устроить дружеский матч, нам как раз не хватает ловца в команду соперников, может, присоединишься? — Он не оставляет попыток разговорить Малфоя. На самом деле это почти козырь в рукаве Поттера, он всерьёз надеется, что жажда былого соперничества подстегнёт Малфоя и он скинет наконец эту надоевшую до чëртиков маску безразличия. Но тот в ответ лишь резко выдыхает через нос и мечет полный нескрываемой злобы взгляд на медлительную стрелку. — Ну? — Гарри смотрит, ожидая ответа на своё предложение, и в этот раз Малфой действительно не подводит. — Слушай меня сюда, очкарик, — угрожающе нависнув над Поттером, рычит Малфой, тыча того пальцем в плечо. — Я старался быть вежливым, и, видимо, это было моей ошибкой. С чего ты решил, что можешь лезть ко мне со своим кофе и пустой болтовнёй? — Удар по руке, и поттеровский полупустой стакан летит в угол, заливая пол. — Эй, полегче. — Аврорские пальцы машинально сжимаются на рукоятке палочки. Гарри, отшатнувшись, делает шаг назад, но упирается спиной в прохладный металл. Стиснув зубы, Малфой срывается с места. Острый локоть припечатывает Гарри с глухим ударом к стенке лифта. Свет мерцает, гаснет на секунду и вновь вспыхивает. Лифт дёргается, отзываясь жалобным металлическим стоном, и больше не двигается с места. — Как же ты достал меня, шрамоголовый, носишься за мной каждое утро! Чего ты добиваешься? — не перестаёт порыкивать Малфой, нависая разъярённой гарпией, пока Поттер пытается сделать хотя бы вдох. — Задушишь, придурок, — хрипит Гарри, хватаясь за пригвоздившее его предплечье, но сам почти скалится от удовольствия. Крепость таки пала. Слетела маска. Малфой щерится по-звериному, весь заостряется, как кинжал, дышит рвано, пробитый дрожью. — Какого дьявола тебе от меня нужно, а?! Не можешь смириться с тем, что не все горят желанием водить дружбу с Избранным? — Ага, — хрипло отзывается Гарри, пытаясь вывернуться. — Всегда знал, что самомнение твоё столь огромно, что его хватит на семитомный сказочный эпос. — Чуть ослабив нажим левой, Малфой уже держит Гарри под прицелом волшебной палочки. Свет снова моргает и гаснет на мгновение. Лифт дёргается, и Поттер, выворачиваясь, отскакивает к противоположной стенке жестяной коробки. Откашливаясь, он тянет, пытаясь ослабить, ворот бордовой мантии. Но Малфой вовсе не думает оставлять в покое застрявшего с ним Поттера. Он снова делает рывок в его сторону и перехватывает руку, в которой зажата палочка: — Не вздумай, Потти! Свет окончательно гаснет, сдавая позиции мраку. Но Гарри успевает поймать адские всполохи в глазах напротив. Он, припечатанный тяжестью чужого тела, чувствует, как пальцы на его запястье сжимаются всё сильнее, лишая возможности воспользоваться палочкой. Поттер, честно говоря, и не собирался использовать магию в таком ограниченном пространстве. Малфой вëрткая змеюка, может и увернуться от заклятия. Тогда даже безобидные чары, срикошетив, могут сыграть против него самого. Тем более, что Поттер явно превосходит его в физической подготовке. По крайней мере, ему так кажется. Малфой не слабак, это точно. Жилистый, гибкий и быстрый. Новая попытка Гарри вырваться безуспешна. Малфой успевает перехватить руку Поттера. Держит, цепко обхватывая запястья. Липнет и придавливает Гарри к стене, словно намагниченный — не отодрать. И Поттер с какой-то детской восторженностью пытается вывернуться из этого захвата, но тело, несмотря на неслабый выброс адреналина, отказывается сопротивляться в полную силу. Он уже испытывал подобное. Ещё в школе. Когда они с Роном устраивали дружеские поединки в своей спальне и, путаясь в собственных конечностях, валились на пол от смеха. Именно это он сейчас и испытывает. Ту самую слабость, задыхаясь от грëбаного восторга, когда Малфой, растрёпанный и пыхтящий от злости, пытается размазать его по стенке министерского лифта. Он тоже всматривается в темноту и наверняка пытается угадать дальнейшие действия соперника, прислушиваясь к каждому шороху. Гарри делает слабую попытку освободиться от захвата, но Драко лишь сильнее сжимает руку чуть выше запястья, и кожа начинает гореть под прохладными цепкими пальцами. Малфой что-то шипит, но даже знание парселтанга не помогает Гарри разобрать, что там цедит сквозь зубы эта гадюка. — Пусти меня! Из-за тебя мы застряли! — ёрзает и пыхтит Поттер, зажатый как в тисках. Он не понимает, почему Малфой медлит. — «Врезал бы уже и успокоился», — продолжает Гарри мысленно, когда тело, прижавшее его к стене, снова оживает. — Заткнись! Прекрати таскаться за мной! Оставь. Меня. В покое! — зло шипит Малфой и, обманчиво ослабив захват, припечатывает Гарри к стене с новой силой. В душной темноте Гарри кажется, что Малфой наклоняется ещё ближе. Дышит влажно. Сквозь зубы. Опаляя щёку Гарри своим раскалённым дыханием. Шорох ткани и скрип подошв эхом отражаются от стен кабины лифта. Малфой, по всей видимости, пытается принять более устойчивое положение и отпускать Поттера не собирается. Он с силой напирает, удерживая его запястья, и Поттер, поддавшись какому-то неведомому порыву, чуть наклонив голову, резко подаётся вперёд и клацает зубами, надеясь больно цапнуть соперника за ухо, как ему кажется. С расчётами Гарри сильно ошибся, потому что неожиданно впечатывается носом в жёсткую скулу, а между зубов оказывается зажата нижняя губа Малфоя. Если секунду назад идея с укусом казалась даже остроумной, то сейчас он почти задыхается, осознавая, что натворил. Поттер дёргает головой, пытаясь отстраниться, насколько позволяет пространство. Но манёвр приносит лишь боль в затылке, которым он прикладывается о прохладную стенку лифта. Под нервный, громкий, опаляющий выдох напротив Гарри замирает, ожидая ответных действий от наверняка разъярённого такой наглостью Малфоя. Дрожь пробивает тело, прокатывается волной. Ладони вмиг становятся влажными. Тело напрягается, каменеет, сковывая мышцы в панцирь, словно ожидая удара. Секунда, две, пять. Поттер делает вдох, набирая в лёгкие воздух. «Извиниться? Нелепо. Молчать? Чёрт! Чёрт! Чёрт! Это ведь простая случайность, он же должен понимать? Почему молчит? Почему не двигается?» — сознание лихорадочно пытается найти объяснение происходящему, попутно рисуя самые изощрëнные пытки, которые Гарри предстоит вынести. Ещё один шумный рваный выдох прямо в лицо. Правая рука Гарри вдруг получает свободу и тут же начинает пульсировать, покалывать на кончиках пальцев, восстанавливая кровоток. Но, не успев ахнуть, Гарри чувствует резкий захват на шее, и снова холодные пальцы впиваются в кожу, но уже не так сильно. Давят под самые углы челюсти, приподнимая и направляя. Жёсткие сухие губы на секунду врезаются в приоткрытый рот, и Гарри чувствует ответный укус. Вскрикивая больше от неожиданности, чем от боли, Поттер перехватывает держащую его горло руку. «Вот же мстительная тварь», — проносится в голове у Гарри в тот момент, когда зубы вдруг перестают терзать его нижнюю губу и Малфой со сдавленным рычанием грубо и зло впивается в его рот, толкаясь языком внутрь. Вскидывает руку Гарри выше, сжимает горло, лишая последних крох кислорода. А Поттер, распахнув глаза, вдруг ловит себя на ответном движении языка. Жар и дрожь окатывают тело новой волной. Гарри цепляет руку Малфоя за пальцы у себя под подбородком и, когда захват слабеет, голодно хватает ртом воздух и… тянется навстречу жёстким губам, жмурясь до рези в глазах. Но это не то, что способно привести его в чувства. Его целует Малфой! И Гарри отвечает! Сука! Так сладко и ново. В голове гул или… стон. Чей? Гарри точно не может так стонать. Только не он! Что-то щёлкает. Гулко бьёт, как по металлу, и Гарри не сразу понимает, что это звуки извне. Лифт, тренькнув, двигается с места. Свет моргает и снова зажигается в кабине. Малфой мгновенно отскакивает к противоположной стене. Дышит шумно, закрыв лицо руками. Поттер, откинув голову, всматривается в мутный образ бывшего слизеринца, но перед глазами будто пелена — очки слетели ещё в самом начале их перепалки. Гарри, негромко откашливаясь, пытается рассмотреть пропажу под ногами, но тёмный пол надёжно маскирует тонкую оправу. Ещё один толчок, и металлическая коробка останавливается. Двери распахиваются, а Малфой, будто только этого и ждал, срывается с места. Гарри лишь успевает нацепить на нос призванные Акцио очки и тоже вылетает из кабины. В Атриуме тихо и пусто. Вот такой он Поттеру по душе. Только впереди мелькает серая, непривычно ссутулившаяся фигура. Гарри успевает разглядеть, что Малфой почти бежит. И Поттер впервые не испытывает желания его сейчас догнать. Что он ему скажет? «Подожди, давай поговорим, что это сейчас было? Ты сначала хотел меня прикончить, а потом мы, вроде как, поцеловались. Может, нам нужно это обсудить?» Поттер двигается медленно, не отводя взгляда от серой точки в конце каминного зала. Когда зелёное пламя уносит беглеца, Гарри ускоряет шаг и, добравшись до первого камина, обессиленно вваливается в него, чётко произнеся адрес.