Гарри не любит...

Гарри открывает глаза. Свет, проникший в комнату, неприятно бьёт по зрачкам. Укрыться он попытки не предпринимает — будильник трезвонит уже в третий раз. Поттер, отшвырнув подушку, разочарованно стонет и проклинает утро, которое наступило как-то безжалостно быстро. Мысли ворочаются медленно, поскрипывая, как ржавый механизм, отзываясь неприятной пульсацией в висках. Весь его мыслительный процесс и так в последнее время крутился вокруг Малфоя, а теперь и вовсе не удаётся выкинуть его из головы ни на секунду. Глотая зелье от головной боли, Гарри думает, как так вышло, что Малфой снова прокрался в сознание, миллиметр за миллиметром отвоëвывая пространство и занимая территорию, что ещё недавно была отведена работе и прочей ерунде, которую он называет повседневной жизнью. Да и сам он подозрительно быстро свыкся с тем, что Малфой поселился в его голове и сваливать оттуда не собирается. После случившегося глупо даже предполагать, что пройдёт время и белобрысая бестия забудется и канет в прошлое. Зелье смывает ломоту в висках не спавшего полночи аврора. Быстро собравшись, Гарри шагает в камин, не думая о том, зачем отправляется на работу раньше положенного на целых сорок минут. Поттер выныривает из камина с золотой лепниной в тёмный, ещё относительно тихий холл и облегчённо выдыхает. Гарри не любит шум, который раз за разом обрушивается на него: накрывает волной, заглушая мысли, пробирается под кожу, заставляя ëжиться от внутреннего дискомфорта. Но отдельная статья в его списке ненависти это чужие навязчивые прикосновения, что приносят лишь дикое желание очистить потревоженный участок и избавиться от зудящего чувства на коже. Во сколько Малфой прибывает на работу, Гарри так и не удалось выяснить. Но, если честно, он и не сильно старался. В одном он уверен — долго ждать не придётся. Устроив себе наблюдательный пункт за высоким столиком «Закусок Министерства», он отгораживается от любопытных взглядов чарами отвода глаз. Атриум медленно заполняется шелестом мантий, стуком каблучков спешащих на службу волшебниц и гулом неспешных утренних разговоров. Малфоя он замечает сразу, как только тот выходит из зелёного пламени министерского камина. Несколько мгновений он стоит, не двигаясь с места, и смотрит прямо перед собой. Перекладывает папку из одной руки в другую, а потом, как-то рассеянно озираясь по сторонам, быстро шагает в сторону лифтов, периодически сухо кивая кому-то. Сквозь привычную маску сочится нервозность. Гарри замечает, что даже со спины он выглядит не как всегда. Чуть понурые плечи выдают усталость и недосып. Видимо, тоже ворочался полночи. Ещё бы. Подумать явно есть над чем. Гарри, несмотря на всю решимость поговорить со слетевшим с катушек аналитиком, просто провожает его взглядом. Ни один из сценариев пока не состоявшегося разговора Поттеру не нравится, а идея не попадаться Малфою на глаза как можно дольше уже кажется весьма заманчивой. Но вот с делом о незаконном обороте зелий вопрос надо решить уже сегодня. Скользнув ужом мимо зазевавшихся на входе девиц, аврор спешит в свой кабинет. После десятиминутного безуспешного гипнотизирования бланка запроса Гарри откидывает его в сторону, так и не дождавшись, что тот сам заполнится и отправится на поклон к Малфою. Время есть, поэтому он, периодически зыркая на несчастный, истерзанный взглядом пергамент, зарывается с головой во вчерашний отчёт. Мысли разбегаются, не давая сосредоточиться, и бумаги снова отправляются на край стола в подставку для документов с пометкой «важное». Простой запрос стандартной формы. Что тут сложного? Но отчего-то перо никак не ложится в деревенеющих пальцах так, как нужно, а мысли снова беспокойным роем кружат в тёмной кабине лифта. У Малфоя губы упругие и горячие. Гарри вообще это не так себе представлял. То есть он, конечно, не представлял поцелуй конкретно с Малфоем, но как-то после просмотра одного сериала, где была совершенно отбитая гей-парочка, он задумывался, каково это — целовать парня. Кажется, тогда он пришёл к заключению, что губы обязательно должно саднить после поцелуя из-за щетины и напора, с которым каждый из партнёров на экране отвоëвывал ведущую роль. Но оказалось, всё иначе. Поцелуй был напористый, острый. Было горячо. Грубо. И… неожиданно, оглушительно приятно. Но больше Гарри волнует то, что Малфой после вовсе не выглядел оскорблённым, скорее виноватым и слегка потрясённым. Ладно, не слегка… В любом случае это наталкивает на некоторые мысли. Гарри смотрит на часы и, чертыхнувшись, снова косится на бумаги. Стискивая зубы, он трëт виски. Просто нужно действовать по инструкции. Это же всего лишь работа: деловая переписка, не требующая от него витиеватых строк вежливости. Чётко и по делу, потом сложить желтоватый пергамент в форме самолëтика, что ежедневно снуют между министерскими отделами и от которых Гарри иногда приходится отбиваться. И всё. Дело сделано. С прежним руководителем отдела у Поттера не было совершенно никаких проблем. Пожилой Майер Чейз с глубоким уважением относился к Гарри и охотно принимал его в своём кабинете, когда бы Поттеру это ни понадобилось. И с чего старику взбрело в голову оставить пост? Ему всего-то девяносто с чем-то. Да и Малфой как-то некстати нарисовался со своими поцелуями. — У нас вызов! — Дверь грохает о стоящий позади неё стеллаж с папками, и Рон виновато поджимает плечи, но даже это не сразу выводит Поттера из задумчивости. — Темномагический всплеск у магглов. — Поттер! — чуть громче обращается Рон к другу, когда тот лишь кивает, не отводя взгляда от пустого бланка. — Где? — оживает начальник и прочищает горло. — Северный Вулидж. — Рон, громко протопав к столу, кидает карту перед Гарри. — Здесь и здесь, — тыкает в отмеченные красным точки. — Отправляй третью, — не меняя положения, отвечает Поттер, и Уизли, чуть наклонившись, вглядывается в лицо друга. — Ты чего? Они уже неделю задницы в горах морозят. — Уизли сгребает карту и пялится на Поттера с беспокойством. Тёмными кругами под глазами в Аврорате никого не удивишь, а вот рассеянность друга это тревожный знак. Но обсудить это он решает позже. — Чёрт. Точно. Доусон где? — мотает головой Гарри, возвращая взгляду осознанность. — Свободен, — кивает Рон. — Бэйли, гони ребят на выход! — орёт в коридор Уизли и под крепкий аврорский мат снова оборачивается к Поттеру. — Я с ними, но отчёт пусть пишет командир. — Поттер коротко кивает и косится на перо, что всё ещё торчит в чернильнице. — Ты это, отдохнул бы… Выглядишь херово, — роняет Рон и срывается в сторону криков Доусона. Херово не херово, а работу за него и правда никто не сделает. Гарри, шумно выдохнув, хватает незаполненный бланк. Перо скрипит под нажимом его пальцев, марая чернилами пергамент. Строчки складываются в правильную, привычную форму запроса, а потом и в идеальный самолëтик, который тотчас же скрывается за дверью приёмной. Ответом Малфоя были двое ребят, явившихся спустя какие-то двадцать минут. Высокий, плечистый Том Брэдли, который не раз уже работал вместе с аврорами, и низкорослый парнишка в синем костюме, представившийся Уиллом. Его Гарри до этого не видел. Парни получают все необходимые материалы, и Линда, которая сегодня раздражающе громко цокает шпильками по паркету, провожает их в пустующий кабинет. Выкинуть зарвавшуюся заразу из головы не помогает ни бумажная работа, ни встреча с Главой Аврората. Гарри заканчивает отвечать на корреспонденцию и, болтая в кружке недопитый кофе, мерит шагами кабинет, когда Линда докладывает о возвращении Уизли и группы Доусона. Обед уже прошёл, но для авроров в буфете всегда припасено горячее. Сгребая Бэйли и Рона после задержания горстки недонекромантов, Поттер тащит друзей на ланч. Это кажется отличным планом до тех пор, пока они не вваливаются в кафетерий. Гарри с усилием проталкивает кусок запечëнной курицы. Еда кажется пресной и не лезет в горло. Поттер щурится и тянет шею, пытаясь разглядеть, с кем там любезничает этот ловелас недоделанный. Малфой выглядит расслабленным, не так, как утром или при встрече с Гарри. Спина ровная, но иначе. Не так, будто он древко от метлы сожрал. Плечи мелко трясутся, и Гарри превращается в слух. «Ржёт», — доходит до Поттера. Рон и Доусон что-то обсуждают и, скорее всего, обращаются к Гарри: Рон смотрит вопросительно и немного удивлённо, кидая взгляд куда-то в сторону, а потом на Гарри. Поттер снова косится в бок, туда, где Малфой, уложив свою дебильную папку на колени, любезничает с какой-то ведьмой, распивая кофе. Малфой довольно лыбится и, наклоняясь, целует миниатюрную ручку. Гарри поворачивается в сторону милующейся парочки и пялится во все глаза. Он сначала и не понял, что его смущает. Но осознание прошибает спустя миг и оседает тугим комом в горле. Ямочки! У чëртового лучезарно лыбящегося Малфоя — чёртовы ямочки на щеках! Откуда, блять, они там взялись? Может, заклинание какое? В голове срабатывает маховик, услужливо выдавая Гарри моменты, когда он видел улыбающегося слизеринца в школе. Но ямочек на вечно недовольном лице он припомнить не может. «Шифровался, падла…» Ну конечно! Какие нафиг ямочки, если ты метишь в Пожиратели. Рон дёргает Гарри за плечо, и тот, ещё не сморгнув потрясение от увиденного, смотрит на друга отсутствующим взглядом. Рон смешно морщит нос и машет ладонью у него перед лицом. А потом неожиданно заносит руку, вероятно, для нанесения отрезвляющей пощёчины — Гарри, среагировав, ловит его запястье: — Ты чего? — Ты, блять, чего?! — Рон выдëргивает руку из захвата. — У тебя такое выражение было, будто ты опять с Лордом по менталке общаешься. Жуть просто… — бубнит он, а Доусон, поперхнувшись, заходится кашлем. — Я уж думал колдомедиков вызывать. Ты чего завис? — спрашивает Уизли, облегчённо выдохнув, и похлопывает Бэйли по спине. — Нормально всё. Просто вспомнил кое-что… — отмахивается Гарри и всё равно косится в сторону, где только что кокетничал с кем-то белобрысый. «Свалил. Когда успел?» — Так, что там у нас? — Бля, Гарри… — вздыхает Рон и запускает пальцы в копну рыжих волос, ероша их на затылке. Он смотрит как-то странно, вздёрнув одну бровь. — Так, ладно… Доусон с аналитиками сейчас перетрëт. Последние ниточки ведут в Уокер. Магический след чёткий и совсем свежий, но в остальном с уликами жопа. Они или подчистили всё основательно… — Рон делает паузу. — Или? — с нажимом уточняет Гарри. — Ну, короче, ощущение, что наследили для нас специально. Но других зацепок у нас пока нет, поэтому проверять будем всё. Документы уже у тебя на столе. Решай, когда выдвигаемся. — Гарри задумчиво угукает и снова мечет взгляд в сторону пустующего столика.