Неудачная тусовка

Казутора проснулся в восемь утра. Как правило, юноша спал в это время, но сегодня его разбудило уведомление с незнакомого номера. Сев в позу лотоса, Казутора разблокировал телефон и открыл сообщение. Это было видео, длительностью в пятнадцать минут, поэтому оно довольно долго загружалось. На видео была изображена самая обычная комната подростка: одноместная кровать, столик с кучей окурков и два шкафа. Эта комната скорее смахивала на свалку: на стул навалена гора одежды, а на полу клочки бумаги. Первые пару секунд ничего не происходило. Затем в кадре появился Ханма. Он был одет в футболку и…трусы. Да, на ногах у него, кроме белья, ничего не было. Он сел на кровать достаточно близко к камере. Ханма отставил спину назад, снял трусы и, обхватив член пальцами, стал водить им вверх-вниз. Он стонал и из его губ вырывалось имя Казуторы. Казу не стал смотреть до конца. Зачем ему это нужно? Это мерзость, это грязь! Он ненавидел его, до дрожи в руках ненавидел этого извращенца… на кой черт он отправил ему это поганое видео? «Анонист несчастный! Чтоб до него тоже однажды начали домогаться, и делали это в тысячу раз мерзотнее, противнее, чем это делал он!» — думал Казутора. Ханемия не то чтобы был ошеломлен этим видео — чего-то подобного следовало ожидать. Но он удивился, что Ханма-таки решился на эту срамоту. Казутора тяжело дышал. Вздохи даже отдавались в ушах. Ему хотелось блевать от увиденного — да нечем, ведь поужинал он задолго до сна. Руки и ноги сильно напряглись, грудь давило, а концентрация воздуха словно снизилась нанесколько минут. Он заблокировал номер Ханмы и пошел умываться, стараясь прогнать эту мерзость с души. После того омерзительного видео, Шуджи решил не останавливаться: он начал каждый день отправлять Ханемии новые видео подобного содержания. Каждый раз он использовал новыйномер, и каждый раз Казутора блокировал его. *** Было темно. Казутора только сейчас собрался идти домой. Он долго пробыл в школе — надо былоисправить одну оценку. Учитель попросил юношу самого закрыть кабинет. Он надел рюкзак, и почти вышел из кабинета, как вдруг… — Куда собрался, красавчик? — спросил высокий юноша, который стоял прямо за Казуторой. — Блять! — вырвалось у Торы. — Ты тут! — обернувшись, возмутился парень. — Как я мог оставить тебя здесь, когда у меня такой шанс?.. — прохрипел Ханма, просовывая колено меж бёдер Казуторы. Но то, что происходит сейчас — не то, что было в автобусе. Казу быстро среагировал и оттолкнул Шуджи примерно на метр. Казутора кинулся к двери, совсем забыв о ключах, которые он оставилв кабинете. В конце концов, уж лучше на него завтра наорет преподаватель, нежели его опять облапает Ханма. Пулей вылетев из школы, Казутора помчался на освещенную множествомфонарей улицу. Он знал о том, что в таких ситуациях нельзя сворачивать в темные переулки, даже если очень хочется поскорее прийти домой. Ханма, на удивление, не стал гнаться за Торой. Это одновременно и успокаивало, инастораживало: он ведь не отступит, и найдёт новые способы домогательств, приставаний иунижений. Казу настолько погрузился в свои мысли, что врезался в человека, проходившего мимо. Юноша сразу стал извиняться — это ж надо, так вляпаться! — и, подняв глаза, увидел Баджи. Водной руке он держал пакет, набитый различными продуктами, а другую держал в кармане. — Казутора! — улыбнувшись, воскликнул он. — Ты что тут делаешь? Ты глянь — только тот трояк исправил, и уже куда-то намылился! Неужто на свиданку? Казутора, опешив, ничего не ответил. Он просто смотрел на Баджи, на его очаровательную улыбку, красивые черты лица и живые глаза. «Какой же он красивый… — подумал Казу, — и как же сним комфортно, безопасно…» — Эй, Казутора, — уже не так весело начал Кейске, — Все в порядке? Казутора, вздрогнув, кивнул. — У тебя ничего не случилось? Может, мне чем-то тебе помочь? — посмотрев Торе в глаза, спросил Кейске. — Да… — неуверенно сказал Казутора, — Можно… могу я сегодня остаться у тебя на ночевку?.. — Конечно можно! Ты ещё спрашиваешь! Ну, пошли, по дороге расскажешь, че случилось! *** — Чего ты так из-за этой оценки распереживался? — возмущался Баджи, наливая чай своему другу.– Если так из-за каждого трояка переживать, здоровья не хватит! — Угу, — буркнув, кивнул мальчик. — Давай, пей чай, и иди спать. И чтоб больше у меня так не напрягался из-за какой-то там ебучей оценки, не то я тебя стукну! Я могу, ты знаешь! Настрой Баджи поднял настроение Казуторе. Казу сделал уроки и сразу же пошел спать. Баджи сидел на кухне еще где-то минут десять. Сидел. И думал. «Такое его поведение вызвано явно не оценкой, — думал Баджи, допивая чай, — Что же это может быть…» Баджи многое надумал: и то, что отец Казуторы каким-то образом вернулся, и юноша боялся оставаться дома. И то, что Казутора разругался с мамой и ушел из дома, и много что еще. Во всяком случае, надо бы над этим еще подумать…