The Degradation +12209

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
One Direction

Автор оригинала:
@angels_larry
Оригинал:
http://www.degradation.fr/

Основные персонажи:
Гарри Стайлс, Луи Томлинсон
Пэйринг:
Луи/Гарри
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст, Психология, Философия, POV, Hurt/comfort, AU, Учебные заведения
Предупреждения:
OOC, Насилие, Нецензурная лексика, ОЖП
Размер:
планируется Макси, написано 526 страниц, 58 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от Seira Royard
«Шикарный перевод, спасибо!» от Alexsa_Lada_Boss
«самый лучший! Пишите еще!!!» от Перчик.....
«Спасибо за этот шедевр)*» от Laura Lynch-Marano
«до конца Вселенной <з» от it is_what_it is
«Отличная работа!» от TusaM
«Ш И К А Р Н О!!!» от Холодное Тело666
«Отличная работа!» от Suzuni
«Спасибо за Ваш труд! » от Kurkovishna
«Отличная работа!» от Сaprice
... и еще 383 награды
Описание:
Я был самым настоящим стереотипом идеальной жизни.
Да, чертовым стереотипом.

А потом встретил его. С его зелеными глазами, с его странностями… И с его болезнью.

«Что бы ты делал, если бы тебе оставалось жить всего 100 дней?» - Аноним
«Я не знаю. Жил бы, наверное. Я бы попытался жить.» - Луи.

Ты всю жизнь был тем, чего я избегал.
Мне нравилось быть стереотипом. Ты все испортил.
Когда банальность встречает разрушение - начинается The Degradation

Посвящение:
Всем, кто верит.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания переводчика:
Перевод очень известного французского фанфика.
Наверное, он один из лучших, на моей памяти. The Degradation стал буквально классикой для французских Ларри-Шипперов. Это невероятно тяжелая, необычная, но и красивая история. Я надеюсь, что вам она понравится.

№1 в жанре «Hurt/comfort»
№1 в жанре «Психология»
№1 в жанре «Философия»
№2 в жанре «AU»
№2 в жанре «Ангст»
№3 в жанре «Учебные заведения»
№4 в жанре «POV»
№9 в жанре «Слэш (яой)»
№12 в общем рейтинге всех жанров

Все арты и обложки к фанфику: http://vk.com/album88651370_184715604

Официальный русский трейлер:
http://www.youtube.com/watch?v=c81wZjuQerA

Все 20 французских трейлеров:
http://degradation.skyrock.com/3168425298-TRAILER.html
http://degradation.skyrock.com/3172998899-TRAILER-2.html
http://degradation.skyrock.com/3182635387-TRAILER-3.html

Оригинал в процессе написания.

На Wattpad: https://www.wattpad.com/myworks/52288024-the-degradation

Теперь оригинал фанфика можно приобрести в виде книги вот здесь: http://www.lulu.com/shop/camille-l/d%C3%A9gradation/paperback/product-21900363.html

Enjoy, xo xo.

Глава 22

11 октября 2015, 22:50
«…» © Гарри

Фотография: https://pp.vk.me/c627430/v627430370/1d030/qqpcQnuPNfA.jpg
Песня: SafetySuit — Anywhere But Here

Ночью я не смог сомкнуть глаз из-за волнения, которое не утихло до сих пор. Я сказал врачу, что улучшения точно будут, потому что я доверяю Гарри, но… Это ведь ложь. Я не доверяю ему. Ни капли. Всю ночь думал об этом. Мне кажется, что сейчас Гарри — человек, которому я доверяю меньше всего. Я так верил в него, а он хотел умереть. Просто взял скальпель и перерезал себе вены. Так как я вообще могу употреблять слово «доверие», говоря о нём? Я не знаю, будет ли улучшение просто потому, что, похоже, не знаю Гарри.

Смотрю на свои часы. 9:45. Я должен был зайти к нему ещё пятнадцать минут назад, но не могу заставить себя выйти из машины из-за страха перед его состоянием. Это мой единственный шанс, а я просиживаю его в машине. Повторяю себе слова тренера о том, что Гарри стоит того, чтобы за него бороться. Снова проверяю, взял ли я маленький чёрный блокнот, который купил вчера вечером и наконец-то открываю дверцу машины. Поехали.

Подхожу к стойке и мне впервые не говорят уйти отсюда. Женщина улыбается, протягивает мне пропуск и говорит: «Он в 394 комнате». Направляюсь к разводным дверям, когда она окрикивает меня и добавляет: «Всё пройдёт хорошо». Киваю ей и вхожу в коридор. Мне бы её уверенность. На этот раз поднимаюсь на лифте и как последний идиот поправляю волосы в зеркале. Как только оказываюсь перед нужной дверью, несколько секунд неподвижно стою, глубоко дыша. Ты доверяешь ему, Луи. Доверяешь. Давай. Я верю в него.

Стучу в дверь — тишина, стучу ещё раз — снова тишина. Сам вхожу в комнату и закрываю за собой дверь. Он лежит на кровати, его голова повернута к окну.

— Хей…

Он не двигается, не отвечает, я даже не уверен, слышит ли он меня. У меня болит живот. Его комната нагнетает, она большая и белая, ничем не отличается от обычной больничной палаты. Кроме того, что на окнах решётки. А так, всё по стандарту: кровать, кресло, стол, шкаф, дверь, ведущая в ванную и среди всего этого Гарри, неподвижно лежащий на белых простынях. На стене весит телевизор, но он вынут из розетки. Возле кровати стоит монитор и капельница, от которых тянется миллион проводов. Здесь столько всего, а я смотрю только на одну вещь — на его перебинтованные запястья. Обхожу кровать, сажусь с краю, на уровне его бёдер, и снова повторяю:

— Привет…

А он снова молчит. Смотрю на него и сердце сжимается. Его кожа не просто бледная, она болезненно-белая, черты лица стали жёстче из-за скул, которые теперь намного глубже, и сильно выраженных синяков под глазами, он очень похудел. Но это не самое страшное, самое страшное — его взгляд. Он пуст. Буквально. Он не смотрит ни в окно, ни на меня, он будто совершенно ничего не видит. Его здесь нет. Я не могу с ним поговорить, потому что говорить-то не с кем.

Прикасаюсь к его руке и на глаза наворачиваются слёзы. Его ногти подстрижены до основания, кожа вокруг них красная, это должно быть больно. Зачем они сделали это? Чтобы он не царапал себя? Преподношу его руку к своим губам и на пару минут застываю в этом положении. Он всё ещё неподвижен. Он вообще понимает, что я здесь? Или все эти лекарства слишком затуманили ему мозг? Замечаю его дневник, лежащий на прикованном столике.

— Тебе передали твой дневник?

Всё ещё тишина. Я не свожу с него взгляд, боясь, что если отвернусь — он исчезнет. После той ужасной ночи, я всё время вспоминаю о его окровавленном теле. Всё время.

— Ты жив.

Это само вырвалось, мой голос охрипший, но это единственное, о чём я могу думать. Он меня даже не слышит, но я всё равно продолжаю повторять.

— Ты так напугал меня.

Вздыхаю, снова преподношу его руку к своим губам, не сводя с него глаз. Не знаю, сколько времени проходит, я думаю лишь о том, как же мне повезло, что он всё ещё здесь. Пусть не морально, но физически, он здесь. Я могу прикасаться к нему, я могу видеть его и это то, без чего я жить не смогу. Его сердце всё ещё бьётся, а значит, бьётся и моё. Повязки на его руках поднимаются до самых локтей и напоминают мне о том, что сейчас я сижу не на кладбище, а в больнице, что всё могло быть куда хуже. Я хочу сказать ему столько всего, но не могу. Я не могу говорить с ним, если он даже не смотрит на меня.

— Гарри.

Дверь открывается, и к нам входит медсестра. Она смотрит на Гарри и, заметив, что никаких улучшений нет, грустно смотрит на меня.

— Думаю, вам пора идти.

Уже?! Да я пришёл всего секунду назад.

— Дайте мне ещё пять минут, пожалуйста, — умоляюще смотрю на неё и она кивает, выходя из комнаты. Снова перевожу внимание на Гарри, сильнее сжимая его пальцы в своих. — Я не знаю, слышишь ли ты меня, но… — закрываю глаза, слова застревают в горле, мне бы так хотелось попросить его вернуться, выздороветь, жить, но я не могу. Я не могу смириться с тем, что я должен говорить такие вещи. Не могу смириться с тем, что он заставляет меня их говорить. — Если тебе не станет лучше, то меня больше к тебе не пустят, — тихо шепчу. — Я не знаю, хочешь ли ты этого, но я хочу, мне нужно видеть тебя. Пожалуйста, Гарри, — ничего не происходит, дверь за моей спиной открывается, но я не свожу с него глаз. — Я… Я отправлял тебе мейлы с отсчётом каждый день, но… Так как ты не читал их, я записал их в этом блокноте. Здесь все дни, что я провёл без тебя. Я не пропустил ни одного, клянусь.

— Мистер Томлинсон, выйдите из палаты.

Кладу блокнот на кровать и встаю на ноги, прежде, чем наклониться и поцеловать его в лоб.

— Вернись, пожалуйста, ты нужен мне.

Выхожу из комнаты не оглядываясь.

Прохожу больничные коридоры, опустив голову, ни на кого не смотря. Сажусь в машину, меня всего трясёт. Руки на руле подрагивают. Это всё какой-то бесконечный кошмар. У меня ничего не получилось.

Фотография: https://pp.vk.me/c627430/v627430370/1d037/KaaH6W3CKV0.jpg

***

Я, наверное, полчаса просто просидел в машине, на грани между дикой истерикой и усталым безразличием. Когда я вернулся к Гарри домой, то целый день проспал со Сволочью в кровати, видя перед собой эту пустоту в его глазах. Эта пустота заменила собой воспоминания о его окровавленном теле, теперь я вижу только полное отсутсвие эмоций на его лице. Я всегда любил его глаза, потому что они ярый пример того, что «глаза — отражение души», по ним всегда можно было прочитать, что он чувствует, будь то любовь, грусть, радость или злость, но не на этот раз. На этот раз я не увидел там абсолютно ничего.

Выхожу из ванной комнаты и замечаю свою джинсовую куртку на полу. И знаете, что странно? Это самое грустное, что я видел в последнее время, это будто удар исподтишка. Я знал, что встреча с Гарри будет тяжёлой, я ожидал этого, но я не ожидал, что больнее всего мне будет, когда я замечу на полу свою чёртову куртку, которая бы уже давно здесь не валялась, будь Гарри дома. Он бы повесил её в шкаф и почистил бы в тот самым момент, как я её кинул. Но его здесь нет, и поэтому куртка всё ещё валяется. Пару секунд как-то глупо не могу решиться самому убрать её. Это так по-детски. Что со мной не так.

Беру куртку и из кармана вываливается пропуск из клиники, я ушёл так быстро, что забыл его отдать. Да я ведь и не хочу его отдавать, я хочу снова вернуться туда. Пусть я и провалил свой первый шанс, но это не значит, что я не заслуживаю ещё. Если начать давать людям только один шанс, то человечество вообще вымрет. Мне нужно больше времени, а они должны мне его дать.

***

Песня: Breaking Benjamin — Dance With The Devil

Раннее утро, но я уже в больнице. Я увижу Гарри, я поговорю с ним, ему станет лучше. Я увижу Гарри, я поговорю с ним, ему станет лучше. Я…

[…]

— Да пошли вы все!

Со злостью бросаю пропуск на пол и толкаю медсестру, выходя из больницы. Я уже почти добрался до комнаты Гарри, когда наткнулся на его лечащего врача. Он сказал, что я, похоже, «не способен помочь Гарри», и что они продолжат использовать свои методы. И мне не грустно, не обидно, я просто так зол, что чуть не раздолбал его голову о стенку.

Еду в университет, мне нужно попасть на стадион и погонять мяч, чтобы хоть немного успокоиться. Громко захлопываю дверцу машины, несколько человек мне машут, но я не обращаю внимания. Захожу в раздевалку и встречаю того человека, которого точно не должен был встретить.

— Какие люди!

Поворачиваюсь к Джошу, сжимая зубы. Он в спортивных штанах, без футболки. Видимо, только вышел из душа.

— Заткнись.

— Да что такого? С тех пор, как твой парень решил строить из себя самоубийцу, ты будто сквозь землю провалился.

И он точно не должен был это говорить.

[…]

— Луи! Луи, отпусти его! Хватит! ЛУИ!

Голос Этана приводит меня в чувство. Чувствую, как меня оттягивают назад. Джош лежит на полу, весь в крови. Что произошло? Помню только свою злость, которая всё ещё здесь, кстати. Меня обступают несколько человек, и я только сейчас воспринимаю их присутствие. Тренер тоже здесь, он наклоняется над Джошем.

— НА ВЫХОД, ТОМЛИНСОН! ВОН ОТСЮДА!

Бью по шкафчику, на котором отбивается кровавый след. У меня все кулаки запачканы.

***

Чёрная дыра. Я не помню абсолютно ничего, кроме того, что я зашёл в раздевалку, увидел Джоша, он сказал что-то неподобающее и я ему врезал. Но совершенно не помню, как избил его до такой степени, что пол кампуса сбежалось. Я схожу с ума.

Вспоминаю, как Гарри начал драться с этим парнем, Зейном, в клубе. С ним было то же самое? Мы теперь что, идём по одной тропинке? Я, конечно, ни капли не жалею, этот ублюдок Джош давно заслуживал хорошей взбучки, но я почему-то думал, что её ему устроит Лиам. Я вообще не агрессивный человек, никогда не бью первым и… Просто он меня взбесил. Долбанный ублюдок. Нужно было избить его в два раза сильнее.

***

Я живу у Гарри две недели и стало уже невозможно откладывать стирку. Сначала я носил его одежду, потом свою, но теперь у меня не осталось ни одной чистой футболки, а я ненавижу просить Мануэля делать такие вещи за меня. В университетском кампусе есть прачечная, так что направляюсь туда.

По дороге решаю забежать в свою комнату, чтобы посмотреть, не нужно ли там тоже что-то взять на стирку. Слышу шаги за своей спиной.

— Ты съезжаешь?

Узнаю голос Лиама, но не оборачиваюсь.

— Я просто хочу одежду постирать.

Он входит в комнату, останавливаясь в двух шагах от меня.

— У Джоша сломан нос.

Смеюсь.

— Отлично, он заслужил.

— Не спорю.

Застегиваю молнию на своей сумке, перекидываю её через плечо и поворачиваюсь. Лиам загораживает выход.

— Я немного спешу, так что…

— Эй, я не твой враг, успокойся. Мы на одной стороне.

— Ага.

Абсолютно не понимаю, почему я так ужасно себя с ним веду, не могу себя контролировать.

— Перестань, Луи, это нечестно.

— Да, конечно, это я веду себя нечестно. А теперь, если ты закончил нести чушь, дай мне пройти.

— Нести чушь… Нести, нести чушь? Ты в своём уме? Ты чуть до смерти не избил парня из-за того, что он неудачно пошутил и… Луи! Да твою мать! Ты вообще понимаешь, что происходит?

— Ты, блять, думаешь, что я не понимаю?! Да я единственный во всем мире как раз понимаю, что происходит! — ну вот, я ору на него. Мы знакомы уже двадцать лет и я никогда ещё без причины так с ним не обращался. Вздыхаю, провожу рукой по лицу. — Прости.

— Я знаю, что тебе сложно с тех пор как… — он запинается. — Я понимаю, что эта ситуация выводит тебя из себя, но не срывайся на меня, хорошо? Я всегда готов тебя выслушать.

Он прав, мне нужно успокоиться. Снова вздыхаю и сажусь на кровать, Лиам делает то же самое.

— Они разрешили мне увидеться с ним.

Он удивлённо поднимает брови.

— И?

***

Фотография: https://pp.vk.me/c627430/v627430370/1d045/YHfo2MgJ4Y0.jpg
Песня: One Day Remains — With You

Я рассказал Лиаму всё с самого начала. Мне пришлось снова пройти через всё это и в конце я задал тот вопрос, который не даёт мне покоя уже очень долгое время. «Ты думаешь, что он делает меня несчастным?» Потому что меня посещали такие мысли. До того, как я встретил Гарри, у меня в жизни всё было отлично, гладко. Я ходил гулять, всегда улыбался, смеялся в два раза больше. Все мои проблемы сводились к плохим оценкам, я в буквальном смысле жил на облачке. Раньше я никогда не плакал, никогда не злился. Я бы никогда не избил человека. Раньше.

— Нет. Ты никогда не был счастливее, чем когда был с ним.

Ответ Лиама не выходит у меня из головы. Кладу грязное бельё в стиральную машинку и повторяю его слова снова и снова. В прачечной никого нет, утром все обычно на парах. «Ты никогда не был счастливее, чем когда был с ним». Он прав, до Гарри у меня не было нервных срывов, но вся моя жизнь была какой-то искусственной, в ней не было смысла. Мне двадцать два года и до того, как я встретил Гарри, я никогда не задумывался о будущем. О настоящем будущем, благодаря которому хочется идти вперёд. Мне хочется столько всего сделать, столько всего показать ему. Теперь жизнь не ограничивается тем, что вдолбил мне в голову мой отец: закончить учёбу, стать адвокатом, заняться семейным делом, жениться на девушке, которая понравится моей маме, завести с ней детей и впасть в депрессию к тридцати годам, понимая, что я ужасно несчастен.
Вот что я должен был сказать Гарри. То, что благодаря ему, в моей жизни появился смысл.

— Луи?

Поворачиваюсь и вижу у входа своего отца. Неподвижно стою на месте, сердце пропускает удар. Мне требуется несколько секунд, чтобы прийти в себя.

— Что ты здесь делаешь? Что-то случилось с мамой?

— С ней всё в порядке. Я пришёл поговорить с тобой.

Сжимаю зубы и осматриваю его с ног до головы, прежде, чем повернуться к нему спиной и продолжить стирку.

— Тогда можешь уходить.

Не хочу я с ним разговаривать. Чувствую его взгляд на своём затылке, но дальше складываю одежду в машинку.

— Твоя мать рассказала мне о твоём друге.

— Парне. Он мой парень.

Он вздыхает.

— Я пришёл объясниться с тобой.

Со злостью сжимаю пару джинс в руках. Знаю, ему стоило огромных усилий прийти сюда, но мне плевать. Следует долгая тишина. Беру стиральный порошок и со злости высыпаю чуть ли не пол пачки.

— Чего ты хочешь, папа?

— Поговорить.

Его ответ так меня злит, что я захлопываю дверку машинки и резко разворачиваюсь к нему.

— Поговорить со мной? Это что-то новенькое.

— Луи…

— Нет, говорить буду я. Мама рассказала тебе о Гарри и тебя замучила советь, да? Ты вспомнил, что у тебя есть сын? Если бы человек, которого я люблю, не пытался покончить с собой, ты бы так и не пришёл, не правда ли? — он опускает глаза, потому что я прав, я чертовски прав. — Ты пришёл, чтобы тебя перестала мучать совесть, чтобы ты мог спокойно спать по ночам. Когда я нашёл своего парня в крови, то меня поддерживал его отец, а не мой. И знаешь что? Живи с этим, — мне так обидно, что голос становится тише. — Теперь я не хочу говорить с тобой, ты больше не моя главная проблема. Уходи отсюда.

Я выгляжу непоколебимо, но внутри меня всё обрывается. Закрываю глаза, в надежде, что он просто исчезнет. Я хочу, чтобы он ушёл. И пусть настойчивость и упёртость у нас семейное, но он не настаивает. Кладёт руки в карманы, вздыхает и уходит.

***

Прошло три дня с тех пор, как я видел Гарри, два дня с тех пор, как я видел папу. Я глажу мордашку Сволочи, который лежит на мне, когда слышу звонок своего телефона. Номер засекреченный и мне это не нравится, потому что засекреченные номера всегда сообщают плохие новости.

— Алло?

— Мистер Томлинсон?

— Да?

— Это из психологической клиники, насчёт Гарри.

Резко привстаю.

— Что с ним?

— Всё хорошо. Очень хорошо, на самом деле. Я поэтому и звоню. Он впервые заговорил с тех пор, как его привезли к нам, — моё сердце начинает биться в два раза быстрее, дыхание учащается. — Он сказал, что хочет увидеть вас. Медсестра ответила ему, что это будет возможно только в том случае, если он согласится хотя бы пить самостоятельно.

— И?

— И он согласился.

Я широко раскрываю глаза, сердце просто взрывается. Я весь дрожу.

— Мистер Томлинсон, вы здесь?

— Конечно здесь! То есть, да, кхм, я здесь, простите. Это значит, что я смогу вернуться?

— Определённо. Завтра в полдесятого вас устроит? Не ожидайте слишком многого, это всего лишь маленький шаг с его стороны.

— Да-да, хорошо, знаю. То есть, спасибо. Я приду.

— До завтра, Мистер Томлинсон.

Он кладёт трубку, а я падаю на кровать и начинаю смеяться так громко и звонко, как не смеялся уже давно. Сволочь, должно быть, чувствует, что грядёт что-то хорошее и тоже начинает вилять хвостом.

— Он вернётся, Сволочь! Гарри скоро вернётся домой!

Потому что я верю в это. Изо всех сих, что у меня остались, я верю. Даже не так, я уверен, что Гарри скоро будет с нами. Это не «маленький шаг», это «первый шаг», а если есть первый, значит будет и втрой.

Я снова увижу его.

***

Фотография: https://pp.vk.me/c627430/v627430370/1d03e/QdyfNFpVDxo.jpg

«Вернись… » © Гарри