Летать под крылом смерти

В большом зале Хогвартса царила атмосфера ожидания. Стены, украшенные зелено-серебряными гобеленами , и долгие столы, полные угощений, переполнены шепотом и восторгом учеников. Все с любопытством присмотрелись к Минерве Макгонагалл, которая поднялась на подиум, чтобы сделать важное объявление. Глаза всех были прикованы к ней, когда она, наконец, произнесла: — Дорогие ученики! Я рада сообщить, что в этом году в нашем величественном Хогвартсе пройдет Турнир трех волшебников! Мы будем рады приветствовать участников из Дурмстранга и Шармбатона! А также наш ежегодный Святочный балл будет посвящен закрытию Турнира. Прив Аплодисменты и радостные крики разнеслись по залу, когда ученики начали обсуждать грядущие события. Для большинства из них это была долгожданная новость. Гермиона Грейнджер, сидя за столом Слизерина , почувствовала, как сердце заколотилось в груди. К ней повернулся Драко Малфой, сидевший рядом и с усмешкой приподнявший бровь. — Значит, Виктор Крам приедет, — произнес он, пытаясь скрыть свое любопытство за коронной насмешкой. — Виктор? — переспросила Гермиона, не сразу понимая, кого он имеет в виду. — Виктор Крам? Из Дурмстранга? — Да, именно он, — подтвердил Драко, наклоняясь к ней, чтобы прибавить еще немного интриги в свой тон. — Помнишь, когда он был у меня в гостях на первом курсе?  Гермиона кивнула, вспомнив, как на третьем курсе все в школе говорили о талантливом игроке квиддича, который в одиночку смог принести победу своей команде. Она не могла отрицать, что Виктор действительно стал объектом восхищения и в некоторой степени мечты для многих учениц. — Да, я помню, — ответила она чуть смущенно. — Он был очень… талантливым. Драко усмехнулся, сверкнув взглядом. — Гермиона, спорим, что он пригласит тебя на бал? — сказал  Драко, с игривой улыбкой. — А что? Ты завидуешь? — с вызовом ответила Гермиона.  Драко засмеялся . В этот момент в зале повисло затишье, и все снова обратили внимание на Макгонагалл, которая продолжила свою речь. — Надеюсь, вы распахнёте свои сердца для новых знакомств! Встречайте Шармбатон! В этот момент двери зала распахнулись, и в комнату вошли великолепные девушки из Шармбатона. Они выглядели как настоящие нимфы — в лёгких, изящных платьях, с красивыми голубыми шляпами на головах. Каждая из них была настоящим произведением искусства. Во главе группы шла высокая, грациозная женщина с яркими чертами лица и лёгкой улыбкой, вокруг неё чувствовалась аура уверенности и силы. — Heureux de vous voir! — произнесла одна из девушек с французским акцентом, и зал наполнился аплодисментами. Девушки дружно поклонились, ученики Хогвартса не могли отвести взгляд от прекрасных француженок, и в воздухе витала романтика. — А теперь, — продолжала Макгонагналл, — встречайте гостей из Дурмстранга! Под звуки требовательных шагов и строгого облика к залу подошли юноши крепкого телосложения в тёплых шубах и посохами в руках, их уверенные походки внушали уважение. Во главе с ними вышел крепкий мужчина с густой бородой и проницательным взглядом. Его излучаемая сила подчеркивала стоящие рядом с ним простые, но шикарные волшебники.  — Станьте нам добрыми друзьями, — объявил он низким, мрачным голосом, и ребята дружно поклонились. Уважение и почтение переполняли зал, когда зал встал и начал аплодировать.  — Помните, что Турнир это не только о состязаниях, но и о дружбе и взаимопонимании. Искренне желаю вам всем провести незабываемые моменты с нашими гостями! — сказала Макгонагалл. С этими словами она подошла к группе гостей и тепло поприветствовала их. Зал наполнился дружелюбной атмосферой, и волшебство грядущих событий уже витало в воздухе.   Гермиона чувствовала, как сердце колотится в груди, когда она покидала Большой зал. Ужин прошел в атмосфере лёгкого напряжения - Виктор и она перехватывали взгляды, обменивались улыбками, и ей казалось, что время останавливается, когда он смотрел на неё. По дороге в гостиную Слизерина, Гермиона погрузилась в свои мысли. Она ощутила легкое волнение, когда вспомнила, как Виктор себя вёл в последнюю из встречу, на ладном первом курсе. Внезапно, когда она уже почти достигла гостиной Слизерина, её остановил знакомый голос. — Гермиона! Вдруг, в мурашках по спине, она услышала знакомый голос. Она обернулась и увидела Виктора Крама, высокую фигуру которого сложно было не заметить. За его плечами простирался длинный коридор, откуда она пришла, и в этот момент он выглядел особенно привлекательно в своем темном мантии. — Привет, Виктор! — ответила она, чувствуя, как её сердце учащенно забилось. Он приблизился к ней и, Его рука охватила её запястье, и её сердце сжалось от волны непонятых чувств. — Я так рада тебя видеть. Жаль, что мы раньше не могли встретиться . Гермиона улыбнулась, ощущая в его теплых пальцах уверенность, с которой он держал её руку. Она вспомнила, как они общались на Вечере у Малфоев, где обсуждали английские и болгарские стили волшебства, обменивались шутками и историями. Каждый момент, проведённый с ним, глубоко запоминался в её сознании. — Да, прости, Виктор. У меня было много дел с Когтевранцами. Мы готовили проекты к финалу... — Когтевран, — перебил он её, насмехаясь. — Эти ребята слишком серьезны для своего возраста. Мы должны провести время наедине, отдохнуть перед Рождеством . Как насчет того, чтобы ты пришла ко мне завтра после ужина? У нас будет небольшая вечеринка. Возьми свою подругу, будет веселее. Его предложение звучало как музыка для её ушей. Гермиона обдумывала, как могла бы провести вечер вдали от забот и ответственности учёбы. Шумная встреча с болгарцами, совершенно не шла в сравнение с привычными встречами в библиотеки. — Я, наверное, могу принять приглашение, — произнесла она с легким смущением, представив, как Панси и Гермиона откликнутся на название вечеринок. Виктор вытянул руку, прижимая её к своему сердцу, как будто сразу же ощущая, какое же счастье таится в её согласии. — Я жду тебя, — мягко сказал он, и в его голосе слышалась нежность. Виктор отодвинул прядь волос с её лица, на что Гермиона улыбнулась и почувствовала, как в ней зажглось что-то тёплое. — Ну, тогда, до завтра, — сказал Виктор, отступая немного назад, но всё ещё не отпуская её руки. Он вроде бы хотел сказать что-то ещё, но быстро понял, что пора остановиться.  Гермиона кивнула, и, наконец, его рука довольно нежно сошла с её запястья, он легонько по обнял её и сделал шаг назад. Она расправила юбку платья, потянула волосы, стараясь увериться в том, что всё прошло хорошо. Развернувшись, она устремилась в том направлении, где её ждала Слизеринская гостиная . Гермиона поплелась дальше, унося с собой странное предвкушение. На мгновение её размышления прервала резкая фигура, появившаяся на её пути. Это была Профессор Блэк, с её уверенной мимикой и пронзительным взглядом. Гермиона не могла сдержать внутреннего раздражения при её виде. — Грейнджер ! — раздался резкий, холодный голос. Женщина , стоящая в тени каменного выступа, словно охотник, поджидающий свою жертву. Её черные волосы струились в тусклом свете, а глаза сверкали злым светом. — Профессор Блэк? — недоумевала Гермиона, зная, что та не может быть просто так здесь. — Я хотела поговорить. Ты не должна общаться с ним, — произнесла она с явным презрением, указывая на то, как спокойно Гермиона общалась с Виктором. Гермиона остановилась и взглянула на Блэк с недовольством.  — Почему это по-вашему касается вас? Это моё дело, с кем я общаюсь, — резко ответила она, и её голос звучал уверенно, хотя внутри колотилось сердце. Она не собиралась сдаваться и чувствовала, как внутри неё разгорается гнев. На её слова Беллатрисса лишь усмехнулась, а в её глазах блеснула злобная хитрость. — Ты не знаешь о нем достаточно, — спокойно ответила Беллатрикс, сложив руки на груди. Она выглядела уверенной, но в её глазах мелькнула тревога. — Он не тот за кого себя выдает.  Гермиона ощутила нарастающее противоречие внутри себя. Ее смущала сама мысль, что профессор Блэк может знать о Викторе что-то большее, чем она. — Не нужно пытаться запугать меня, — произнесла Гермиона, глаза её сверкали. Сила, которую излучала Блэк, дразнила, и в то же время вызывала у Гермионы непреодолимое желание ответить, показать, что она не боится. Внутри неё нарастало недовольство и одновременно возбуждение от самой ситуации: ссора в тёмном коридоре Хогвартса вспыхнула как искра. Профессор Блэк покачала головой, и её губы искривились в тонкой улыбке, которая была загадочно-игривой и одновременно властной.  —  Ты многого не знаешь, и даже не подозреваешь, на что ты нарываешься, общаясь с ним, — произнесла она, пауза между словами наполнялась напряжением, как струна натянутого лука. Блэк сделала шаг ближе, и внезапная близость вызвала в Гермионе неожиданную волну непривычных эмоций. Профессор была великолепной и загадочной. Она излучала ту ауру, которая притягивала. Беллатрисса была не из тех, кто легко сдается. Она приблизилась так, что между ними осталось всего несколько дюймов. Гермиона чувствовала тяжесть взгляда Блэк на себе, и внутри неё возникло напряжение, которое было сложно игнорировать. Это было чуточку опасно — губы её оппонентки были так близко. — Ты не понимаешь, Гермиона, — прошептала Беллатрисса, её голос стал шёпотом, переполненным угрозами. — Ты играешь в игру, в которой не сможешь победить. Эта мысль захватила её, и, осознав это, Гермиона внутренне смутилась. Блэк, похоже, это заметила. Её взглянуло настойчиво, но также с лёгкой иронией. — Я знаю, о чем ты думаешь, — тихо произнесла она, но уже с тенью улыбки на губах. — И поверь, это крайне опасные мысли. — Я ни о чем не думаю, - произнесла девочка, задерживая дыхание. — Прекрасно. Гермиона лишь кивнула, помнив все те уроки, которые она проходила в этом замке. Она не могла позволить себе вмешиваться в опасные игры, тем более с профессором, который был достаточно силен и умен, чтобы легко загнать ее в ловушку. — Так что, подумай над этим, маленькая слизеринка, — добавила Беллатрикс, прежде чем отстраниться. — Все отношения имеют свои последствия. И, как будто её слова выполнили свою миссию, женщина развернулась и внезапно исчезла в тени коридора, оставляя Гермиону погруженной в свои мысли.  Теперь Гермиона чувствовала себя взбудораженной не только от встречи с Виктором, но и от неожиданного интереса к профессору. У неё возникло ощущение, что вся школа скрывает множество тайн, и каждая из них могла бы повлиять на ее жизнь. Но что больше всего её занимало, так это то, что это было опасно и вместе с тем захватывающе. Когда Гермиона наконец добралась до гостиной Слизерина, она всё ещё думала о словах Блэк . В каком-то смысле она чувствовала себя уязвимой, но это состояние также было новым и увлекательным. Можно ли было одновременно играть по правилам и пытаться обмануть судьбу? В гостиной Слизерина, она столкнулась с некоторыми из своих новых однокурсников, которые были заняты обсуждением какого-то урока. После небольшого обмена репликами, Гермиона ушла в свои мысли. Она заколебалась, но вскоре уверенность в том, что ей интересно проводить время с Виктором Крамом, снова заставила её улыбнуться.

***

Беллатрисса Блэк открыла дверь Малфой Менора с такой решимостью, что та едва успела обернуться от стола, где располагалась сервировка изысканных блюд. Вся атмосфера в комнате напоминала о тепле домашнего уюта, но налет невидимой темноты ощущался даже в лучах солнечного света, пробивавшихся через окна.  — Нарцисса! — выкрикнула Беллатрисса, словно рассекая воздух.  Нарцисса Блэк, заметив столь бурное появление сестры, быстро выровняла платье, подыскивая нужные слова. — Белла, дорогая, что произошло? Ты выглядишь как никогда тревожно. — Чай? — спросила Нарцисса, указывая на сервированный стол. — Или предпочитаешь что-то покрепче? — Чай? — с сарказмом в голосе прорычала Беллатрисса. — Никакого чая! Мне нужно что-то более крепкое. Огневиски. Принеси, пожалуйста. Нарцисса кивнула, вызвав своего эльфа и вскоре он поспешил в комнату , держа на подносе бутылку огневиски и пару стаканов. Прилив неземного аромата наполнил пространство, смягчив настойчивое напряжение, только что витавшее в воздухе. — Спасибо, ты свободен, — произнесла Нарцисса, отстраняя эльфа. Она плотно закрыла дверь, вернувшись к Беллатриссе, которая уже схватила стакан с огневисками и жадно сделала большой глоток. — Так, рассказывай, что тебя так тревожит, — подтолкнула её Нарцисса, присаживаясь рядом. Беллатрисса невольно сжала кулаки, её губы скривились в гримасе раздражения. — Виктор Крам! Этот идиот пытается добраться до Грейнджер ! — выпалила она, словно пуля. — Он думает, что может легко так взять и подмять её под себя. А это не просто так. Я знаю его, я знаю, что он способен сделать. Нарцисса вздохнула, её взгляд стал более мягким. — Белла, насколько я понимаю, ты давно не следила за его жизнью. — Нарцисса наклонилась ближе, стараясь успокоить сестру. — Да, он был не идеален. Но он изменился. Это были ошибки молодости, и он сейчас более адекватен. — Когда ты наконец начнешь понимать, что его "изменения" не более чем иллюзия? — горячилась Беллатрисса, её глаза блестели от гнева. — Ты не знаешь, что может случиться с Гермионой! И я не позволю этому случиться.  Нарцисса внимательно смотрела на Беллатриссу, изучая её выражение лица. Мысли её стали путаться, а в голове всплыли воспоминания о том, как она и Белла, будучи юными, вместе проводили время. Это были теплые дни, когда они смеются, обсуждают мечты и делятся сокровенными признаками. — А почему тебя так волнует Гермиона? — решила спросить Нарцисса, её голос стал чуть более мягким. — Вы ведь не общались уже давно. Беллатрисса замялась, её рука на мгновение дрогнула. — Я только ради тебя за ней приглядываю, я же знаю как она тебе дорога, — наконец произнесла Беллатрисса, словно говоря о чем-то интимном.  Нарцисса внимательно смотрела на Беллатриссу, стараясь понять, что именно значит это "что-то". Она не могла не заметить, что сестра, на первый взгляд такая жесткая и строптива, сейчас выглядела более уязвимой, чем когда-либо. — Тебе же тоже она не безразлична? — мягко произнесла она, стремясь задеть струну в душе сестры. Беллатрисса, не желая поддаваться эмоциям, повернула лицо к окну. Внешний мир был таким же холодным, как её внутренние чувства. Нарцисса знала о борьбе сестры с самими собой, с тем, что она чувствует и чего боится. —— Она очень умная девочка и она слишком хороша для него. — Или ты просто не хочешь признать , что есть люди которые тебе тоже дороги? — Нарцисса попыталась подтолкнуть её дальше. — Дорога? О чем ты говоришь? — Белла вспыхнула. — Я всего лишь… забочусь о ней! Я хочу, чтобы она была в безопасности!  — Ладно, Белла, успокойся, я тебя поняла, — сказала Нарцисса, подбирая слова.  Поток эмоций стал подниматься в груди Беллатриссы, она не могла игнорировать то, что её отвлекло от реальности. Да, она действительно чувствовала… — Нарцисса, я, пожалуй, пойду,-сказала Беллатриса, резко встав со своего места, направляясь в сторону выхода.

***

Вернувшись в Хогвартс, Беллатрисса пошла в покои Виктора Крама, и воздух наполнился напряжением. Она была уверена в своей власти, но что-то в этом юном чародее привлекало её внимание. Его ухмылка, когда он увидел её, вызывала у неё легкое раздражение. — Что ты хочешь от Гермионы? — спросила она, прищурившись и пытаясь разобраться в его намерениях.  — Я люблю её, — произнёс Крам, его голос звучал уверенно, но в нём проскальзывала ирония. — И я позабочусь о ней.  Беллатрисса вскинула бровь, и у неё появилось чувство, что этот мальчишка не осознаёт, с кем имеет дело. Эта девчонка была не просто мышкой, она была амбициозной и явно не собиралась доверяться никому. — Не подходи к ней, — произнесла она, и в её голосе проскальзывала угроза.  Крам засмеялся, но в его смехе не было радости, лишь напряжение. — А что будет, если я всё равно подойду? Ты что, думаешь, что можешь меня запугать?  Беллатрисса подошла ближе, и в её глазах загорелись уверенность и настойчивость. — Не стоит недооценивать меня, Виктор. — Она сделала паузу, чтобы его слова задели. — Ты не знаешь, на что я способна. — Я не собираюсь встать у тебя на пути, — перебил её Крам, его глаза блестели от смелости и вызова. — Я просто хочу быть с Гермионой. Белларисс, я вообще не понимаю, что ты так морочишь о ней, я знаю, что она подруга Драко , я знаю что ладит с Нарциссой, но что про тебя сказать, ходят  слухи, что ты её  недолюбливаешь. — Это не твоё дело, я не буду тут отчитываться — Беллатрисса усмехнулась, её голос был полон сарказма. — Ты действительно полагаешь, что у тебя есть хоть малейший шанс? Крам выпрямился, его уверенность зашаталась.  — Это ты недооцениваешь её, — произнёсла она, и его голос стал тише, но всё ещё полон решимости. — Она не даст тебе возможности манипулировать собой. Гермиона слишком умна.  — Умна? — повторил он, усмехнувшись. — Возможно. Но в этом мире ум иногда не помогает выжить.  В тишине между ними повисло напряжение. — Я же могла ей все рассказать ещё в самом начале, но не сделала этого. Виктор, не надо портить, что имеешь, — наигранно спросила она, и в её голосе прозвучала насмешка.  Крам вцепился в край стола, его ладони побелели от напряжения.  —  Это в прошлом! — выпалил он с жаром, и его голос наполнился сильными эмоциями. — Я не идеален, но прошлое осталось в прошлом.  — Я все тебе сказала, дальше делаешь сам выбор, — произнесла Беллатрисса, её тон изменился, теперь он звучал почти задумчиво.  Беллатриса вышла из его покоев и направилась в свои. 

***

Утро в Хогвартсе начиналось как обычно. Солнечные лучи пробивались сквозь высокие стеклянные окна Большого зала, освещая столы, заставленные изобилием блюд. Ученики оживленно обсуждали последние события, делились сплетнями и наслаждались завтраком. Но для Гермионы Грейнджер, сидящей за столом с Драко и Панси, это утро обещало стать особенно необычным. Едва она успела налить себе сок, как неподалеку послышался знакомый голос. Виктор Крам, уверенно направлялся к ее столу. Он выглядел слегка взволнованным, но при этом сдержанным, что для него было нехарактерно. — Гермиона, — тихо произнес он, и его голос звучал как шорох листвы в безветренный день. Он был всё еще таким же привлекательным и таинственным, как и в тот момент, когда они встречались в прошлом. Гермиона подняла глаза от своей тарелки и почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. Она с трудом сдерживала волнение: прошлые встречи с Крамом оставили в ней теплые воспоминания. — Привет, Виктор, — ответила она, неожиданно чувствуя, что вся окружающая суета вдруг ушла на второй план. Крам посмотрел вокруг и уточнил: — Могу я поговорить с тобой наедине? Его просьба была простой, но в ней звучала какая-то настойчивость. Сердце Гермионы в очередной раз забилось чаще, и она кивнула, вставая из-за стола. Виктор отвел Гермиону в один из укромных уголков зала, где слышимость была минимальной. Он выглядел напряженным и сосредоточенным. — Я хочу сказать тебе... — начал он, но тут же остановился, как будто ломая давние привычки. — Мне нужно уехать. Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Гермиона чуть было не отступила, ощутив, как её сердце сжимается от неожиданной печали. — Уехать? Почему? — спросила она, не веря своим ушам. Крамм провел рукой по своему длинному черному волосу и вздохнул. — Да, это неожиданно. Но... мои обязательства, они… — он замялся. — Мне нужно вернуться в Болгарию. Это связано с семьей и некоторыми делами. Я пришел сказать тебе об этом, прежде чем уйти. — Когда ты уедешь? — спросила она, стараясь не дать волю своим эмоциям. — Сегодня. Я не могу оставаться дольше, — ответил он, и в его голосе прозвучала нотка сожаления. Внезапно он наклонился и, не раздумывая, поцеловал ей руку. Это было неожиданно и трогательно, словно в этот момент он хотел оставить частичку себя с ней, даже если они расставались. Гермиона почувствовала тепло его губ и заколебалась. — Ты всегда будешь в моем сердце, Гермиона, — произнес он с улыбкой, хотя в её глазах он увидел горечь и печаль. Крам развернулся, и его взгляд скользнул к преподавательскому столу, где сидела Блэк, с огромной ухмылкой наблюдая за всей этой сценой. В глазах Крама промелькнула искра гнева, и он исчез, оставив за собой ощущение нечто недосказанного. Гермиона осталась стоять, не в силах понять, что делать дальше.