Потеря памяти

Он стоял босыми ногами на только что остывшей магме, но не чувствовал жара земли. Зарево от огненной завесы за его спиной окрашивало всё вокруг в кроваво-красный. Волна пламени достигала метров двадцати в высоту и, казалось, вот-вот его накроет. Но на самом деле она двигалась очень медленно, по миллиметру пожирая всё на своём пути. Драко наблюдал, как равнодушная стихия неумолимо надвигается, и естественным решением было начать бежать. Спастись, скрыться, разорвать дистанцию. Имело ли это смысл, учитывая, что пламя рано или поздно всё равно его настигнет? Он не думал об этом и просто бежал. Ноги вязли в лаве, а пепел нещадно забивался в глаза, нос, рот. Парень остановился, откашливаясь, и увидел какое-то строение на самом горизонте. Деревянная дверь висела на одной петле, да и весь дом в целом готов был развалиться на части. Хибара не внушала доверия, но была единственным укрытием. Зайдя внутрь, он увидел дикие наружности егеря. Его спутанные волосы и борода уже стали одним целым, открывая лишь небольшой участок лица, на котором виднелись глубоко посаженные, чёрные, как смоль, глаза. Охотник сидел у самого пламени камина и один за другим разбивал на огромную чугунную сковороду яйца. Он обернулся на Драко и взглядом указал тому на утку в углу комнаты. Мол, иди, возьми и себе тоже. Приблизившись к птице, парень не смог не заметить её безнадёжный взгляд. Таких глаз не могло быть у животного. В них была обречённость и покорность судьбе, какая бывает у того, кто перепробовал уже всё, что мог, и теперь просто ждал своей участи. Утка была связана жёсткой верёвкой, которая стёрла её кожу до мяса. Наверное, она пыталась вырваться, но путы были прочны. В гнезде рядом с ней лежало одинокое яйцо. Когда птица поняла, что парень пришёл забрать у неё последний смысл существования, она начала вырываться с новой, яростной силой. Птица рвалась защитить крохотный белый комочек, спаси его, закрыть собой. Но она не рассчитала собственной силы, и её шея, перетянутая верёвкой, надломилась со звонким хрустом. Драко проснулся, загнанно дыша. С минуту он просто пялился в темноту полога, пытаясь осмыслить сновидение. Ему никогда раньше не снились столь красочные и реалистичные сны. Раньше, после пробуждения можно было с лёгкостью сказать, что увиденное за ночь ему приснилось, ведь картинка была иллюзорна, фантомна и быстро забывалась. Но сейчас она казалась реальной, несмотря на всю абсурдность. Восстанавливая дыхание, Малфой старался выкинуть кошмар из головы. Он шепнул темпус, и мерцающий циферблат сообщил ему, что было около шести утра. Замечательно. А сегодня ещё первый учебный день после недельного отлынивания. Парень выбрался из тёплой постели и спустил босые ноги на замёрзший за ночь пол. К сожалению, сил согревающих чар, которые использовали ученики на постоянной основе, не хватало до самого утра, и каждый новый день встречал слизеринцев контрастным по сравнению с тёплыми кроватями холодом. Драко бросил парочку согревающих на их спальню. Такова была обязанность любого, кто просыпается раньше остальных. Стараясь максимально не шуметь, парень собрался и вышел в общую гостиную. Здесь было куда теплее и светлее, потому что домовики поддерживали пламя в нескольких каминах круглые сутки. Он сел за один из столов, включил лампу и разложил перед собой намётки на сочинение для Снейпа. Работа предстояла обширная, а до Рождественских каникул оставалось чуть больше месяца, поэтому, раз у него появилось время, Драко решил не тратить его в пустую. Для задания требовалось провести анализ Основ для Долголетних эликсиров. Подобные эликсиры — это зелья широкого и длительного применения, способные храниться годами, а то и десятилетиями. В истории были зафиксированы находки столетней давности, не потерявшие и не изменившие свои свойства. Большую часть успеха в приготовлении подобных снадобий играли как раз их основы. Всего подобных баз существовало шестьдесят четыре, разного уровня сложности и требований определённой квалификации. Большую часть был способен приготовить лишь зельевар звания «Мастер». Но все базы обладали трансформационными свойствами, так как одна основа могла использоваться для приготовления десятка, а то и сотни различных эликсиров. Скажем, если добавить в шестую основу порошок костей летучей мыши и желчь броненосца, то получится зелье Ночного взгляда. А если в эту же основу добавить слизь яркополза и чешую мокко, то получится стойкая краска для волос. Поэтому самые сложные в исполнении основы можно было купить только за баснословные деньги, и всё равно попасть на мошенников. Драко предполагал, что Зелье памяти, которое он принимал, тоже сделано на одной из таких основ. Иначе как объяснить столь быстрое его приготовление? Возможно, эта основа так же используется для Сыворотки правды, раз Снейп отметил их родственность в приготовлении. Поразмыслив об этом ещё пару минут, Драко решил выбрать именно эту тему для своей работы. К тому же, он мог использовать некоторое количество Зелья памяти для своих экспериментов. Не каждый день тебе в руки попадает снадобье класса A, нужно извлекать максимальную выгоду из любой ситуации. Он раскрыл «Трансформационные зелья» на второй главе: «Виды и применения трансформационных свойств зелий», и принялся читать, вынося важные моменты на пергамент. Парень так погрузился в работу, что не заметил, как из спален начали выбираться такие же ранние пташки. Подростки рассаживались по разным углам гостиной, стараясь не мешать друг другу. Драко вынырнул из фолианта, только когда один из слизеринцев с грохотом уронил что-то на пол. Блондин посмотрел на часы: семь пятнадцать, значит, Снейп должен был уже проснуться. Драко отложил свои записи и направился в личные комнаты декана. Конечно, было немного нетактично тревожить профессора в такую рань, да ещё и без предупреждения, но парень не хотел пропускать сегодняшние занятия, а для этого нужно было заручиться допуском. Остановившись у двери, он осторожно постучал. — Войдите, — профессор сидел за своим столом, проверяя работы. — А, Драко, я уже хотел послать за вами портрет. Присаживайтесь. Малфой уселся в жёсткое кресло напротив стола: — Я бы хотел начать посещение занятий с сегодняшнего дня. — Похвальная тяга к знаниям, но сначала нужно убедиться, что вы достаточно поправились для подобного, — декан поднялся со своего места и направился к парню. — Я чувствую себя отлично, вспомнил всё, что касается школы. И выполнил все задания на сегодня. — Хм, — Снейп сканировал его голову, — Вы сказали, что касается школы. А остальное? Драко поморщился: — Видимо, всё вернётся, когда я окажусь дома. Сейчас память не поддаётся. — Я вижу необычную активность, нехарактерную для действия зелья. Скажите, были ли у вас побочные эффекты от его принятия? — Был один странный момент, — парень вспомнил о письме и значке в кармане мантии. — Но мне кажется, что это из-за проклятого предмета, — он достал конверт и передал его декану. — Вот, взгляните. Наслало на меня видение, когда я до него дотронулся. Профессор осторожно вытряхнул значок на стол. По его лицу прошла волна едва заметных эмоций: — Сомневаюсь, что предмет проклят, — его голос приобрёл механические нотки. Словно он старался говорить непринуждённо, но не мог совладать с эмоциями. — Расскажите об этом видении. В деталях. Пока Драко пересказывал воспоминание, лицо профессора оставалось непроницаемо, словно он нацепил гипсовую маску. — Что это значит? — спросил Малфой, закончив рассказ. Декан тщательно начал подбирать слова: — В вашей жизни имели место события… неприятного характера. «Какое конкретное описание» — усмехнулся про себя Драко. — По всей видимости, ваш мозг заблокировал эти воспоминания тщательнее остальных. И попытка вытащить их из-под сознания оборачивается подобным образом. — Значит всё, что я видел в этом видении, я видел и в жизни? — Драко ужаснулся. В том воспоминании кто-то умер. Он видел смерть человека? — Не совсем. Часть образов, которые вы описали, действительно реальны. Но ваш мозг их извратил, превратив в общую ложно-утрированную картину. Парень поёжился. Значит ли это, что кто-то действительно погиб? Хотя вряд ли это так, ведь он никак не мог видеть того же дракона. Да кто в здравом уме притащил бы в Хогвартс такое чудище? Значит, его сознание просто играется. Драко немного успокоился. По этой же причине он, должно быть, не помнил Амбридж. Мозг просто не захотел вспоминать эту жабу. Тогда оставался логичный вопрос: — В таком случае, почему я не могу ничего вспомнить о доме? Снейп помедлил с ответом: — Возможно, вы правы в своём первом предположении, и для восстановления этих воспоминаний необходимо посетить поместье. Он явно юлил. Драко мог чётко это увидеть. Профессор старательно уходил от ответа. — Моя мать прислала письмо, — возможно, если позволить декану его прочитать, то он выдаст больше информации. — Оно адресовано и вам в какой-то мере. Взгляните. Блондин внимательно следил за выражением лица профессора, пока тот водил взглядом по строчкам. Когда он отложил пергамент, его лицо тронула обеспокоенная задумчивость: — Нарцисса в чём-то права. Окклюменция действительно может помочь… — И чем же навык скрывать своё сознание, может помочь его раскрытию? Разве это не противоречит всему, чего мы пытаемся добиться с помощью зелий? — Я слышу плохо скрываемую иронию в вашем тоне, Драко. Вы недостаточно разбираетесь в этой науке, чтобы судить подобными категориями, — задумчивость Снейпа испарилась. Казалось, он что-то про себя решил. — Основа Окклюменции представляет собой, в первую очередь, работу над пониманием собственного разума. Чтобы контролировать сознание, нужно знать, как оно устроено. В том числе быть способным полностью его раскрыть, сняв все непроизвольные блоки. Коих у вас, оказывается, множество. Чтобы не просто преуспеть в освоении Окклюменции, а достичь значительного в ней уровня, требуется длительная и основательная работа со своими страхами, болью, ложными установками и даже комплексами. Сильнейшие в мире окклюменты десятилетиями добиваются полной гармонии со своим разумом, и не многим это удаётся. — Если это так сложно, стоит ли оно того? Не проще просто продолжать пить зелье памяти? — Вас пугают трудности, Драко? Снейп знал, на что давить. Конечно, парень никогда не признается в подобном: — Ни в коем случае, сэр. «Отлично сыграно, крёстный» — В таком случае, я готов потратить своё время на ваше обучение. Вторник и четверг после ужина, в моём кабинете. Драко удержался, чтобы не закатить глаза. Замечательно. Дополнительные занятия — как раз то, чего ему так не доставало. После этого разговор проходил на натянутой ноте. Драко понимал, что Снейп что-то скрывает и ни в коем случае не проговорится. Единственным позитивным исходом было выданное разрешение на посещение занятий. И парень, захватив из подземелий заранее приготовленную сумку, отправился прямиком на завтрак.

***

К обеду Драко понял, что немного переоценил свои силы. Из-за раннего пробуждения спать хотелось нещадно, и даже вторая за день кружка кофе ситуацию не спасала. На Рунах парень откровенно начал клевать носом. Он огляделся: из-за пыли в воздухе всё вокруг казалось блеклым, словно из мира высосали все краски. Дорожка к замку, которая раньше всегда была идеально подметена, сейчас была полностью занесена песком и грязью. Вокруг было слышно лишь тихое завывание ветра. Драко заметил колышущийся у обочины уголок какой-то бумажки, почти полностью засыпанной песком. Он вытащил и отряхнул листок, но тот оказался пуст. Драко двинулся привычным путём ко входу в замок, но когда прошёл через арку во внутренний двор, вместо высоких резных дверей он увидел одну железную с огромным задвижным засовом. Возле неё стояли четыре незнакомых подростка. Они что-то увлечённо обсуждали, и, когда увидели парня, поманили того к себе. — Мы хотим войти, ты с нами? — один из парней обратился к Драко. — А зачем вам туда? — от двери веяло холодом, и у блондина не было никакого желания её открывать. — Там моя сестра, — ответила ему девушка с жёлтыми волосами. — Я не могу оставить её одну. Драко подошёл к металлу. Какое-то нехорошее предчувствие кололо затылок. От двери шёл едва уловимый запах, словно внутри что-то протухло. Тут взгляд парня зацепился за движение в щели между косяком и стеной. Оттуда, яростно дёргая лапками, протискивалась жирная чёрная муха. Незнакомцы приложились к засову, и он с оглушительным скрипом сдвинулся с места. Подождав секунду, они распахнули дверь. В нос ударил жуткий смрад. Он был настолько сильным, что казался осязаемым. Рядом с Драко кого-то стошнило. Картина, открывшаяся взору, была поистине ужасающей. Абсолютно всё: пол, стены, даже потолок, было покрыто толстым липким слоем тёмно-бордовой крови. Через каждый метр лежали тела людей. Они свисали даже со стен, словно их отбросило и припечатало волной мощного взрыва. У людей были неестественно выгнуты конечности, а у кого-то они и вовсе отсутствовали. Драко замутило. — Она должна быть в конце коридора, — слабо проблеяла девушка. Им нужно зайти внутрь?! Не успев ужаснуться этой мысли, Драко понял, что уже идёт, прилипая ботинками к ещё не до конца засохшей крови. Внутри вонь была ещё гуще. Она окутывала парня, словно слизь. Казалось, он мог её даже распробовать. На языке появился тошнотворный металлический привкус. Они дошли до конца коридора, но проход был полностью заблокирован телами. Парень уже успел испугаться, что им придётся пробираться сквозь завалы, как совсем рядом появилось светлое свечение. Это был призрак маленькой девочки: — Не идите дальше, — беззаботный голос ребёнка совсем не вписывался в окружающую картину. — Моё тело слишком далеко, вы его не найдёте. Девушка с жёлтыми волосами тихонечко заплакала. Драко очнулся, вздрогнув всем телом. Его бил озноб, а на лбу выступили капли ледяного пота. Какого чёрта это было? Как его мозг вообще сгенерировал подобное? Это был не просто кошмар. Он был реален, как наяву. Парень чувствовал всё: запахи, температуру, вкус. Это не могло быть обычным сном. Такого никогда раньше не случалось. Тут в сознании мелькнула догадка. Чёртовы побочные эффекты зелья. Это было единственным разумным объяснением. Блондин не мог пошевелиться. Он наклонился над партой, обхватив голову руками, и уставился в одну точку, силясь сбросить с себя липкое ощущение. Кто-то дотронулся до его плеча, и Драко резко обернулся. Нотт смотрел на него с едва заметной тревогой: — Ты в норме? Выглядишь неважно. Малфой не мог ничего ответить, пытаясь справиться с голосом. — Может отвести тебя к Помфри? Парень слегка мотнул головой: — Снейп, — всё, что удалось ему выдавить. — Он сейчас на уроке. А тебе точно нужно в больничное крыло. Драко снова отрицательно дёрнулся. Почему-то подсознательно он чувствовал, что ему нельзя к школьной колдоведьме: — Ничего, — он наконец смог нормально говорить, — я подожду. Нотт со сепсисом осмотрел его с ног до головы, но ничего не сказал и вернулся к записи лекции. Только сейчас Драко понял, что его так смутило: на лице шатена редко можно было увидеть хоть какие-то эмоции. Видимо он выглядел действительно неважно, раз даже вечно спокойный Нотт проявил беспокойство. Драко постарался справиться с бьющей его мелкой дрожью, и вытер испарину со лба. Нужно как можно скорее снова поговорить с крёстным, иначе, такими темпами он вообще не сможет нормально спать. Парень посмотрел на часы: до конца урока оставалось пятнадцать минут. Значит, он безбожно проспал половину занятия. Стараясь отвлечься от тяжёлых мыслей, он принялся переписывать лекцию у соседа, параллельно слушая профессора. Многозадачность не была одной из сильных сторон Драко, но помогла ему переключить всё своё внимание на тему урока.

***

Он торопился перехватить Снейпа на перемене после Рун, но его остановил Монтегю у самого кабинета зельевара: — А я как раз тебя ищу, — парень выглядел раздражённым, и Малфой не решился его перебить. — Планы тренировки меняются. Твои бугаи прогуливали Прорицания, и я поймал их на кухне. Выяснилось, что они вообще ничего не смыслят в нашей тактике, и к тому же, их физическая форма оставляет желать лучшего. Так что сегодня тренировка без мётел. И плащ от формы можешь не брать — он будет мешать бегать, — на лице парня отразилась угрожающая улыбка, и он обошёл собеседника, с силой хлопнув того по плечу. Тренировка начиналась через двадцать минут, а Драко ещё нужно было переодеться и успеть на стадион. Значит, разговор со Снейпом придётся отложить. Он внутренне пометался ещё минуту, и сдался, направившись за формой. Эта практика была одной из самых изматывающих на его памяти. Монтегю словно отыгрывался на всех участниках команды за недалёкость Крэбба и Гойла. Парни же почти задыхались, и оба были красные, как саламандры на углях. Остальные слизеринцы, хоть и справлялись, но к концу тренировки были полностью обессилены. Единственным плюсом было то, что Драко совершенно забыл о своих странных снах. Будешь тут переживать за свой ум, когда всё тело ломит от непривычных нагрузок. Стоя под горячими струями в раздевалке, он мечтал лишь о хорошей отбивной. После ужина, отошедшие мышцы приятно тянуло, а мягкое чувство сытости уносило куда-то в сторону слизеринских спален. Но Малфой мысленно пресекал собственную слабость. Очередной ночной кошмар, и этому состоянию придёт конец. Так что до отбоя нужно было точно встретиться с деканом. Драко поймал взгляд Снейпа за профессорским столом и застыл, не зная, как подать тому знак. Но тот, видимо, понял парня без слов и едва заметно кивнул. Чуть позже, совместно с крёстным, было принято решение принимать зелье Сна без сновидений, пока не подправят формулу зелья памяти. У Снейпа было несколько идей, почему снадобье вызывало такой побочный эффект, но он не спешил ими делиться, сказав лишь, что подобного раньше не случалось. Возвращаясь в гостиную, Драко размышлял, как бы использовать данную информацию в своей работе, и как вытащить из профессора нужные ему факты. В эту ночь кошмаров ему не снилось.

***

На следующее утро за завтраком Драко мысленно готовился к первому уроку. В расписании стояла Защита. К его огромному удивлению, Забини указал на забытый учебник, который блондин двумя днями ранее посчитал глупой и неудачной шуткой. Они что, действительно занимаются по книгам для первогодок? Парень размышлял об уровне интеллекта нового профессора, подмечая такие же мрачные лица однокурсников, как и у него самого. Позже, поравнявшись с группой рейвенкловцев, с которыми у них была пара, он отметил необычную тишину в коридоре. За пять минут до урока дверь в кабинет щёлкнула замком, разрешая ученикам войти. Все расселись по своим местам в такой же гнетущей тишине. — Здравствуйте, — поприветствовала их профессор, после того, как все замерли. Никто из учеников не достал свои палочки, на партах лишь одиноко лежали бесполезные учебники. — Здравствуйте, профессор Амбридж, — ответил ей стройный, безэмоциональный хор голосов. — Сто третья страница, восьмая глава «Классификация защитных заклинаний». От разговоров можно воздержаться. Класс зашелестел страницами, и все послушно уткнулись в книги. Амбридж обвела парты удовлетворённым взглядом и вернулась к своим записям. Малфой осторожно оглядел однокурсников. Присмотревшись, он понял, что большинство действительно читает учебник. Он покосился в книгу Панси, которая сидела рядом, но увидел не то же самое, что было написано в его собственной. Он растерянно сверил страницы. У слизеринки была открыта пятьдесят вторая. Драко открыл свой учебник на такой же странице, но текст опять не сходился. Может, он перепутал книгу? Девушка заметила его метания и вытащила крохотное перо и клочок бумаги из-за форзаца. Она быстро нацарапала пару слов и, убрав перо обратно, передала Драко записку: «Зачарованная обложка» Ну конечно, всё гениальное просто. Со стороны казалось, что все ученики усердно штудируют «Теорию магии», когда на деле каждый читает нужную ему самому книгу. Разочарованный собственной недогадливостью, Малфой с презрением перелистнул страницу своего учебника. Он мог на полтора часа посвятить себя чтению «Трансформационных зелий», но теперь ему оставалось лишь дожидаться конца занятия. Спустя полчаса Драко дважды перечитал заданную главу, понаблюдал за каждым в классе и принялся разглядывать деревянный узор на парте. С этим уроком не мог сравниться даже Бинс. А он был королём смертной скуки. Малфой ухмыльнулся собственному каламбуру, и в этот момент профессор Амбридж неожиданно встала со своего места: — Что ж, надеюсь, все успели прочитать главу. Учебники со столов, достаём перья. Все послушно поменяли предметы на партах, и перед ними начали опускаться пергаменты с тестами. У каждого ученика оказалось по пять листов. Брови блондина поползли вверх, когда он прочёл первый вопрос: 1. Назовите все виды защитных заклинаний За ним следовал следующий: 2. По каким принципам классифицируются защитные заклинания? И дальше вопросы продолжались в том же духе. Класс заскрипел перьями. Весь оставшийся час Драко расписывал элементарные знания по Защите настолько подробно, насколько он даже не представлял, что это возможно. Вопросы требовали разъяснения таких очевидных вещей, как, например, что из себя представляло заклятие щита. Малфою очень хотелось написать «Сраный щит», но он удивил сам себя и расписал действие Протего на три строки. Колокол об окончании урока он встретил почти со стоном облегчения. Листок вылетел у него из-под пера и понёсся на стол Амбридж. — До свидания, — притворно улыбнулась профессор. — До свидания, профессор Амбридж, — таким же дружным, но более вымотанным хором, вторил класс. Когда они вышли из кабинета, Драко с Панси поравнялись с Блейзом и Тео, которые сидели на задних партах, а следовательно, вышли раньше. Девушка испустила звук, похожий на сдувающийся воздушный шарик: — Я не выдержу полтора часа Бинса, ещё и с барсуками, может, ну его? — Если мы уйдём все вместе, это заметят, — резонно возразил ей Нотт. — Да ладно, думаешь, этому пугалу вообще есть до нас какое-то дело? Он с октября нас даже ни разу не отмечал. — Твоя правда, — согласился парень. — Но надо смыться, пока Крэбб с Гойлом нас не заметили. Хоть кто-то должен присутствовать. Четверка спешно двинулась к дверям из замка. Несмотря на конец ноября, погода стояла довольно сносная. Дождя не намечалось, что было непозволительной роскошью в этих краях, да ещё и в такое время года. Поэтому, решено было отправиться к озеру. Там можно было скрыться под одной из ив, и из замка их никто бы не заметил. Слизеринцы поплотнее укутались в мантии и шарфы, кидая согревающее под дерево. Промозглость Шотландии давала о себе знать скользкими корнями, влажным песком и серым тяжёлым небом. Но даже в таких условиях на улице было в разы комфортнее, чем в кабинете Истории магии. Как только они расселись, Нотт сразу уткнулся в какую-то книгу, а Драко, Блейз и Панси сгруппировались недалеко от него. — Не представляю, как сдам СОВ по Защите, — горько вздохнула брюнетка. — Я пыталась отрабатывать заклинание рикошета самостоятельно, но это просто невозможно в одиночку. — Можно тренироваться вместе, — предложил Малфой. — У меня в порядке с рикошетом, но проблемы с замедлением. — Идея неплохая, да и ты не первый, кто до неё дошёл, — оторвался от книги Нотт. — Вот только заниматься негде, Амбридж отслеживает любые внеучебные собрания. — Я видел объявление у Большого зала. Генеральный инспектор, — растянул Драко. — Она больше смахивает на инквизитора. Панси хихикнула: — Именно. А в гостиной места на всех не хватает. Может, заниматься в спальнях? Там и кровати мягкие, есть на что падать… — Идея, кстати, ничего, — откликнулся Блейз. — Только нужно будет зачаровать окна, а то нас затопит после первого же твоего рикошета. — У самого получается не лучше! — Я хотя бы не мажу во всё подряд. — Ага, потому что даже отразить не можешь! Всё приходится на твою задницу. — Паркинсон, не стоит так акцентировать внимание на том, что тебе недоступно. Или ты завидуешь моему прекрасному заду? Драко слушал шутливую перепалку друзей и радовался как ребёнок. После вчерашнего дня кошмаров, этот момент казался ему глотком свежего воздуха. Отвлёкшись от очередной колкости в адрес Забини, девушка осеклась на полуслове. — Я говорил, что он умеет, а ты не верила, — наклонился к девушке мулат. — Что умею? — не понял Драко. Девушка смущённо отвела глаза: — Улыбаться. Непривычно видеть тебя таким… расслабленным, что ли. Ты вчера ходил смурнее тучи. — А, это, — Малфой поднял взгляд к веткам ивы. — Проявились неожиданные побочные эффекты зелья. Мне снились очень реалистичные кошмары. Планирую использовать это в своей работе по зельям. Когда он опустил голову и посмотрел на друзей, те выглядели немного сконфуженно, словно он сказал что-то, чего не следовало. Но прежде чем он успел спросить, что не так, Панси справилась с чувством и сама задала вопрос: — Что ты вспомнил помимо школы? — По сути ничего, — Драко без причины полоснуло раздражением. — Ни семью, ни каникулы. У меня сейчас ощущение, что я всю жизнь провёл в этом замке, — он пренебрежительно махнул в сторону Хогвартса. — Снейп говорит, это из-за «событий неприятного характера»; его слова, не мои. Панси посмотрела на него с сочувствием: — У тебя ещё целый месяц до каникул. Думаю, ты успеешь всё вспомнить. Судя по её словам, Драко был ограничен во времени. А у него и так были догадки, одна хуже другой: — Никто не говорит мне, что происходит! На Снейпе лица не было, когда он читал письмо от матери. И ещё эта Окклюменция. Я не идиот. Как чёртова Окклюменция способна помочь восстановлению памяти? Они с матерью решили это провернуть по какой-то другой причине, — он обвёл друзей взглядом. — Я вижу, вы тоже знаете, что происходит. Что если память не восстановится до Рождества? Его остудил холодный тон Нотта: — Тогда, перед отъездом, мы тебе всё расскажем. Пока же, будем просто ждать. Знаешь, что скажу? Наслаждайся, пока можешь. Поверь, любой из нас отдал бы что угодно, чтобы месяцок отдохнуть от этих мыслей. В подтверждение его слов Панси с Блейзом не проронили ни слова. — Нотт, я не помню половину своей жизни. Хочешь сказать, без этой половины мне бы жилось лучше? — Ты сам это сказал. — Драко, не горячись, — подруга попыталась успокоить блондина, положив свою ладонь поверх его, но парень выдернул руку. Она продолжила более жёстко. — Ты должен понимать наше положение. Да, мы знаем, то, чего не знаешь ты. Но мы не имеем права тебе об этом рассказывать. А у тебя нет права на нас из-за этого злиться. Драко сжал переносицу: — Я злюсь не на вас, Панс, а на ситуацию в целом. — Тогда прекрати на нас срываться. Я, конечно, рада, что ты стал проявлять эмоции, как нормальный человек, но мы тоже не железные. Драко вспомнил железную дверь, засов и привкус из своего сна. Вслед за этими ощущениями в голове возник образ призрачной девочки. Он почувствовал себя невнимательным козлом. Да, его состояние приносило свои неудобства, но у друзей тоже были свои проблемы. А он срывался на них, как истеричка. — Я понимаю, — наконец он справился с собой. — Вот и славно, — лицо Панси тронула улыбка. — Может, поговорим о чём-нибудь более позитивном? — Я рассказывал про ту невероятную рыжулю из Пуффендуя? — Забини только и ждал подходящего момента. — Это та, которая кривоножка или которая с чёлкой? Нотт закатил глаза и уткнулся обратно в книгу. — Детка, ты отстала от жизни. Это та, которую застукали в туалете с семикурсником из Рейвенкло… Драко не понимал повёрнутости Блейза на рыжих. Брюнетки же в разы горячее.