Crimson Peak

Еще долгое время после того, как Эбби, Джоанна и Люси покинули плантацию, Бонни сидела на крыльце, погруженная в раздумья. Холодный ветерок ласкал ее кожу, шел сильный дождь, и яркая молния освещала темное небо. Шторм был ее творением. Было слишком жарко и влажно, чтобы сидеть на улице, пот неприятно стекал по коже, пропитывая платье, поэтому она вызвала бурю и понизила температуру воздуха. Клаус молча наблюдал за ней, полные губы изогнулись в понимающей улыбке, когда на территории плантации пошёл дождь. Он стоял рядом с девушкой, прислонившись плечом к колонне. — Бабушка никогда ничего не говорила, — пробормотала Бонни. — Про наследие… ковен… — Твоя бабушка многому тебя не научила, — сказал Клаус. Как бы сильно Бонни ни любила эту женщину, Майклсон не мог не винить ее за то, что та не подготовила свою внучку к будущей роли в сверхъестественном мире. Всё, что Бонни было известно о магии, она в основном узнала сама. У нее никогда не было наставника, учителя. Горечь в его голосе не осталась незамеченной Бонни. — Я уверена, что у нее были разумные причины ничего мне не говорить, — сказала она. Ее бабушка, вероятно, хотела защитить ее. Клаус не собирался спорить с ней по этому поводу. Он отошел от колонны и сел рядом с ней на ступеньки крыльца. — Ковен будет полезен в грядущей войне, — тихо сказал он. Наконец, все пазлы складывались воедино. — Я ничего не знаю о том, как быть лидером… королевой, — это слово казалось неправильным, странным на языке. Одно дело, когда Клаус называл ее так, но стать ею — это совсем другое дело. — Ты была рождена для этого, — заявил Клаус, поворачиваясь к ней лицом. — Со временем ты все поймёшь, и, кроме того, ты не будешь одна, — он поможет ей. — Каждой королеве нужен король, — сказал Клаус с усмешкой. — Они ненавидят тебя, — сказала Бонни, посмотрев ему в глаза. — Что, если они попытаются забрать меня у тебя? — она ясно дала понять матери, тете и двоюродной сестре, что Клаус и остальные Майклсоны теперь часть ее семьи, но все же Бонни не была глупой и понимала, что они так легко не примут их. — Многие ненавидят меня, любимая — Клауса это не беспокоило. Они все равно не смогут его убить. — Полагаю, мне придется очаровать их, — он ухмыльнулся. Только не ее мать, эту женщину Клаус с радостью бы убил. Он был уверен, что мог бы заставить ведьм Беннет есть с ладони, если захочет. Бонни покачала головой. — Не думаю, что твое обаяние подействует на моих родственников. — Но оно сработало на тебе, ведь так? — он приподнял бровь, на губах появилась игривая усмешка. Бонни рассмеялась, и внезапно его губы прижались к ее. Они целовались медленно, неспешно, прежде чем девушка отстранилась с обеспокоенным выражением лица. — Мне нужно кое-что тебе сказать, — нервно сказала она, надеясь, что он нормально отреагирует. Бонни чуть не забыла об этом из-за внезапно появившейся семьи. — Говори. Бонни сделала глубокий вдох. — Тайлер позвонил Мэтту и сказал, что Луис Наварро хочет, чтобы он присоединился к его стае, чтобы помочь ему и его семье взять власть в свои руки, — она внимательно наблюдала за выражением его лица. — Они хотят убить тебя и твою семью. Клаус ничего не сказал. На самом деле, он не показал никакой реакции. Она не почувствовала ни единой эмоции через связь. Он не был шокирован или удивлен этой новостью. Он воспринял всё очень спокойно. Это было на него не похоже, если только… — Ты уже знаешь, — поняла Бонни, когда посмотрела ему в глаза. Это было единственным объяснением отсутствия реакции. — Один из моих гибридов следил за Тайлером с того момента, как он покинул Мистик-Фоллс, — сообщил Клаус. — Когда Луис Наварро вышел на него, я все понял. На самом деле это не должно ее удивлять. В конце концов, это был Клаус. — Что мы будем делать? — спросила Бонни. Был ли у него план? Конечно, был! Это же Клаус. — Не беспокойся об этом. Я разберусь, — сказал Клаус. — Как именно ты разберёшься? — спросила Бонни, ей не нравился тот факт, что он скрывал это от неё. — Не беспокойся об этом, — повторил Клаус, вставая. Было очевидно, что он не хотел об этом говорить. — Уже поздно, нам нужно вернуться в дом. — Что ты планируешь, Клаус? — спросила Бонни, поднимаясь вслед за ним. — Пожалуйста, мне нужно знать. Тайлер — мой друг, мы должны ему помочь. — Мы должны ему помочь? — Клаус недоверчиво посмотрел на нее. — Ты же знаешь, он ненавидит меня. Он в сговоре с моими врагами против моей семьи, — его гнев так и резонировал через связь. — Тайлер не хочет им помогать, но, похоже, у него нет выбора. Если он откажется, они убьют его и его друзей. Он зол, ему больно. У него есть все основания ненавидеть тебя после того, что ты сделал… — Он предал меня! — закричал Клаус. — Он настроил мою стаю против меня! У меня есть полное право убить их, убить его. Мои действия оправданы. Любой Альфа на моем месте сделал бы то же самое, — яростно сказал он. — Он должен быть благодарен за мое милосердие. — А его мама? — тихо спросила Бонни. — Это было не правосудие, а месть. — Ты на его стороне, — его глаза потемнели, а голос был пропитан чистым ядом. Бонни вздрогнула, когда почувствовала предательство, исходящее от связи. — Я не встала на его сторону, — спокойно сказала она. — У тебя есть свои причины желать смерти Тайлеру, считать его предателем, и у него тоже есть свои причины желать твоей смерти, — Клаус убил маму Тайлера, единственного родного человека, который у него остался. Клаус отвернулся от нее, опираясь руками о перила крыльца. Он изо всех сил старался сдерживать свои эмоции, он не хотел сказать то, о чём потом пожалеет. — Тайлер один, все, что у него есть, — это его друзья и Кэролайн, — продолжила Бонни. — Он в отчаянии. Он не хочет помогать Наварро, потому что знает, что если ты умрешь, то умрет и Кэролайн. Он любит ее, — Бонни прикусила губу, глядя ему в спину. — Я не имею права просить тебя, но я умоляю помочь ему, пожалуйста, — Бонни подошла к нему и осторожно коснулась его плеча. Клаус смотрел вперед, его взгляд затерялся в шторме. Бонни не знала, как долго они так стояли, пока, наконец, он не повернулся к ней лицом. Он нежно провел пальцами по ее щеке и уже более спокойно сказал: — Я не убью Тайлера, если ты беспокоишься об этом, — первая мысль Клауса была о том, чтобы убить сукина сына, но он научился контролировать свои порывы. Она сразу же почувствовала облегчение, Бонни действительно хотела защитить Тайлера, даже от Клауса. Но она была рада, что он понял ее. — Он ещё может нам пригодиться, — сказал Клаус, глядя ей в глаза. Бонни не понравится его план, но он уже принял решение. Сердце девушки забилось быстрее. — Что ты планируешь? — она боялась узнать, как Клаус хотел использовать Тайлера. — Мне нужен шпион в клане Наварро, — сказал Клаус. — Тайлер — идеальный кандидат. — Почему ты думаешь, что он согласится шпионить для тебя? — спросила Бонни. Как бы ни сомневался Тайлер по отношению к Клаусу, он все еще ненавидел гибрида, будет сложно убедить его помочь. — Мне не нужно его согласие, — ответил Клаус. — Возможно, он разорвал связь с создателем, но он все еще наполовину вампир, поэтому я могу ему внушить. — Нет… Ты не можешь отнять у него свободу воли, ты… — Мы на войне! — сердито рявкнул Клаус. — Что по-твоему я должен сделать? Поехать в Теннесси и спасти Тайлера от Луиса Наварро? — засмеялся он. — Я мог бы. Я мог бы убить Луиса и его волков, но это только ускорит войну, — Клаус не хотел так рисковать. — Бонни, сейчас нужно обдумывать каждый шаг. Бонни попыталась запротестовать, но Клаус перебил ее: — Тайлер может попытаться сбежать, но волки Наварро последуют за ним. О том, чтобы привезти его сюда, не может быть и речи. Это подвергнет опасности и тебя, и нашего ребенка. Как бы сильно ей не нравилась эта ситуация, Клаус был прав. — Тебе не нужно принуждать Тайлера, я могу попросить его и… — Не будь такой наивной, любовь моя, — Клаус грустно улыбнулся. — Ненависть глубже, чем разум. Я не могу доверять Тайлеру. Но если я внушу ему, я смогу контролировать его. Контролировать информацию, которую он передаст стае Наварро. Позволь мне разобраться с этим, Бонни. — Мне это не нравится. Должен быть другой способ… — Время имеет решающее значение, — сказал Клаус. — Именно поэтому я еду в Теннесси этой ночью, я возьму Феликса и Анжелику с собой. Бонни широко раскрыла глаза от удивления. — Сегодня? — Нельзя откладывать, — сказал Клаус. — Меня не будет несколько дней. — Мне не нравится этот план, — честно сказала Бонни. Клаус, казалось, был готов возразить, но она остановила его. — Пообещай мне, что если что-то пойдет не так, ты поможешь Тайлеру сбежать и вернешь ему свободу… когда все закончится. Тайлер, вероятно, разозлится на нее за то, что она позволила этому случиться, но у Бонни не было другого выбора, кроме как довериться плану Клауса. Гибрид вздохнул. — Я обещаю, — он посмотрел ей в глаза, сохраняя нейтральное выражение лица. Он попытается сдержать свое обещание, но если все пойдет не по плану, гибридам, которые будут присматривать за Тайлером, было приказано убить его. Клаус, конечно, никогда бы не признался в этом Бонни. Тайлер был всего лишь пешкой в гораздо более крупной игре. Клаус положил руки на плечи Бонни и притянул ее ближе. — В этой войне тебе придется сделать очень трудный выбор, — твердо сказал он. Бонни нужно было понять, что она не сможет спасти всех, как бы сильно она этого ни хотела. — Может наступить момент, когда тебе придется выбирать между собой или кем-то, кто тебе небезразличен. Ты должна быть готова, Бонни, ты всегда должна выбирать себя… ради нашего ребенка. Понимаешь? Бонни неуверенно кивнула. Клаус притянул ее к себе, обнимая. Слова, которые он оставил невысказанными, каждый все равно услышал: «Если дело дойдет до выбора между тобой и мной, ты должна спасти себя, Бонни, ради нашего ребенка». Теннесси Клаус был верен своему слову. После разговора с Бонни он вместе с Феликсом и Анжеликой покинули дом и отправились в Теннесси. Клаус оставил конкретные инструкции для Райли, Джесси и Белль, которые в основном заключались в защите Бонни. Ему совсем не хотелось оставлять ее, но он должен был внушить Тайлеру. Задолго до разговора с Бонни Клаус уже привёл свой план в действие. На самом деле, когда они ехали в экипаже по улицам Нового Орлеана, ему позвонил один из его гибридов. Они поймали Тайлера и, по указанию Клауса, отвезли на склад, где заковали в цепи до его прибытия. Клаус с гибридами прилетел в Теннесси на небольшом частном самолёте, в аэропорту их уже ждала машина, так что дорога до склада заняла примерно тридцать минут. Анжелика наложила на них заклинание маскировки, чтобы остаться незамеченными волками, которых Луис оставил патрулировать город. — Какого хрена ты здесь делаешь? — сердито рявкнул Клаус, заметив Алексу, охраняющую вход на склад. Девушка вздрогнула от его тона и посмотрела на Феликса. — Он позвонил мне, — сказала она. — Нейт не мог удержать Тайлера, я вызвал подкрепление, — пояснил гибрид. Как бы ни раздражала всех Алекса, она была одним из самых сильных и лучших бойцов в стае. — Никогда больше не принимай таких решений, не посоветовавшись со мной, — резко сказал Клаус. — Прошу прощения, Альфа, — Феликс виновато склонил голову. Они прошли на склад. Нейт охранял Тайлера, который был прикован цепью к стене. Локвуд зарычал, и его глаза вспыхнули золотом, когда он заметил Клауса. — Какая встреча! — усмехнулся Майклсон. Тайлер был без рубашки, на его груди и руках остались гематомы, которые очень медленно заживали. — Мы выстрелили в него аконитом, чтобы спокойно транспортировать, — тихо сказала Алекса. — Мы также добавили его к цепям. Клаус дал конкретные инструкции не использовать вербену, поскольку ему нужно было внушить Тайлеру. Локвуд злобно зарычал, борясь с цепями, но не мог освободиться. — Оставьте нас, — приказал Клаус. Он хотел поговорить с Тайлером наедине. Клаус бросил на Анжелику многозначительный взгляд, ведьма кивнула и наложила звукоизолирующее заклинание, прежде чем покинуть склад вместе с гибридами. Клаус злобно ухмыльнулся. — Теперь мы с тобой побеседуем, — он подошел к нему ближе, наслаждаясь болезненным видом ублюдка. — Иди на хер! — Тайлер сердито сплюнул, несмотря на боль во всем теле. Клаус рассмеялся. Он внезапно схватил Тайлера за подбородок, поворачивая к себе и заглядывая в его карие глаза. — Ты неправильно понял меня, приятель, у тебя нет выбора. Глаза Тайлера округлились, когда он понял смысл слов Клауса. Он изо всех сил попытался вырваться из цепей, но ничего не получилось. Он не успел даже подумать о том, чтобы закрыть глаза, когда Клаус произнес слова, решившие его судьбу: — Прекрати сопротивляться, — приказал Клаус, глядя ему прямо в глаза. Тайлер замер. Внушение сразу же вступило в силу. Клаус довольно ухмыльнулся. Новый Орлеан Бонни и Ребекка проводили вместе много времени, готовясь к балу. Наконец, они дошли до покупки платьев для столь торжественного случая. Бонни предполагала, что они просто пойдут в магазин, как было с выпускным, но у Ребекки была другая идея. Она заставила французского дизайнера приехать аж из Парижа, чтобы специально для них сшить платья. Бонни с широко раскрытыми глазами перебирала образцы тканей, привезённых дизайнером. Ей нужно было выбрать цвет и дизайн, и уже тогда мастер приступит к делу. — Как насчет этого? — спросила Ребекка, показывая лоскут белого атласа. Бонни покачала головой. — Красиво, но… Ребекка посмотрела на образец и кивнула. — Ты права. Это ещё не твоя свадьба, ты будешь в нем ходячей приманкой для вампиров, — она отложила его в сторону и вернулась к поискам. Бонни покраснела от слов Ребекки. Боже. Свадьба. — Мне нравится этот вариант, — сказала она, указывая на расшитый бисером черный образец. Ребекка скорчила гримасу. — Это скучно. — Зато с чёрным никогда не ошибёшься. Ребекка закатила глаза. — Видимо именно поэтому ты взяла чёрное платье на выпускной, Бонни, — она продолжила просматривать образцы. — Тебе нужно произвести впечатление. На балу все взгляды будут прикованы к тебе. Ты должна лишить всех дара речи. — Чем больше я думаю о бале, тем сильнее волнуюсь, — пробормотала Бонни. Была ещё одна причина для беспокойства: Клаус отсутствовал уже три дня. Накануне вечером они недолго поговорили по телефону. Тайлер теперь был под его контролем, так что Майклсон лишь доделывал последние штрихи в своем тайном, но гениальном плане против оборотней Наварро. Бонни скучала по нему и переживала, что что-то может пойти не так. Она знала, что Клаус буквально был неуязвим и с ним были Анжелика и Феликс, но все же. — Вот, — Ребекка протянула ей образец шелковой ткани изумрудного цвета. — Сочетается с твоими глазами. — Красивый цвет, — согласилась Бонни, проводя пальцами по нежной ткани. — Этот бал очень важен в первую очередь для тебя, — сказала Ребекка. — Ты должна запомнить одну вещь. — Что? — спросила Бонни. — Ты не будешь Бонни-старшеклассницей, которая пошла на танцы, — сказала Ребекка. — Ты будешь Бонни Беннет, королевой, понимаешь? Бонни плюхнулась на ближайший стул, все еще держа в руках изумрудную ткань. — Я не знаю, как быть королевой, — пробормотала она. Она чувствовала себя такой неуверенной. Она ничего толком не знала о наследии Беннет и не понимала, как это повлияет на ее будущее. — Королевами не становятся, дорогая, ими рождаются, — ответила Ребекка, садясь напротив нее. — Кроме того, тебе все расскажет Ник, я и твоя семья. Мы всегда готовы помочь. Бонни вздохнула. — Не думаю, что хочу видеть свою мать. — Я не виню тебя, это нормально, учитывая все гадости, которые она тебе наговорила. — Я договорилась с Люси, что мы сегодня встретимся, — рассказала она Ребекке. — Надеюсь, она сможет ответить на все мои вопросы. — В Квартале? — Ребекка подняла бровь. — Я наложу на себя заклинание маскировки, — поспешила ее заверить Бонни. И Райли пойдёт с ней, так как гибрид следовал за ней, как тень, по приказу Клауса. — Я не хочу идти к ним в отель, — она избегала Эбби. — Ты пригласишь их на бал? — спросила Ребекка. Бонни кивнула. — Нам может понадобиться их помощь, — на несколько минут повисла тишина, прежде чем Бонни с любопытством обратилась к Ребекке: — Могу я спросить тебя кое о чем? — Конечно. — Клаус сказал, что между тобой и Марселем что-то было… — нервно начала Бонни. — Ты будешь в порядке? Тебе ведь придётся снова его увидеть. Ребекка улыбнулась. — Я люблю Мэтта, — тихо сказала она. Девушка ещё ни разу так прямо не заявляла ему о своих чувствах, но для себя она уже все решила. — Встреча с Марселем вызовет определённые воспоминания, но со мной все будет в порядке, — с тех пор как Ребекка узнала о том, что Марсель жив, она задавалась вопросом, какие эмоции пробудет их первая встреча. Но первородная была уверена в своей любви к Мэтту. Марсель остался в прошлом, и теперь он был не на их стороне. — Сейчас он наш враг. — Этот бал закончится кровопролитием, да? — тихо спросила Бонни. Элайджа и Клаус провели бесчисленное количество часов, планируя и организуя вечеринку, следя за тем, чтобы не было никаких сюрпризов. Бонни знала, что так как в одном месте соберутся их враги, конфронтация была неизбежна. Она сама готовилась к бою, изучая бесчисленные заклинания из гримуаров. — Это неизбежно, — сказала Ребекка. — Не волнуйся, Бонни. Что бы ни случилось на балу, мы не допустим, чтобы тебе или ребенку причинили вред, — Ребекка, Клаус и Элайджа были полны решимости сдержать это обещание. Несмотря на свои опасения по поводу приближающегося бала, Бонни улыбнулась. — Спасибо. — Не нужно благодарить меня, дорогая. Теперь мы семья. Девушки улыбнулись друг другу, прежде чем вернуться к платьям.

***

Сабина закончила очередную экскурсию, когда почувствовала мощную ауру вампира позади себя. — Элайджа Майклсон, — поприветствовала она, поворачиваясь лицом к безупречно одетому первородному. — Ты меня знаешь, — Элайджа уставился на нее с любопытством. — Ты и твоя семья знамениты среди ведьм, — пробормотала она. — Ты следил за мной. Почему? — Ты — подруга Софи Деверо и член ковена Французского квартала, — ответил Элайджа, делая шаг ближе. — И? — с безразличием спросила Сабина. Элайджа внимательно изучал ее лицо. При встрече с ведьмами он привык получать три реакции: страх, благоговение или ненависть. Сабина на вид, казалось, отнеслась к нему равнодушно. «Интересно», — подумал Майклсон. Он явно не произвел на нее впечатления. — Я хочу пригласить тебя и ковен, — сообщил Элайджа, вручив ей белый конверт. Сабина взяла его и медленно открыла. — Ты приглашаешь нас на бал? — с недоверием спросила она. — Бал будет очень важен для ведьм, — сказал Элайджа. — Не забудь сообщить Софи, что она тоже приглашена, — он улыбнулся, когда увидел вспышку удивления в ее глазах. — Я не знаю, о чем… — Софи вернулась в Квартал и остановилась у тебя, — перебил ее Элайджа. — Ты за всеми следишь в городе? — сердито спросила она. — Только за теми, кто представляет интерес, — быстро ответил он. Элайджа встретился с ней взглядом и нахмурился. — Мы знакомы? — внезапно спросил он. В ней было что-то знакомое. Они встречались до этого? — Не знаю, а ты как думаешь? — ответила Сабина. Она явно бросила ему вызов. — Встретимся на балу, — пробормотал Элайджа, прежде чем исчезнуть. Сабина обдумала приглашение и улыбнулась. «Дорогой Элайджа, если бы ты только знал…»

***

Вернувшись из Теннесси, Клаус направился прямиком в Болота. Он зашёл на территорию оборотней так, словно это место принадлежало ему. Он сразу заметил Измаила, разговаривающего с группой людей. Их беседа тут же прекратилась, стоило им почувствовать присутствие Клауса. — Я ждал, когда ты вернешься, — сказал Измаил и приветливо улыбнулся. Он обратился к группе, которая смотрела на Клауса с нескрываемым любопытством. — Не могли бы вы оставить нас, пожалуйста? Мужчины ушли. Один из них пристально посмотрел на Клауса, когда проходил мимо него. — Его зовут Чарльз, — сказал Измаил, как только мужчина оказался вне пределов слышимости. — Он считает, что мы должны очистить тебя от вампиризма. — Я бы хотел узнать, как он это сделает, — холодно ответил Клаус. Он знал, что многие волки неохотно доверяли ему из-за его вампирской сущности. Они с Измаилом двинулись вглубь лагеря. — Ты подумал о моем предложении? — спросил пожилой мужчина, когда они прошли мимо хижины. — Да, — ответил Клаус. — Однако у меня есть один важный вопрос, — он заметил пару детей, счастливо игравших с красным мячом. — Что тебе известно о клане Наварро? — спросил он, поворачиваясь лицом к Измаилу. — За последние несколько лет они захватили множество стай. Ходят слухи, что теперь они самая большая стая оборотней в Америке, — ответил мужчина. — Ты знал, что Армандо Наварро обращался ко мне? — Да? — Клаус был заинтригован. Если он правильно помнил, Армандо был одним из братьев Франко. — Я до сих пор не знаю, как ему удалось выследить нас, мы тогда были в Турции, — объяснил Измаил. — Он хотел, чтобы мы присоединились к ним и помогли оборотням вернуться на вершину в сверхъестественном мире, — он покачал головой. — Его предложение было заманчивым. Я могу понять, почему многие стаи добровольно присоединились к ним. — Что же случилось? — с интересом спросил Клаус. — Мне пришлось бы отказаться от статуса Альфы, — ответил Измаил. — Я должен был принять отца Армандо, Хуана, как своего Альфу, как своего короля. Естественно, мне это не понравилось. Я также не был согласен с их некоторыми… методами, — волки Наварро были жестокими и мстительными. — Ты отказался, — сделал вывод Клаус. — Я бросил ему вызов, — поправил его Измаил с легкой улыбкой. Клаус был удивлен. — Если волк хочет захватить власть, он должен сначала победить Альфу в честном бою, — сказал Измаил. — Он должен доказать, что он сильнее и лучше как лидер, что он заслуживает этого статуса. Таков обычай, — он говорил это, глядя Клаусу в глаза. — Я сказал Армандо, что если он победит меня, то может захватить мою стаю. Если я выиграю, они должны оставить нас в покое. — И? — Клаус не мог представить, чтобы Измаил сражался с кем-то, он был стар. — Я выиграл. Я убил его, — ответил Измаил. — Первое время казалось, что его отец будет соблюдать сделку, которую я заключил с Армандо, но несколько месяцев спустя он атаковал нас, — Измаил отвернулся от Клауса, от нахлынувших эмоций глаза заблестели от слез. — Той ночью мы потеряли много волков, включая моего единственного сына, но мы победили их. Мы убили их всех, — в ту ночь клан Наварро понял, что он не самый сильный среди оборотней. — Даже Хуана? — спросил Клаус. Он не мог не испытывать чувство гордости. С его семьей шутки были плохи. — Я лично убил Хуана, — признался Измаил. В его голосе не было высокомерия, он не хвастался этим. — Я отправил его голову его второму сыну, Франко, и передал послание, чтобы он больше никогда нас не трогал. Клаус испытывал к старику уважение и даже восхищение. Он может и выглядел как дед, но было очевидно, что в случае необходимости мог дать отпор. Измаил был настоящим Альфой. — Это было десять лет назад, и с тех пор они нас не беспокоили. Их растущая мощь тревожит не только нас, но и любую другую стаю, которая хочет оставаться независимой. Десять лет назад Измаилу удалось убить Хуана и его сына. Волки Наварро, вероятно, недооценили его из-за его возраста и внешности и заплатили слишком высокую цену. — Они хотят вернуть оборотней к власти, — сказал Клаус. — Конечно, с учетом того, что их семья будет править, и единственное, что стоит у них на пути, — это семья, что сейчас на вершине иерархии в сверхъестественном мире. — Твоя семья, — понял Измаил. С тех пор, как были созданы вампиры, Майклсоны взяли всю власть в свои руки. — Совершенно верно, — Клаус вытащил белый конверт из внутреннего кармана куртки и передал его Измаилу. Пожилой мужчина взял его и нахмурился. — Приглашение на бал? — он покачал головой и попытался вернуть его. — Мы не вмешиваемся в дела вампиров. — Это выходит за рамки вампиров. В этой войне будут участвовать все сверхъестественные виды. — Что ты планируешь? — с любопытством спросил Измаил. — Кэри сказал мне, что мы произошли от первого волка, — сказал Клаус. — Я так понимаю, что мы королевская семья. — Это правда. Ты мог бы стать королем оборотней. Это твое право по рождению. — Я не хочу быть королем одного вида, — заявил Клаус, встретившись с ним взглядом. — Я хочу быть королем всех. Измаил внимательно посмотрел на него, прежде чем сказать: — Я не сомневаюсь, что оборотни последуют за тобой, как и вампиры, но ведьмы… — он покачал головой. — Ведьмы никому не кланяются. Клаус ухмыльнулся. — Ведьмы сами этого захотят, — он был уверен в этом. У него был план. — Они никогда не последуют за вампиром, тем более за гибридом. — Мне не нужно, чтобы они присягнули мне. Бонни будет их королевой, — сказал Клаус. Последние несколько дней он активно обдумывал будущее, которого хотел для Бонни и своего сына. — Она будет править ими, а я — оборотнями и вампирами. И вместе мы создадим новый порядок, королевство, — это, пожалуй, было очень амбициозно, но Клаус был полон решимости. Измаил молчал, размышляя над услышанным. — Ты хочешь объединить все сверхъестественные виды под единым правлением? Клаус ухмыльнулся. — Ты можешь помочь мне в этом, — сказал он Измаилу. — Я позабочусь, чтобы нашу стаю больше никогда не трогали. Я буду защищать всех вас, — пообещал он. — Когда я стану королем, я сделаю так, чтобы оборотни и вампиры были равны. — Для того, чтобы добиться этого, тебе нужно изучить наши обычаи, принять своего волка. Ты готов к этому? — спросил он. — Не жди от меня, что я откажусь от комфорта и перееду жить в болото, но… Полагаю, что могу провести время со стаей, узнать все, чему ты хочешь меня научить, — он закатил глаза, будучи уверенным в том, что все это и так ему уже известно. — После бала, конечно, — уточнил он. Бал был их первым шагом и поворотным моментом в войне. — Хорошо, — наконец согласился Измаил после долгого молчания. — Тогда мы поможем друг другу, — он протянул правую руку Клаусу, и они обменялись рукопожатием в знак своей договорённости. Это будет нелегко, но Клаус был полон решимости построить королевство, достойное его королевы и наследника.

***

— Это восхитительно вкусно, — простонала Бонни, кусая очередной бенье. Они с Люси встретились в кафе «Café du Monde», чтобы насладиться знаменитым кофе и французскими пончиками. — Я возьму несколько домой, — заявила она, слизывая сахарную пудру с указательного пальца. — Из-за них я даже наплевала на диету, — промычала Люси, жуя пончик. Они здорово проводили время за беззаботной беседой. Казалось, что прошла целая вечность с их встречи на маскараде в Мистик-Фоллс. Конечно, Райли и Белль не оставили Бонни одну, держась на другой стороне улицы и присматривая за ней по приказу Клауса. Ведьма также наложила на себя мощное маскирующее заклинание, как и Люси, чтобы никто их не узнал. — Так как же созвать ковен? — спросила Бонни через некоторое время. Люси сразу стала серьезной. — Я не знаю всех подробностей, но с помощью заклинания ты призываешь всех, кто связан с тобой кровью, — она сделала глоток кофе с молоком. — Ведьмы Беннет почувствуют твой зов и прибудут, где бы ты ни находилась. — И что потом? — Они примут тебя как лидера ковена и поклянутся в верности. Как только они это сделают, ковен Беннет будет официально сформирован. — Что, если они не примут меня как своего лидера? — нервно спросила Бонни. Что, если они разделяют мнение ее матери и посчитают ее ребёнка злом? — Тебе придется доказать им, что ты достойна быть их королевой. — И как я это сделаю? — Бонни запаниковала. Джоанна ничего такого не говорила. — Я должна использовать какую-то магию или с кем-то сразиться? Люси открыла рот, чтобы ответить, но тут же смутилась. — Я не знаю, — призналась она. — Тебе нужно поговорить с моей мамой, она должна знать больше. — Хорошо. Мне ещё многое нужно узнать, но пока все мое внимание сосредоточено на балу, — она уже дала приглашения Люси. — Ты уверена, что это хорошая идея — собрать ведьм, вампиров и оборотней в одной комнате? Это может плохо кончиться. — Клаус и его брат и сестра тщательно все планируют, — пробормотала Бонни. — Ты правда им доверяешь? — мягко спросила она. — Да, — честно ответила Бонни, посмотрев ей в глаза. — Это безумие. Несколько недель назад я бы сказала тебе, что они мои враги, но теперь… — Ты считаешь их семьей, — закончила за неё Люси. Бонни кивнула. — Мы с Элайджей пока не особо близки, но Ребекка — моя подруга, а Клаус… — она от одной лишь мысли о нем покраснела, и на лице появилась глупая улыбка. — Он тебе действительно нравится, — сказала Люси. Она не знала, что думать о гибриде. Эбби твердила, что он чистое зло и только использует Бонни в своих интересах, но сама девушка его совсем не знала. — Думаю, я влюбляюсь в него, — призналась Бонни шепотом. — Да? Только думаешь? — Люси бросила на нее понимающий взгляд. Судя по всему, ее двоюродная сестра была уже по уши влюблена в гибрида. Бонни прикусила губу. — Я никогда такого не чувствовала… то, что я чувствовала к Джереми, это… это даже не идет ни в какое сравнение с тем, что я испытываю к Клаусу. Между нами все произошло так быстро… я… Я сумасшедшая? — спросила она. — Любовь непредсказуема, — тихо сказала Люси. — Кто-то влюбляется с первого взгляда, а другим требуется время. Нет каких-то определённых правил, Бонни, — все люди были разными, и Люси только надеялась, что Клаус был искренен и не играл с ее чувствами. Бонни улыбнулась. — Итак, — начала Люси с ухмылкой: — Как вообще так получилось, что ты переспала с горячим гибридом? Как секс? — Люси! — Бонни была уверена, что покраснела с головы до пят. Она даже огляделась по сторонам, боясь, что кто-то мог услышать их разговор. — Что? — спросила Люси, не обращая внимания на ее дискомфорт. — Я хочу знать все подробности! Я слышала, что секс с вампиром — это потрясающе. Я могу только представить, каково это с гибридом. И к тому же он и правда горячий! — О Боже! — Бонни смущенно отвела взгляд. Она понадеялась, что Райли и Белль не слушали их разговор. Это было бы унизительно. Люди вокруг, казалось, не обращали на них внимания, за что она была благодарна. — Давай, выкладывай! — настаивала Люси. — Из сверхъестественных у меня был секс только с оборотнем, — призналась она. — Это был лучший секс, он был очень хорош в постели. Бонни прикусила губу. — Я твоя кузина! — возмутилась Люси. — И я не прошу тебя раскрывать мне все непристойные подробности… если ты этого не хочешь, — закончила она, подмигнув. — Все началось в день моего выпускного, — нервно начала Бонни. Она не собиралась посвящать Люси во все детали, но кое-что точно могла бы ей рассказать.

***

— Как она выглядит? — снова спросил Марсель Диего. — Я уже говорил тебе. Черные волосы, кажется, зеленые глаза. Я не уверен. — Кто-нибудь называл ее имя? — Нет! — Диего устал от бесконечных вопросов Марселя о ведьме Клауса. — Я уже рассказал тебе все, что знаю. Марсель раздраженно зарычал. После неудавшегося нападения на оборотней он пытался найти любую информацию о ведьме, которая помогала Клаусу. Кем бы она ни была, она была чрезвычайно могущественна, и Марселю нужно узнать о ней всё, потому что она так легко одолела Давину, которая обладала силой четырех ведьм Жатвы. — Может, Давина сможет найти ее с помощью заклинания? — предложил Тьерри. — Она уже пыталась, — пробормотал Марсель, и у нее ничего не вышло. Давина сказала, что ведьма Клауса была не из Квартала, что означало, что ее магия не была связана с Предками, и это делало ее еще более опасной, потому что ее нельзя было контролировать. Вдобавок ко всему, теперь Клаус держал оборотней под своим контролем и вероятно уже обращал их в гибридов. — Что ты будешь делать, когда найдешь ее? — с любопытством спросил Диего. — Переманю ее на мою сторону, — ответил Марсель с улыбкой. — Или убью. Это зависит от ее выбора, — он повернулся к Тьерри. — Ты узнал, где остановился Клаус? — Нет. Я продолжу поиски, — все дома, которые были недавно куплены в Квартале, были проверены. Молодой вампир зашёл на территорию комплекса. Он был одним из новеньких, случайно обратившихся после ночной вечеринки. — Тебе просили передать, — нервно сказал он, протягивая Марселю конверт. Марсель сжал челюсти, когда прочитал содержимое. — Кажется, теперь я знаю, где он остановился, — сердито пробормотал вампир. Он должен был сразу догадаться. — О чем ты? — одновременно спросили Тьерри и Диего. — Старый особняк губернатора, вот где остановился Клаус и где он устраивает приветственную вечеринку, — где родился Марсель и прожил первые года своей жизни. — Нам нужно приготовиться, нас пригласили на бал. Марсель ухмыльнулся, у него уже созрел план. Клаус сам упростил ему задачу.

***

После разговора с Измаилом, Клаус заглянул в Квартал, прежде чем вернуться на плантацию. Он не мог не улыбаться. Последние несколько дней оказались весьма удачными для его плана. Он внушил Тайлеру все инструкции, как общаться с волками Наварро и что им сказать. Он также оставил Алексу и Нейта присматривать за ним на всякий случай, если все вдруг пойдёт не так. Тайлер со своими друзьями-неудачниками отправился в Батон-Руж с Луисом Наварро. Но у Клауса был шпион не только в клане Наварро, но и в армии Марселя. Он обратил жалкого мальчишку по имени Джош и внушил ему подчиняться его приказам. К тому же Клаус вернулся в Квартал, чтобы передать приглашение Марселю и нанести визит одной блондинке-барменше, в которую его бывший протеже был влюблен. Теперь она тоже была под его внушением. — Ты очень доволен собой, — голос Элайджи отвлёк его от размышлений. Клаус как раз поднимался по лестнице, когда брат вышел из кабинета и оказался возле него. — Все идет по плану, — с ухмылкой сказал Клаус. — Тайлер Локвуд едет на встречу с Франко Наварро, у меня появился шпион в маленькой армии Марселя. И ты будешь рад узнать, что Измаил с важными членами стаи придут на бал. — Как и ты будешь счастлив услышать, что Софи Деверо вернулась в Квартал. Я пригласил ее и ковен на бал, — он все ещё не мог выкинуть из головы странную подругу Софи, Сабину. В ней было что-то такое, что казалось ему знакомым. — Бонни также пригласила свою семью, — сказал Клаус. Как бы сильно ему ни нравилась Эбби, они разделяли одно желание — защитить Бонни, и ведьмы Беннет сыграют в этом ключевую роль. — Все ли готово в особняке губернатора? — Да. Осталось только, чтобы Бонни и Анжелика наложили заклинание, — ответил Элайджа. — Им, наверное, стоит попрактиковаться, чтобы все точно сработало. — Я скажу Бонни, — Клаус чувствовал, что она в их спальне. — Где Ребекка? — внезапно спросил он. Он не слышал сестру. — Она с Мэттом. Они вышли в город. Клаус кивнул и пошёл дальше по лестнице, в спальню, где его ждала маленькая ведьма. Элайджа смотрел ему вслед и впервые за очень долгое время не мог избавиться от печали. Он спустился на первый этаж и направился в музыкальную комнату, где сел за рояль у окна. Ребекка была безумно счастлива с Мэттом. Элайджа заметил, как она широко улыбалась и буквально сияла от счастья, когда они вышли из дома рука об руку. У Никлауса была Бонни. Он внимательно наблюдал за ними, когда они его не видели. Он заметил их томные взгляды, перешептывания, нежные улыбки и чувство единства. Бонни вся светилась, и дело было не только в беременности, но и в счастье. Элайджа, несмотря на сдержанность Клауса, видел то же самое и в своём брате. Он начал играть грустную меланхоличную мелодию, которая эхом разнеслась по всему дому. Она точно передавала его настроение. Хоть Элайджа и был очень рад за брата и сестру, он не мог не почувствовать себя одиноким. Элайджа полностью отдался музыке, и незаметно для него самого мысли о Селесте, его бывшей возлюбленной, вторглись в его разум.

***

Бонни вздохнула, расслабившись, когда встала под каскад прохладной воды. Ее кожа была липкой от пота после жаркого и душного дня, и ей, конечно, хотелось освежиться, прежде чем лечь спать. Она прекрасно провела время с Люси. Она была такой дерзкой, смелой и громкой, казалось, полной противоположностью Бонни, но они нашли общий язык. После бала она планировала пригласить ее и Джоанну на ужин, чтобы они должным образом познакомились с Клаусом, Элайджей и Ребеккой. Но как к этому отнесётся Эбби? Не усугубит ли это ситуацию? Бонни испуганно подпрыгнула, когда почувствовала, как он кончиками пальцев коснулся ее спины, легонько проведя вдоль позвоночника. Клаус. Он вернулся. Бонни повернулась к нему лицом. Она даже не почувствовала его приближения. — Привет, — застенчиво прошептала она, едва слышно из-за шума воды. Клаус поприветствовал ее по-другому: он собственнически сжал талию ведьмы и припал к ее губам в голодном поцелуе. Три дня, его не было три дня, и Бонни ужасно по нему соскучилась. И, судя по столь страстному появлению, Клаус тоже скучал. Стоило их губам соприкоснуться, как связь запульсировала от счастья и обоюдного желания. Бонни отстранилась, тяжело дыша. Положив руки ему на грудь, она заглянула в темно-голубые глаза. Он сделал шаг навстречу, вплотную прижимаясь обнаженным телом к миниатюрной фигурке. Она ясно почувствовала его эрекцию, упирающуюся ей в живот. — Я думала, ты приедешь раньше, — сказала Бонни, чувствуя распространяющийся по всему телу жар. Клаус опустил руки на ее бедра: — Я встретился с Измаилом, пригласил на бал и принял его предложение. — Правда? — зелёные глаза загорелись от радости. Клаус рассказал ей о предложении Измаила. Бонни хотела, чтобы он согласился, но она не стала давить на него, так как чувствовала, насколько смешанными были его эмоции по поводу семьи оборотней. — После бала я проведу с ними время и изучу их обычаи, — сказал Клаус. — Все практически готово. — Пока ты будешь со своей семьей, я буду со своей. Мне нужно узнать, как созвать ковен, и, похоже, я ещё должна убедить их присоединиться ко мне… Мне нужно больше деталей. Клаус кивнул. — Все будет хорошо, — заверил он. — Они последуют за тобой. Бонни лишь надеялась, что он окажется прав. — Осталось отправить только одно приглашение, — сказал Клаус, глядя ей в глаза. — Я подумал, что ты захочешь сделать это сама после того, как… — он наклонился к ней, и на неё обрушилась волна сильного и безудержного желания. — После… — Бонни не успела договорить, как его губы оказались на ее. Она тихо застонала, целуя его в ответ, схватившись за плечи, когда Клаус прижал ее к стене. Его руки блуждали по влажному телу, сжимая чувствительную грудь, пощипывая твердые соски, прежде чем спуститься ниже, к ее промежности. Бонни ахнула, когда его палец скользнул в нее, наконец заполнив пустоту. Она запрокинула голову, прижав ее к стене. Дыхание сбилось, он знал, какие нажимать точки, чтобы заставить ее скулить от удовольствия и поджимать пальчики на ногах. Боже, как она по нему скучала! Клаус приподнял ее, и Бонни обхватила ногами его талию, прижимаясь к нему. Он целовал страстно, пылко, заставляя забыть обо всем, кроме его губ, когда медленно и плавно вошёл в неё. Она застонала, до боли впиваясь ногтями в его кожу и шипя от растяжения. Он вошёл до основания, прежде чем податься назад и качнуть бёдрами вперёд, повторяя это снова и снова. Бонни крепко держалась за него, напряжение росло с каждой секундой. Она оторвалась от его губ, тяжело дыша и постанывая, прежде чем небрежно поцеловать его в щеку и прикусить мочку уха, когда Клаус увеличил темп. Шум воды разбавили их звуки удовольствия и шлепки влажных тел. Вскоре Бонни вскрикнула и впилась зубами в его плечо, когда ее накрыл сокрушительный оргазм. Она сжалась вокруг его члена, и движения Клауса стали хаотичными, беспорядочными. Он с рыком уткнулся в шею Бонни, прежде чем наполнил ее семенем.

***

Провидица сидела перед туалетным столиком и расчесывала длинные волосы. Все шло по плану. Несмотря на явное нежелание, ведьмы Квартала приняли ее, и она вернулась на своё законное место. Раздался тихий стук в дверь, и Айрис, нервничая, вошла в комнату. — Только что для вас прибыло письмо, миледи, — сказала она, протягивая ей белый конверт. Провидица отложила в сторону расческу и взяла конверт. Ее настроение мгновенно изменилось, стоило ей прочитать послание. — Что это? — с любопытством спросила Айрис, увидев, как побледнела Провидица. — Это приглашение, — ответила она слегка дрожащим голосом. — Нас сердечно пригласили на бал, устраиваемый семьей Майклсон, — сердито пробормотала она. Она смяла в кулаке бумагу, чувствуя, как гнев наполняет вены. Провидца разозлило не приглашение, а записка, приложенная к письму, записка, адресованная ей, на ее настоящее имя. Имя, которое знали очень немногие. Имя, которым она не пользовалась уже много лет. «Кассандра, Пришло время нам встретиться лицом к лицу, если только ты не хочешь продолжить посылать за мной убийц. Давай покончим с этим раз и навсегда. Бонни Беннет» Ведьма Беннет была в Новом Орлеане, она знала ее настоящее имя и бросила ей вызов. Она задрожала от ярости и страха. Это был неожиданный поворот событий, и это совсем не входило в ее планы.