Алон

      Следующее испытание проходило в магическом пространстве князя Бегемота. Оно представляло собой площадь с вечной ярмаркой. Вдоль дороги теснились разноцветные палатки. Гудели трубы, стучали барабаны, раздавались крики и веселые песни. Ноэль закрывал уши: он не чувствовал ничего, кроме раздражения. Мимо проносились разноцветные платья, маски, шапки. Посреди площади раскинулась огромная сцена. Катерина остановилась возле нее и шепнула Ноэлю:       – Может, выступление ответит на некоторые ваши вопросы?       Она оставила барона среди толпы. Он устало уставился на занавешенную сцену. В момент весь гул утих. Все померкло, и светлым пятном остался только занавес, медленно поднимавшийся. На сцене стояла девушка с длинными рыжими кудрями. Она затянула тоскливую песню. Девушка была похожа на статую леди Люцифер – ее она и играла. Барон посмотрел на нее некоторое время и, отвернувшись, направился сквозь толпу туда, куда удалилась Катерина. Даже не зная, о чем был спектакль, Ноэль знал, что ответа там не найдет. Скорее всего он показывал историю создания Подземного мира, что сейчас барона волновало меньше всего. Тяжелая рука легла Ноэлю на плечо. Он тут же повернул голову и сунул руку в карман, но, как ожидалось, ничего там не нащупал. Руку положил высокий человек со свиной головой.       – Не по нраву вам мое представление, милорд? – хрюкнул он.       – Я пришел сюда не ради спектакля, – бросил барон.       – О, – протянул свин. – Тогда поведайте, за чем же?       Его рука проскользнула по спине Ноэля и остановилась на другом плече. Свин пошел вперед, рукой не давая барону уйти. Ноэль заметил на его свободной руке кольцо – свином оказался князь Бегемот. Барон заговорил мягче и смелее:       – Я желаю стать князем.       – А что, баронский титул жмет?       Бегемот рассмеялся. Ноэль невольно закусил губу.       – Простите мой каламбур, – свин потрепал его по плечу. – Кто у тебя там остался? – на слове "там" он дернул головой, устремив пятак кверху. – Жена? Брат? Друг?       Бегемот сощурился, зная ответ. Барон не ответил. Свин вздохнул.       – Раз хочешь в князья – привыкай к моим тупым шуткам. А еще к пришибленности Фараона.       Глаза Ноэля сверкнули:       – Вы можете рассказать о нем?       – О Скохе? О, нет, это видеть надо. Одно скажу: при встрече – не дай ему заскучать.       Барон отвел взгляд и задумался. Он никак не мог собрать полной картины о Скохе. Ноэль даже не знал, какой он на вид. Было ощущение, что они уже встречались, просто барон его не узнал.       – Тогда хоть расскажите, как он выглядит, – попросил Ноэль.       Свин почесал подбородок с редкой щетиной, потом поднял руку и останови ладонь сантиметров на пятнадцать выше своей головы. Бегемот был высоким, а Скох, значит, еще выше. Дальше свин коснулся большими пальцами плечей, выпрямил руки перед собой и чуть сблизил. Потом провел рукой по короткой черной гриве и опустил руку к колену. Бегемот стукнул пальцем по розоватой коже руки и указал на бронзовый фонарь.       – И еще глаза узкие, ни то как у кошки, ни то как у змеи, – сказал он.       Ноэль вздрогнул. Перед глазами промелькнули две змеи, раскаленный песок, мужчина в белых одеждах. В ушах гудела древняя песня.       – Эй, чего ты? – Бегемот дернул барона за плечо.       Ноэль махнул головой. Воспоминания отступили. Свин повел его дальше, к дубовой усадьбе. Он ввел барона в столовую. Длинный стол с белой скатертью был полностью уставлен накрытыми подносами, напротив каждого кресла стояла тарелка. Бегемот отодвинул тяжелый стул во главе, рядом усадил Ноэля. Свин свистнул: в столовую вошло множество свиноголовых. Одни одетые как слуги, другие – в богатых костюмах и платьях. Многие напоминали домашних хрюшек, другие походили на диких кабанов.       – Угощайтесь, – шепнул на ухо барону Бегемот.       Он снова свистнул – поднялись крышки. От вида блюд Ноэля чуть не стошнило. На ажурной посуде грудой лежали жуки, еще живые и дергающие ножками, кучи грязи с червями. Из хрустального графина свинка-служанка разливала по бокалам помои. Свиноголовые с дворянской элегантностью накладывали блюда на тарелки, ели ножом и вилкой. Барон закрыл рот рукой. Его действительно вырвало б, будь хоть что-то в его желудке. Он украдкой глянул на Бегемота: тот не притронулся к еде.       – Вам не нравиться? – свин наклонился к уху Ноэля с ехидной ухмылкой.       – Я просто не голоден, – с мягкой улыбкой ответил барон, будто он на самом обычном приеме.       – Вот как, – протянул Бегемот. – Тогда хорошо.       Ноэль тут же ощутил в животе резкую боль. Пока слабое сосущее и пульсирующее ощущение медленно усиливалось. Барон перестал обращать внимание на тошнотворный запах, на хрюканье и чавканье. В горле пересохло. Боль скрутила Ноэля. Две мысли крутились в голове: "Еды!" и "Воды!". Перед глазами появились образы убогой жизни на улице, когда барона не покидало чувство голода. Он не хотел даже вспоминать, чем оно утолялось, а тем более брать это в рот снова. Ноэль посмотрел на стол: черви расползлись по белой скатерти, оставляя грязные дорожки. Он на мгновение прикрыл глаза, а открыв их увидел преображенное кушанье. Вместо жуков и грязи появились овощи, грибы, салаты. В бокалы подливали красного вина. Барон выставил руку, стараясь схватить что угодно, но одернул себя. Он глянул на Бегемота: он все так же сидел с пустой тарелкой.       – Проголодались? – улыбнулся он.       – Нет, – ответил Ноэль хриплым голосом.       Голова кружилась и болела, желудок, казалось, вот-вот поглотит сам себя. Тело Ноэля задрожало, обмякло, и он рухнул головой на тарелку. Перед глазами появилось видение.       Темная, сырая тюремная камера. За решеткой лежал скелет. Нет, ещё не совсем скелет: ребра слабо раздувались под изорванной рубашкой, из горла высохшего человека вырывались еле слышные хрипы. А вот рядом с ним действительно было пару трупов, правда – крысиных. Ещё один грызун был живым, и он смотрел прямо на этого скелета.       – Я твоих... а ты... меня теперь, – почти не слышно выдавил человек.       Крыса не двигалась, а только пялилась черными глазками в затуманенные серые глаза скелета. В коридоре раздались тяжёлые шаги. Грызун метнулся долой из камеры. Возле решетки встал сторож. Он чем-то напоминал эту крысу: то ли маленькими черными глазами, то ли серым костюмом. Сторож что-то громко произнес на непонятном языке и открыл решетку. Скелет посмотрел на него с насмешкой.       Ноэль открыл глаза. Боль прошла. Перед глазами уже не было того отвратительного пира. До ушей долетели голоса, один из которых точно принадлежал Катерине:       – Что ты, черт тебя дери, творишь?       Ноэль поднял голову: Катерина сидела напротив, но она была повернута корпусом к сидящему на краю стола мужчине, только усмехнувшемуся на ее упрек. Барон видел только его широкую спину и затылок с длинноватыми дубовыми волосами. Мужчина повернулся, и теперь его лицо стало видно Ноэлю. Его серые глаза смеялись. Он провел большим пальцем по короткой бородке. Катерина перевела полные злобы нечеловеческие глаза на барона, и тот невольно вздрогнул.       – Почему вы ушли? – холодно спросила она.       – Сама подумай, – отозвался мужчина низким голосом, уже знакомым Ноэлю. – Есть у человека такое свойство – любопытство. Это раз. А два – если человеку не договаривают чего-то важного, то он попробует узнать сам,– Бегемот наклонился к Катерине. – Посмотри на ситуацию: Ноэль даже не имел представления о том, как выглядит Скох, при том он собирается стать князем. Я даже представить боюсь, сколько ты утаила.       – Это не твое дело, – рыкнула она. –Сам-то лучше? Даже не предупредил о начале испытания, не разъяснил правила! Усадил – а дальше сам думай!       Бегемот сощурился и покачал головой, все ближе наклоняясь к Катерине.       – А не в этом ли суть? К чему испытание, которое тебе предварительно разжевали? Или ты хочешь вырастить второго Станчика?       – Тебе напомнить, кто был за это ответственен? – глаза Катерины загорелись, злорадная усмешка легла на губы.       Бегемот чуть отстранился, скривился.       – Я воспитывал "нормальную" часть.       – Хорошее оправдание, – сощурилась она. – Только вот доминантной стала другая. Поэтому мне твои советы ни к чему.       Ноэль вздохнул и поднялся, обратив на себя внимание князей. Они умолкли и переглянулись.       –Ну, объясняй, раз ты так хотел, – буркнула Катерина Бегемоту и скрестила руки.       – Ну и буду, – ответил он и спрыгнул со стола. – Ваша Милость...       –Можете по имени, – вздохнул Ноэль.       Он уперся руками в стол и переводил взгляд то на Бегемота, то на Катерину.       – Как скажете. Сколько вам ещё испытаний?       Ноэль бегло глянул на Катерину. Она не смотрела на него, только поджимала губы. Барон впервые видел ее такой растерянной.       – Шесть, – ответил Ноэль.       "То ли больше, то ли меньше," – промелькнуло в его голове.       – Вот как, – протянул Бегемот и посмотрел на Катерину. – Пускай шесть... А знаете что такое "рассыпаться в прах"?       Ноэль снова глянул на Катерину. Все то же молчание и взгляд в никуда.       –Перестану существовать? – предположил барон.       –Не-а, – усмехнулся Бегемот и подал Ноэлю бокал. – Возьмите и закройте глаза.       Барон послушался, обхватил пальцами ножку и опустил веки. Перед глазами пробегали разные люди, разные места. Тьма сменялась светом, снега – пустынями, степи – джунглями. Монахи, цари, королевы, старики и дети, рыцари, певцы, художники, артистки, жрицы – мелькали в видениях. Ноэль распахнул глаза.       – Вы рассыплетесь в песок из ваших воспоминаний, а дальше – станете материалом для этого мира.        – До создания Подземного мира люди тоже рассыпались. Что было с ними? – барон дернул бровями.       – Считай – то же самое. Они превращались в песок, в пыль. У вас есть еще вопросы?       Ноэль кивнул.       – Как проходит обряд становления хранителем?        – Хранителем... – Бегемот почесал пальцем висок. – А! Ты имеешь ввиду Господина Озера?       Барон в замешательстве посмотрел на Катерину. Она кивнула.        – Да-да. Господин Озера – это официальный титул, а хранитель – разговорный. Я думаю ты и так видел ритуал, – Бегемот сощурившись посмотрел на Катерину. – Господин должен совершить жертвоприношение и наполнить чашу кровью. При том он может убить другого человека, воспользоваться кровью нескольких человек или же своей собственной.       Дрожь прошла по спине Ноэля. Он не мог поверить, что Августу придется сделать это. Барон даже не знал, какой вариант хуже.       Больше он ничего не спрашивал. Он поблагодарил Бегемота и вышел, не замечая ничего. За ним вышла Катерина. Она все еще выглядела растерянной и даже напуганной. Она время от времени открывала рот, подобно рыбе. выброшенной на берег, но ничего не говорила. Ноэль посмотрел на нее с вопросом.        – Если пожелаете, то можете сменить своего покровителя, – наконец выдавила она, глядя в пол.       Казалось, протяни руку – и словишь ее мотивы за хвост, раскроешь темную подноготную. Она чувствовала это, поэтому сдалась. Но Ноэль слишком измучался, чтобы в это лезть. Он только устало улыбнулся и спросил:        – Куда дальше?