Рука в перчатке / Hand in Glove

Во вторник и среду Сяо Чжань, как обычно, ходил на работу, получая странные мемы и бессмысленные сообщения от Ибо в течение дня, а по вечерам смотрел сериал и переписывался с Чуюэ. Тот в сообщении предложил: «Может быть, в пятницу ты придешь ко мне, и мы сможем посмотреть его вместе? Я мог бы приготовить тебе ужин». Это застало Сяо Чжаня врасплох. Ему нравилось смотреть сериал «с» Чуюэ, но не слишком ли рано ходить друг к другу в гости? Его отталкивала даже не возможность секса. У него уже не раз случался секс даже на первом свидании. Но совместный просмотр сериала и приготовление ужина звучали очень… по-домашнему. Он уже собирался написать Лулу и спросить, не намекал ли тот ей о возможности серьёзных отношений, когда получил еще одно сообщение от Чуюэ. «Или мы можем пойти куда-нибудь поужинать? Или посмотреть фильм в открывшемся новом инди-кинотеатре?» Молчание Сяо Чжаня, должно быть, насторожило Чуюэ. Он почувствовал себя неловко, ведь обычно не тратил так много времени на обдумывание чего-то подобного. И хотя он любил готовить для других, тот факт, что кто-то приготовит ужин ему, было приятным разнообразием. Он как раз собирался ответить, когда получил сообщение от Ибо. Это было видео с предпросмотром, на котором Ибо находился в своей танцевальной студии. Сяо Чжань нажал кнопку воспроизведения и посмотрел двадцатисекундный ролик. Черт, Ибо действительно был хорош. Мать Ибо несколько раз хвасталась, что ее сын уже на пути к профессиональной карьере. Парень танцевал под хип-хоп мелодию, с которой Сяо Чжань не был знаком, но сразу же бросился искать. Прошло несколько минут, прежде чем он понял, что так и не ответил Чуюэ. О, какого черта? Почему бы и нет? «Извини, я был на кухне! Да, ужин у тебя звучит здорово. Во сколько мне приехать в пятницу?»

***

В четверг Ибо написал Сяо Чжаню и попросил встретиться с ним на заднем дворе дома после работы. Тот чуть было не отказался, потому что становилось холодно, но потом решил, что после долгого рабочего дня в помещении свежий воздух не помешает. Выйдя из метро, ​​он обошел здание до бокового входа во дворе. Поздняя осень действительно переходила в зиму, и на траве квадратного дворика появилось много проплешин, а редкие деревья были голыми. По периметру располагалось несколько скамеек, на которых сидели несколько пожилых людей, а на маленькой игровой площадке на углу одинокий ребенок катался с горки под присмотром своего отца, которого, казалось, не беспокоил холод. Когда погода выдавалась получше, Сяо Чжань предпочитал ходить в большие парки, но, похоже, Ибо начал кататься на скейте в этом маленьком дворике потому, что родители не хотели, чтобы он уходил слишком далеко. Ибо было легко заметить, ведь он был единственным скейтбордистом здесь, практикующим кикфлипы. Как только Сяо Чжань подошел, Ибо просиял и заявил: — Я научу тебя, гэ! — Чего? Чтобы сломать себе шею? Думаю, это не очень хорошая идея. Не говоря уже о том, что Сяо Чжань все еще был в своей офисной одежде и парадных туфлях. На скейтборде он бы смотрелся нелепо. — Да ладно! Не кикфлипы, а просто прокатиться. Это не так сложно. Все, что тебе нужно, это держать баланс. Сяо Чжань был настроен скептически. Он смутно помнил некоторых мальчишек-скейтеров из старшей школы, их пофигистический видок. Ему это всегда казалось таким крутым. Он бросил взгляд на Ибо, одетого в мешковатые штаны, просторную черную толстовку с капюшоном и шапку, закрывающую большую часть светлых волос, кроме локонов возле ушей. Тот спрыгнул со скейтборда и уже тянул Сяо Чжаня, чтобы он встал на доску. Ибо забрал его кожаную сумку, чтобы не мешала. — Ладно, хорошо, хорошо! — сказал Сяо Чжань, позволяя себя тащить. — Что я должен делать? — У тебя толчковая правая или левая? — Чего? — Наверное, правая. Вот так, поставь левую ногу вперед, — продемонстрировал Ибо, а затем наблюдал, как Сяо Чжань сделал то же самое. Когда тот встал на скейтборд, Ибо держал его руки для устойчивости. — Хорошо, это твоя позиция, когда ты будешь кататься. Чтобы начать движение, просто оттолкнись другой ногой, вот и все. — Вот и все? Это все, что ты мне покажешь? — спросил Сяо Чжань, неподвижно стоя на скейтборде. — Наверняка тут есть еще какая-то хитрость. — Тут нет ничего сложного, гэ. Катись к той скамейке вон там. Сяо Чжань нерешительно держал одну ногу на доске, а другой переступал рядом с ней. Когда у него, наконец, хватило смелости взобраться на доску во время движения, он потерял почти весь импульс, и доска замедлилась до ленивой остановки. — Не думаю, что делаю это правильно, — сказал он подошедшему Ибо. — Все хорошо. Просто попробуй еще несколько раз, и у тебя получится. Сяо Чжань вздохнул, но продолжил. С третьей попытки он смог довольно хорошо прокатиться мимо детской площадки, но затем передние колеса отклонились из-за трещины в асфальте. Сяо Чжань немедленно спрыгнул, а скейтборд резко вильнул в траву на обочине. Ибо подошел к нему, посмеиваясь. — Иногда такое случается. Ты должен следить за дорогой, когда едешь. — Я плохо вижу сейчас, уже темнеет. Солнце садилось и отбрасывало на них новые тени. Во дворе начали загораться фонари. Заметно похолодало и они оба могли видеть пар от дыхания при разговоре. — Может быть, нам стоит зайти внутрь? — Пойдем куда-нибудь в другое место! — попросил Ибо. — Куда? — спросил Сяо Чжань, забирая у него сумку. — Я не знаю, ты же должен лучше знать этот район. Я особо не гулял тут. — Гулял, — сказал Сяо Чжань и тут же пожалел, что не удержал рот на замке. Ибо некоторое время изучал Сяо Чжаня. — Это ты о чем сейчас? Вот черт. Он попался. Нет смысла лгать об этом. Глядя на скейт у ног Ибо, он сказал: — Я слышал вас в воскресенье вечером. Ты пропал на несколько часов. После короткой паузы Ибо заговорил. — Ты шпионил за мной? — Нет! — Сяо Чжань усмехнулся. — Эти стены толщиной с бумагу! Кроме того, когда вы все кричите, целый этаж, вероятно, вас слышит. Ибо выглядел так, будто хотел что-то сказать, но в последнюю минуту передумал. Он потер руки, а его щеки от холода покрылись румянцем. — Мы не были такими раньше, когда жили в Лояне. Сяо Чжань кивнул, чувствуя себя плохо из-за того, что подслушивал, хотя не делать этого было невозможно. Он мог понять, почему Ибо не спешил возвращаться. — Эй, я знаю здесь хорошее кафе, — сказал Сяо Чжань. — Пойдем туда, я тебя угощу.

***

Кафе Petit Monde было одним из любимых мест Сяо Чжаня. Оно находилось всего в нескольких кварталах от их расположенного на углу многоквартирного дома. Небольшая пекарня и кафе были во всех мелких деталях спроектированы во французском стиле: от одной стены, нарисованной в виде гигантской карты Парижа, и до десертов в стиле кондитерской на витрине и рабочих в черных беретах. По вечерам там обычно бывало довольно пусто, как и сейчас, когда внутри было только два других клиента. — Я хочу круассан. И кофе, — сказал Ибо, как только они вошли в теплое кафе. — Кофе в шесть вечера? Ибо, кофеин остается в твоем организме на несколько часов. Твои родители убьют меня, если из-за меня ты не выспишься перед школой. — Ты уже не даешь мне спать по ночам, — сказал тот тихим голосом, любуясь выпечкой на витрине. Сяо Чжань уже собирался спросить, что, черт возьми, он имел в виду, но Ибо посмотрел на меню напитков и объявил: — Горячий шоколад! Это то, что я хочу. И убедись, чтобы они добавили много взбитых сливок. Сяо Чжань вздохнул, но все равно улыбнулся. — К счастью для тебя, здесь делают отличный горячий шоколад, я пробовал его несколько раз. Думаю, возьму на себя вину за повышение сахара в твоей крови. Сяо Чжань сделал заказ на них обоих и был рад видеть, что его обычная кабинка у окна была свободна. Он поставил напитки и выпечку на поднос и отнёс к столу. Ибо сел напротив. Его щеки все еще были розовыми от холода, и он тут же обхватил бледными тонкими пальцами чашку с горячим шоколадом. С чувством чисто поверхностной эстетики Сяо Чжань подумал, что подросток выглядел как картинка. Однако он никогда бы не сказал об этом Ибо: это было бы странно. А кроме того, он был уверен, что эго мальчишки и так достаточно раздуто. Вместо этого Сяо Чжань сказал: — В такую ​​погоду тебе следует надевать что-то теплее, чем толстовка с капюшоном. — Хорошо, мама. — Я серьёзно, ты можешь простудиться. — На мне и так два слоя одежды. Кроме того, мне нужна свобода движений при катании на доске. Тяжелая куртка выглядела бы просто нелепо. От подростковой логики Сяо Чжань закатил глаза и сделал глоток горячего американо, наслаждаясь его теплом. — Эй, а почему ты пьешь кофе, если сам же сказал, что кофеин какое-то время остается в организме? Не последовал своему собственному совету? — У меня все по-другому, с годами я выработал толерантность к кофеину. Я изучал этот материал в колледже. Поверь мне, сегодня я буду спать спокойно. — Я должен ложиться спать около одиннадцати, но все равно вечно засиживаюсь за полночь, — сказал Ибо. — Что же ты делаешь? Играешь в видеоигры? — Нет. Просто думаю, — взгляд Ибо снова метнулся к горячему шоколаду. Сяо Чжань хотел было спросить его, о чем он думает, но решил, что тот расскажет ему, если действительно захочет, чтобы он знал. Хотя, скорее всего, не расскажет. Они немного посидели в тишине. Ибо откусил свой круассан, крошки рассыпались по его тарелке. Неожиданно он сказал: — В выходные я был в очень плохом настроении. Родители повели меня в самый скучный исторический музей. Мы провели там целое воскресенье. Я все спрашивал, когда мы уйдем, а они злились на меня сильнее и сильнее. Наконец, когда мы уже собирались уходить, я случайно опрокинул книжную витрину в музейном сувенирном магазине. Но родители думают, что я сделал это нарочно! На обратном пути они кричали на меня без остановки, — Ибо сделал паузу, потягивая горячий шоколад. — Поэтому мне пришлось уйти, когда мы вернулись. — Ну, почему ты просто не пришел ко мне? Я писал тебе. Ибо смотрел на свою чашку, ничего не говоря. — Твои родители на самом деле беспокоились о тебе, — продолжил Сяо Чжань. — В смысле, ты ведь почти не знаешь этот город. Куда ты ушел? — Я был в метро. Ездил туда и обратно по нескольким линиям. Мне просто нужно было… я не знаю. Побыть одному. Проветрить голову. Сяо Чжань понял, о чем он говорит. Иногда, когда жизнь становилась невыносимой из-за работы или какого-либо стресса, это помогало отойти от всего этого. Между ними повисла задумчивая тишина. Сяо Чжань смотрел, как из обеих чашек поднимается пар. — Да, — сказал Сяо Чжань. — Со мной тоже иногда такое бывает. На самом деле, иногда я прихожу сюда, чтобы просто спрятаться от всего. Заказываю американо и рисую других посетителей. Просто позволяю себе не думать ни о чем. Ибо сделал глоток из своей кружки и огляделся, словно воображая нескольких других клиентов в виде набросков. — Можно ли мне однажды увидеть эти рисунки? — рискнул спросить он. Сяо Чжань кивнул. — Да, конечно. — В следующий раз захвати свой альбом для рисования. Ты можешь нарисовать меня. А вместо той лапшичной за окном можно нарисовать Эйфелеву башню. И этот знаменитый собор. Мы можем представить, что мы в Париже! — Ибо широко улыбнулся. Сяо Чжань рассмеялся. — Собор Парижской Богоматери не рядом с Эйфелевой башней. — Откуда ты знаешь? Ты был там? — Да, ненадолго во время семестра за границей в колледже. — Вау, — задумчиво протянул Ибо. — Я нигде не был. Когда стану старше, я хочу путешествовать, — он засунул в рот последний кусок круассана. — Может быть, ты даже станешь моим гидом, когда я поеду в Париж. — Хм, не уверен насчет этого, Ибо. Судя по тому, что ты сказал ранее, ты ненавидишь музеи. А одно из моих любимых мест — Лувр. — Я не говорил, что ненавижу все музеи, — защищаясь, сказал Ибо. — А что находится в Лувре? — Великие произведения искусства, Мона Лиза — одно из них. Это грандиозно. В основном это европейское искусство, но есть и работы со всего мира. Я посетил Лувр трижды, когда был там, и до сих пор не думаю, что увидел все. У Ибо мечтательный вид, словно он воображал то, что описывал Сяо Чжань. Но очень быстро его лицо потускнело. — Не то чтобы это имело смысл. Ты, вероятно, в конечном итоге поедешь туда с как-его-там на годовщину свадьбы. Сяо Чжань недоверчиво посмотрел на Ибо. — Ибо, Чуюэ и я побывали только на одном свидании! — он подчеркнул эту последнюю часть указательным пальцем. — Да, но ты снова увидишься с ним, верно? Сяо Чжань посмотрел на свой кофе. — Э, да. — Куда вы, ребята, пойдете на этот раз? Даже не зная почему, Сяо Чжань слегка покраснел. — Ибо, это лич… Ибо перебил его с мрачным выражением лица. — Верно. Это «не мое дело» или вроде того, — он вытер рот салфеткой. — Давай вернемся прежде, чем мама и папа снова начнут строчить мне сообщения. *** Обратный путь к дому и подъем на лифте прошли в угрюмой тишине. Сяо Чжань просто не мог понять этого подростка. В одну минуту они ладили друг с другом, почти как друзья, а в следующую Ибо уже был в самом скверном настроении. И не то чтобы Сяо Чжань сделал ему что-то плохое! Он списывал это на подростковый возраст, но не было ли тут чего-то еще? Они вышли из лифта на девятом этаже и пошли по коридору. Ибо выуживал ключ из кармана у входной двери, когда Сяо Чжань остановился рядом с ним и сказал: — Эй, Ибо. Ибо развернулся к нему лицом. — Чего, — ответил он ровным голосом. — Ты… ты в порядке? Они смотрели друг на друга добрых несколько секунд. Сяо Чжань не мог понять, о чем думал этот парень. Ибо выглядел так, как будто собирался что-то сказать, но потом закатил глаза. — Я в порядке, — сказал он голосом, полным сарказма, затем открыл входную дверь, вошел внутрь и плотно запер ее за собой. Сяо Чжань уставился на дверь. Он подумывал постучать. Конечно, Ваны пригласили бы его к себе. Но вскоре он услышал, как мать Ибо жалуется на то, что тот так поздно катается на скейте. Сяо Чжань поднял было кулак к двери, но затем снова опустил его. Он думал об этом слишком много. Ибо просто был еще одним капризным подростком, и его поведение усугублялось тем, что он все еще скучал по дому. Сяо Чжаню не нужно было вмешиваться больше, чем он уже это сделал. Он прошел несколько шагов до собственной входной двери и вошел в квартиру. По крайней мере, завтра он будет свободен от Ибо, так как у него свидание с Чуюэ. Эта мысль должна была заставить его почувствовать себя лучше, но по какой-то причине этого не произошло. Ближе ко сну Сяо Чжань сел, опираясь спиной на подушки и положив на колени свой ноутбук — единственный источник света, освещающий темную спальню. Орешка свернулась калачиком рядом с ним. Отправив последнее электронное письмо, он уже собирался выключить устройство, когда его охватила глубокая ностальгия. Он поискал нужную папку в памяти ноутбука. А, вот она, с надписью «Париж», создана почти четыре года назад. Там было больше сотни фотографий. Пер-Лашез, Венсенский лес, Елисейские поля, ночной Монмартр… Он был там с одноклассниками и хорошо проводил время, но вспомнил, как его поразило, что некоторые места в этом городе казались созданными специально для пар. Возможно, Сяо Чжань действительно начал чувствовать себя одиноким. Как ему хотелось вернуться туда снова… может быть, с кем-то особенным.