Рука в перчатке / Hand in Glove

Сяо Чжань снова не мог сосредоточиться на работе. Он не спал прошлой ночью, но огромный стакан кофе, купленный им, только взволновал, а не зарядил энергией. Он отменил большую часть своих утренних встреч и сидел за столом с печалью и замешательством на лице. Начальник заметил его необычное поведение и предложил взять больничный. Сяо Чжань солгал, настаивая на том, что с ним все в порядке. Он все равно не смог бы отдохнуть, если бы остался дома. Конечно, Ибо ушел в школу, а его родители тоже ушли на работу, но просто эта близость… Черт, теперь собственная квартира напоминала ему об Ибо и не было ни единого мгновения, когда бы Ибо не был на первом месте в его мыслях. Сяо Чжань отправил Ибо сообщение, хотя и знал, что это бесполезно. По вторникам у того были занятия танцами, но Сяо Чжань все равно спросил, можно ли зайти к нему поговорить после тренировки. По прошествии нескольких минут молчания он понял, что Ибо не собирается отвечать. Юй Бинь был единственным, кто знал об этой ситуации. Сяо Чжань чувствовал, что взорвется, если не обсудит это с кем-нибудь и написал ему: «Я разорвал отношения с Ибо, но все еще чувствую себя дерьмово». Юй Бинь ответил: «Это называется СОЖАЛЕНИЕ, потому что у вас ничего не было. Позвони ему и трахни его, хватит уже этого грустного дерьма». Сяо Чжань некоторое время пялился на это сообщение. Это был либо самый лучший, либо самый худший совет, который он когда-либо получал. Вздохнув, он отправился на ранний и долгий обед в одиночестве.

***

Вернувшись домой после бесконечного рабочего дня, Сяо Чжань вошел в лифт и нажал кнопку девятого этажа. Какой-то мужчина громко разговаривал по телефону, нетерпеливо нажимая кнопку «шесть». Госпожа Ван забежала в лифт как раз перед тем, как двери закрылись, держа сумку с продуктами. Она выглядела настолько поглощенной своими мыслями, что Сяо Чжань испугал ее, поздоровавшись. — О, Сяо Чжань! Извини, я тебя не заметила. Как я могла не заметить, правда? Ты такой высокий — она похлопала его по руке, прежде чем поставить свою сумку у ног. Двери лифта закрылись, и они медленно поехали вверх. Сяо Чжань вежливо улыбнулся ей. — Вы ходили за продуктами, как я вижу? — Да, я готовлю одно из любимых блюд Ибо. — О, — сказал Сяо Чжань, изо всех сил стараясь вести себя естественно. — Есть повод? — Нет, ничего особенного, — ответила она, а намек на прежнюю озабоченность снова омрачил ее лицо. Мужчина с телефоном разразился горьким смехом, разгоряченно объясняя, почему менеджер его любимой футбольной команды должен быть уволен. Когда он вышел на шестом этаже, госпожа Ван повернулась к Сяо Чжаню. — Извини, что влезаю, Сяо Чжань, но я должна спросить. Ты же довольно близок с Ибо, верно? Сяо Чжань тяжело сглотнул, в голове зазвенел тревожный звоночек. Паника сдавила его грудь. Она продолжила. — Ты бы сказал мне, если бы с ним было что-то не так, правда ведь? Если бы случилось что-то плохое? Сяо Чжань молчал. Его захлестнула огромная волна вины. Если госпожа Ван так волновалась, то, должно быть, у Ибо действительно не все в порядке. — Он не захотел идти на танцы сегодня, — нахмурилась она. — Он никогда не был таким. Его что-то беспокоит, но он не говорит. Двери открылись на девятом этаже. Сяо Чжань вежливо позволил ей выйти первой, а затем последовал за ней. Ему стало стыдно. Как он мог сказать ей, что это он был источником страданий Ибо? Повернувшись, чтобы видеть лицо Сяо Чжаня, мать Ибо заставила себя улыбнуться и покачала головой. — Ах, я глупая, теперь заставила и тебя волноваться, — она похлопала его по плечу, как будто это он нуждался в утешении. — Мне правда очень жаль, — наконец сказал Сяо Чжань, чувствуя ком в горле. — О, наверное ничего страшного, — сказала она, отмахиваясь от извинений. — Должно быть, я слишком остро реагирую. — Она порылась в сумочке в поисках ключа. — Хорошего вечера, Сяо Чжань. Передай Орешке от меня привет. Она зашла в свою квартиру и закрыла дверь. Сяо Чжань на мгновение остановился в коридоре. Ему было интересно, как бы она отреагировала, если бы он сказал ей правду. Прокляла бы его? Ударила? Поблагодарила бы его за отказ от отношений с Ибо? Вздохнув, он зашел в свою квартиру и долго обнимался с Орешкой.

***

Сяо Чжань решил, что позвонит Ибо в среду, когда тот вернется с танцев, и попросит о разговоре. Но в среду вечером в доме Ванов царила полная тишина. Может они всей семьей пошли куда-то после танцев Ибо? Ему в голову приходили самые дикие сценарии. Ибо снова убежал и родители отправились его искать. Родители узнали о Сяо Чжане и отвели Ибо к врачу. Они обо всем узнали и вернулись в Лоян. Ибо до сих пор не отвечал на сообщения, но Сяо Чжань отправил еще одно, на этот раз более настойчивое и отчаянное. «пожалуйста, мне нужно увидеть тебя. можно сегодня?» Ответа не было. Когда телефон загудел от звонка, он сразу же ответил, не обратив внимания, кто звонит. — Ибо, прости. Слушай, я… — Ибо? — воскликнула Лулу. — Зачем тебе извиняться перед ним? Сяо Чжань с трудом сглотнул. — Ах, Лулу. Я собирался позвонить тебе, но был так занят работой и… — Сяо Чжань, — резко сказала она. Она почти никогда не называла его полным именем. Это не было похоже на начало приятного разговора. — Я говорила с Чуюэ. Сяо Чжаня охватило чувство вины. Он был так занят мыслями об Ибо, что даже не придумал, что сказать Лулу о расставании с Чуюэ. — Ты действительно заставил Юй Биня расстаться с ним для тебя через сообщение? — недоверчиво спросила она, и ее голос взлетел на несколько тонов выше, чем было приятно для слуха Сяо Чжаня. — Это вышло случайно. Я не ожидал, что Юй Бинь сделает это! Но после я позвонил Чуюэ и спросил, не хочет ли он встретиться, чтобы поговорить и… Лулу перебила его. — Я просто хочу знать одну вещь, Сяо Чжань. — А? — Почему? — спросила она с полнейшим недоверием в голосе. Сяо Чжань потер лоб. Он не мог назвать надлежащей причины. Все, что он придумывал, звучало просто смешно, а правда была еще хуже. Он влюбился в своего нахального соседа? Который, наверное, теперь ненавидит его? — Я… между нами не было искры, — выдавил он, используя фразу Хайкуаня. Технически это была правда. — Искры? Я правильно тебя поняла? — спросила она почти насмешливо. — Потому что Чуюэ рассказал мне, что у вас с ним было много искр в спальне во время игры. Помнишь, когда ты дал ему рубашку взамен той, которую блондинистый засранец испортил во время инцидента с соусом? Блондинистый засранец? Сяо Чжань постоянно называл Ибо засранцем, но это слово из чужих уст заставило его ощетиниться. — «Засранец»? Лулу, это вышло случайно! Он извинился, — солгал Сяо Чжань, защищая Ибо. — Какой в задницу несчастный случай! Он сделал это намеренно! О, сначала он выглядел милым и невинным, но он явно мелкий возмутитель спокойствия. Даже ты признал это на игровом вечере у Юй Биня! Сяо Чжань не хотел слышать, как она оскорбляет Ибо, которого видела буквально только один раз. — Я сказал это, когда сам едва его знал. Он не такой, ясно? — Ха! — фыркнула она, и с каждой секундой ее тон становился все более горьким. — Ты серьезно защищаешь этого подростка? Ты знаешь, как говорится, с кем поведешься… Может быть, ты впадаешь в детство, просто проводя с ним время. И вообще, я не хочу слышать об этом мальчишке. Чуюэ… — Господи, у тебя все Чуюэ! — рявкнул Сяо Чжань. — Если тебе так нравится Чуюэ, почему бы тебе самой не начать встречаться с ним? Попроси у Цзыи разрешение на открытые отношения и закрой уже эту тему! — Что? — Лулу практически закричала ему в ухо. — Что, черт возьми, ты говоришь? Я люблю Чуюэ как друга, тупица! И я свела вас двоих, потому что думала, что ты заслуживаешь кого-то милого, дружелюбного и заботливого, но ты явно его не заслуживаешь! Если ты собираешься вести себя таким образом, может быть, ты заслужил быть одиноким, Сяо Чжань! Сяо Чжань почувствовал себя так, будто его ударили под дых. Сюань Лу никогда не говорила с ним так. От шока и обиды его челюсть отвисла. Прежде чем успел ответить, он понял, что Лулу повесила трубку. Он тяжело вздохнул, отложив телефон. Казалось, что он каким-то образом разрушал все отношения, которые хоть что-то для него значили. Орешка прижалась к нему, и он долго сидел на диване, закрыв глаза.

***

Почти без четверти полночь он услышал, как Ваны возвращаются домой. По крайней мере, он слышал родителей. Сяо Чжань насторожился, чтобы услышать, был ли с ними Ибо, его ухо практически прижалось к стене между квартирами. Он слышал, как родители обсуждали конец недавно вышедшего фильма. Значит, они, должно быть, ходили в кино. Он почувствовал облегчение, когда услышал, как отец сказал: — Все в порядке, Ибо, я вынесу мусор. Это было маленькое чудо, но похоже, Ибо ничего не рассказал им о Сяо Чжане. Если бы он это сделал, родители бы немедленно ворвались к тому домой, чтобы отчитать. А Сяо Чжань не выдержал бы еще одной гневной разборки после телефонного разговора с Лулу. Зная, что уже слишком поздно идти в гости, он пошёл в спальню и попытался уснуть.

***

В четверг Сяо Чжань проснулся в боевой готовности. Он принес с собой в офис более крепкий кофе, чем обычно, и умудрился сосредоточиться на работе. В то утро он сделал больше, чем за предыдущие три дня, и все это время обдумывал план действий. Он засунул телефон подальше и отключил уведомления, чтобы не отвлекали его от работы, но достал его, как только оказался в магазине товаров для творчества в центре города. Он перепроверил записанные измерения и направился в соответствующий отдел. Найдя там то, что ему было нужно, он уже было собирался к кассе, когда заметил выставленные на распродаже альбомы для рисования. И решил, как говорится, что альбомов много не бывает. Расплатившись, он радостно попрощался с кассиршей. Выходя из магазина, он получил сообщение от Цзыи. «Привет. Лулу расстроена, и я знаю, что ты тоже. Я была рядом с нею, когда она разговаривала с тобой. Она действительно нанесла тебе удар ниже пояса. Я просто хотела убедиться, что ты в порядке. Она может ляпнуть, не подумав, когда злится. Надеюсь, вы двое скоро все уладите. <3» Это была общая черта Сяо Чжаня и Лулу — слетать с катушек, когда они злились. К счастью, они редко направляли эту злость друг на друга. Он также понял, что должен извиниться перед Цзыи за то, что сказал. Поэтому он ответил ей: «Спасибо, я в порядке. И извини за ту глупость, которую я сказал о ней и Чуюэ. Я поговорю с Лулу через несколько дней».

***

Вернувшись домой, он сел за стол и приступил к работе с купленными предметами, а Орешка тем временем с любопытством за ним наблюдала. Этот проект был долгожданным отвлечением от размолвки с Лулу. Удовлетворившись результатом, Сяо Чжань упаковал его и переоделся в белый свитер крупной вязки, который ему очень шел, и джинсы. Он не видел Ибо целых два дня. Целую вечность. И эта вечность заканчивалась сегодня. В восемь часов вечера, вскоре после того, как Ваны поужинали, Сяо Чжань вышел в коридор с плоским пакетом, плотно зажатым под мышкой, направился к их двери и постучал. — Ах, Сяо Чжань! — тепло приветствовал его отец. Мать Ибо крикнула ему привет из кухни, где мыла посуду. Это придало Сяо Чжаню немного уверенности в том, что он, похоже, пользуется благосклонностью родителей. — Входи, пожалуйста! Пришел бы чуть раньше и мог бы присоединиться к нам за ужином. — Спасибо, это мило с вашей стороны. Ибо пригласил меня поиграть в видеоигры, ничего, если я просто войду? Отец улыбнулся. — О, конечно, давай. Я заварю чай и принесу вам. — Нет, правда, все в порядке! Я не хочу доставлять вам слишком много хлопот, — настаивал Сяо Чжань, проходя через гостиную в сторону комнаты Ибо. Господин Ван снова занял свое место на диване и принялся смотреть какое-то громкое развлекательное шоу по телевизору. Сяо Чжань тихонько постучал в дверь Ибо. Ответа не было. Он постучал с чуть большей силой. Опять ничего. Мог ли Ибо заснуть сразу после ужина? Его родители, естественно, не впустили бы Сяо Чжаня, если бы это было так. Сяо Чжань приложил ухо к двери, но услышал лишь полную тишину. Он осторожно повернул ручку и открыл дверь. Ибо сидел на своей кровати, скрестив ноги и повернувшись спиной к двери. Неудивительно, что он ничего не слышал, ведь на нем были большие наушники под странным капюшоном его… комбинезона с коровьим принтом? Его пижамы? Сяо Чжань рассмеялся бы, если бы ситуация не была такой серьезной. Он увидел, что Ибо собирает Лего. Сяо Чжань обошел вокруг кровати и помахал рукой перед его лицом. Появление Сяо Чжаня настолько напугало белокурого подростка, что тот выругался и уронил детали, которые держал в руках. Сяо Чжань понял, что это был «Тысячелетний Сокол», который они начали собирать несколько недель назад. Но вместо того, чтобы продолжать собирать, Ибо разбирал его на части. Парнишка сорвал с себя наушники и закричал, раскрасневшись от злости: — Мои родители впустили тебя? Как? — Я просто попросил разрешения войти. Ибо сердито уставился на него и указал на дверь. — Ладно, теперь ты можешь уйти! Я не хочу, чтобы ты был здесь. — Слушай, я понял… — Нет, ты не понял! Зачем ты вообще пришел сюда? Ты уже сказал, что я тебе не нравлюсь. О чем тут еще говорить? — Ибо, я никогда не говорил ничего подобного. — Ой, заткнись. Ты сказал то, что сказал, — ответил Ибо, нахмурившись. Он с новой силой отсоединил еще несколько частей «Сокола», небрежно отбрасывая детали в сторону. — Хм, я думал, ты не примешь отказа, Ибо, — поддразнил Сяо Чжань, надеясь поднять ему настроение и медленно садясь на кровать лицом к нему. Но кислое выражение лица Ибо не никуда не делось. Ладно, легкий юмор явно не был панацеей. — Послушай, я на самом деле хочу извиниться перед тобой. Я не должен был срывать на тебе свое раздражение тогда в кафе. Прости, Ибо. Ибо продолжал неподвижно пялиться на разбросанные детали Лего. Сяо Чжань откашлялся. — Я все обдумал, — неуверенно начал он и почувствовал, как его собственные ладони начинают потеть, удерживая маленький пакет, который он принес с собой. Он проклинал себя за то, что выбрал такой теплый свитер. — И… я знаю, что уже извинился, но… это еще не все. — Он достал из пакета небольшой сверток и протянул его Ибо. — Я принес тебе кое-что. Ибо взглянул на пакет, квадратный и плоский, завернутый в зеленую папиросную бумагу. — Я не хочу это, — заявил он, но при этом не отводил от пакета глаз. — Пожалуйста? — попросил Сяо Чжань, протягивая руку вперед так, что подарок теперь парил прямо над скрещенными ногами Ибо. Наконец Ибо взял его и повертел в руках, все так же неуверенно. Он выдохнул через нос и разорвал бумагу, явно дав Сяо Чжаню понять, что всего лишь делает ему одолжение. Обнаружив обратную сторону белой фоторамки, Ибо перевернул ее и увидел простой акварельный рисунок светловолосого мальчика на планете. Сяо Чжань нарисовал эту картинку в кафе, когда не мог выкинуть мысли об Ибо из головы. Ибо молчал несколько очень долгих минут. — Это я, — наконец сказал он, все еще будучи настороже, но выражение его лица немного смягчилось. — Но я совсем один на этой планете. — Не обязательно. У тебя там есть несколько цветков. И у тебя есть звезды и солнце, которые любуются на тебя сверху. Ты слышал о Маленьком принце? — Нет, — ответил Ибо, водя по рисунку тонкими пальцами. — Я взял за основу стиль иллюстраций оттуда. У меня есть эта книга и я могу дать ее тебе почитать. Глаза Ибо были прикованы к рисунку. Более тихим голосом, чем обычно, он спросил: — Зачем ты нарисовал меня? — Я… — Сяо Чжань сделал паузу, чувствуя тяжесть решения на языке. Казалось, даже Ибо это заметил, поскольку в ожидании поднял взгляд от рисунка. Сяо Чжань продолжил. Настал тот самый момент. — Ты много значишь для меня, Ибо. Я… мне больно было не видеть тебя последние два дня. И я не могу перестать думать о тебе, даже когда знаю, что не должен, — Сяо Чжань вытер потные ладони о свои джинсы и посмотрел Ибо в глаза. — Ибо, ты мне нравишься. И, может быть, я не совсем готов к тому, что это значит для нас, но… я бы хотел попробовать. В смысле, если ты все еще хочешь этого. Ибо застенчиво отвел глаза от Сяо Чжаня и снова посмотрел на рисунок в рамке, лежавший у него на коленях. — Ты уверен? — спросил он с легким трепетом в голосе, снова подняв взгляд. — Конечно, я уверен, — ответил Сяо Чжань. Он вытер пот со лба и расплылся в улыбке. — Разве ты не видишь, как я волнуюсь? Я весь вспотел! Это наконец заставило Ибо улыбнуться. Он держал рисунок перед собой, а его пальцы бегали вверх и вниз по краям рамки. — Бьюсь об заклад, Чжань-гэ привык выслушивать признания от сотен людей, но не привык сам признаваться, — легким поддразнивающим голосом сказал подросток. — Пф. Ну, я уж точно не привык признаваться маленькой коровке, — Сяо Чжань протянул руку и ущипнул Ибо за колено с коровьим принтом. Ибо вздрогнул и хлопнул его по руке. — Отвали, это моя пижамка для успокоения нервов. И это твоя вина, что я вообще ее надел! — он драматично нахмурился. — Ладно, в любом случае ты выглядишь очаровательно. — Хватит издеваться, — Ибо потянулся, чтобы ударить его по руке. — Я не издеваюсь! — настаивал Сяо Чжань. — Я и правда думаю, что ты выглядишь мило. — Ты должен мне за то, что заставил так сильно расстраиваться, — Ибо демонстративно надулся, оттопырив нижнюю губу. — Подарка недостаточно? Что ж, у меня есть и другие рисунки тебя, менее мультяшные, более портретные. Я думал, этот тебе понравится. И это не просто подарок ради извинения, я действительно хочу, чтобы он был у тебя. А книгу дам тебе позже. Я не хочу рассказывать слишком много, но это о пилоте, самолет которого потерпел крушение в пустыне, где он увидел белокурого мальчика, который на самом деле… Ибо прервал его. — Чжань-гэ? — А? — Почему бы тебе просто не заткнуться и не поцеловать меня? Сяо Чжань не мог сдержать улыбку. Дайте этому парню сразу перейти к делу. Его порывы казались естественными и приятными, легко снимая напряжение в комнате. Сяо Чжань придвинулся ближе, не обращая внимания на детали Лего, впившиеся в его колени. Он протянул руку, чтобы погладить щеку Ибо. Его сердце затрепетало в груди, когда тот медленно закрыл глаза и уткнулся лицом в ладонь. Как он вообще мог отказать этому прекрасному созданию? Он наклонился и прижался губами к губам Ибо. Возможность сделать это снова была похожа на сон. Несмотря на то, что они целовались раньше, теперь это действительно было похоже на начало чего-то нового. Он оставлял нежные поцелуи на мягких пухлых губах, ощущая трепет, с которым те прижимались в ответ. Рот Ибо слегка приоткрылся, и Сяо Чжань медленно облизал его губы, прежде чем просунуть язык внутрь. Руки Ибо обвились вокруг него, притягивая ближе. Их поцелуи стали более интенсивными, и Ибо начал издавать тихие стоны. На мгновение он отстранился, чтобы положить рисунок в рамке на тумбочку, прежде чем придвинуться еще ближе, словно хотел оказаться у Сяо Чжаня на коленях. Тот улыбнулся, но сдержал его. — Ибо, твои родители буквально по ту сторону двери. — Тогда пойдем к тебе, — Ибо обвил руками шею Сяо Чжаня и украдкой поцеловал нижнюю губу Сяо Чжаня, крепко прижавшись к маленькой родинке под губой. Судя по тому, как он это сделал, Сяо Чжань понял, как давно ему этого хотелось. Ощущение тепла тела Ибо так близко начинало оказывать влияние на Сяо Чжаня, но в данный момент определенно было не место и не время для всего этого. Как бы ни было трудно не быть рядом с ним, Сяо Чжань медленно отодвинулся, положив руку на плечо Ибо. — Ибо, нам нужно установить некоторые основные правила. — Что ты имеешь в виду? — Мы не будем спешить. Ибо фыркнул. — Да ладно, девственник. — Что? — Сяо Чжань покачал головой, глядя на этого глупого ребенка. — Нет, я серьезно. Поцелуи — это все, что мы собираемся делать в ближайшем будущем, хорошо? — Ты так себя ведешь со всеми своими… — Ибо резко оборвал фразу, до него кое-что начало доходить. — Погоди, а что насчет того парня Чуюэ? — Он больше не в счет. Ибо медленно кивнул, задумчиво покусывая ноготь. Через некоторое время он спросил: — Он тебе нравился? — Честно говоря, у него не было шансов. Мои мысли уже были заняты кое-кем другим, но я не хотел себе в этом признаваться. Мать Ибо что-то громко прокомментировала из гостиной. Услышав ее, Сяо Чжань немного отрезвел. Он задавался вопросом, сможет ли он сам до конца смириться с тем фактом, что он встречается с пацаном. Почувствовав напряжение Сяо Чжаня, Ибо сжал его руку. — Я могу рассказать им о нас. Ты им нравишься, и я уверен, что все будет хорошо. Сяо Чжань выдавил из себя улыбку, но все равно почувствовал прилив беспокойства. Он не был уверен, что готов к этому разговору. — Это я должен рассказать им. Но... может быть, не так сразу... — Тогда позже, — сказал Ибо. — Они не будут против, гэгэ. Поверь мне. Сяо Чжаню хотелось бы в это верить. Он встал с кровати, не желая прощаться, но чувствуя облегчение от того, как складываются их отношения. Прежде чем он отошел еще дальше, Ибо схватил его за руку. — Погоди, это значит, что мы бойфренды? Сяо Чжань ухмыльнулся. — Я думал, что подростки в наши дни не вешают ярлыки, — поддразнил он. — Ты прав, — согласился Ибо, а его щеки залил румянец. — Я просто спросил ради тебя. И в любом случае все не так, потому что мы еще даже не ходили на наше первое свидание. — Хм, а в эту субботу ты не свободен ли случайно? — спросил Сяо Чжань, подмигнув. — Как насчет завтра? Сяо Чжань рассмеялся. — Я слишком сильно устаю на работе к вечеру пятницы. Лучше в субботу. Но ты все равно можешь прийти завтра, если хочешь. — Конечно хочу, — сказал Ибо с яркой улыбкой на лице. — Вообще-то ты должен дать мне ключ от своей квартиры. — Ты слишком спешишь, — рассмеялся Сяо Чжань. — Пока, Ибо, мне пора идти. — Нет, подожди! Ты должен поцеловать меня на ночь, — Ибо посмотрел на него теплым, манящим взглядом. Сяо Чжань демонстративно вздохнул, но наклонился, чтобы поцеловать его на прощанье. Ибо попытался притянуть Сяо Чжаня обратно на кровать, но тот оказал сопротивление. Вместо этого он натянул коровий капюшон с рогами на глаза Ибо, заработав пару шлепков по руке, и оба придурочно рассмеялись, а затем Сяо Чжань сказал: — Мне нужно идти. Спокойной ночи, Ибо. Ибо слегка надулся, прежде чем улыбнуться. — Напиши мне. Или позвони мне. Или давай поболтаем по видеосвязи сегодня вечером. — Я не могу сидеть допоздна, сегодня вечер буднего дня. А тебе завтра в школу, — он постарался не вздрогнуть от последней части предложения. — Ладно, увидимся завтра. И спасибо за рисунок, он мне очень нравится. Сяо Чжань улыбнулся и помахал рукой на прощание, прежде чем выйти из комнаты. Он закрыл дверь в спальню Ибо и попытался придать лицу нормальное выражение, а не влюбленное, после чего вдохнул и медленно выдохнул. Впервые за долгое-долгое время он чувствовал себя по-настоящему счастливым.