Здесь и сейчас

Я не могу ничего сейчас рассказывать. Д.М. Письмо пришло от Драко на следующее утро. Тео проснулся в своей спальне, хотя не помнил, как в ней оказался. Последнее, что он запомнил, болезненный разговор с отцом и собственные рыдания. Горло саднило, подушка была влажной от слёз, а в груди стоял ком. Он написал короткую записку Блейзу с просьбой поскорее встретиться. Все школьные разногласия теперь казались такими незначительными. Пальцы дрожали, чернила расползались, и Тео злился на себя за эту слабость. Они все были в смертельной опасности, в такой же, как и маглорождённые. И если Лорд узнает, что их поколение не поддерживает его взгляды, погибнут не только они, но и их родители. В крайнем случае их будут пытать и ломать, превращая в послушных исполнителей чужой воли. Их будущее распадалось на три мрачных тропы: умереть, поддерживать убийства, и самое худшее, самому убивать невинных людей. От одной этой мысли хотелось истошно кричать. Письмо от Блейза пришло моментально. Я прибуду в 20:00. Открой камин. Б.З. Отца снова не было дома. Тео весь день шатался, не зная, чем себя занять. Он не ел, из-за нервов каждая мысль о еде вызывала отвращение. Не мог сосредоточиться на чтении. Даже проиграл партию в шахматы старому домовику Ричарду, а ведь с десяти лет он всегда его обыгрывал. Выслушал от того же Ричарда сердитое нравоучение по поводу своей голодовки, ответил Пенси на письмо, которое она прислала ещё день назад, спрашивая, как дела, и тревожась, что Драко ей не отвечает. В доме стояла тишина и Тео вздрагивал от любого шороха. Дорогая Пенси! У меня всё отлично, рад оказаться дома и отдохнуть от общежития. Драко приболел и не хочет тебя расстраивать, поэтому не отвечает на твои письма. Но не беспокойся, скоро я его навещу. Как твои дела? Не скучно одной в Хогвартсе? Жду твоего ответа! Т.Н. Вечером прибыл Забини. — Ровно восемь, — произнёс Тео. — По тебе можно часы сверять. — И тебе привет, — пробурчал он, отряхивая мантию. — Я думаю, нам есть о чём поговорить. — Слушай, друг, я понимаю, она твоя подруга, но давай не будем наши с ней отношения путать с нашими с тобой, — Забини потёр глаза. — Да, я поступил подло, но я просто боялся с ней расстаться. — Блейз, остановись. Я позвал тебя не за этим. — Зачем тогда? — Я думаю, у нас появились более серьёзные проблемы. — Можно конкретнее? — Твоя мама уже рассказала, что хочет забрать тебя в Италию… насовсем. — Глупости. Тебе-то откуда это знать? — Мне сказал отец. И ты не один, кого хотят увезти. Папа хочет спрятать меня в Австралии. — Что? — Блейз присел в кресло, пока Тео всё ещё стоял, не шевельнувшись с момента, как друг появился из камина. — Когда? — Возможно, разрешит полностью закончить шестой курс. Он сказал, что посмотрит по обстоятельствам. — Как же Драко? — Блейз рассуждал так же, как и Тео, они оба не могли бросить друзей в опасности. — Бедная Пенси… я могу забрать её с собой. — Без Драко она никуда не поедет, — Нотт покачал головой и наконец-то прошёл вглубь комнаты, присаживаясь на соседнее кресло. Повисла тишина; каждый пытался придумать решение. — Всё настолько плохо? — Тео кивнул. — Что говорит Эдмунд? — Лорд живёт в Малфой-меноре. — Блять. — Я боюсь, что меня скоро поведут с ним знакомиться. — Блять, — повторил Блейз и глухо спросил: — И что ты будешь делать? — Думаю, у меня нет выбора. Они просидели в молчании почти час, каждый погружённый в свои мысли, как в ледяную воду, пока из камина не появился Эдмунд Нотт. — Сын. Блейз, — поприветствовал он парней. — Рад тебя видеть, — он протянул руку к Забини. — Взаимно, мистер Нотт, — ответил тот на рукопожатие. — Ты присоединишься к нам на ужин? — Извините, не могу. Обещал матушке отужинать с ней, — Тео закатил глаза, услышав резко переменившуюся манеру речи друга. — Что ж, очень жаль. Передавай привет Элоизе. — Обязательно передам, мистер Нотт, — произнёс Блейз. — Думаю, мне пора, — Забини направился к камину, взяв с кофейного столика летучий порох. — До свидания, мистер Нотт, — он переступил решётку камина. — Тео, — Блейз кивнул другу и исчез в зелёном пламени. — Надеюсь, ты не откажешься от ужина. — Не откажусь. — Ричард! — В гостиной появился старый домовик. — Да, мистер Нотт, — прогнусавил он. — Подай ужин в малой столовой, пожалуйста. — Через десять минут будет готово, сэр, — произнёс Ричард и с хлопком исчез. — Пожалуй, переоденусь к ужину, — Эдмунд окинул взглядом Тео, одетого в пижаму. — Тебе тоже не мешало бы, — Нотт-старший направился вверх по лестнице.

***

Как всегда, стол был полностью уставлен разными блюдами. Каждый раз, когда приезжал Тео, Ричард готовил огромное количество еды, так он выражал свою любовь к младшему Нотту. Конечно же, Тео несколько раз просил его не надрываться, но старый домовик только отмахивался, и сильно обижался, если Тео мало ел. Ароматы жареного мяса, свежего хлеба и пряных трав сплетались воедино, наконец-то Нотт младший почувствовал голод. Когда Тео повзрослел и смог о себе позаботиться, Эдмунд освободил эльфов; только Ричард не пожелал покидать семью Ноттов, так и остался им прислуживать. Он наотрез отказался от выходных и денег, всё повторял, что уже слишком стар и ему нравится его жизнь. Единственное, что изменилось: он перестал называть Эдмунда хозяином, и то им пришлось три года его переучивать. Ещё они заказали у личного портного ему брюки и рубашку, и теперь он не носил унизительную наволочку. Тео сел за стол напротив отца; ужинали они в тишине, перебросившись лишь несколькими фразами об идеально приготовленном Ричардом стейке. В конце ужина Эдмунд налил в бокалы вино. — Давай выпьем, — произнёс старший Нотт и пододвинул к Тео один из бокалов. Снова повисла тяжелая тишина. — Говори уже, пап, — нарушил её Тео. — Гхм-м, — откашлялся Эдмунд перед тем, как начать. — Извини меня, сын, — начал он. — Я тебя не уберёг, — отец опустил лицо на ладони. Тео впервые увидел его настолько подавленным; его лицо никогда раньше не отражало столько усталости и вины. — О чём ты говоришь? — Лорд хочет с тобой познакомиться, — Тео не смог ничего ответить: он просто потерял дар речи от этого заявления. — Нужно было отправить тебя в Австралию сразу же, как он вернулся. Извини меня, — отец убрал руки от лица, но голову не поднял. Он выглядел как ребёнок, который что-то натворил, будто они с сыном поменялись местами. — Когда? — хрипло спросил Тео. — В новогоднюю ночь. Но я всё решу, сын. Мы отправим тебя завтра же подальше отсюда. Вначале ты спрячешься в Италии у мисс Забини. А после я договорюсь о твоём… — Я никуда не поеду, — перебил его Тео. — У тебя нет выбора, — Эдмунд посмотрел на него тяжёлым взглядом. — Ты не пойдёшь к нему в логово. — Я. Не. Поеду, — громко проговорил Тео, в его голосе слышалось отчаяние. — Ты вообще меня слышишь?! — взревел Нотт-старший. — Я не позволю ему тебя тронуть. — Отец, это ты меня не слышишь! Я не поеду! Я не брошу тебя и друзей! — Ты не понимаешь: он заставит тебя принять Метку! Заставит делать ужасные вещи для него! Или убьёт за неповиновение! — Почему ты сам не ушёл? В самом начале? Зачем ты принял Метку? — сорвался на крик Тео. — Они угрожали мне. Угрожали жизнью твоей матери. Я не мог её потерять. И не могу потерять ещё и тебя! — Эдмунд посмотрел на сына стеклянными глазами. — Почему ты мне не рассказывал этого? — уже тихо спросил Нотт младший. — Зачем? Он исчез, и я хотел забыть об этом как о страшном сне. Но теперь… — он сглотнул. — Теперь он вернулся и готов отобрать последнее дорогое, что у меня есть в жизни. — Я всё равно не уеду. — Значит, я заставлю тебя! — И что потом? Тебя убьют! Драко убьют или заставят делать ужасные вещи. Я не брошу вас! Если ты меня вышлешь из Англии, я всё равно сбегу и вернусь. Ты не сможешь посадить меня на цепь. — И что ты предлагаешь? — полукриком проговорил Эдмунд. — Отправить тебя на гибель? Примешь Метку и пойдёшь убивать маглорождённых? — Нет! Конечно, нет! — Он заставит тебя. Будет манипулировать близкими. И смертью. Ты этого хочешь? — Конечно, нет! — А если не будешь выполнять его приказы убьёт их. Подумай о Гермионе, — Тео передёрнуло от прозвучавшего имени, сердце болезненно свело. — Он не сможет добраться до неё. Она в безопасности в Хогвартсе. — Это место безопасно только пока Дамблдор жив. Боюсь, это скоро изменится. — Что ты такое говоришь? Он самый могущественный волшебник, он победил Гриндевальда. Его не смогут убить. — Лорд… — Прекрати его так называть! — закричал Тео. — Он Волдеморт. — Не произноси это имя! — так же громко сказал отец. — Это небезопасно! — Он вздохнул и продолжил более тихим голосом: — Скоро на его имя наложат табу. Теперь уже была очередь Тео опустить голову на ладони, закрыв лицо. Мир сузился до тяжёлого дыхания и глухого стука крови в висках. — Я пойду к нему, — прошептал он. — Ты не можешь. — Я смогу о себе позаботиться. Я не оставлю тебя. — Я позже сбегу с тобой, сын. — Ты врёшь. Я знаю тебя. И он убьёт тебя. — Не убьёт, обещаю тебе. — Я тебе не верю. Я пойду на встречу с ним. Разговор окончен, — он встал из-за стола и направился к выходу. — Нет, он не закончен! — Эдмунд поднялся со стула, но Нотт младший продолжил свой путь. — Тео! — прокричал он. — Теодор! — Но в ответ он услышал только хлопок закрывающейся двери.

***

Тео ценил дружбу, возможно, даже чересчур. Ведь кто в здравом уме откажется от собственной безопасности ради друга? Тео надел всё чёрное, на ужин со смертью. Со смертью своей прошлой жизни. Шанс, что Драко выбрал бы в такой же ситуации дружбу, был мал, но Тео, не он. Поэтому он затянул галстук на своём горле так, что стало тяжело дышать. Может, тогда его паническая атака останется комом в горле и в хаотичных глубоких вздохах, а не вырвется наружу. «Ты всего лишь ребёнок», — повторял ему отец последние несколько дней. Эдмунд продолжал уговаривать его отправиться в Италию, но Тео был непреклонен. И сегодня эта просьба повторялась уже раз десятый, а может, и двадцатый. Нотт младший спускался по главной лестнице, у основания, сжав пальцы в крошечные кулаки, стоял рыдающий во всё горло Ричард. Тео лишь мягко постучал ему по плечу и ответил, что скоро вернётся, на что старый домовик ещё громче заплакал, захлёбываясь всхлипами. В каминном зале его ждал отец, так же облачённый во всё чёрное. Волдеморт не выходил из Малфой менора, негласно провозгласив его своей цитаделью. Особняк встретил их зверским холодом, змеи ведь холоднокровные животные. Темнота стояла плотной стеной, лишь одна свеча горела в углу, освещая бледные, как у трупов, лица четы Малфоев. Драко был с опущенной головой и даже не поднял её, пока его родители приветствовали прибывавших «друзей». В доме пахло сыростью и чем-то металлическим, похожим на кровь, и от этого у Тео челюсть свело так, что заныли зубы. Что же он с тобой сделал, Драко… — промелькнуло в мыслях Тео. Они с отцом прибыли одними из последних, Эдмунд до конца надеялся, что сын передумает. Пройдя с гостями в большую столовую, где всех рассаживали в неслучайном порядке за длинный стол, Тео хотели посадить в середине вместе с отцом, когда Драко наконец-то подал голос: — Не сюда, — тихо прошептал он Люциусу. — Подальше. Тогда Тео посадили в самый конец стола, разделив с отцом. Нотт младший кивнул другу в немой благодарности. Драко лишь снова опустил лицо к полу. За окнами стонал ветер, где-то в глубине дома скрипнула дверь. Когда все заняли свои места, в комнате неожиданно стало ещё холоднее: все свечи потухли от сквозняка, и зал освещал только лунный свет, пробивавшийся через большое арочное окно напротив стола. Именно в этот момент появился он. Лорд Волдеморд.