mate

курсед в полной мере осознает степень своего идиотизма, когда, бездумно лежа на кровати, внезапно понимает, что не обменялся с акумой ни номерами телефона, ни социальными сетями, ничем вообще, а расписания его не знает. сегодня ему крупно повезло с тем, что так просто удалось выловить парня прямо-таки из его класса, но ведь в следующий раз вселенная каким-нибудь кармическим судом с удовольствием постановит, что кир не достоин стольких счастливых случайностей в своей жизни, и тогда все! если только сам сережа не подсуетится вдруг. — бля-я, — обреченно тянет парень, хлопая себя рукой по лбу в знак собственной тупоголовости. он нащупывает телефон поблизости (с недавнего времени стало слишком плевать на то, где он вообще валяется, видеть его не хотелось до тошноты, потому что, как бы курседу ни хотелось забить, его все-таки всегда угнетало полное отсутствие каких-либо уведомлений помимо системных) и заходит в телегу, находя среди своих несчастных пяти чатов диалог с рейзом (второй раз за день, как ему кажется, слишком уж жирно, но что поделать), в котором одиноко висит последнее прочитанное сообщение. ни ответа, ни привета. ну да, вполне в духе кирилла, с которым у него все переписки состояли из максимум 10-15 сообщений, 90% из которых принадлежали именно курседу. пожалуй, они с рейзом никогда не являлись особо близкими друзьями — была парочка моментов откровений, но никто из них не желал открываться друг другу хоть на капельку больше, предпочитая замалчивать. порой кир даже задумывался, на чем вообще держится их общение. да, с кириллом было весело и прикольно, но все-таки курсед не тупой — он знал и видел, что у рейза еще немеренное количество людей, с которыми тот может общаться, причем стократ лучше, ибо парень имел некий авторитет: его все любили и с ним хотели общаться. словом, полная противоположность кира в социальном плане. потому что сам курсед давно уже остался один. совсем один. к нему не тянулись, с ним не хотели знакомиться, он не пользовался популярностью среди девушек, не имел много друзей, постоянно подвергался отвержению со стороны сверстников и всегда твердил себе, что ему плевать, что на самом деле никакие ему не нужны друзья, поддержка не нужна, регулярное общение, ведь лучше уж быть одному, чем подстраиваться под кого-то. искренне желал убедить себя в том, что это только его решение — быть вне социума, потому что никогда не хотел принимать тот факт, что на самом деле он попросту никому не нужен. никому. прячется за нарциссизм, прячется за самолюбие, но отвращение к себе всепоглощающе, и от него не убежишь.

я еблан

18:36

ххпхвхыжвдвщузазв

18:36

я даже номер его не спросил

18:36

или вк какой-нибудь

18:36

бля пиздец я

18:37

кир кусает губу и с удивлением смотрит на практически мгновенно появившуюся пометку "в сети", которую сопровождал знак прочитанных сообщений. так быстро? удивительно. он ждет где-то минуту, потому что рейзу, как ни странно, надо сначала подумать, прежде чем ответить, но все же получает ответное сообщение. да, реально пиздец ты. я в ахуе, какой же ты долбаеб. ладно, интернет-гений, потом номер спросишь, но в чем проблема хотя бы попытаться найти его вк? имя фамилию знаешь ну так и пиздуй лол. 18:38

блять точно друг ты как всегда прав только я боюсь как бв там не было дохуя аккаунтов ч этим именем

18:38

хотя бы попытайся 18:38

ок

18:38

на самом деле ни в какой вк лезть не хочется, хочется сдохнуть от безнадежности, но надо, поэтому курсед сворачивает телеграм и идет, как последний дебил, вбивать в поисковую строку социальной сети "сергей акумов". на удивление, аккаунтов с этим именем все-таки не так много, благодаря чему кир быстро находит нужный и даже залипает на его аву минут 5. все-таки приятная внешность у акумы, а улыбка — еще лучше, действительно непроизвольно сам начинаешь чувствовать, как уголки губ приподнимаются под ее влиянием. что делать теперь — непонятно. очевидно, кинуть заявку в друзья, но не писать же так сразу. да и не хочется. настроения нет. поразительно, ведь каких-то четыре часа назад его распирало от счастья и лезущей через край энергии, — прямо-таки аномалия какая-то — в то время как сейчас он вернулся в привычное состояние безвольного овоща. безвольного овоща с целой охапкой нерадостных мыслей. хотелось как-то отвлечься, а не разлагаться сейчас на собственной кровати. курсед перевернулся на бок, рассматривая обвитые татуировкой пальцы в самых разных их положениях. вспоминал, каких усилий в свое время ему стоило уговорить родителей сделать ее раньше совершеннолетия. его тело — его дело, все дела. упрямились долго, но на шестнадцатый день рождения сдались и преподнесли ему такой скромный подарок в качестве согласия. вообще, после его так называемого взросления, отношения с родителями покатились куда-то на дно. и это даже никак не связано с самим киром, они просто стали друг другу чужими людьми, и даже сейчас парень находился в квартире полностью один. глубоко в душе он понимал с чем это связано и каких усилий родителям стоит обеспечивать им жизнь в достатке, потому обиду не хранил. поначалу радовался даже тому, что никто на нервы не действует, мозги не выносит, практически самостоятельная жизнь и никаких тебе рамок, ограничений, да только со временем все-таки начал тосковать, ибо ничего уже не разбавляло его серые и скучные будни, состоящие из учебы, каток в доту и самобичевания. а потом он открыл для себя баскетбол. регулярные тренировки до изнеможения, обжигающее легкие и сбитое к чертям дыхание, ноющая мышечная боль, ощущение свободы и адреналина, бушующего в крови — все это наполняло его бренное тело жизнью, в качестве замены его одиночеству и абсолютно бесцельному существованию. о, привет :) мы же совсем не обменялись контактами ахахвхвх до меня ток щас дошло сори 18:54 курсед нехотя поднимает телефон, с удивлением отмечая, что сообщение пришло от сережи. по такому поводу он даже собирает себя в кучу, садится и облокачивается спиной о стену. незамедлительно печатает ответ, потому что на самом деле признателен акуме за то, что он не просто тупо принял заявку, а даже решился написать. иначе было бы слишком неловко.

ку . да чет мы с тобой два долбаеба походу хдд натуральные ублюдки

18:54

сам ты ублюдок бля 18:54 кир усмехается, представляя, как бы сережа произнес это в жизни, какой обиженно-забавной была бы его интонация. хорошее начало разговора, раз парень не обиделся даже ни на что из сказанного курседом — это многое значило и дорогого стоило, потому что обычно проблемы с коммуникацией у него возникали преимущественно из-за своеобразной манеры общения, следуя логике которой, оскорбить своего собеседника сто пятьсот раз и покрыть его трехэтажным слоем дерьма было абсолютно нормальным.

ну я но мне слишком скучно быть ублюдком одному так что погнали вместе .

18:55

АХВХХАХВХАХА ок. 18:55

ряльно ? ну все погнали няшица в дискордике , никто еще не соглашался быть со мной ублюдком <33333

18:55

АХХАХАХАХА ДОЛБАЕБ ЧТО ЛИ 18:56

не долбаеб , а ублюдок .

18:56

акума кидает гифку с отвратительно рофельно смонтированным взрывающимся котом, и хреновое настроение курседа словно рукой снимает. он истерически смеется и бьет кулаком подушку, чтобы подавить резко возникший всплеск эмоций, после чего без задней мысли записывает сереже голосовое на пару секунд: — блять, пошел ты нахуй, чмо, — и по-идиотски давится на конце фразы. о ты сдох 18:57 как же я счастлив XD 18:57

ПЛШЕЛ НВХУЦ

18:57

а как же поняшица в дискорде (( 18:57

обойдешься ссука

18:57

ну и ладно 18:57 на этом оба замолкают, если честно, не представляя как дальше развить диалог. курсед прокашливается в последний раз, но все еще чувствует, как неприятно першит горло. в голове настойчиво вертится одна навязчивая мысль, и кир прямо-таки с остервенением печатает свое очередное гениальное сообщение.

из-за тебя я сейчас страдаю от адской боли в горле , как будешь заглаживать вину?

18:59

кто говорил, что я буду ее заглаживать?) 18:59

ах ты мразь . я сказал .

18:59

лоол кааак же мне похуй 19:00

да блять ты совсем бессовестный что ли . тогда я сам за тебя решу . погнали прям щас в стрит на улице , мне скучно пиздеццц , есл не согласишься то ты клоун и гандон )

19:00

я по умолчанию клоун и гандон. но с таким предложением грех не загладить вину. пизда странно конеш но ладно, буду ждать у ворот школы хд 19:00

заебись спс )

19:00

курсед видит, что акума выходит из сети, поэтому сует телефон в карман и чуть ли не вскакивает с кровати. настроение со дна поднялось, можно сказать, до небес, причем довольно стремительно. перспектива сыграть, да еще и с человеком, который ему приглянулся, была просто прекрасна. ну да, обычно ему до невозможности похуй на всех и вся, но уж точно не сейчас. смотрит в окно — уже практически стемнело, а значит, с учетом последних погодных условий, снаружи похолодало, но не настолько сильно, чтобы одеваться слишком уж тепло. кир небрежно скидывает с себя футболку куда-то на кровать и натягивает излюбленную черную толстовку. выходит в коридор, надевает потертые временем кроссовки и ветровку, подхватывает под руку мяч и покидает квартиру, запирая ее на ключ. ну а, в общем-то, что еще нужно? очень и очень удивительным для курседа стало то, что сережа вот так вот просто взял и согласился с его предложением. сережа, с которым они знакомы, прости господи, один день. просто невероятно, и из-за этого так прекрасно и притягательно. улица встречает его ночной прохладой и шумом трения колес спешащих с работ машин об асфальт. кир и сам бы сейчас хотел погонять где-нибудь на одинокой трассе, отвлечься от всей внешней суеты и пустить все на километры в час без страха потерять все или разбиться. но все-таки ни прав, ни машины, ни даже одинокой трассы у него нет. до школы, к счастью, рукой подать, но, подходя к забору, окружающему ее здание, курсед понимает, что, наверное, глупо было вот так вот сразу бежать сюда. вряд ли акума так же быстро соберется и окажется тут как тут, но делать нечего. парень садится прямо на асфальт, прижимаясь спиной к черным прутьям. он закидывает голову назад, уставившись в небо. на нем, постепенно перетекающем из голубого в темно-синий, уже виднелись проступающие мириады звезд и завораживающе яркий полумесяц. кир не был человеком, который романтизировал все, что попадалось на глаза, но сейчас картина, предстающая перед глазами, казалась поистине красивой и прекрасной. успокаивающей даже. легкий поток ветра всколыхнул его красные пряди, удачно направляя их на лицо обладателя. поднимать руку и убирать их за ухо безумно лень, поэтому он просто закрывает глаза, вслушиваясь в окружающие его шумы. на самом деле, действовала обстановка довольно расслабляюще. шум дорог, шелест только-только проступающих на деревьях листьев, чьи-то голоса — такие чужие и далекие... на какое-то мгновение кир даже почувствовал, что его начинает клонить в сон, пока он сидит так, медленно погружаясь в астрал. — ну и че ты тут разлегся... — парень слышит знакомый голос и открывает глаза, замечая стоящего перед ним акуму. одет он был не менее легко, сунул руки в карманы и перекачивался с пятки на носок, критически разглядывая знакомого. — доброе утро, бля. прошу напомнить, это ты меня из дома вытащил. — да не нуди ты, господи... — пробормотал курсед, поднимаясь с пола. да, походу снова перекочевал в состояние овоща. — привет. — ну привет, — сережа замечает в руках у кира мяч и поджимает губы. — пиздец я еблан. я даже не подумал о мяче. — просто я умнее некоторых. пошли. акума не противится, следует только за молчаливым, на удивление, курседом, уже догадываясь, куда они идут. очень удобно было рядом со школой иметь баскетбольную площадку. сережа иногда приходил сюда с парнями из своей команды, когда было скучно или же зал оказывался слишком душным для нормальной тренировки. вообще, вся эта канитель с курседом немного выбивала его из колеи просто своим существованием. нет, не то чтобы это было чем-то плохим, наоборот даже, просто слишком неожиданно, быстро, сумбурно и непонятно. особенно непонятно, почему же все-таки так тянет налаживать общение с этим странным парнем. и почему этот странный парень, в свою очередь, готов позвать его поиграть в абсолютно рандомное время. и почему, блять, сережа на это все соглашается. да, они действительно приходят на эту самую площадку и просто смотрят друг на друга, как абсолютные идиоты. — ну, — мямлит акума и тут же ловит резко прилетевший в его сторону мяч. — бля, совсем обнаглел, что ли? — не обнаглел, а дал тебе право начать, еблан, — бодро (чересчур бодро для человека, который был готов провалиться в сон всего минут пять назад) ответил кир, скидывая с себя ветровку и сканируя сережу взглядом. — так что не жалуйся и будь благодарен. — ага, обязательно... а может тебе еще хуй отсосать, а? — если так хочется — валяй, но во-первых не здесь, во-вторых советую завалить ебало и приступить к делу. — ну а почему же не здесь? — сережа срывается с места параллельно с вопросом, отмечая для себя практически мгновенную реакцию курседа, который все-таки перехватывает мяч прямо у кольца. конечно, немного хреново играть игру три на три вдвоем, но вариантов не было, потому кир просто невозмутимо вывел мяч за трехочковую линию, обгоняя акуму рывком, и собрался тут же кинуть его в кольцо. — а потому, дорогой мой, что, — курсед смотрит прямо в глаза сережи, который только подбежал и не успел остановить сорвавшийся с рук мяч. — не хочу расстраивать твоих шлюшек любимых, если вдруг кто увидит и распространит по всей школе новость о том, что ты самый настоящий хуесос, — поворачивает голову и с присвистом отмечает, что попал, даже несмотря на то, что хуево целился. — да я в ударе, лол. — во-первых даже не смей мне напоминать про этих куриц, а во-вторых... а во-вторых я не придумал, но у тебя уже два очка, неплохо. — акума по окончанию фразы бежит за мячом. говорил максимально равнодушно, но в душе бесился от того, что кир, буквально не смотря на мяч или кольцо, смог забить с трехочковой. поразительно, конечно, если это навык такой, но скорее просто тупое везение. — а что не так? неужели не нравится, когда тебя любят? — дожидается, пока сережа вернется к нему с мячом и принимает позицию защитника, ухмыляясь привычно нагло. — если это теперь называется любовью, — акума делает драматическую паузу, акцентируя свое внимание на ярких бликах в заинтересованных темно-карих глазах курседа, а после продолжает. — то я не хочу больше жить в этом мире. на этот раз сереже удается обойти тщательную защиту кира, но он все так же уступает в счете, потому что забивает ровно из-под кольца, за счет чего получает лишь одно очко. — ну и что же для тебя значит любовь? акума останавливается с мячом в руках и задумывается. смотрит, фактически, на курседа, но при этом будто бы сквозь него. постепенно опускает взгляд в пол, когда погружается в свои мысли. никогда особо не приходилось задумываться о такой слащавой ерунде, так что вопрос действительно поставил в тупик, но кир вроде не торопил и не злоупотреблял его положением... сережа знал наверняка только то, что девчонки, на которых вчера выругался миша, были просто помешаны на его образе. в самом деле, как можно влюбиться в человека, от которого ты знаешь одну только оболочку? как можно вообще заикаться о любви, коли не знаешь даже тех тайн чужой души, которые, казалось бы, лежат на самой ее поверхности? в его случае девушки сами для себя определили каков он, полностью простроили (выдумали) в своих головах его личность, на реальные же качества сережи не обращая ровным счетом никакого должного внимания. любовь — это же что-то... интимное, невозможное, личное и поражающее органы медленным ядом, проступающим сквозь стенки вен. что-то такое, что заставляет тебя при одном взгляде на человека хотеть уберечь его от всего зла этого бренного мира, держать рядом с собой и не отпускать. нечто, отравляющее разум и заставляющее идти на глупые безрассудные поступки. что-то необъяснимое и даже невообразимое... мерзость. — слушай, ты уверен, что это, блять, нормальная тема для разговора? я не хочу отвечать, это пиздец какой-то, — вздыхает акума, переключая внимание на мяч, уже по инерции отскакивающий от земли к его руке и от его руки к земле. — как скажешь, — кир только приторно улыбается, вызывая у сережи непроизвольную усмешку. на протяжении последующих минут тридцати они играют, разъебывая друг друга вовсю — как физически, так и словесно. конечно, после неудавшегося диалога "о любви", как произведение чехова, попытки завязать какую-то тематическую беседу сошли на нет, да и вовсе не за пустой болтовней они сюда шли. превосходство все еще остается за курседом, как бы акума ни старался вырваться вперед. у кира такое упорство даже вызывало что-то наподобие умиления — настолько сильно сережа не хотел проигрывать даже в дружеской игре. и дураку понятно, у кого из их своеобразного дуэта скилл и навыки лучше, однако в этом вся суть акумова, что, когда дело доходит до всего, что хотя бы косвенно связано с баскетболом, он не собирается сдаваться или опускать руки, даже если исход, казалось бы, очевиден. — бля, мужик, я все, — курсед падает на землю, раскидывая руки в разные стороны, тем самым принимая позу дохлой звездочки. настолько тяжело дышит, что сережа, наблюдающий за его действиями стоя, буквально видит, насколько сильно опускается и вздымается чужая грудь. — а кто мне затирал о том, что даже не старается? — нашел к чему придраться. проигравших ублюдков никто не спрашивал. — лучше быть проигравшим ублюдком с честью и достоинством, чем выигравшим без них. — и на что ты, блять, намекаешь? — а ни на что, — акума садится рядом и скрещивает ноги, вздрагивая от внезапной судороги. — ой бля... — норм? — кир замечает это и немного хмурится. — да. они молчат, но сейчас это молчание не кажется давящим, даже наоборот каким-то уютным и придающим интимности моменту. уже давно стемнело, благодаря чему звезды на небе казались еще более яркими, чем в тот раз, когда курсед впервые обратил на них внимание, и из-за этого еще больше завораживали. постепенно кир приходил в себя, и его отдышка не была настолько дикой, как раньше. наоборот, дыхание утихомирилось, и теперь они двое лишь молча созерцали мириады небесных тел, рассыпанных по всей вселенной. это же голова начинает кружиться, когда осознаешь масштабы мира, в котором существуешь. если призадуматься, в лучших ведь традициях фэнтези, коли абстрагируешься от собственной реальности... — о чем думаешь?... — сережа интересуется скромно, полушепотом, потому что опасается разрушить установившуюся атмосферу. курсед поворачивает голову в его сторону и долго рассматривает, прежде чем ответить. лунный свет делает и без того бледную кожу акумы еще более мертвецкой, холодной даже как будто. в черных смоляных волосах застревают, запутываясь, яркие белые блики, а глаза горят. горят непонятно чем, но горят так же красиво и ярко, как школьные тетради по окончанию учебного года. ох, а ведь кир только сейчас понял, что это его последний год в школе... и даже не до конца определился, хорошо это или все-таки тоска проберет... куда идти — неизвестно тоже. — красивый ты, сука. объективно. — чего?... — акума пересекается с невозмутимым взглядом курседа и ощущает на щеках расползающийся жар. это, очевидно, совсем не то, что он ожидал услышать, тем более от человека, с которым они весь вечер хуесосили друг друга во всех всевозможных кондициях. — рофлер ебаный, отвечай нормально, не смешно и неуместно. — а кто говорил, что я шучу? ты спросил, о чем я думаю, а я честно ответил. посмотрел просто на тебя и подумал об этом, вот и все. — да иди ты, — сережа несильно бьет его в плечо, но кир реагирует так, будто тот одним только прикосновением убил всю его честь и все его достоинство. да и какого черта его вообще посылают нахуй за искренний комплимент? ну да, это было не совсем в компетенции курседа, делать он их не умел, да и не любил (можно сказать, это был практически первый раз, когда он сказал человеку что-то хорошее), но обидно все-таки... курсед приподнимается и с укором смотрит на нервно хихикнувшего акуму, а потом всем весом наваливается на него таким образом, что по итогу несчастный сережа оказывается прижат к земле, а кир нависает над ним, держа за запястья. акумова это по меньшей мере смущает, а вот его приятелю, судя по всему, абсолютно наплевать на то, как это выглядит со стороны, да и не со стороны, а от первого лица даже. он сейчас действительно не задумывается о таких мелочах. ему просто нравится картина, открывающаяся перед глазами, да и ситуация в целом: вы только представьте во всех красках, как он безжалостно доминирует над каким-то миленьким десятиклассником прямиком на уличной баскетбольной площадке, в ярком свете луны и окутанный объятиями ветра (который снова шаловливо играет с его волосами, перекрывая ими обзор). прелесть, не правда ли? — какой же ты хуесос блядский, я от сердца оторвал единственный комплимент за всю свою ебаную жизнь, а ты просто берешь и посылаешь меня нахуй... — противореча своим же словам, курсед широко улыбается. — бля, это ахуенно, чувак. — э... — да помолчи уж. и сережа действительно замолкает, пока кир наконец-то слезает с него, подавая руку. — видно, твой удел — поднимать меня с пола, — шутит акума, ссылаясь на их вчерашнюю игру, и неловко усмехается, принимая помощь. — это точно, — курсед широко улыбается, расцепляя их руки.

***

рейз

21:45

я ебал

21:45

он реально ахуенный .

21:45

курсед впервые засыпает с улыбкой.