Дурман

Несколько дней спустя в Пристань Лотоса прибыли люди клана Лань с Лань Сичэнем во главе. Они сопровождали Вэнь Цин, которая не пожелала оставаться в клане Ланьлин Цзинь, услышав, что её брат находится у лекарей Юньмэн Цзян. Вэй Ин и Лань Чжань стояли позади Цзян Чэна в двух шагах от него. Глава клана Цзян встречал закутанную в тёмный плащ деву Вэнь и главу клана Лань. Адепты Гусу Лань замерли поодаль, ожидая, когда главы поприветствуют друг друга. Однако пока Вэй Ин рассматривал бледное лицо Вэнь Цин, пытаясь угадать её мысли, Лань Чжань, нахмурившись, посмотрел на адептов в белом и замерших за их спинами нескольких слуг. Сощурившись, он перевёл взгляд на брата, и глаза его стали очень холодными. Лань Сичэнь тем временем обменялся поклонами с Цзян Чэном, и дева Вэнь, чуть наклонив голову, выслушивала слова последнего: — Раз земли вашего клана сейчас находятся в ведении клана Ланьлин Цзинь, — говорил Цзян Чэн, — я приглашаю и вас с братом, и ваших людей свободно жить с людьми Юньмэн Цзян. У нас найдётся место для каждого… Вэй Ин как раз перевёл взгляд на Лань Чжаня и шёпотом спросил: — Что такого ты увидел? От тебя разит холодом так, точно ты северный ветер. — Среди людей, что привёл брат, есть неприметная девушка в широкополой шляпе, скрывающей лицо, — отозвался Лань Чжань очень тихо. — Уверен, что этот облик — лишь умелый обман. За невинной внешностью спрятался Цзинь Гуанъяо. Среди наших людей не было таких дев, когда мы прибыли в Ланьлин Цзинь, и брат не стал бы выбирать в сопровождающие чужую служанку. — Так и думал, — кивнул в ответ Вэй Ин, мельком взглянув на адептов и девушку за ними. — Не сомневался в том, что Цзэу-цзюнь непременно попробует вывести его из Башни Золотого карпа. Но что же тут удивительного? Он жаждет спасти того, кто затронул его сердце. Разве ты сам не сделал бы того же? — Лань Чжань словно закаменел от этих слов, и Вэй Ин коротко вздохнул, но продолжил: — А вот и наше время поздороваться! — и тут же сделал шаг вперёд, поклонился и улыбнулся: — Глава клана Лань! Дева Вэнь, прошу, не отказывай моему брату. Пусть он и кажется грубым сердцем, но на самом деле готов вступиться за слабого и уберечь от несправедливости. Цзян Чэн едва ли не потемнел лицом, услышав его речи, а Вэнь Цин впервые за всё время слабо улыбнулась. Казалось, от неё осталась лишь тень прежней Вэнь Цин, она осунулась, отчего глаза на бледном лице стали казаться ещё больше, а хрупкость её тела подсказывала, что долгое время она едва ли ела досыта. Однако взгляд её был всё таким же внимательным, а голос звучал столь же твёрдо, как прежде. — Вэй Усянь, — притворно вздохнула она, — я хотела искать тебя, чтобы взыскать долг, но, похоже, судьба была благосклонна к нашей несчастной семье, раз сам глава клана Цзян решил защитить нас. Вот только теперь я хотела бы видеть брата, отчего он не вышел встречать меня, что с ним? Вэй Ин опустил голову. Его всё ещё терзало чувство вины, сколько бы ему ни твердили, что то был единственный выход сохранить Вэнь Нину жизнь. Ответил он не сразу, и голос его прозвучал печально: — Дева Вэнь, Вэнь Нин пострадал от воинов клана Цзинь. Но я один виноват в том, что с ним сейчас. Чтобы сохранить ему жизнь, я привязал его душу к телу, но, похоже… — Ты сделал из него марионетку? — перебила и стремительно побледнела Вэнь Цин. Она даже пошатнулась, но Лань Сичэнь подхватил её, опередив тем самым Цзян Чэна. — Он лишился разума и теперь только безвольное орудие в твоих руках?! — на глазах её блеснули слёзы. — Нет, дева Вэнь, Вэнь Нин не стал марионеткой, — поспешил заверить её Лань Чжань. — Однако никто из нас не уверен, что он сохранил свободу воли в полной мере. Лекари Юньмэн Цзян никогда не сталкивались с подобными повреждениями Золотого ядра, потому не знают, можно ли что-то сделать с этим. Сейчас он спит под действием отваров, призванных восстановить течение ци. Вэнь Цин высвободилась из рук Лань Сичэня, чуть успокоилась и попросила холодно и сухо: — Тогда проводите меня к нему. Хочу видеть его. Цзян Чэн вызвался лично сопровождать её, и едва они двинулись прочь, как Вэй Ин оглянулся на людей клана Лань. — Проходите и отдыхайте, — улыбнулся он радушно. — Моя шицзе проводит вас в гостевые покои и распорядится об ужине, — затем он перевёл взгляд на Лань Сичэня. — Глава клана Лань, быть может, вы разделите с нами чай в Закатном павильоне? Знаю, что нас ждут уже подушки и сладости. Лань Сичэнь только кивнул, едва подавив вздох — в этот момент девушка в широкополой шляпе, низко опустив голову, последовала мимо них вслед за остальными. Вэй Ин хмыкнул, едва она скрылась из глаз. Они медленно шли по дорожке, сохраняя молчание. Пока, наконец, Лань Чжань не нарушил этой тишины: — Зачем ты притащил с собой того, кто желал мне смерти? — Ванцзи… — Лань Сичэнь опустил голову. — Ты вправе не прощать А-Яо, но не желай ему гибели. Глава клана Цзинь жаждет его крови, но отчего бы не дать ему шанс? А вы, господин Вэй, как считаете, достоин ли А-Яо шанса?.. Он словно спрашивал, достоин ли такого шанса сам Усянь. Вэй Ин взглянул на Лань Чжаня, и сердце его сжалось. Если бы не дурман, не сожрала бы его печать раньше, чем он узнал, что чувства взаимны?.. — Каждый достоин ещё одного шанса, — наконец сказал он. — Но, Цзэу-цзюнь, если вы берёте в руки ядовитую змею, не удивляйтесь, когда она укусит. Я ничего не скажу брату, он не обратит внимания на хрупкую девушку, слишком уж будет занят Вэнь Цин. Но если случится хоть что-то дурное, вы знаете, о ком первом будут мои мысли. — Скоро прибудет Цзинь Цзысюань, — напомнил Лань Чжань. — Впереди свадьба девы Цзян. Если Цзинь Гуанъяо помешает этому или навредит молодожёнам, я лично решу его судьбу, — он опустил ладонь на рукоять Бичэня. Они вошли в павильон и сели на подушки, каждый налил себе чай. Со стороны могло бы показаться, что между ними вовсе не вёлся только что столь сложный разговор. И когда дева Вэнь и Цзян Чэн пришли к ним, в беседе не проскользнуло ни единого намёка на то, где оказался Цзинь Гуанъяо. Цзян Яньли пришла за девой Вэнь немного позже. И только после того, как они обе ушли, а от воды потянуло прохладой, Цзян Чэн задал вопрос: — Слышал, что Цзинь Гуанъяо просил помощи у главы клана Лань. — Он пришёл ко мне как брат, — осторожно ответил Лань Сичэнь, коротко взглянув на Лань Чжаня. — И что же случилось дальше? — Цзян Чэн пристально смотрел на него. — Цзинь Гуанъяо спас мне жизнь, — Лань Сичэнь посмотрел в сторону. — Я знаю его как человека достойного, и потому до сих пор мне тяжело осознать, что он способен на поступки, не сочетающиеся с обликом благородного заклинателя. Однако я не считаю, что за свои ошибки он должен расплатиться смертью. Цзян Чэн смерил его задумчивым взглядом и наполнил свою чашу до краёв. Он сделал глоток и только после этого заметил: — Значит, теперь он под вашей защитой. Что ж, это решение непростое. Клан Лань тем самым ставит себя против клана Цзинь… — и он покачал головой. — Укрывать преступника чревато, Цзэу-цзюнь. — Я это понимаю, — отозвался тот. Вэй Ин не удержался: — Да, всё так, и Цзинь Гуанъяо остаётся преступником. Однако отчего никто не возьмётся судить Верховного заклинателя? Того, кто обманул женщину и зачал с ней ребёнка, которого отказался признать? Того, кто жаждет власти не меньше, чем Вэнь Жохань? Того, кто желал руками Цзинь Гуанъяо и Сюэ Яна совершать преступления?.. — теперь все смотрели на него, и Вэй Ин нахмурился. — Разве я не прав?.. Или пока это глава клана, можно сносить ему все преступления? Считать его поступки правильными?.. А что тогда Вэнь Нин? Случайная жертва? Скольких невинных убили люди клана Цзинь?.. — Это опасные вопросы, Усянь, — вздохнул Цзян Чэн. — Скоро наш клан породнится с кланом Цзинь. Не следует ими задаваться теперь. — Не теперь — так когда? — Вэй Ин взглянул на него. — И нашу дорогую шицзе ты готов отправить в золотую клетку? А будет ли она там в безопасности?.. Лань Чжань опустил ладонь на его плечо. Голос его звучал спокойно и отрезвляюще: — Цзинь Цзысюань может стать достойным главой, когда Цзинь Гуаншань уступит ему место. — Жизненных сил у главы клана Цзинь не занимать, — сухо отметил Лань Сичэнь. — Так просто он не снимет с себя полномочий. — Полагаю, нашим кланам стоит помнить о том, что Верховный заклинатель жаждет подмять под себя каждого, — проворчал Цзян Чэн. — Я не стану преследовать Цзинь Гуанъяо, раз уж ты, Усянь, считаешь, что в этом нет справедливости. Но ему всё же не следует укрываться на территории Юньмэн Цзян. Лань Сичэнь сдержанно поклонился, и далее они не касались больше этой темы. *** На следующий день утром, ещё до завтрака, Вэнь Цин явилась в покои Вэй Ина и Лань Чжаня. Несмотря на ранний час, Вэй Ин уже проснулся и даже успел привести себя в надлежащий вид. — Золотое ядро А-Нина ослабло, — сказала она, когда они расположились в маленькой беседке у одного из прудов, где сновали карпы кои и лежали на спокойной воде крупные листья лотосов. — Однако он пришёл в себя. Пусть он не испытывает неодолимой тяги находиться рядом с тобой, Усянь, но всё же вряд ли сумеет воспротивиться твоему приказу, — она вздохнула. — Впрочем, разве прежде он мог возразить тебе?.. — Я буду искать решение, — попытался пообещать Вэй Ин, но Вэнь Цин подняла руку, останавливая его. — Не стоит. Ты вернул его к жизни, не сделав из него лютого мертвеца-марионетку. Мне ли теперь печалиться? Жизнь за жизнь. Чтобы вернуть тебе брата, я искалечила тебя самого, — она вдруг поймала его за запястье и вслушалась в пульс. Вэй Ин хотел выдернуть руку, но Вэнь Цин держала крепко. Наконец она подняла на него взгляд. — Твои меридианы… Они не высохли?.. — Двойное совершенствование, — хранивший до этого момента молчание Лань Чжань смело встретил удивлённый взгляд Вэнь Цин. — Ежедневные практики. — Двойное… — Вэнь Цин широко распахнула глаза. — Никогда не слышала, чтобы такие техники были доступны двум мужчинам. Вэй Усянь! Ты родился под счастливой звездой! Обрести спутника на тропе совершенствования — великая удача. — Кто её знает, звезду, под которой я был рождён, — Вэй Ин не улыбнулся на это, даже помрачнел на миг. — В мире заклинателей найдётся немало тех, кто желает мне только смерти. Это ли — родиться под счастливой звездой? — Кто находит истинную любовь — тот рождён под счастливой звездой, — возразила на это Вэнь Цин. — Приходи встретиться с Вэнь Нином, вам нужно поговорить, — она поднялась и уже собиралась уйти, когда Вэй Ин не удержался и спросил: — А что же твоё сердце? Свободно? Вэнь Цин оглянулась, но на вопрос не ответила. Когда же она ушла, Лань Чжань коротко заметил: — Никто не посмеет обидеть тебя, когда я назову тебя супругом. — Ох, Лань Чжань, — Вэй Ин посмотрел на него внимательно, невольно залюбовался и едва не потерял мысль. — Я навсегда останусь им костью поперёк горла. Как бы они и тебя не записали в ряды отступников. Лань Чжань притянул его к себе на колени, обнял бережно. — Мне всё равно, пока рядом Вэй Ин. *** Они как раз шли к завтраку, когда на дорожку перед ними выступила девушка в широкополой шляпе, одетая просто, как селянка. Однако стоило ей снять головной убор и поднять голову, как Вэй Ин тут же узнал Цзинь Гуанъяо. Впрочем, ничего сказать он не успел, Лань Чжань выступил вперёд. — Зачем ты пришёл? — спросил он. Цзинь Гуанъяо не ответил сразу, лишь медленно опустился на колени. Взгляд его был печальным и кротким, но Вэй Ин не спешил доверять. Всё же Цзинь Гуанъяо умел обманывать, как никто другой. — Слышал, ты не можешь меня простить, — сказал он. — В сердце Ханьгуан-цзюня не осталось ни капли сочувствия ко мне. Вот я и пришёл, чтобы он решил мою судьбу. — Это странно, — вырвалось у Вэй Ина. Цзинь Гуанъяо вдруг хитро улыбнулся. — Если кто и сумеет найти меня, если у кого и получится уничтожить меня, так это у вас двоих, — проговорил он медленно. — Вот и шанс. Если хотите моей смерти, убейте сейчас, обагрите моей кровью Пристань Лотоса. Или же позвольте жить дальше. — Вот оно что, — отозвался Лань Чжань. — Тогда ступай. Ни прощения ты не заслуживаешь, ни смерти от моего меча. Цзинь Гуанъяо стремительно поднялся и в одно мгновение исчез в окружавших дорожку зарослях. На краткое мгновение в сердце Вэй Ина закралась надежда, что они более не встретят его, однако едва он взглянул в лицо Лань Чжаню, осознал, насколько глупо на такое рассчитывать.