Дурман

Вэй Ин остался во дворе гостевого дома, пока Лань Чжань, воспользовавшись талисманом перемещения, переносил Цзинь Гуанъяо в условленное место, где Лань Сичэнь мог о нём позаботиться. Оставшись в одиночестве, Вэй Ин хорошенько рассмотрел тело Сюэ Яна и заключил, что тот был отравлен. Снова ему пришло в голову сравнение с двумя змеями, что были столь дружны, да только не сдержали собственной натуры и попытались убить друг друга. Цзинь Гуанъяо, похоже, отрастил по-настоящему ядовитые клыки, раз сумел выжить после удара в спину, да ещё и уничтожить противника. За оградой гостевого дома фыркали лошади, а во дворе стелилась мёртвая тишина. Вэй Ин поёжился, представляя, в каком ужасе будет госпожа Цзинь, едва получит доклад о смерти своего супруга. В глубине сердца он не находил ни капли сочувствия, и это его тревожило. Снова он задумался, есть ли между ними с Цзинь Гуанъяо какая-то разница. Однако едва только возникли эти мрачные мысли, как вернулся Лань Чжань. Вместе они, как и оговаривалось, выпустили сигнальный огонь. Пришлось прождать достаточно долго, пока не появился отряд воинов клана Цзинь. Вэй Ин вышел им навстречу и объяснил, на какую страшную находку они наткнулись с Лань Чжанем. Он подробно описал всё, что увидел в доме, указал и на мёртвое тело во дворе, и лишь про Цзинь Гуанъяо не обмолвился и словом. — Должно быть, — добавил он, — это дело рук Сюэ Яна, да только тот яд, что он использовал, поразил и его самого. Желая отомстить обидчику, он и сам пал жертвой собственных козней. — Красное сменяется белым… — пробормотал выслушивавший его воин. Лицо его омрачилось. — Господин Вэй, вы достаточно послужили клану Цзинь, дальше мы справимся сами, — поклонился он. Кивнув, Вэй Ин отступил к Лань Чжаню. Он не ожидал столь уважительного отношения, но, вероятно, причина подобного крылась как раз в том, что Ханьгуан-цзюнь молчаливой угрозой остановился в двух шагах. Никто из воинов Цзинь не рискнул бы сейчас оскорбить тёмного заклинателя, которого так явно собрался защищать один из самых прославленных мужей Поднебесной. — Отправимся обратно в Башню Золотого карпа? — спросил Лань Чжань, едва Вэй Ин взглянул на него. — Не будет ли лучше… выбрать Пристань Лотоса? — предположил Вэй Ин. Ему вовсе не хотелось сейчас повторять всю историю, глядя в лицо Цзинь Цзысюаню и Цзян Яньли. Одно дело — утаить, скрыть вину Цзинь Гуанъяо от воинов, с которыми он не был знаком близко, совсем другое — солгать шицзе. — Сейчас клан Ланьлин Цзинь будет окутан трауром, вряд ли меня захотят там принять, — неловко закончил он. — Стоит выразить свои соболезнования, — отозвался Лань Чжань. — Так будет правильно. Я сам расскажу Цзинь Цзысюаню, что здесь случилось. — Так правильно, — эхом повторил Вэй Ин, опустив голову. — Что ж, тогда отправимся в Башню Золотого карпа, принесём дурные вести. Но всё же это мне стоит… — он не закончил, потому что Лань Чжань поймал его запястье. — Тебе не нужно брать эту ношу, — сказал он тихо. — Разве твоя собственная не достаточно тяжела?.. Встретив его настороженный взгляд, Вэй Ин глубоко вздохнул. Возможно ли когда-нибудь привыкнуть к подобной заботе?.. И как прежде он не замечал ничего?.. Отчего был так слеп?.. *** Когда они вернулись, Цзян Чэн первым встретил их, смерил взглядом и спросил: — Как вышло, что именно вам улыбнулась удача в поисках?.. — Удача? — Вэй Ин сделал удивлённое лицо. — Увидеть подобное своими глазами — это проклятье, а не удача! Не всякий день становишься свидетелем подобной бесславной гибели, — он покачал головой. — Зря ты говоришь об удаче, Цзян Чэн. — Что-то случилось на свадьбе, о чём вы умолчали, — продолжил тот. — И Не Хуайсан лишь твердит, что ничего не знает. Что вы такое скрываете? Неужели к этому происшествию на самом деле приложил руку Цзинь Гуанъяо?.. — Всё, что нам известно, мы расскажем госпоже Цзинь и Цзинь Цзысюаню, — вступил в разговор Лань Чжань. — Нет ничего, что стоило бы обсуждать с глазу на глаз. Цзян Чэн оглядел их внимательно, нахмурился, но всё же кивнул и позволил подняться по лестнице к Главному залу. Госпожа Цзинь действительно была там, бродила из угла в угол, опустив плечи. Казалось, её прижимает к земле ужасающая тяжесть. Увидев Вэй Ина и Лань Чжаня, она горько вздохнула. — Всегда считала, что день, когда мой сын наконец-то примет женой дочь моей дорогой подруги, окажется для меня счастливейшим. Что за зло я совершила, что пути судьбы оказались столь причудливы? — она всплеснула руками. — Расскажите, какие горькие вести вы принесли? — Госпожа Цзинь, — вышел вперёд Лань Чжань, а Цзян Чэн тут же встал рядом с Вэй Ином, — ваш супруг покинул мир живых. В том, что с ним произошло, виноват, должно быть, Сюэ Ян. Он одурманил главу клана Цзинь, и тот нашёл… бесславную смерть. Не хочу смущать ваше сердце неприятными подробностями. В гостевом доме никого не осталось в живых. Яд, который использовал убийца, не пощадил даже его самого. — Бесславную смерть?.. — повторила госпожа Цзинь, стремительно побледнев. — Наверняка на ложе из цветов… — она сжала кулаки. — Что ж, благодарю, Ханьгуан-цзюнь, что вы бережёте мои чувства. — Одного не возьму в толк, — проворчал Цзян Чэн, — как так получилось, что Сюэ Ян сбежал едва ли не после того, как глава клана Цзинь покинул пиршественный зал в сопровождении танцовщицы? Вэй Ин скосил на него глаза и с досадой прикусил губу. Действительно, так их история мгновенно потеряла убедительность. — Должно быть, Сюэ Ян изначально был в сговоре с музыкантами и танцовщицами? — оглянулся на него Лань Чжань. Его невозмутимости можно было позавидовать. — Госпожа Цзинь, — снова обернулся он к вдове, — а кто выбирал музыкантов, которые развлекали гостей на празднике?.. — Насколько мне известно, — госпожа Цзинь вздохнула, — последнее время всем подобным заведовал этот проклятый Мэн Яо. И когда он показал своё истинное лицо, вряд ли мой супруг задумался, что и танцовщицы, и музыканты могут на самом деле служить ему… — она задумчиво оглянулась на опустевший трон. — Сюэ Ян часто исполнял поручения Мэн Яо. Может, тот поручил музыкантам освободить его?.. Цзян Чэн хмыкнул, но ничего больше не добавил, лишь мрачно глянул на Вэй Ина. Ясно было, что он ничуть не поверил в рассказ. Когда госпожа Цзинь отпустила их, он, конечно, тут же потребовал объяснений: — Значит, действительно, это Цзинь Гуанъяо пошёл на убийство собственного отца? И вы отпустили его? Или не нашли его следов? — он смотрел так строго, что Вэй Ин готов был уже рассказать всю правду, вот только Лань Чжань опередил его: — В гостевом дворе, где мы обнаружили тело Цзинь Гуаншаня, не осталось никого живого. Сюэ Яна смерть настигла прямо перед зданием, видно, он спешил прочь, но яд был быстрее. Если Гуанъяо и причастен к этому, сам он там не показывался. — Не показывался? — Цзян Чэн качнул головой. — Он ведь пылал жаждой мести, вряд ли не посмотрел бы на то, как его желание свершилось… Или он успел уйти раньше, или же всё это действительно затеял Сюэ Ян, — тут он взглянул на Лань Чжаня пристально. — А что же «Расспрос»? Может, обратиться к его духу, потребовать ответа?.. — Отравленные ядом души, перед смертью испытавшие столько страданий, омрачены, — вздохнул Вэй Ин. — Чтобы осмотреть гостевой дом, я использовал печать, и все они упокоились в ней. Некого больше призвать для «Расспроса». — Сдаётся мне, что эта гадюка и подобное предусмотрела, — пробормотал Цзян Чэн, отворачиваясь. — Что ж, ответов не получить. Однако выходит, что этот мир стал чище и спокойнее, — и он зашагал прочь. Вэй Ин на миг закрыл ладонью лицо. Когда решительная поступь Цзян Чэна затихла вдали, он спросил: — Как так вышло, что Ханьгуан-цзюнь, всегда следовавший правилам, научился столь виртуозно лгать?.. — Есть что-то, что важнее правил, — едва слышно отозвался на это Лань Чжань. *** Вслед за красным — белое. Башня Золотого карпа оделась в траур. Обязанности главы клана принял на себя Цзинь Цзысюань. На ближайшем Совете должны были поставить вопрос о том, кто теперь получит титул Верховного заклинателя. По всему выходило, что таковым может оказаться глава клана Не. Впрочем, Вэй Ина не особенно это заботило. В чём-то Цзян Чэн был без всякого сомнения прав — Цзинь Гуаншань и его мечты о власти, Сюэ Ян и его преступления остались в прошлом. Лань Сичэнь ничего не сообщал о том, сумел ли оправиться от ран Цзинь Гуанъяо, но и в этом отношении как будто бы можно было забыть о волнении. Когда они, отдав последние поклоны Цзинь Гуаншаню, отправились в Пристань Лотоса, Цзян Чэн вскользь заметил, что едва выйдет положенный срок, и очередного свадебного торжества не избежать. Вэй Ин на миг лишился дара речи, и только Лань Чжань ответил спокойно и с достоинством: — Хорошо. Вспыхнув так, точно под кожей разлилось сияние утреннего солнца, Вэй Ин тут же не сдержался: — А отчего бы тебе не сделать сперва предложение деве Вэнь? Что ты торопишь нас со свадьбой, а собственную судьбу никак не устроишь? Цзян Чэн сощурился, оглядываясь на него, фыркнул, но всё же ответил: — То звал меня шиди, то теперь утверждаешь, будто это моя свадьба должна случиться первой? Как же так — младший пройдёт обряд раньше старшего?! Нет уж, Усянь, мы отпустили шицзе под крыло к супругу, теперь пора и тебе остепениться. Или, может, на самом деле ты ничего подобного не желаешь? А вот этот вопрос болью отозвался в груди. Вэй Ин сразу же посмотрел на Лань Чжаня, и от него не укрылось, что тот ждал его ответа с особенным вниманием. Не вступая в их разговор, он, между тем, вовсе не отвлёкся на что-то иное, слушал, не упуская ни единого слова. Цзян Чэн тоже не сводил с него глаз. Вэй Ин глубоко вздохнул, прежде чем наконец заговорить: — Хочу ли я распить одну чашу на двоих с тем, кого люблю всем сердцем? Да, конечно, — он кивнул Лань Чжаню и тут же заметил, как взгляд его смягчился. — Да только сомневаюсь, что подхожу в супруги столь выдающемуся заклинателю. И это мучает меня, Цзян Чэн. Впервые он произнёс это столь откровенно и тут же сам своей открытости испугался. Цзян Чэн же нахмурился и продолжил беседу не сразу. — Усянь, — проворчал он наконец, — мне не разобраться в том, как один мужчина тянется к другому. Но ещё со времён обучения между вами установилась такая связь, которой мало какая семейная пара способна похвастаться. Не подходишь в супруги?.. Да можно ли вообразить рядом с ним хоть кого-то другого? Другую? Должно быть, в клане Цзинь подавали слишком крепкое вино, что ты до сих пор им одурманен и простейшего не можешь понять. Никому не под силу разорвать вашу связь. Услышать подобное от Цзян Чэна Вэй Ин никак не ожидал. Даже дыхание у него перехватило. И только после этих слов он наконец сумел поверить, что их супружество мир всё же примет. *** В Пристани Лотоса Вэй Ина наконец отпустило напряжение. Среди озёр, где воздух пах влагой, а солнце было тёплым и ласковым, он сумел отрешиться от всего произошедшего. Вэнь Цин с остатками клана осваивала свободные земли в отдалённой части владений Юньмэн Цзян, и Цзян Чэн вызвался проведать её и узнать, всё ли в порядке. Так что несколько дней Вэй Ин с Лань Чжанем провели, только прогуливаясь, музицируя вместе и разговаривая на отвлечённые темы. Ночами Лань Чжань настаивал на двойном совершенствовании, и Вэй Ин, поначалу не желавший использовать технику, что будто бы позволяла ему брать чужую жизнь взаймы, наконец смирился. Однако спокойствие воцарилось ненадолго. Однажды вечером, когда закат как раз распалил небеса, прямо перед входом в Главный зал Пристани Лотоса появился Лань Сичэнь. За Вэй Ином тут же помчались младшие ученики, а в одном из павильонов для важного гостя приготовили чай. Не успела прогореть палочка благовоний, как Вэй Ин и Лань Чжань встретились с главой клана Лань. — Что случилось? — спросил Вэй Ин первым, отмечая про себя, что Лань Сичэнь выглядит так, точно не спал несколько дней. — Я должен просить прощения у вас обоих, — голос Сичэня был особенно тихим. Он не притронулся к чаю и смотрел прямо перед собой. — Вы были правы, а я ошибался. Сердце моё было отравлено, а разум затуманен… — он вздохнул. — Я сам врачевал раны Цзинь Гуанъяо, играл ему на сяо, чтобы он восстановился быстрее… И едва он почувствовал, как силы прибывают, оставил Облачные глубины, сбежал, ничего не сказав мне. — Сбежал, — повторил Лань Чжань. — Разве ты не хотел его запереть в тихом доме?.. В этом чудилось нечто зловещее. Вэй Ин даже нахмурился. Что такое этот тихий дом, как запереть? Что за странные тайны хранил клан Лань? — Я не смог, — опустил голову Сичэнь. — Искал его — и не нашёл и следа, — подвёл итог Лань Чжань. — Что ж… Он хотя бы не отравил тебя напоследок?.. — Ванцзи!.. — Лань Сичэнь только качнул головой. — Нет, он… он… — но больше слов у него не было. — Отчего же он сказал, что только мы вдвоём сумеем его отыскать? — вспомнил вдруг Вэй Ин. — И думал ли он тогда, что однажды сбежит от главы клана Лань? На сколько шагов вперёд он продумывает свои планы?..