Mon chéri

Выражение на лице юноши Хуану определённо не нравится. Слишком решительное, словно у него козырь в рукаве. Но всё уже решено, подготовлено и запланировано, и отказываться от такой возможности по меньшей мере глупо. На фоне всего Винни неожиданно в добродушном настроении — ни едких комментариев, ни убийственных взглядов. Только Ноэль понимающе хмыкает и вместо слов делает свой фирменный массаж, чтобы снять напряжение. В намеченный день на пороге стоит Эйден с бутылкой Просекко, в пакете из любимого магазина Хуана. Что ж, пацан сделал домашнее задание, похвально. Хакон прибывает позже, из чего Хуан делает вывод, что мальчики не съехались обратно. Ещё один вопрос к решению. — Ты уверен? — просто спрашивает Хуан, приобнимая за плечи Хакона. — Я вообще ни в чем не уверен. Но он прижимается абсолютно доверчиво к боку, и это единственно важный ответ. — Если ты решишь передумать, ничего страшного. Особенно, если это может повлиять на… — Я сделал много шагов и уступок. Это пожалуй, единственное, в чем я был, есть и буду уверен. У Хуана внутри всё плавится от звучащей в голосе Хакона твердости. — Это меня успокаивает. В комнате, где их ждут Винни и Эйден, царит полумрак. У плюшевого кресла с кофейным столиком поджидает Винни с бутылкой вина и бокалом, Эйден же задумчиво водит пальцами по свисающим с потолка ремням и буквально излучает любопытство. Несмотря на все обстоятельства, приведшие их сюда, Хуан прекрасно помнит, что для строптивца это первая сессия и как бы не хотелось проучить его, Хакон никогда не простит нарушение этики. Хуан напоследок крепко обнимает мужчину и следует к креслу. Винни тут же наливает бокал и подаёт напиток, склонив голову. У него в этот вечер исключительно декоративная роль, потому что ни Хакон, ни Эйден не заинтересованы в кинках Винни. Для него кроме спонтанно вибрирующей пробки и зажимов на сосках не подошло ничего из списка общих интересов. Тем не менее он всё равно доволен — сцена для него началась часом ранее, и лёгкий тремор рук подсказывает, что эффект определённо есть. Хуан берёт бокал и чуть смачивает губы — вести сессию с новичком лучше на трезвую голову. — Сцена продолжается, пока у меня в бокале есть вино, либо пока один из вас не использует стоп-слово. Винни? — Да, господин. — Эйден, я тебе уже объяснял сфетофорную систему. Повтори, пожалуйста. — Зелёный — готов продолжать. Жёлтый — нужно подождать. Красный — стоп. — Молодец. Хакон, помнишь своё стоп-слово? — Пилигрим. Эйден едва заметно вздрагивает, но никак не комментирует. Хуан взглядом фиксирует Хакона и приподнимает бровь. Тот лишь слабо улыбается в ответ. Придётся серьёзно поговорить о такой неожиданной смене стоп-слова после пятнадцати лет. — Эйден, я хочу, чтобы ты лёг на кровать лицом ко мне, на живот. Руки перед лицом, чтобы я их видел. Молодец, хороший мальчик. Щеки юноши чуть краснеют от похвалы, и этим Хуан определённо намерен воспользоваться чуть позже. — Хакон, выбери две игрушки — одна для тебя, другая для Эйдена. Прежде чем мы продолжим, чего бы ты хотел, mon coeur? — Поцелуй. Хуан согласно кивает, ожидая, что тот подойдёт к кровати и поцелует Эйдена, но вместо этого Хакон нависает над креслом и ждёт разрешения. — Как я могу тебе отказать, Хакон, — Хуан кивает повторно и ловит губы в бесконечно долгий но нежный поцелуй. — Так лучше? — Да, господин. — Хакон расслаблен и словно под гипнозом выбирает из разложенных на столе игрушек. Хуан поглядывает на реакцию Эйдена, ожидая ревности или каких-то эмоций, но тот лишь зачарованно следит за Хаконом, склонив голову на плечо, словно в комнате больше никого нет. — Покажи, что ты выбрал, Хакон. Мужчина демонстрирует ремешок и небольшой массажёр простаты. — Отличный выбор. Ремешок Эйдену? — Нет, господин. Хуан делает жест рукой, показывая Хакону сесть колени. Он почти грациозно спускает штаны и усаживается, широко разведя колени. Эйден на постели громко выдыхает, сжимая в руках простыни и потираясь пахом о матрас. «Нетерпеливый юнец», — мысленно хмыкает Хуан, сжимая в ладонях подтянутый живот с дорожкой чёрных волос. Хакон медленно сжимает в ладони член, прикрыв глаза. Стояк быстро поднимается под уверенными ласками, отработанными до автоматизма. Хуан останавливает его прикосновением губ к плечу и напоминает: — Ремешок. Если ты, конечно, не хочешь применить по назначению массажёр, но Эйдену тогда придётся ждать… Хакон безмолвно качает головой и часто дыша приподнимает одной рукой мошонку и застёгивает ремешок вокруг неё и члена. — Прекрасно, mon ami. — Хуан одобрительно поглаживает мускулистые бёдра и живот, вдыхая такой знакомый запах кожи. — Теперь ты можешь поиграть с Эйденом, пока я пью этот бокал. Как только Винни подольет мне ещё, ты останавливаешься. — Да, господин, — Хакон как большой кот потирается спиной и щекой о Хуана, прежде чем встать и перейти к кровати, где уже нетерпеливо ерзает Эйден. Он тут же седлает юношу, впиваясь губами и зубами в кожу на загривке, неожиданно агрессивно и по-собственнически. Хуан медленно пригубливает вино, облизываясь и величественно развалившись в кресле. Хакон набирает на пальцы смазку и водит ими между ягодиц юноши, на долю секунды задерживаясь над анусом на каждом движении вверх и вниз. Дырка мягкая и влажная, парень пришёл готовым ко всему, по крайней мере физически. Палец погружается без препятствий, и Хакон прикрывает глаза, чтобы не потерять контроль над собой. — П-пожалуйста… — почти беззвучно произносит Эйден, пытаясь раздвинуть ноги и вскинуть выше бёдра, но он вжат в матрас весом Хакона и пришпилен пальцами, неторопливо проникающими внутрь. — Терпение — добродетель, — комментирует Хуан и делает большой глоток вина, заставляя Хакона поторопиться. Эйден выгибается над кроватью, ощущая, как внутрь проскальзывает массажёр и давит на ту самую точку, от прикосновения к которой всё внутри дрожит и вибрирует от удовольствия. — Посмотрим, сколько в тебе сегодня оргазмов, Эйден. Хакон, первая скорость. И подними его на колени. Винни очень интересно. Эйден издаёт сдержанный стон, когда включается вибрация, и пытается вжаться ягодицами в стояк Хакона. Мужчина обнимает его за плечи и помогает сесть, демонстрируя Хуану и Винни раскрасневшегося от возбуждения юношу и его каменный член. — Замечательно, просто замечательно. Эйден, ты можешь кончить столько раз, сколько сможешь. Хакон, помоги ему. Рука мужчины тут же обхватывает подтекающий преэякулятом ствол, и Эйден мечется между ласкающей рукой и вибрациями внутри, вжимаясь ягодицами в стояк Хакона. — Вторая. — Эйден почти протестующе стонет, вздрагивая. — Эйден, цвет? — Зелёный! Очень зелёный! — Хороший мальчик. Хакон? — Зелёный, — мужчина трётся лицом о шею Эйдена, гладя свободной рукой живот и грудь. — Чудесно. Винни? — Зелёный, господин. Хуан допивает бокал и ставит его на стол. Теперь его черед играть. Винни доливает ещё вино. Хакон же отстраняется от Эйдена, выпуская из рук всё ещё твёрдый член. На его руке потеки спермы, и по немому указанию Хуана Хакон медленно начинает слизывать каплю за каплей. Юноша мелко дрожит, забыв обо всём вокруг, и облизывается, жадно сглатывая слюну. — Будешь хорошим мальчиком — следующую порцию сам попробуешь на вкус. Хакон, ложись на бок. Хуан растягивается на подушках, дожидаясь, пока Хакон устроится рядом. — Подготовь себя, mon ami, ты знаешь, как я люблю. Хакон часто кивает, выдавливая много смазки в себя, Хуан опускает подбородок ему на плечо и подхватывает под колено, раскрывая его ещё шире. — Эйден, малыш, ты не думаешь, что твой рот без дела простаивает? Юноша подползает ближе и берёт член Хакона в рот, жадно насаживаясь на всю длину. — Ну-ну, не спеши. Медленнее, без языка, только губы и горло. Хакон громко и протяжно стонет, ощущая, как внутрь входит член. Он как между двух огней — Хуан методично и напористо втрахивает его в рот Эйдену, шепча пошлости вперемешку с нежностями на ухо. — Эйден, ты можешь ласкать себя. Юноша самозабвенно заглатывает член Хакона, сжимая себя в кулаке. Ему уже нечем кончать, но он не отступает, подмахивая настойчивым вибрациям внутри. Хуан любуется стараниями юноши, прижимая к себе Хакона, и неторопливо насаживая его на себя. Весь момент ощущается как экзорцизм — Эйден жалобно всхлипывает, но не сдаётся, заглатывая раз за разом напряжённый ствол, словно забыв о ремешке, не позволяющем Хакону кончить. Хакон же абсолютно погружён в сабспейс, сладко выстанывая на каждом толчке внутрь. — Винни, милый, Эйдену нужна небольшая помощь. Юноша не замечает ничего вокруг, всё его внимание сконцентрировано только на Хаконе — которого Винни освобождает от ремешка и переключает внимание на Эйдена, придерживая за бедро вынимает массажёр. Хакон между ними двумя вытягивается в струну наконец кончая — Эйден сглатывает что может и с умиротворенным видом сворачивается клубочком рядом, даже позволяя Винни себя обнять. Хуан же крепко прижимает к себе задремывающего Хакона, ощущая, как по мышцам растекается нега после долгожданного экстаза. Он неспешно утыкается носом в колючий загривок, вдыхая терпкий запах кожи и довольно ухмыляясь, когда Хакон поднимает руку и зарывается пальцами в его волосы, притягивая ближе. Этого ли хотел добиться юнец или его план провалился, Хуан не знает. Этот момент совершенно не похож на их совместные ночи последнего десятилетия — к полуночи Эйден перебирается ближе, сплетая пальцы с Хаконом и нежно любуясь на него с таким видом, словно прекраснее он ничего в своей жизни не видал. И даже когда Хакон едва приоткрыв глаза находит губы Хуана и они какое-то время лениво целуются, Эйден лишь трётся щекой о плечо не скрывая улыбки. — Возможно, стоит… обсудить? — деликатно предлагает Хуан. — Разве что-то пошло не так? — уточняет Эйден, окидывая взглядом всех лежащих в постели. — О, дорогой, обсудить будет полезно для всех. И мне кажется, тебе есть что сказать Хакону. Эйден качает, затем кивает головой и снова качает, не зная, стоит ли говорить. Он колеблется какое-то время, крепче сжимая руку Хакона. — Я просто… Это было важно для тебя, установить границы и получить именно то, чего тебе не хватало. И это так, даже если ты попытаешься отрицать это. Спасибо, что впустил меня в своё пространство даже после того, как я обошёлся с тобой. — Окей, — коротко отзывается Хакон, поднимая руку Эйдена и касаясь губами тыльной стороны. Не до конца прощён, но принят с повинной, расшифровывает мысленно Хуан. — Мне тоже есть, что сказать, Эйден, — Хакон крепко держится за руку, будто ища храбрости для следующих слов. — Я хочу оставить наши отношения открытыми. На какое-то время. Эйден согласно кивает, ни на секунду не колеблясь. — Спасибо, малыш, за понимание, — юноша тянется с поцелуем и над их головами Винни и Хуан обмениваются взглядами. Хуан торжествующе встречает недовольство Винни, широко улыбаясь.