Господин Вэй

      После устранения проблемы с Бездонным омутом членам ордена Юнмэн Цзян предложили остаться в Облачных Глубинах еще на пару дней, чтобы восстановить силы и обменяться опытом. Впечатанный слаженными действиями заклинателей Цзян и их способом борьбы с омутом, Лань Сичэнь попросил Вэй Чанцзэ провести лекцию для приглашенных учеников и младшего поколения ордена Лань.       Уроки возобновились в прежнем ритме. Лань Цижэнь решил с утра провести свою лекцию, а вторую половину дня полностью отдать Вэй Чанцзэ. В конце концов не каждый день у тех же учеников Цинхэ Не появляется возможность послушать заместителя главы Юнмэн Цзян. Такое решение имело свои плюсы и минусы. Взбудораженные возможностью научиться тому, что только недавно видели своими глазами, молодые люди никак не могли успокоиться. Тема лекции никак не помогала вернуть внимание учеников Лань Цижэню.       Вэй Усянь, на удивления, вел себя иначе. Возможно, сыграл роль приезд отца или все же тема оказалась интереснее, чем и так известные теории заклинательства. В этот раз Лань Цижэнь, поняв, что ученики слишком перевозбуждены, решил не грузил учеников сухими фактами и учением Дао, и завел разговор об истории кланов, а конкретно о клане Лань. Легенда о Лань Ане должна была преподаваться лишь несколько недель спустя, но от небольшого перемещения в учебном плане вреда быть не может.       Общую информацию знали почти все заклинатели, происходящие как из малых, так и из больших орденов. Основатель Гусу Лань, Лань Ань был монахом, он основал клан и создал стену правил. Неинтересно и мало отличается от жизней других основателей. Полная история звучала куда интереснее.       Представители клана Лань славились своей праведностью, добродетелью и, как теперь узнали ученики, романтичностью. Молодые заклинатели затаили дыхания. Такого об ордене скучных монахов они еще не слышали! Проклятие клана Лань, по легенде пришедшее с самое кровью Лань, обязывало любить лишь одного человека всем сердцем и на всю жизнь. Говорят, после смерти жены Лань Ань настолько погряз в горе и скорби, что был только рад смерти.       Лекция закончилась, Лань Цижэнь покинул класс. Как только учитель скрылся из виду, ученики принялись обсуждать только что услышанное.       — Не знал, что у истоков клана Лань лежит такая романтичная легенда, — пробурчал под нос кто-то из учеников Оуян.       — Если бы вы подверглись такому «проклятию» и полюбили бы только раз, то кого? — хитро спросил Не Хуайсан, открывая перед лицом веер.       Все тут же начали делиться своими соображениями об идеальной второй половинки. Мнения были разными. Кто-то хотел связать жизнь с послушной и кроткой девушкой, кто-то с веселой и озорной, а кто-то и вовсе хотел остаться холостым.       — Вэй-сюн, а какая твоя «идеальная спутница на стезе самосовершенствования»?       Вэй Усянь небрежно пожал плечами и усмехнулся.       — Не важно, главное, чтобы мы любили друг друга.       Ребята, притихшие в надежде как можно лучше услышать ответ известного шутника и балагура Юнмэн Цзян, известного своим легким флиртов с каждой красоткой, поникли. Самый простой и не вызывающий вопрос ответ. Вэй Усянь честный человек, не гонящийся за властью, понятно, что чувства ему важнее всего. Вместо главного ученика Юнмэня молодые люди нашли другого интересного парня.       — Господин Цзинь, а что насчет вас?       — Не стоит об этом спрашивать у Цзинь Цзысюаня, ведь у него уже есть невеста. Конечно, он сейчас начнет описывать ее.       Говоривший не имел ввиду ничего такого. Скорее всего он на самом деле считал, что наследник Цзинь предсказуемо опишет свою невесту.       — Невеста? А из какого она ордена? Наверняка умна и талантлива?       — Не стоит об этом говорить, — отстранено попросил Цзинь Цзысюань.       Этой фразой он определенно начал копать себе могилу. Вэй Усянь и Цзян Чэн, братья той самой невесты, не собирались спускать «женишку» своеволие. Спор обязательно закончился бы дракой, если бы присутствующий рядом Лань Ванцзи не вмешался. Скандала удалось миновать. Цзинь Цзысюань отделался испугом и не познакомился с кулаком лучшего ученика Юнмэн Цзян. Однако это не уберегло от наказания. Не слушая просьбы и громкие мольбы Вэй Усяня, Лань Ванцзи повел всех троих к дяде.       Лань Цижэнь был крайне недоволен. Он пустился в долгое рассуждении о достойном поведении молодых мужей. Трое провинившихся сидели перед ним на коленях опустив голову в пол. Никто из них не чувствовал себя виноватым. Лань Ванцзи покорно стоял рядом с дядей и слушал, то и дело бросая взгляды на непривычно тихого Вэй Усяня. На середине лекции о поведении в комнату зашел Вэй Чанцзэ.       — Мне сообщили, что мой сын и племянник чуть не устроили драку с наследником Цзинь.       — Они начали ссориться прямо в классе. Что ты скажешь на это, Чанцзэ? — Лань Цижэнь поглаживал бороду, интересуясь мнением старого друга и по совместительству отца одного из провинившихся.       Подойдя ближе, Вэй Чанцзэ встал перед троицей и спросил нейтрально, но твердо:       — Почему вы трое устроили драку?       — Баба, — Вэй Усянь предсказуемо выступил первым — этот пав…       — Наследник Цзинь плохо отзывался о цзецзе, — поспешил прервать шисюна Цзян Чэн.       — Неправда! — возмутился Цзинь Цзыюсань.       Вэй Чанцзэ поднял руку, призывая к молчанию, и повернулся к Лань Ванцзи.       — Второй молодой господин Лань, вы тоже были в классе в тот момент? Опишите ситуацию.       Лань Ванцзи рассказал, как все было, не утаив ни малейшей детали. Честность Второго Нефрита не подлежала сомнению. Если он сказал, что произошло все так, значит так все и было.       — Понятно, спасибо, господин Лань, — Вэй Чанцзэ повернулся к Лань Цижэню. — Мне кажется, совершенно ясным что именно произошло. Мой сын и племянник очень любят Цзян Яньли, она их старшая сестра. Они думали, что защищают ее честь. Это благое дело, хотя методы, безусловно, не верные.       Вэй Чанцзэ повернулся обратно к троице.       — Уверен, они не сеяли раздор специально, просто неправильно поняли друг друга. Недопонимания в юном возрасте случаются часто, особенно между юношами их положения. Позвольте мне самому с ними поговорить.       Нахмурившись, Лань Цижэнь все же отпустил троицу, сказав им лишь переписать правила поведения по двадцать раз в наказание. Но мучения парней на этом не закончились. Вэй Чанцзэ отвел всех трех в сторону.       — У этого господина нет права поучать наследника Цзинь, но все же прошу послушать.       И так пристыженный разговором с Лань Цижэнем, Цзинь Цзысюань покорно склонил голову, готовый внимать господину Вэй. Госпожа Цзинь хорошо отзывалась о Вэй Чанцзэ да и события с Бездонным омутом прибавил уважения к заместителю главы Цзян. Вэй Усянь и Цзян Чэн находились в ином положении, но тоже не собирались спорить, тем более при посторонних.       — Юй Цзыюань и госпожа Цзинь заключили помолвку между вами, молодой господин Цзинь, и Цзян Яньли, много лет назад. Вы тогда были совсем детьми и ничего не понимали. За прошедшие годы вы встречались едва ли пару раз, да и то под бдительным оком матерей. Ваши чувства по поводу свадьбы понять нетрудно, — Вэй Чанцзэ говорил спокойно, не обвиняя Цзинь Цзысюаная, но и не поддерживая. — Вам должно быть известно, что брак Фэнмяня и Юй Цзыюань заключили их семьи. Поэтому этот господин может сказать кое-что о договорных браках.       Вэй Чанцзэ замолчал ненадолго, обдумывая, какую часть их своего опыта стоит передать молодым людям.       — Фэнмянь не был рад браку. Он спорил с родителями, но ничего не добился, поэтому злился, в том числе на Юй Цзыюань. Его ссоры с будущей невестой, а потом с женой хорошо известны в Юнмэне. Вот только время шло и ссоры становились все более и более обыденными, тихими, лишенными обиды и огня. Фэнмянь увидел в своей жене сильную и достойную уважения личность. Результат этого «несчастливого брака» мы видим, — Вэй Чанцзэ кивнул на Цзян Чэна.       Цзин Цзысюань задумался и незаметно покосился в сторону наследника Цзян. Всем известно, положение Цзян Чэна отличается от положения наследника Цзинь. Если в Башне Кои постоянно звучат крики и ведутся закулисные игры между главой и его женой, то в Пристани Лотоса спокойно. Да, характер госпожи Юй известен, но никто не сомневается в ее отношениях с главой Цзян. Их сын — наследник, чье положение не может поколебать. Это ли не пример относительно удачного брака по расчету?       — Но вы знаете и другой пример, не так ли, молодой господин Цзинь, — Вэй Чанцзэ смотрел пристально, словно закладывал в душу.       Цзинь Цзысюань поймал себя на мысли, что в будущем не хочет еще раз попадать под взгляд ониксовых глаз заместителя главы ордена Цзян.       — Так в чем же различие? Почему одним повезло, а другим нет? — нетерпеливо поторопил Вэй Усянь. Ему хотелось как можно скорее отделаться от павлина.       — Просто Фэнмянь и Юй Цзыюань друг другу подходят. Но они не смогли бы выяснить это, если бы не познакомились поближе и сразу разорвали помолвку. Не стоит судить человека, не зная его.       — У меня нет возможности, — буркнул себе под нос Цзинь Цзысаюнь, соглашаясь с мнением Вэй Чанцзэ, но не желая признавать свою неправоту.       — Есть! — вскипел Цзян Чэн, — еще как есть, хотел бы, приехал в Пристань Лотоса и навестил цзецзе. Родители против не будут.       Покраснев, Цзинь Цзысюань пробормотал в ответ нечто невразумительное и ушел, оставив одноклассников с заместителем Вэй.       — А теперь с вами, — Вэй Чанзэ повернулся к сыну и племяннику.       — Баба, не надо, — без энтузиазма попросил Вэй Усянь. В Облачных Глубинах запрещено подслушивать, но получить взбучку на улице, где при желании их могут увидеть, не хотелось.       Проигнорировав сына, Вэй Чанцзэ невозмутимо продолжил:       — У меня нет права судить вас за любовь и привязанность к старшей сестре, но за способ защиты ее чести — да. Вы заклинатели, с детства изучающие боевые искусства. Ваш долг — использовать силу во благо, чтобы помогать простым людям. Так почему вы бросаетесь в драку с другим заклинателем вместо этого?       Ни Вэй Усянь, ни Цзян Чэн не собирались отвечать на вопрос. Вэй Чанцзэ этого от них и не ждал.       — Решать вопросы с помощью грубой силы — худший из вариантов. Всегда можно запугать или словесно унизить.       Совет Вэй Чанцзэ часто отличались от общепринятых. Возможно, благодаря собственному мнению об привычных «правильных» правил жизни, он завоевал уважение среди младших учеников.       — Запомните, тот, кто ударил первым, виноват больше, потому что второй всегда может сказать «я просто защищался».       На этом «лекция» от Вэй Чэнцзэ закончилась и пришло время настоящего урока. Вэй Усянь и Цзян Чэн вместе с другими приглашенными учениками собрались в классе и приготовились слушать.       Вэй Усянь сидел почти в самом конце. Он уже знал способ усмирения Бездонного омута, для ученика из Юнмэна слушать об техниках родного ордена, находясь при этом на чужой территории, как минимум странно. В случае главного ученика Юнмэн Цзян, неинтересно.       Не желая мешать отцу, Вэй Усянь не стал вести себя как обычно и всеми способами пытаться занять себя, попутно отвлекая других. Вместо этого он без интереса водил кистью по бумаге, зарисовывая сидящих рядом одноклассников. К концу лекции как-то так вышло, что на двух из трех рисунков был изображен Лань Ванцзи и только на оставшемся — другой человек, Не Хуайсан. Хмыкнув, Вэй Усянь попытался отдать портреты невольным натурщикам. Не Хуайсан с радостью взял, пообещав повесить над столом у себя дома в Цинхэ. А вот Лань Ванцзи подарок не принял и молча ушел.       Настало время прощаться, поэтому Вэй Усянь не стал догонять Лань Ванцзи, вместо этого неугомонный ученик сразу отправился к отцу. Господин Вэй покидал Облачные Глубины.       Выйдя прощаться к воротам, Цзян Чэн принес пару писем для семьи и попросил передать их. Вэй Чанцзэ, конечно же, согласился, в добавок пообещав лично рассказать об успехах племянника в самосовершенствании. У Вэй Усяня не было особых просьб, но и прощался он нехотя.       — Большая грусть также как и большая радость могут навредить телу, — Вэй Чанцзэ положил руки на плечи сына. — Осталось не так много. Не успеют лотосы отцвести, как вам дадут итоговый экзамен и отправят домой.       — Меня выгонят раньше, — качнул головой Вэй Усянь, словно пытаясь вытрясти из головы печальные мысли.       — Не выгонят. Мы с Цижэнем поговорили немного. Он не может больше закрывать глаза на твои способности, поэтому тебе дадут возможность позаниматься со старшими учениками.       Вэй Усянь не знал, радоваться ли ему или плакать. Он не был уверен, принесет ли подобная практика что-то хорошее. С другой стороны, уроки со старшими точно не будут скучными, как теоретические унылые лекции.       — Запомни, тот, кто указывает на твои недостатки, не всегда твой враг, — Вэй Чанцзэ прижал сына к груди и через пару секунд отпустил.       Напоследок, прежде чем пересечь барьер, охраняющий Облачные Глубины, Вэй Чанцзэ лукаво добавил:       — Второй молодой господин Лань будет заниматься вместе с тобой.

***

Фуцинь, [Фуцинь — «батюшка», отец, уважительное]       Не поверишь, сколько всего произошло после твоего отъезда. Старик Лань Учитель Лань заставил меня и Цзян Чэна переписывать эти дурацкие правила, но позволил сделать это в комнате, поэтому нам помог Не Хуайсан. За это я пообещал помочь ему с занятиями, но не это главное. Не-сюн постоянно жалуется на тренировки с его братом и говорит, что сабля — тяжелое оружие. Пока он переписывал правила, у меня появилась неожиданная идея. Мы используем талисманы для борьбы, но если нанести знаки на другую поверхность, получится ли сделать оружие? Например веер?       Насчет уроков, о которых ты договорился с учителем Лань, все хорошо. Старшие ученики веселые ребята, пусть и Лани. Сначала они относились к нам с Лань Чжанем снисходительно. А потом мы выиграли у них в спарринге.       Я все еще посещаю некоторые уроки вместе с Цзян Чэном и Не-сюном. Скоро нас должны начать учить играть на музыкальном инструменте в рамках обучению шести искусствам. Не-сюн сказал, что если я уже умею играть на флейте, то смогу сам выбрать второй инструмент. Как думаешь, мне стоит попросить гуцинь и уговорить Лань Чжаня позаниматься со мной?       Хотя я и так его часто достаю. Мы недавно повздорили, и мне пришлось извиняться. Лань Чжань всегда кажется таким одиноким и холодным. Что в классе с приглашенными учениками, что со старшими он всегда один. Такое ощущение, будто другие ребята даже из ордена Лань его боятся. Поэтому я решил подарить ему друга! Друзей. Мы с Цзян Чэном и Не-сюном вобрались за пределы Облачных Глубин (проход нашел Не-сюан, как обычно) и нашли поляну с кроликами. Цзян Чэну кролики не понравились, наверно потому что не гавкают. А я вот утащил двоих и отдал Лань Чжаню. Ему понравилось. Вроде. На жаркое он мне их не отдал, значит понравились, так? Правда имена их он мне не сказал. Но ничего, на следующем уроке со старшими я у него все вытрясу !       А еще, если Лань Чжань согласится, он сможет приехать в Пристань Лотоса? Укрепление связей, все такое. Хочу ему показать озера и лотосы! Может у нас Лань Чжань начнет улыбаться чаще!       Говоря о Пристани Лотоса, как цзецзе? Она узнала о поведении павлина? Если нет, не говори ей, она расстроится. А госпожа Юй за это меня побьет. Меня и так часто в Облачных Глубинах наказывают, не хочу прямо по прибытии домой получить взбучку. Передавай привет шушу и цзецзе. И госпоже Юй тоже. И не работай допоздна! Твой сын, Вэй Ин.