Arasaka no Kami

Такемура на секунду остановил взгляд на трупе Такеши, упавшем на стол — кровь уже начала медленно растекаться под ним. Судя по отверстию в голове и щедро размазанным по стене мозгам, с него будет достаточно трудно снять конструкт. Горо ожидал, что тот застрелится — это было одно из самых разумных решений в его ситуации. Только он не думал, что Маэда сделает это настолько… профессионально? Арасака научилась выбивать информацию даже из мертвых — обходя ту досадную ситуацию, абсолютное недоразумение, когда даже навыки таких людей, как Такемура, оказывались бесполезными. Если только человек заранее не знал, как убить себя так, что Душегубу некуда было вонзить свои призрачные клыки. Слишком много случайностей, чтобы списывать этот факт и на них тоже. Потеряв интерес к мертвому, Такемура развернулся к выходу. — Хару, обыщи кабинет, — бросил он на ходу. — Вытащи информацию из компьютера. Подключи нетраннеров, пусть посмотрят, смогут ли они что-нибудь вытащить из хрома Маэды, — Горо задержался у двери, на секунду поразмыслив. — Сделай краткий отчет, отошли специалистам в Микоши. В зале стихла музыка — теперь вместо нее были автоматные очереди и крики. Только освещение было прежним, кислотным фиолетово-зеленым. Сюрреалистичная картина. В образовавшейся панике люди Такемуры оборонялись, отстреливаясь от людей в темной броне без каких-либо опознавательных знаков. Солдат Арасаки было больше, но Горо смог догадаться, что не он сам и не его люди были целью нападавших. Укрывшись за перекрытием балкона, он просканировал зал внизу в поисках перламутрового пятна. Безуспешно. Кислотное освещение с полумраком, искусственный туман и парочка брошенных светошумовых гранат не давали шанса даже его оптике. Снимая пистолет с предохранителя, Такемура понадеялся, что ему не придется вручную проверять каждый труп. Лестница почти скрыла его в тенях, но его все равно попытались застать врасплох. Он сделал обманный шаг вперед и тут же отступил назад. Поднял руку с пистолетом в тот момент, когда его враг показался из-за колонны. Выстрелил несколько раз: рука с оружием, грудная клетка, голова. Успешно. Откуда эти люди? Они не могли приехать позже — клуб был под наблюдением. Значит, были здесь с самого начала. Вооруженная группировка, действующая прямо под носом у Арасаки. Похоже, как начальник безопасности отдельно взятого города, Такемура тоже облажался. Дерьмо. Один из его людей, спустившийся вместе с ним, безупречно расстрелял еще одного неосторожного противника. Он и остальные вместе с Горо перегруппировались и заняли позиции за колоннами и круговой барной стойкой. По крайней мере, подготовка солдат Арасаки остается на том же уровне, думал он, бросив взгляд на труп девушки неподалеку. Яркие волосы, но темное платье — не перламутровый плащ. Люди, создавая панику, тоже рисковали получить пулю, но никого из Арасаки это не беспокоило — тактика ведения боев подразумевала и их ведение среди гражданских, в том числе. Очевидно, не беспокоило это и их противника. Командир группы солдат, которых Такемура оставил снаружи клуба, сообщал, что они тоже подверглись нападению. Потерь пока не было. «Хару, ты получил доступ к камерам?» «Только что, Такемура-сан. Менеджер на самом деле не хранил записи». «Уже неважно. Подключи меня». Горо пролистал изображения с камер, пока не нашел, что ему нужно: камера парковки показывала знакомую перламутровую фигуру, спешившую к белому мотоциклу. Успела сбежать через черный ход. Хорошо. «Дверь на лестницу в несколько метрах от вас, Такемура-сан, я отметил. На парковке несколько машин без регистрационных номеров. Камеры считывают присутствие людей». Такемура приказом отправил отряд, который был вместе с ним, к указанной двери — на парковку. Сам Горо, передвигаясь от укрытия к укрытию и иногда отстреливаясь, поспешил к выходу. «Данные с мотоцикла, Хару. Незарегистрированные автомобили. Загрузи на карту». Командир первого отряда отчитался о ликвидации нападающих снаружи. Сообщил о том, что при взятии противника живьем для допроса возникли «сложности», поэтому взять никого не удалось. Распахнув двери клуба, Горо понял это сам по чересчур залитой кровью улице и обезглавленным телам. Он слегка свел брови на переносице, удивившись, но, тем не менее, не остановился. О «сложностях» — после, сейчас — приоритет на перехват девушки. Оказавшись внутри красной Мидзутани, Такемура думал, что Мидори оказалась не так проста, оставалось надеяться, что он действительно напал на какой-то след. У него была зацепка и целый свидетель, совсем как полтора года назад, когда… Нет. Скверное сравнение. Горо разозлился на себя — от того, что ему вообще пришло это в голову. Мидзутани отозвалась рокотом пробудившегося дракона, который красной вспышкой пламени устремился по неоновым улицам Такамацу. Мидори повезло. Пуля, предназначавшаяся ей, попала в другую девушку. Целились не в голову, и целились недостаточно хорошо. В общей панике это дало ей возможность смешаться с толпой и быстро найти путь к отступлению. Клуб Sickness она знала как свои пять пальцев, и часто уходила из него как раз через черный ход. Выбежав из лестничного пролета на парковку, Мидори запнулась о порог и хорошо приложилась коленями о грубый асфальт, еле успев выставить вперед руки. Обругав себя за очень несвоевременную неуклюжесть, она приказала себе подняться и, не обращая внимания на боль в содранных в кровь голых ног, постаралась как можно быстрее доковылять до верного мотоцикла — перламутрово-белого Яйбы Кусанаги. Адреналин и страх смерти подгоняли ее как могли, но и мешали действовать. Дрожащими руками она схватилась за руль и только со второго раза смогла подключиться к нему, чтобы завести мотоцикл. Совсем рядом включились фары и заревел двигатель черной машины. От стены в нескольких сантиметрах от нее отскочила пара пуль. Вдавив до упора педаль газа, Сато сбила кинувшегося к ней человека в темной броне. Резко развернулась и, пригибаясь как можно ближе к рулю, чтобы не попасть под пули, выехала с парковки на улицу. Вдалеке она краем глаза заметила другие черные машины — Арасаки. Раздраженно зарычала, сжимая руль до побелевших костяшек. Почему так медленно?! Что ж, по крайней мере, они отвлекут на себя часть преследователей. Потому что к тем, что с парковки, присоединилось еще два бронеавтомобиля, вывернувших с соседней улицы. Мидори сделала еще один крутой поворот и постаралась полавировать в неплотном потоке автомобилей, чтобы сдержать охотников. Помогло слабо — очевидно, они были очень заинтересованы в том, чтобы поймать ее, и не заботились о случайных жертвах. Этот прием она все же повторила еще несколько раз: не отпускала педаль газа, а затем резко жала тормоз, чтобы заложить очередной резкий поворот. Периодически по ней пытались стрелять — но ее петляющая тактика чудом позволяла ей оставаться невредимой. За спиной были слышны звуки перестрелки, сменившиеся громким взрывом, но Мидори не могла себе позволить себе повернуть голову, чтобы узнать, чья машина взорвалась: арасаковская или ее преследователей. Наконец, они загнали ее на дорогу, которая плавно переходила в высокую эстакаду, ведущую прочь из города. Ее Кусанаги был недостаточно быстр — все же она красовалась на нем для красивых фото и видео, а не участвовала в стритрейсерских заездах. Машины ее преследователей были гораздо быстрее ее мотоцикла. Сато лихорадочно соображала — у нее еще была возможность снова заложить разворот и вернуться на улицы города, но это еще больше сократило бы дистанцию между ней и преследователями. Рано или поздно ее догонят. Эстакада… она разглядела вдалеке кое-что, что могло бы ее если не спасти, но, возможно, дать шанс. Нет. Слишком рискованно. Она разобьется, это точно. Выбора нет. Ей нельзя позволить взять себя в плен. А если ей еще раз повезет, то останется жива. Белый ботинок снова до упора вжал газ. Такемура еще раз взглянул на карту района и отмеченные на ней цели. Расстояние между преследователями и Сато, отмеченной зеленой точкой, неумолимо сокращалось. Его люди не отставали, и смогли отвлечь на себя большую часть возникших будто бы из ниоткуда преследователей, но время было не на стороне Мидори. Судя по ожесточенности погони, она была невероятно нужна преследователям. Как показалось Горо, — живой, но, судя по их действиям, убийство также не было невозможной альтернативой. Такемура не мог не признать, что его гложет любопытство — в чем была причина? Вероятно, она действительно видела или знает что-то важное. Настолько важное, что кто-то был готов положить столько людей ради девчонки-инфотейнера. Что-то, что не должна была знать Арасака? Или, если не Арасака, но лично он, Такемура? То, что неизвестные вскоре догонят ее, было очевидно, и Горо не сомневался — она об этом тоже думала. На ее месте он бы пошел на риск ради шанса на спасение. Эстакада, на которую заезжала «зеленая точка» такой шанс могла предоставить. Поэтому Такемура резко вжал педаль тормоза и повернул руль в сторону до упора — Мидзутани взвыла, задымились шины, но машина подчинилась, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Оставалось надеяться, что он правильно распознал ее намерения. Разогнавшись на эстакаде, белый мотоцикл Сато въехал на пустой автовоз по удачно спущенному трапу. Она продолжала жать газ, пока не съехала с его второго яруса, как с трамплина, — в пустоту. Разглядывая, как в замедленной съемке, огни фонарей и подсветку здания внизу, Мидори думала только о том, что точно разобьется. Она действительно разбилась — ее мотоцикл влетел и вдребезги разнес огромные стеклянные окна одного из магазинов высокой башни-торгового центра. Доли секунды на реакцию. Отпустить руль. Закрыть лицо руками. Спрыгнуть с мотоцикла. Сгруппироваться перед падением. Отключить отклик. Открыв глаза, Сато обнаружила себя среди множества осколков. Под рев сигнализации она повернула голову, убедившись, что шея не сломана. Увидела впечатанный в стойку магазина покореженный мотоцикл — он лежал, прикрытый двумя манекенами. Надеюсь, ему не сильно досталось, удастся отремонтировать. Если получится пережить эту ночь, конечно. Наполовину застонав, наполовину захрипев, девушка попыталась встать, но ей помешала резкая боль, от которой она вскрикнула уже в полный голос. Аккуратно сев, Мидори всхлипнула, посмотрев на большой кусок стекла, застрявший у нее в предплечье левой руки. — Ты справишься, — судорожно выдохнула она. — Должна. Нет времени на жалость к себе. Для начала Сато медленно и не с первой попытки сняла с себя разорванный прозрачно-перламутровый плащ. На руке стекло удачно широко прорезало его почти твердую пластиковую ткань — она со всей осторожностью, морщась от боли, протащила руку со стеклом через этот разрез. Сняв с ближайших вешалок две первые попавшиеся вещи, одну из них Мидори зажала зубами, другую положила рядом. Выдохнув, она резким движением вытащила стекло из руки. Боль заставила ее, наверное, почти перекусить зубами ткань во рту, а без нее точно бы удалось перекричать сигнализацию. В глазах помутнело и сначала было даже тяжело рассмотреть, что с рукой. Кровь щедро оросила ее тело, окрашивая ее модные белые топ с шортами в красный, но это было обманчивое впечатление — крови (как и ткани), на ее теле было не очень много: снова повезло, крупные сосуды были не задеты. Отдышавшись, Сато крепко замотала и завязала руку вторым куском ткани с вешалок. Встала и бегло осмотрела себя: порезы и синяки были по всему телу, где-то наверняка были еще и мелкие осколки, но крупных ран больше не было. Найдя у входа в магазин огнетушитель, она, прихрамывая, вышла в коридор, где почти сразу нашла витрины с дорогими подарками. Обхватив огнетушитель здоровой рукой, Мидори, морщась от боли, замахнулась и разнесла ее. Взяла зажигалку и сорвала с вешалок другого магазина еще несколько вещей. В здании было всего два лифта, рядом. Накидала вещей в каждый и подожгла. Подождала, когда к сигнализации добавилось аварийное оповещение и сменился свет. Наконец, Сато решительно направилась к лестнице. До крыши было несколько этажей. Должна успеть. Предположение оказалось верным. А Сато — отчаянной. У Такемуры с каждой минутой росла уверенность, что она не была просто местной знаменитостью. Чрезвычайно осведомлена, как говорил Хару, видела не только Сатико перед смертью, но даже людей, пытавшихся «купить» инженера Арасаки. Сплошная череда «случайностей». К башне благодаря Мидзутани он успел первым. Еще пара боевых групп, не занятая преследованием оставшихся нападавших, тоже отправились к месту назначения. Они прибудут позже — но полагаться только на себя ему было не в первой. Подъехав, он заметил еще один черный автомобиль, брошенный прямо у входа. Конечно, все же не могло быть слишком просто. Такемура вышел из машины и направился к зданию, на ходу перезаряжая пистолет. Полиция, которая обещала приехать через десять минут — на семь минут позже, чем его подчиненные, — любезно предоставила ему доступ к камерам видеонаблюдения, с помощью которых Горо определил, что его цель направляется по лестнице на крышу башни. Как и ее преследователи. Внутри здания его практически оглушила сигнализация, а темноту периодически разрывали красные всполохи аварийного освещения. Лифты были выведены из строя. Попытка замедлить. Умно. Это замедлит и его тоже, конечно, но шансы найти Сато еще живой определенно повышались. — Прошу вас, пожалуйста, не стреляйте. Ей давно не приходилось кого-либо умолять. Было страшно, больно, она смертельно устала — в ее планы на вечер входили коктейли и непринужденные разговоры, а не борьба за свою жизнь и казавшаяся бесконечной погоня. Поэтому стоявшие в ее глазах слезы были до невозможного искренними. Единственный охранник башни повстречался ей на последнем этаже, когда она пыталась найти ключи от крыши. У него в руках был пистолет, который был нацелен ей в голову. Сбежать от профессиональных головорезов, чтобы быть застреленной случайным человеком, которому не повезло в эту ночь дежурить здесь. Мидори еле удержалась, чтобы не захохотать в истерике, но внутренний голос снова приказал успокоиться. — Пожалуйста… за мной сюда идут люди, которые хотят меня убить. Или даже сделать что-то… намного хуже. Они убьют и вас тоже. Последняя фраза подействовала на охранника сильнее, чем все остальное. Он опустил пистолет. — Арасака? Мидори отчаянно замотала головой. — Нет, но они тоже будут здесь. Это дела корпораций. — И они пришли за тобой? Девушка закивала. — Им нужна только я. Пожалуйста, отдайте мне ключи и бегите. Так вы спасете себе жизнь. А может быть, и мою. Пожалуйста… Глядя на то, как он колеблется, и, понимая, что времени у нее все меньше, она почти готова была упасть на колени и зареветь. Но неожиданно охранник, отстегнув ключи от пояса, бросил их девушке под ноги и поспешил убежать. Та подобрала их дрожащей рукой, не веря своей удаче. Быстрее, быстрее соображай, у тебя мало времени. Она поспешила, все также прихрамывая, к двери на крышу. Заперев ее снаружи, Мидори поискала глазами что-нибудь, чем можно было бы ее подпереть, но крыша была абсолютно пуста. С досады и злости она ударила здоровой рукой по стене — стоило прихватить что-нибудь по дороге. Девушка заставила себя медленно выдохнуть. Теперь, если ей в очередной раз не повезет, у нее оставался только один путь. Мидори неторопливо подошла к краю. Сильный холодный ветер взметал ее волосы, стирая последние намеки на красивую укладку. Взглянув на сияющий Такамацу далеко внизу, она услышала звуки ударов о дверь. Та была достаточно хрупкой и выдержала всего три. Мидори обернулась. Такемура пришел почти вовремя. Он бесшумно, словно лис, выбрался через выломанную дверь на крышу, держа наготове оружие. Трое. Все та же форма и оружие. Всего трое — кто бы ни стоял за ними, силы у них все-таки явно были ограничены. Сато стояла у самого края. — Тебе необязательно умирать. Всем будет лучше, если ты расскажешь все сама. Кто ты — и так скоро будет известно. Девушка ничего не ответила, но Такемура заметил, как она сделала еще один шаг назад, к краю. — Идиотка. Он подкрался к ближайшему человеку. Схватил в захват. Выбил из рук оружие, сделав живым щитом. Выстрелил точно в голову человеку, целившемуся в Мидори из автомата. В «щит» попало несколько пуль, и Такемура обернулся. Стрелявший попытался сделать перекат и уклониться, но системы наведения, синхронизирующие импланты Горо, редко промахивались. Еще два точных выстрела — второй человек тоже был мертв. Такемура отпустил того, кем прикрывался, — пули его коллеги нанесли урон, несовместимый с жизнью, — и тот рухнул на землю, хотя еще продолжал дышать. Вовремя, потому что в следующую секунду голова человека взорвалась изнутри, что заставило даже сделать небольшой шаг назад бывшего телохранителя Сабуро, который был уверен, что видел, наверное, все. Но жизнь продолжала его удивлять. Жаль только, что почти никогда — приятно. Понимая, тем не менее, что к этой чрезвычайно занимательной особенности противника он сможет вернуться позже, Такемура переступил через труп и сделал несколько медленных шагов в сторону Сато. Она заметно дрожала на сильном ветру, который нещадно трепал ее волосы. Этот же ветер периодически вздымал полы черного пиджака Горо, невольно заставляя вспоминать о ледяных прикосновениях онрё. От былой самоуверенности Мидори не осталось и следа. Такемура рассмотрел потекшую тушь на ее лице, кровь на одежде и многочисленные мелкие порезы и царапины на теле. Левая рука была наспех перевязана, и, судя по тому, как Мидори держала ее, она явно причиняла ей боль. Он сделал еще два осторожных шага — словно по хрупкому льду. Горо опасался, что девушка действительно может спрыгнуть — от пережитого стресса или, если полагает, что он угрожает ей точно так же, как и те люди. Ему никогда не приходилось отговаривать людей от суицида… скорее после встречи с ним некоторые были согласны застрелиться сами. Поэтому он не знал, что сказать ей — хорошие слова не приходили в голову. — Не нужно. Такемура попытался произнести это мягко, но от тона его голоса девушка все равно неожиданно дернулась и подалась назад, опасно упершись ботинками в край. Он остановился, размышляя, что ему делать дальше. До Сато оставалось еще несколько шагов, но, если она все-таки решит спрыгнуть, вероятность успеть и поймать ее была крайне мала. Глаза Мидори лихорадочно блестели, она тяжело дышала. В ее взгляде было отчаяние. Когда Такемура был уверен, что Сато все-таки упадет вниз, она смогла удивить его. Мидори бросилась вперед, к нему. За несколько быстрых шагов преодолела расстояние между ними и прижалась к его груди, уткнувшись лицом в ткань его пиджака. Первая мысль — это ловушка. Вряд ли у девушки хватило бы сил убить его, но отточенные инстинкты упорно диктовали необходимость свернуть ей шею. Шли секунды, а Мидори просто продолжала прижиматься к нему хрупким телом, продолжая дрожать не то от ветра, не то страха и будто бы не решалась поднять голову. Не до конца понимая, правильно ли он делает, Горо аккуратно обнял ее свободной рукой. — Тебе ничего не угрожает, — в этот раз он действительно постарался произнести мягко. До тех пор, пока я не выясню твою роль в происходящем.