Жменька осколков

Мари прекрасно видел, как военный смотрел на него и улыбался. Улыбался так влюблённо, что не мог это скрыть даже за злыми остротами. Каждый день готовил ему завтрак, интересовался его самочувствием и вообще старался разгружать его от домашних дел. Странно только, что до сих пор никуда не позвал, но с его характером, быть может, это даже ожидаемо: у детектива была целая гора работы прямо сейчас, так что, возможно, Айгнер просто не хотел ему мешать или боялся получить отказ. Локхарт решил, что пригласит его в кино сам, как только закончит это ужасное дело. — Как там у тебя? — участливо и встревоженно спросил вампир за ужином. Переживал за него, это видно. — Честно говоря, я начинаю думать, что это кто-то из вашей братии, — слегка нахмурился офицер. — Да? — Да. Слишком много странных совпадений, очень извращённые способы убийства, иногда патологоанатомы не досчитывались пары литров крови. — Это не могут быть разные убийцы? — Вряд ли. Газетчики растрезвонили об основных общих признаках жертв, но никто не говорил им про другие улики, а они везде совпадают до сих пор. Тут налицо маньяк, либо целая их группа, — Мари добавил немного острого соуса в заботливо приготовленную для него лапшу. — Кто-то, кто в курсе дел полиции и при этом, скорее всего, вампир, — он слегка поднял взгляд. — Ты давно общался с Зеном? — Совсем недавно. Ты же не думаешь, что… — Скажу честно: думаю. Нир слегка поджал губы. — Зен — хороший парень. — Я знаю, Айгнер, знаю. Он много раз тебе помогал, но сейчас он главный подозреваемый. Преступник убивает полицейских — полицейских из моего участка. Находит их в моменты, когда они наиболее уязвимы, и к тому же ночью. Он в курсе всех дел полиции — он точно знает, кто, когда и куда пойдёт. Жертвы не сопротивляются, будто под вампирским укусом. Зен идеально подходит под описание — это ведь он курирует мой участок с вашей стороны? Я не говорю, что это он, но я бы хотел с ним пообщаться. — Зен научил меня Анимализму, — слегка нахмурился военный. — Да, но это не делает его… — Я не об этом. Я к тому, что это далеко не так легко: я не склонен к такой способности. Мы проводили очень много вечеров вместе, пока он меня тренировал, это считается за алиби? — Хм… если так… то может быть. Но я бы всё равно с ним поболтал, ты можешь организовать нам встречу? — Ну, я его заставлять не буду, если что, — пожал плечами Айгнер. — Но поговорю с ним. — Спасибо. — Может быть… — он нервно хрустит пальцами, — может быть тебе стоит перевестись? Или переехать. Это всё звучит довольно опасно. Лицо у него каменное, но пальцы стучат по столу: он переживал. Полицейский слегка улыбнулся. — Ты же знаешь, я не могу это просто так оставить. Кроме того, — он опустил взгляд в тарелку, — гибнут мои друзья. — Да, я… знаю, просто… эм… — вампир некоторое время будто собирался с духом, даже кашлянул. — Слушай, ты тоже мой друг, и… мне правда не всё равно на твоё состояние. Может быть, хотя бы возьмёшь кого-нибудь из моих ребят? На всякий случай, если вдруг будут проблемы. «Своими ребятами» Нир называл животных, к которым пристрастился после того, как научился Анимализму. На крыше дома Локхарта он развёл птичник, где кормил воронов, а также всегда оставлял миски для кошек. Ему это нравилось, и он говорил, что чувствует себя как колдун — ворон на плече и чёрная кошка на руках действительно придавали «ведьминского» антуража кому угодно. — Не откажусь. Спасибо. Детектив мягко накрыл его руку ладонью — военный смущённо заулыбался и отвёл взгляд, совсем как старшеклассник на выпускном, ей-богу. Покраснел бы, если бы мог. — Я найду тебе птицу посговорчивее. Только имей в виду: все вороны с характером. Один из них чуть не отклевал мне ухо, — рассмеялся Айгнер. — Так что носи с собой каких-нибудь орешков. Мари хохотнул, однако покивал. Потерять ухо было слишком критичной травмой.

***

— Это и есть твой лучший друг, про которого ты так много рассказывал? — Да, знакомься, это Мариус Локхарт — последняя оставшаяся надежда всего этого ебаного города, — усмехнулся Нир. — Айгнер любит драматизировать, — рассмеялся офицер. Он пожал руку худощавому парню в спортивном костюме. Тот слегка кивнул в знак приветствия. Локхарт для себя отметил, что этот незнакомец прохладный, наверное, тоже вампир. У него вообще после знакомства с военным появилась привычка замечать теплоту (или её отсутствие) собеседника при рукопожатии. — Это Уолтер. Мы вместе работаем, он типа… как мой шеф, — представил Айгнер и подвинулся, чтобы полицейский мог сесть рядом. На их столе стояло по стакану пива, но ни к одному из них не притронулись, так что Мари решил самым наглым образом присвоить стакан сидящего рядом вампира себе. Его втайне радовало, что Нир начал общаться хоть с кем-то и решил знакомить его с друзьями: во-первых, это означало, что он начал выбираться из своей скорлупы, а во-вторых, он явно хотел впустить детектива в свою жизнь больше, чем просто приятеля. — Айгнер постоянно про тебя трещит, — хохотнул Уолтер, на что военный закатил глаза. — Да, давай, это же пиздец как интересно и важно. Я, блять, у него живу, про кого ещё мне трещать? — Ну не знаю, — протянул тот с усмешкой. — Вон у того официанта классный зад, про него же ты не трещишь. — Смешно. — А я с ним согласен, зад реально ничего такой, — рассмеялся Локхарт, чтобы просто поддержать разговор. Вампир снова закатил глаза, однако вскоре уже шутил над собой и рассказывал какие-то смешные истории. Офицер старался веселиться вместе с ними, но мысленно постоянно возвращался к работе — он вообще не должен тут сидеть сейчас. Впрочем, алкоголь слегка расслабил, а компания Уолтера и Нира была довольно приятной, так что к середине ночи Мари даже позволил себе пофлиртовать с военным и навалиться на него. Тот же выглядел как сытый кот, разве что не урчал. — Орешек тебе не мешается? — спросил Айгнер, когда они отправились домой. Он отдал полицейскому свою огромную куртку и даже приобнял его за плечи. Ухаживал, конечно, как будто ему было не сорок, а двадцать. Хотя если учесть, что его социальная жизнь закончилась как раз в это время… это было неудивительно. Локхарт слегка хмыкнул. — Нет, иногда я даже забываю, что он рядом. Но он всегда отзывается, если посвистеть. — Это хорошо, — вампир чуть сильнее сжал его плечо. — Я… правда не хотел бы, чтобы с тобой что-то случилось. — Я знаю, — детектив самым провокационным образом поднялся на цыпочки, подтягиваясь ближе к его лицу. — Но ты же не дашь этому произойти? — Ну не знаю, ты иногда как будто напрашиваешься на неприятности, — оскалился Нир, подхватывая эту игру. — Я? Это обвинение жертвы, — Мари обнял его за шею и ухмыльнулся. — Никто в здравом уме, — он приблизился к его уху, — не будет напрашиваться на неприятности, — офицер нарочито шумно выдохнул, обдавая горячим дыханием, — прямо в этом тёмном переулке. Военный сделал глубокий вдох, нервно облизнулся. — Да, здесь что угодно может произойти, — хрипло ответил он, кладя руки на пояс Локхарта.

***

У Айгнера едва не вываливались внутренности, а рукой он придерживал болтающийся на честном слове сустав, пока полицейский судорожно зашивал его. Он даже порадовался, что начал плотно есть: вампир смог немного отпить из него и подлечиться, хотя всеми силами отнекивался поначалу. — Кто это сделал с тобой? — нервно спросил Мари. — Из соседней организации, если очень коротко, — сдавленно прошипел тот. — Что-то я не припомню, чтобы с конкурентами боролись таким способом! — Это вампирская херня, — Нир зажмурился от боли. — Ублюдки решили подраться за территорию и напали на здание, где я работаю. — Кто ещё пострадал? — встревоженно уточнил детектив. — Только нападающие. Всё в порядке. — Я вижу, как всё в порядке! Нир, в городе и так происходит какая-то чертовщина, пожалуйста, постарайся не ввязываться в подобные вещи! Каждый день какие-то смерти, полицейских продолжают убивать и даже, как ты говоришь, вампиры начали пропадать! Зен пропал! Следующим можешь стать ты! Военный виновато опустил взгляд, молчал. Локхарт тяжело вздохнул, прижался к его лбу губами. — Я просто переживаю. — Да, я… прости, что заставляю тебя волноваться. Я что-то придумаю. Офицер лишь нервно рассмеялся и продолжил шить. Мир сходит с ума.

***

— Перестрелка в клубе «Яма». — Принял, — коротко ответил по рации Мари, с визгом шин разворачивая автомобиль. Чёрт, это же тот самый клуб, где сегодня, по словам Айгнера, должен был быть Элизиум, на который он собирался сходить. По официальным данным клуб был закрыт сегодня ночью, но, видимо, это было сделано для того, чтобы вампиры могли там спокойно расслабиться. Но в таком случае, кто настолько сумасшедший, чтобы устраивать перестрелку с ними? И как это вообще могло произойти, если вампиры умели целую кучу всего — один только Нир чего стоил. Разве что это могла быть другая вампирская организация, про которую военный рассказывал, но тогда ехать туда человеку — чистое самоубийство. Но мысль о том, что с Айгнером там может что-то произойти, не давала покоя. Полицейский зашёл с чёрного входа и быстро огляделся. В тусклом освещении было плохо видно, но несколько окровавленных тел на полу были слишком очевидны. То, что они все были мертвы, не подлежало сомнению: сложно быть живым, если у тебя разорвано горло, а голова болтается на остатках позвоночника. Среди них Локхарт даже узнал Тилля — худощавого и долговязого парня, который якшался с Джеки, относительно неплохим знакомым Нира. Детективу поплохело от мысли, что с тем могут сделать то же самое. Шагать практически по трупам, а не по полу было не самым приятным опытом, но радовало то, что среди них всех больше не было знакомых. Когда откуда-то сбоку начали стрелять, Мари едва успел прыгнуть за перевёрнутый стол. Он уже собрался было обороняться, когда вдруг раздался оглушительный птичий гомон, чей-то крик, а следом грохот и сдавленное бульканье. Карканье заполнило собой всё пространство, ударило по ушам, но вдруг стихло так резко, что на секунду офицер даже подумал, что оглох. На угол укрытия присел ворон Орешек, пристально глядя на Локхарта умными глазами. Полицейский же мгновенно выглянул из-за стола, и его тут же чуть не сшибло что-то большое. Налетевший Айгнер крепко его обнял и со страшными глазами оглядел. — Он не задел тебя? Всё хорошо? Что ты здесь делаешь, зачем ты тут? В крови были вымазаны его руки, нижняя часть лица, шея и грудь. Вся одежда пропиталась ею. Зелёные глаза почему-то мерцали в сумерках. — Чт… что происходит? Говорили о перестрелке. Мари окинул его ошеломлённым взглядом. На вампире не было повреждений, но он явно регенерировал, судя по длинным волосам, забранным в хвост. — Ничего, уже всё закончилось, всё хорошо, — Нир нервно заулыбался. — Пойдём домой, я тут со всем справился. Детектив скорее интуитивно, чем осознанно, сделал шаг назад и поднял голову. Огромная чёрная стая воронов закрыла собой весь потолок, их было так много, что, казалось, металлические балки начнут прогибаться под весом птиц. В ногу Локхарта что-то толкнулось, и он, резко опустив взгляд, увидел ластящуюся к его ногам кошку. Военный шикнул на неё и широкими шагами подошёл ближе. — Всё нормально? Ребята щас без тебя уже начнут, — из-за ближайшей двери в помещение заглянул ещё один человек. Уолтер. Такой же окровавленный с ног до головы. Он бросил короткий взгляд на офицера и слегка нахмурился. Лицо Нира помрачнело. — Какого чёрта он здесь делает? — Я разберусь, окей? Начинайте без меня. — Айгнер, это смертный. — Я, блять, разберусь! — рыкнул военный раздражённо. Он снова повернулся к Мари, лицо его посветлело, он почти беспечно улыбнулся и попытался взять его за руку. Полицейский резко отшатнулся, глядя, как Уолтер уходит. — Что здесь происходит? — на повышенном тоне спросил он, кладя руку на пистолет. — Только не нервничай, — Айгнер протянул ему руки по локоть в крови, — пойдём домой, я всё расскажу. Уолтер с ребятами сейчас отлично поедят, будут довольные, добрые, я познакомлю тебя с ними — ты им понравишься. — Какого чёрта?! — Локхарт сделал ещё шаг назад и достал пистолет из кобуры. — Что. Ты. Сделал?! У вампира вид был такой, будто его ударили: расстроенный, огорчённый и почти что напуганный. Он подошёл ближе, но явно старался соблюдать дистанцию, будто не хотел пугать. — Я всего лишь исполнял твоё желание, всё в порядке, — Нир снова лучезарно улыбнулся. — Не пугайся. Никто тебе не навредит, я об этом позаботился. — О чём ты?! Здесь… здесь… ты!.. — Здесь всё хорошо. Главное, что ты в порядке, — он сделал ещё шаг в его сторону. — Я сделал всё, чтобы нам было хорошо. Тебя напрягает Уолтер? — военный слегка рассмеялся. — Одно твоё слово, и ты больше никогда его не увидишь. Он, вообще-то, хороший парень, но если он не нравится тебе… — Хватит! Что здесь произошло?! Что ты несёшь?! Стой на месте! Детектив направил на него пистолет, оглядывая тучу чёрных птиц над головой. В слабом освещении вспыхнули несколько пар кошачьих глаз с разных сторон. Животные и птицы следили за каждым его движением. Айгнер замер, поспешно стирая с лица кровь, но фактически только больше её размазывая. — Я просто… Он с мягкой улыбкой слегка наклонил голову. Взгляд у него был влюблённый и ласковый, как будто они не стояли посреди горы мёртвых тел вампиров и людей. — Я просто сделал так, чтобы ты больше не тревожился за меня. Я подумал, это действительно опасно, когда вокруг нас так много Сородичей. Никто из них больше не будет пить из тебя без спросу, никто тебя не тронет и никто из них не навредит мне, так что ты можешь больше не переживать за моё состояние. Уолтер и ребята знают, что к тебе не нужно приставать, я им чётко дал это понять. Все в выигрыше, — Нир улыбнулся ещё шире. Он действительно не сделал больше и шага в его сторону, но от этого становилось только страшнее: непонятно, что вампир собирался делать дальше. Мари ещё раз оглядел окружающих его воронов и кошек. — Ты сошёл с ума?! Ты же… ты устроил здесь кровавую бойню со своими… своими приятелями?! Кто это такие?! Это же нарушение Маскарада! — Ты так беспокоишься за меня… — у Нира на лице расцвело умиление. — Не переживай за Маскарад. Я избавился от всех, кто его поддерживал. С остатками потом разберусь, а Уолтер и ребята позаботятся о том, чтобы у нас не было проблем. Не переживай за меня. Пойдём со мной, я наберу тебе витэ — у тебя не будет уз к мёртвым, но оно определённо поможет тебе с… — Айгнер, ты!.. Ты болен! Я сейчас же пойду и!.. И полиция!.. — офицер запнулся на мгновение, пытаясь осознать, что именно может сделать полиция. — О, детка, не стоит, — во взгляде военного мелькнуло беспокойство. — Мне придётся и с ними что-то сделать — я бы не хотел, чтобы ты страдал от потери оставшихся своих друзей ещё больше. Если тебя гнетёт моральная сторона вопроса, то не переживай, я сделал всё, чтобы это не принесло тебе проблем, — он снова солнечно улыбнулся. — Я хочу, чтобы ты знал: я прекрасно осознаю, что виноват во всём, что тут произошло. Я виноват, не ты. И даже если ты сделаешь что-то, из-за чего мне придётся ещё убивать, я хочу, чтобы ты понимал свою непричастность к этому. — Ты ненормальный… — Так и есть! Просто без ума от тебя, понимаешь? — Айгнер даже задышал, видимо, от прилива вдохновения. — Разве я не исполнял каждое твоё желание? Не избавлял тебя от проблем? Я разобрался со всеми твоими коррумпированными коллегами; я избавился от тех, кто думал, что может забрать тебя у меня; я указал Уолтеру на Элизиум, чтобы больше никто из Сородичей не мог укусить тебя без спросу. Если тебе не нравится Уолтер, я придумаю, как разобраться с ним и всеми остальными. Было тяжело, но я выучил Анимализм, чтобы ты всегда был в безопасности. Вампир с улыбкой начал подходить ближе, Локхарт сделал ещё несколько шагов назад и понял, что упирается спиной в стену клуба. Отступать дальше было некуда. — Что ты сделал с Зеном? — почти шёпотом спросил детектив. — О, эта история! Она всегда напоминала мне о тебе, — Нир подошёл к нему почти вплотную. — Он узнал о том, что я разбираюсь с полицией и… — он нервно рассмеялся, — я выпил его досуха и проглотил его душу. Он сильный, пытался прорваться наружу, подавить моё сознание. Но я думал о тебе, когда его тело рассыпалось в прах. Я думал о том, что мне нельзя уходить — я ещё должен очень много сделать для тебя. Я ещё очень много не успел. Это всегда давало мне сил. Так что можно сказать… — военный положил окровавленную руку ему на плечо, ласково его сжал, — что мысли о тебе меня спасли. — Ты чудовище, — Мари резко скинул его руку. — Да, так и есть, — Айгнер с той же улыбкой мягко смял дуло его пистолета. — Но я готов им быть для тебя. Ты же… ты такой… этот мир слишком неправильный для такого, как ты. Он тебя не заслуживает, серьёзно. Все они тебя не заслуживают. Я возьму всю эту грязь на себя, не переживай, — он нежно обнял ладонями лицо офицера. — Тебе не нужно думать о том, что происходит. Всё, что тебе не нравится, не дойдёт до тебя, я тебя защищу, правда-правда. Я знаю каждое твоё желание. Даже если ты захочешь что-то, что причинит мне боль, я постараюсь это сделать, потому что я знаю: ты не можешь желать ничего плохого. Даже если ты возненавидишь меня и скажешь, чтобы я убирался, я не обижусь. Я предвидел, что тебе не очень понравятся мои действия. Мне достаточно просто быть рядом, ты меня даже не заметишь. Знаешь, вместе с Анимализмом, Зен подарил мне Затемнение, так что можешь не беспокоиться, что я буду маячить где-то, — вампир наклонился ниже к его губам. — Ты только не пугайся. Никаких уз, никаких запретов — ты свободен, я никогда бы не причинил вреда даже самой маленькой частичке тебя, — он оскалился. — Я избавлюсь ото всех, кто думает о тебе плохо. Я, конечно, не без недостатков, извини, если мне придётся разбираться с теми, кто попытается тебя увести. Я брошу весь мир к твоим ногам. Чего бы мне это ни стоило, — Нир совсем зажал его в углу и шумно выдохнул на ухо. Локхарт попытался оттолкнуть его, но, кажется, военный был слишком поглощён своими мыслями, чтобы заметить это. Полицейский попытался было крикнуть или по меньшей мере пнуть его, но военный вдруг взял его в охапку, сковывая руки и увлекая в глубокий долгий поцелуй. Мари замычал, забился и довольно болезненно укусил Айгнера за губу. Тот провёл по ней языком, зрачки в его глазах стали расширяться. — Знаешь, ты так горячо выглядишь, когда вымазан чужой кровью. Это… так… заводит… — вампир оглянулся в сторону двери, в которой скрылся Уолтер и поднял взгляд на сидящих под потолком птиц. — Я знаю, что тебе понравится. Я найду для тебя столько витэ, что ты будешь жить вечно.