Чёрные алмазы

Чёрные тревожные глаза были так близко, что Какаши казалось, будто он различает грани драгоценных камней в глубине зрачков. Отгадку нашли без его участия. Эти глаза следовало просто... закрыть. Какой-нибудь повязкой. Как запереть двери. Если придворный колдун не ошибался, это и сделает Итачи простой смертной. Выходит, весь смысл притворства Какаши был в уменьшении помех и преград между ним и целью, никакой полезной информации он не добыл. Однако отлично сработал, да. Преграды не только исчезли, но и ушли в минус. Кажется, лучше бы его убили при попытке тайно проникнуть во дворец за принцессой, до которой ему бы тогда дела не было. Если бы доверие Учиха Итачи обрело материальную форму, ни одна сокровищница мира не была бы достойна его. Какаши Хатаке собирался уничтожить реликвию, которая жгла ему руки. Какаши Хозуки хотел сделать всё, чтобы сохранить, но вот беда, его не существовало. Его можно было только вообразить и на время забыться в этом образе, то ли сходя с ума, то ли по-детски играя в веру в счастье. За этим он и пришёл среди ночи, сразу после прочтения письма из Листа. Она проснулась ещё до того, как он присел на кровать. Сказал что-то про ночные кошмары и отшутился, мол, не одной же Итачи людей будить. Пожалуй, он никогда больше не будет так близко к настолько потрясающему его человеку. Наполняющему пустоту внутри чем-то, кроме тоски и ужаса. И это ведь было взаимно, а потому он мог не считать себя эгоистом, час за часом откладывая возвращение в свою комнату.

* * *

- Уверены, что не хотите этого? - Итачи пальцем провела по его плечу. Она лежала на нём всем своим весом, но даже локтем, которым опиралась на его грудь, не доставляла неудобств. Тёплая, открытая для него одного. Снова заговорила, не дождавшись ответа. - Если у нас ничего не выйдет, мы оба можем не дожить до конца войны. В другом случае меня, должно быть, сосватают принцу вашей страны для закрепления союза. Вы знаете, я соглашусь. - Я могу быть вместо принца. - Это не серьёзно, Какаши. - Девушка слегка нахмурилась, посчитав его слова неуместной шуткой. Верно, такое никем рассматриваться не будет. Не связав непосредственно правящие семьи, ни одна сторона не будет считать союз надёжным. Какаши Хозуки мог полагать, что это последняя ночь для них, а Хатаке знал это точно. Последняя ночь, когда он может прижать к себе её тонкое тело. Зарыться пальцами в волосы, прикоснуться губами к губам, дрожа от бессилия остановить время. Ближе к этому чуду. Ещё ближе, вплотную, прильнув. Он привык жить, ненавидя себя, но презирать не готов. А потому не зайдёт дальше. Какаши перевернулся набок, укладывая девушку рядом с собой. - Да. Принцесса и вельможа - не равнозначные заложники. Но если обойтись без заложников и создать настоящую связь, разве она не будет крепче и серьёзнее любой другой? Мы убедим всех. - Убедим в чём? - В том, что любим друг друга? Итачи смотрела немного испуганно и медлила. - Да, мы постараемся убедить, - наконец промолвила она. И скептично хмыкнула. - Если вас вообще запустят обратно в Воду после нашей выходки. - После государственной измены, ты хочешь сказать? - он улыбнулся искренне. Какаши Хозуки было ничего не страшно. Какаши Хатаке ужасался сам себе.