Чёрные алмазы

Итачи отложила в сторону протёртый до блеска кинжал, и брат тут же забрал его. Вместо возмущений она подняла брови, завязывая немой разговор. Саске хмурился, вертя кинжал в руках. Тема их переглядываний слишком часто одна и та же. - Последний, - потребовал он в конце концов и замахнулся. - У тебя локоть отставлен в сторону, - заметила Итачи, принимая компромисс. Саске цыкнул и поправил положение руки. Нарочно долго медлил с броском, но сестра терпеливо ждала, больше никак не комментируя. Кинжал свистнул и вонзился чуть в стороне от нарисованного на деревянном щите кружка, больше похожего на точку. По крайней мере, врезаться плашмя он совсем перестал. Саске его вытащил и на сей раз протёр сам, бросая на Итачи косые взгляды. Возиться с тряпкой можно было ещё дольше, чем замахиваться, но мальчишке быстро надоедало в такое играть. - Давай повторим через несколько дней, - негромко и с выраженным безразличием попросил он. Ни на что не рассчитывая. - Давай продолжим через пару часов, - предложила сестра, вызвав удивлённый, с трудом верящий взгляд. - Отец позволит?.. - разумеется, первым вопросом должно было быть "кто ты и что сделала с моей вечно занятой сестрой", но в этой лохматой голове, похоже, начали оседать признаки такта. Или просто нежелание чем угодно спровоцировать Итачи передумать. - В ближайшее время с этим должно стать получше, - а вот потом, когда её покладистость окажется мнимой... В общем, надо насладиться этим выигранным временем. Пусть в результате этих встреч Итачи каждый раз захлёстывает волна тревог и переживаний, они помогают помнить, за что она хочет бороться. - Ты придёшь снова сюда? - торопится уточнить брат. - Нет, - она протянула руку, указывая на крыло, где находилась её комната. - Приходи сам, - и заодно, улыбнувшись, ткнула ему в лоб двумя пальцами. С Какаши она наговорится вдоволь завтра, а сейчас действительно хватит короткой встречи в отдалённом коридоре.

***

И вот он смотрел ей в затылок и сжимал через ткань рукава иглу со снотворным, которую пронёс в кощунственно высверленной рукояти Обезглавливателя. Всего несколько движений, на время которых нужно забыть так много. Он не Хатаке и не Хозуки, он никто... Механизм отрешения давал сбой. Как там было у Данзо?.. Ни имени, ни чувств, ни желаний, только долг. Ах, впору было пожалеть, что он уже вышел из возраста, когда его могли качественно обработать подобно Саю. А сейчас он только творил со своим сознанием что-то странное. Воздух тёк медленно, как остывающая медь, тормозил всё вокруг, заливался в уши и приглушал звуки, замуровывая Какаши наедине с его состоянием. Так или иначе, нужно просто прожить эти минуты? Потом станет проще? Итачи обернулась, заметив, что он её не слушал. Какаши ответил громче, чем нужно, потому что плохо себя слышал. Зато видел её лицо до боли чётко. Сказал, что тревожится за то, как пройдёт их план и во что обойдётся. Всё, пора было наконец заставить тело двигаться и делать своё тёмное дело, стараясь не осознавать происходящее. Девушка позволила приблизиться, начиная понимать, что что-то не так. Он протянул руку, словно желая прикоснуться к мягким чёрным волосам за ухом. - Какаши... Игла на секунду вонзилась в шею. И реальность вдруг проснулась и нахлынула со всем её ужасом. Какаши не увидел, как поменялся взгляд Итачи, потому что мгновенно развернул её и обхватил голову, прижал к груди, закрыв одной рукой рот, другой - драгоценные глаза. Она начала вырываться после краткой растерянности, пытаясь наступить на ногу, крикнуть и кого-то позвать. Вскинула руку и выхватила из причёски крохотное блеснувшее лезвие, всадила его Какаши повыше локтя. Удар вышел неточным, а нанести второй он ей не дал, схватив за запястье. При этом рот пришлось освободить. - Стра... м-м-м! - он прижал её лицо сгибом локтя. Молча стиснув зубы, Какаши всем телом чувствовал, как девушка билась и задыхалась в панике, горько недоумевая. Любовь превращалась в боль и гнев в тщетных попытках вывернуться. В очаровании её видимой хрупкостью Какаши не ожидал особой силы и удерживал сейчас с большим трудом, не в состоянии считать секунды. В какой-то момент он испугался, что она так сломает себе шею. Ещё, ещё чуть-чуть выдержать... Казалось, прошло слишком много времени. Сразу после мысли, что снотворное не действует, у Итачи подкосились ноги. Со стоном она попыталась выровняться, но дурман быстро брал верх. Какаши перевёл дух и сам стал опускаться, готовый осторожно уложить девушку на плиты. Его начинало трясти, но нужно было поскорей проверить, не привлёк ли её крик внимание. Вдруг Итачи снова рванулась, будто с удвоенной силой, и тут же толкнула, сбив его с ног на гранит, но не заставив её выпустить. Из-под его побелевших от напряжения пальцев полился тусклый красный свет, послышался заглушённый звериный рёв. Она (или то, что заняло её тело) извернулась как-то по-кошачьи, и в его предплечье вцепились зубы. У Какаши на миг потемнело в глазах то ли от боли, то ли от чувства присутствия божества, содрогнувшего воздух. Он приготовился умереть за совершённое святотатство. Но чуда не произошло. Божество тоже бессильно отступило. Лёжа на спине и сжимая неподвижное тело, Какаши дышал рвано, неглубоко и понемногу приходил в себя. На всякий случай выждал лишнюю минуту, прежде чем приоткрыть лицо Итачи. На её губах и подбородке размазалось немного просочившейся через рукав крови. Клыков джинн ей, по всей видимости, не отрастил, иначе рука Какаши выглядела бы совсем по-другому. Ладно, этим заняться можно потом, как и колотой раной. Есть более срочные проблемы. Например, Текка, пытающийся окликнуть их из какого-то проёма. Боги, благословите темноту. Или прокляните, смотря на чьей вы стороне. Какаши встал и выпрямился. Старательно непринуждённо повернул и наполовину спрятал окровавленную руку. Шагнул навстречу. - Что у вас с принцессой стряслось? - Мы разговаривали, - он поднял брови и пожал плечами. - Она сказала, что дойдёт до своих покоев другим путём. Туда и пошла, - он махнул себе за спину здоровой рукой. Складка на лбу Учихи разгладилась, но он тут же чертыхнулся. - Бегай ищи её потом по всем этим путям, - буркнул он и двинулся мимо, в коридор. Какаши плавным, но быстрым движением опустил ребро ладони ему на затылок. Текка пошатнулся, протянул что-то невнятное, получил ещё удар - не жалко и беречь не велено - и растянулся на полу. Какаши связал его, постаравшись максимально обездвижить - привязать тут было не к чему. Сделал кляп. Вернулся к Итачи и поднял её на руки. Впереди была, как он надеялся, целая ночь, чтобы выбраться и скрыться.