Пронзая сердце

      — Скажи этому мальчику, что нужно разжечь огонь. В этой стране чертовски холодно. — Суровый голос королевы Матильды донёсся до коридора, где Ада столкнулась с Каем. Кай, «мальчик», терпеливо выслушивал их просьбу.       — Было бы замечательно, если вы смогли бы принести немного углей.       — Я посмотрю, что можно сделать, — коротко ответил Кай, передавая в руки Ады кофе четвёртый раз за вечер.       Ада внесла поднос с серебряными приборами в гостиную, закрыв за собой дверь. Она поставила его на стол, за которым королева Матильда расставляла фигуры на шахматной доске. С удовлетворением старая женщина взяла чашку с черным горьким кофе и сделала глоток.       — Всё ещё недостаточно крепкий, — пробурчала она, с грохотом поставив чашку на блюдце, её внимание вновь устремилось к шахматной доске.       — Ваша Светлость, если вам холодно, я могу принести одеяло, — сказала Ада.       Королева Матильда бросила на неё короткий строгий взгляд.       — Не будь идиоткой, — сказала она. — Лучше принеси мне зажигалку.       Ада послушно взяла тяжёлую металлическую штуковину и вложила её в руку Матильды, которая быстро прикурила одну из своих вонючих кисло-черных сигарет, жестом другой руки указывая на пустой стул.       — Садись, — сказала она, и Ада подчинилась. — Продолжим. Делай свой ход.       Ада обратила свое внимание на шахматные фигуры. Она сделала ход. Поразмыслив, Ада сказала:       — Я была удивлена, как легко королева Эльза согласилась на наши требования.       Матильда затянулась сигаретой, выпустив дым из ноздрей, как старый иссохший дракон и сухо усмехнулась.       — Разочаровывает, не так ли? Всегда веселее, когда они первыми поднимают шум. — Она смахнула пешку Ады с доски тыльной стороной ладони. — Моим любимчиком был тот шотландский лорд. Помнишь? Тот, который сошел с ума и утопился в озере, когда ты пригрозила рассказать жене о его романе с падчерицей. Ха! — Резкий и звонкий смех.       — Тем не менее, Эльза меня удивила. Я не знала, чего от неё ожидать. Возможно, грязного белья её отца. Но то, что ты обнаружила, оказалось гораздо интереснее… много ли ты узнала о сестре?       — Она интересная девушка, — ответила Ада, обдумывая следующий ход.       Матильда хмыкнула.       — Я имею в виду, всё, что нам может пригодиться.       — И она не девственница, — добавила Ада, пожав плечами.       Королева Матильда издала пренебрежительный смешок, взяв ещё одну пешку Ады.       — В наши дни это не имеет никакого значения, — сказала она. — Это всё, что ты смогла узнать?       — Боюсь, Ваша Светлость, она одна из тех людей, которых вы презираете…       — Хороший человек? — звук удара по доске вызвал раздражение у Матильды. Ада подняла своего коня. Королева смотрела на неё сузившимися глазами. — У тебя хорошо получается. Должно быть, это заслуга твоего учителя. Ты прирожденный стратег.       — Благодарю Вас, Ваша Светлость.       — Как принц Джарет воспринял эту новость?       Матильда сделала большой глоток горького кофе.       — Джарет сыграет свою роль.       — Вы позволите Эндрю остаться с ним в Эренделле?       — Я бы не стала лишать мальчика его извращений. Ради чего ещё стоит жить? — сказала Матильда и резко рассмеялась.       — Шах и мат. Матильда стряхнула с доски последние фигуры Ады. — Хорошо. Ты всё ближе, — сказала она, затушив сигарету в густом, ароматном кофе. — А теперь… Сесилия, нам нужно сделать тебе прическу.       Сидя на маленьком детском стульчике перед зеркалом, Ада позволила себе поддаться прихотям королевы.       — Сесилия, у тебя опять отрасли волосы! Надо бы их поскорее подстричь, — говорила она, — Твое платье грязное! Братья опять тебя толкают? Они противные, плохие мальчики. Если они будут жестоки с тобой, скажи мне, и я их накажу. Я бы хотела, чтобы они были похожи на тебя, Сесилия. Ты мой маленький ангел.       Пока королева Матильда напевала какую-то старую песню своей мёртвой дочери, закручивая волосы в тугие косы, Ада смотрела в зеркало, глядя в свои пустые глаза.       Семнадцать лет она была единственным человеком в мире, который видел её истинное лицо.

* * *

      Листая свои бумаги, Эльза ознакомилась с повесткой сегодняшнего дня переговоров. Закончив, она положила их на круглый дубовый стол. Вокруг неё расположился её малый совет — люди, на которых она полагалась в управлении Эренделлом. Франц сидел сбоку, а с противоположной стороны расположился адмирал Вестергард, как всегда нетерпеливый, он стучал пальцами по столу. Рядом с ним сидели Лунд — министр обороны, а также Фредриксон и Эриксон, которые, курировали казначейство и судебную систему Эренделла.       В камине уютно потрескивал огонь. За окном было пасмурно.       — Господа. Кажется, все в сборе. Готовы ли мы начать?       Кивки и звуки согласия. Франц улыбнулся и сказал:       — Когда пожелаете, Ваша Светлость.       — Тогда я думаю, что мы начнём с обсуждения бюджета на…       Однако она сделала паузу, когда в дверь постучали.       — Войдите, — громко сказала она.       Дверь со скрипом открылась, и появилась Анна. Она выглядела сильно взволнованной.       — Анна, прости, но, как ты видишь, у меня сейчас собрание…       — Я знаю, — перебила Анна. — Вчера я спросила, могу ли я присоединиться к вам. — Её речь была короткой, пунктуальной и неловкой.       Казалось, что вчера было очень давно.       — Ах. Точно. Тогда располагайся, пожалуйста.       Эльза уставилась на документы, но слова перед ней казались размытыми. Она услышала, как заскрежетал стул рядом, словно кто-то царапал ногтями по доске. Она не могла смотреть на сестру, но ощущала её присутствие.       Конечно, она не забыла о том, что Анна хотела присутствовать. Но Эльза думала, что нет ни малейшей надежды на то, что сестра придёт после случившегося вчера.       — Бюджет, — сказала она, скорее себе, чем совету. — Сначала я хотела обсудить бюджет для фестиваля. Фредриксон, всё ли у нас в порядке?       Фредриксон — маленький человек с белыми волосами, его лицо было скрыто за огромными очками. Он пролистал свои бумаги и сказал: — Ну, Ваша Светлость, как я и предполагал, у нас возникли некоторые расходы, которых мы не ожидали. Например…       «Почему ты здесь? — подумала Эльза. Уголком глаза она увидела руки Анны на столе, которая поглаживала свои ногти большим пальцем левой руки. — После того, что я тебе сказала, почему ты решила прийти?»       Она заставила себя не отвлекаться на сестру, а Фредриксон продолжил:       — Впрочем, мы не сильно отклонились от плана. Хотя, если бы мы могли рассмотреть возможность некоторого сокращения расходов, это было бы полезно. Я не желаю сокращать бюджет на следующий год, но что-то сделать нужно.       — Какие у нас варианты? — спросила Эльза.       — Сократить призовые фонды для состязаний? — предложил Эриксон.       — Мы не можем. Они уже объявлены, — сухо ответила Эльза.       За столом посыпались предложения, но ни одно из них не было подходящим. Тогда Франц наклонился и обратился к Анне:       — Вы подозрительно молчаливы, принцесса Анна. Есть ли у вас какие-нибудь предложения?       — У меня? — ответила Анна, похоже, озадаченная тем, что её спросили, но потом успокоилась, задумавшись. — Ну… сегодня вечером должен быть банкет, верно? Они всегда дорогие, так что, может быть, нам стоит устроить ещё один бал? И организовать фуршет?       — Хорошая идея, но у нас уже запланирован другой бал, принцесса, — сказал Франц.       — Тогда, может, проведём бал-маскарад, — сказала Анна. — Уверена, всем это понравится.       Вокруг раздались одобрительные возгласы.       — Бал-маскарад… — произнёс Франц. — А что, у нас давно такого не было.       Фредриксон сделал несколько быстрых расчётов на клочке бумаги. — Это вернёт нас в рамки бюджета, — сказал он.       — Отличная идея, принцесса Анна, — сказал Франц, положив руку на плечо принцессы. Она залилась румянцем от неожиданного комплимента. Архканцлер перевёл взгляд на Эльзу. — Королева Эльза, возможно, вашей сестре стоит почаще присоединяться к нам.       На долю секунды она встретила взгляд Анны: он был робким, и Эльза увидела рану, которую оставила вчера. Она быстро отвела взгляд. — Возможно.       Однако по мере того, как встреча затягивалась, она чувствовала, что интерес Анны ослабевает. Многое из того, что они обсуждали, было мелочью и не имело отношения к жизни её сестры. Пока адмирал Вестергард, надувшись, докладывал о состоянии границ Эренделла, Эльза украдкой поглядывала на Анну, глаза которой казались пустыми.       В середине собрания горничная Кресса постучала в дверь, и Франц распахнул её, чтобы она могла войти с подносом чая. Часы показывали, что они здесь уже больше часа. Анна утомлённо сделала глоток и спросила:       — Долго ещё осталось?       — Нам нужно просмотреть наши соглашения с торговыми партнёрами на следующий год и понять, хотим ли мы внести какие-либо изменения, — сказал Фредриксон. — Затем у нас налоговый вопрос, и я полагаю, что Лунд хочет обсудить оборонительную деятельность Эренделла.       — Ох, — промолвила Анна.       — Вы можете оставить нас, если хотите, принцесса, — сказал Франц.       Но Анна покачала головой, обхватив руками чашку с чаем.       — Не беспокойтесь обо мне. Всё в порядке.       — Если вы уверены, — сказал Франц. — Тогда перейдем к вопросу о налогах. Чтобы оплатить новое строительство…       Но, несмотря на оптимистичный настрой Анны, она не могла продолжать в том же духе.       — Нам нужно выбрать нового капитана стражи, Лунд. Теперь, если… — Эльза была удивлена, когда присутствующие начали смеяться. Фредриксон начал хихикать, Франц подавил смех рукой, и даже адмирал улыбнулся. Эльза проследила за их взглядами и, обернувшись, увидела рядом с собой Анну, крепко спящую в своём кресле.       — Возможно… — сказал Франц, — возможно, это знак того, что на сегодня мы закончили, — произнёс он, улыбаясь.       — Я думаю, что вы правы, — сказала Эльза. Рот Анны во сне был слегка приоткрыт. Очень милое зрелище.       Королева оставалась неподвижной, пока члены малого совета собирали свои вещи и прощались, допивая остывший чай. Затем она обернулась и посмотрела на свою сестру, которая всё ещё спала.       «Анна — дитя солнца и свежего воздуха. Ей не место на этих душных собраниях».       Эльза с грохотом поставила чашку обратно на блюдце и встала.       — Анна? — тихо сказала она. — Анна, проснись. Собрание окончено.       Сестра не шевелилась. Эльза подошла к ней и потянулась, чтобы потрясти её за плечо.       — Эльза, — пробормотала Анна во сне, и Эльза остановилась. Анна выглядела такой красивой. Веснушки, как звёздная пыль. Ресницы опущены вниз, очаровательные розовые губы.       Эльзу охватило невыносимое желание. Это было бы так просто — наклониться, и пока Анна спит… она никогда не узнает…       «Только один раз, — подумала Эльза. — Это будет… прощальный поцелуй».       Когда Эльза наклонилась, солнечный свет пробился сквозь облака в комнату. Их губы соприкоснулись. Самый нежный из поцелуев.       Как только она отстранилась, раздался стук в дверь, и появилась Герда, держа в руке ленту.       — Анна, ты, должно быть, уронила это в коридоре… — начала она, прежде чем заметила Эльзу, стоящую рядом с ней. Она сделала реверанс. — Ваша Светлость. Прошу прощения. Я не хотела вас прерывать. Я думала, вы ушли с архканцлером.       — Тебе не нужно извиняться. — Она наклонила голову к Анне. — Только посмотри на неё.       Герда подошла и рассмеялась, глядя на спящую в кресле Анну. — Маленькая овечка. Знаешь, она спит так же, как в детстве.       — Она всё ещё разговаривает во сне, — сказала Эльза. Она стояла в стороне и наблюдала, как Герда поправляет волосы Анны с обыденной лёгкостью. — Я не знала, что она способна сидеть неподвижно так долго, — добавила она в качестве объяснения.       — Я думаю, что вы будете удивлены, — сказала Герда, завязывая ленту в бант на затылке. — Она очень устала. Я не думаю, что она много спала прошлой ночью.       Эльза прикусила губу.       — Ваше Величество, я знаю, что это не моё дело, но… — начала Герда.       Нет, это не так. Анна всегда была близка с Гердой и приняла её как родную после смерти их родителей.       — Продолжай, Герда, — сказала Эльза.       — Вам следует помириться с ней. Она рассказала мне о вашей ссоре, и я полагаю, что всё было не так страшно, как она думает. Она очень чувствительна, Ваше Величество. Подобные вещи причиняют ей сильную боль. Я не вправе критиковать короля, но…       — Продолжайте. Мой отец сейчас в таком положении, что никакая критика его не обидит, — мягко сказала Эльза.       — Нехорошо, когда ребёнок растет в изоляции, как она и вы, Ваша Светлость. Есть жизненно важные вещи, которым она ещё не научилась. Например, как разрешить спор с любимым человеком. Она просто не знает как. Так что всё зависит от вас.       — …Возможно, что я и сама не знаю, как.       Герда улыбнулась.       — Просто скажите, что вам жаль.       «Но разве я не решила отстраниться от сестры? Лучше причинить боль Анне сейчас, чем впоследствии нанести ей непоправимую травму, если она узнает правду».       Она была ходячим противоречием. Ей было невыносимо быть с Анной. Но быть на расстоянии было ещё хуже.       «Я просто боюсь потерять всё».       — Кстати, — сказала Герда, — Анна сказала мне, что вы нашли себе жениха.       Эльза кивнула, крепко зажмурившись.       — Да. Хотя я была бы признательна, если бы ты держала это в тайне до конца фестиваля.       — Конечно. Анна говорила, что это принц из Весеннего города. Хороший союз, я думаю.       Эльза вновь кивнула.       — Это определённо изменит обстановку, когда здесь появится ещё один молодой человек…       Эльза снова кивнула и Герда сдалась. Искренне улыбаясь, она легонько коснулась её руки. — Если захотите поговорить, я всегда рядом, — заботливо сказала она.       Из горла Эльзы вырвалось хриплое:       — Спасибо.       Герда закрыла за собой дверь.       «Что со мной не так? Я делаю то же, что и раньше. Я убегаю от своих проблем, потому что слишком боюсь посмотреть им в лицо».       «Как может помочь игнорирование Анны? Какая же я неблагодарная. Как я могу быть такой эгоисткой? Ты моя младшая сестра. Я должна заботиться о тебе. Но в итоге я только и делаю, что думаю о своей боли».       «Как я могла даже подумать о том, чтобы отказаться от тебя?».       Она опустилась на твёрдый деревянный пол рядом с сестрой.       — Мне так жаль, Анна. — Она уткнулась лицом в колени Анны, в мягкие складки её платья. — Я не хотела обидеть тебя. Я просто испугалась сама себя. Я ненавижу, когда ты говоришь, что ты дура или неудачница… — её руки сжались, ногти впились в ладони. — Неужели ты не понимаешь, что ты значишь для меня всё?       — Эльза. — Она подняла голову, её глаза встретились с глазами сестры, открытыми и полными слез. — Это действительно так?       «Как долго она не спала?»       — Да, — ответила Эльза, быстро приходя в себя.       — Так почему… почему ты не говорила всё это раньше?       — Потому что я устала причинять тебе боль.       Анна наморщила лоб.       — Но почему? — спросила она. Эльза сильно прикусила нижнюю губу, и Анна погладила её по лицу. — Я не понимаю, Эльза. Почему ты отталкиваешь меня? Разве мы уже не проходили через это раньше? — Когда она не ответила и попыталась отвернуть голову, Анна мягко притянула её обратно, заставив их взгляды столкнуться. — Эльза, я хочу узнать тебя… Я хочу понять. Но ты должна мне это позволить.       Под её искренним взглядом Эльза вздрогнула.       — Я не могу, — мягко ответила она.       Они были так близко, что Эльза чувствовала теплое дыхание Анны на своем лице.       — Я должна признаться, — сказала Анна. — Я притворялась, что сплю.       В груди всё сжалось от ледяной паники. Какой же дурой она была.       — С какого момента ты не спишь? — с надеждой спросила Эльза.       — Я проснулась когда все начали уходить, — ответила Анна, подняв брови в замешательстве. — Ты… поцеловала меня, Эльза.       Паника сковала всё тело, словно ржавую игрушку с часовым механизмом. Когда она попыталась отстраниться, Анна не отпустила её. Ей потребовались все силы, чтобы остановить лед, ползущий по пальцам сестры.       — Почему? — спросила Анна, но Эльза не могла говорить. — Ты снова это делаешь, — обвинила её Анна, — я вижу это в твоих глазах. Ты закрываешься от меня.       «Что еще я должна делать?» — беспомощно подумала она.       — Я хочу знать, — потребовала Анна. — Я имею право знать. — Эльза молчала. — Если ты меня ненавидишь, то просто скажи…       — Конечно, я не ненавижу тебя! — со слезами на глазах ответила Эльза. — Разве я не сказала это только что?       — Тогда почему ты не хочешь сказать мне правду?       — Потому что я просто не могу. — Прежде чем сестра начала говорить, Эльза продолжила: — Я не буду лгать тебе, Анна. Но я также не могу сказать тебе правду.       В голосе Анны звучала боль:       — Ты мне не доверяешь? — Эльзе тоже было больно.       — Я готова доверить тебе свою жизнь, — сказала Эльза.       — Тогда почему…       «Потому что я не доверяю себе твою».       Эльза выскользнула из объятий сестры. Анна отпустила её, глядя на неё в замешательстве и печали.       — Я просто пытаюсь защитить тебя, — сказала Эльза.       — Ты мне это уже говорила, — ответила Анна.       «Да, я говорила».       — Мне жаль, — ответила Эльза, прежде чем уйти.