Пронзая сердце

      Сидя на коленях матери, Анна грызла нитку ожерелья на шее. На столе перед ней стояла чудесная шкатулка королевы. Она зачарованно смотрела, как мать достает из неё изумрудно-зелёный кулон на тонкой золотой цепочке и кладёт его перед ней. Анна сжала сверкающую вещицу пухлыми пальчиками.       — Этот, — сказала мама, — твой отец подарил мне на день рождения несколько лет назад… Анна, только не жуй его.       Анна выронила цепочку изо рта.       — А что насчет этой? — спросила она, указывая пальцем на брошь.       — Это был свадебный подарок. От… посмотрим…       — От тёти Адрианны? — предположила Анна.       — Именно так. Знаешь, — голос королевы был слегка дразнящим, — мне кажется, ты знаешь о ней больше меня.       Анна засияла. Она указала на следующую безделушку, спрашивая:       — А вот эта?       По правде говоря, она уже знала, как и о большинстве вещей в чудесной деревянной шкатулке. Это была игра, в которую они часто играли. Анна любила блестящие красивые вещицы и нежные мамины пальцы, которые деликатно с ними обращались. Ей нравилось сидеть у мамы на коленях, уделять ей всё своё внимание и слушать её мягкий голос.       — Давай вот этот, — с нетерпением сказала Анна. Мама взяла в руки кулон с бабочкой. С ним она обращалась очень осторожно.       — Анна, я, наверное, рассказывала тебе эту историю уже дюжину раз…       — Я забыла, — упрямо сказала Анна.       — Хорошо, — засмеялась её мать. Она дала ей подержать кулон, и Анна взяла его так, как будто это была самая драгоценная на свете вещь, проводя большим пальцем по гладкому серебру.       Этот был её любимым.       — Я надела его в ночь бала-маскарада, когда впервые посетила замок. Это была самая волнующая ночь в моей жизни.       — Ты тогда ещё не жила здесь? — спросила Анна. Это всегда приводило её в замешательство.       — Конечно, нет, — ответила мама. — Я жила в доме твоего дедушки. Ты ведь помнишь его, правда?       Анна помнила. Они бывали там всего несколько раз, но Анна запомнила огромный высокий дом у реки, в которую она любила опускать ноги. Но это было далеко, очень далеко, и всю дорогу туда они с Эльзой толкали друг друга. Человек, который там жил, был ворчливым. Она не любила бывать в этом доме, хоть там и была река, потому что после этого мама всегда уходила заплаканной.       — В тот вечер я надела самое красивое платье, которое у меня было. А моя маска… ах, как бы я хотела найти её снова. Она была прекрасна. Она была в форме крыльев бабочки. А замок… это была заколдованная ночь. Я встретила мужчину, и мы слились в танце. Он был так галантен, что я влюбилась в него, даже не видя его лица. А потом, когда наступила полночь…       Это была самая лучшая часть. Дыхание Анны остановилось в предвкушении.       — Он снял маску, и за ней оказался принц Эренделла! Я была так потрясена, что пролила на него свой напиток. Мне было так стыдно, но он решил, что это очень забавно. Твой отец сделал мне предложение в тот же момент, несмотря на то, что с него всё ещё капало вино.       Анна смотрела на лицо своей матери, на её нежную улыбку и искрящиеся глаза. Мама была такой красивой. Она надеялась, что когда вырастет, то будет такой же как она. Встретит прекрасного принца и влюбится в него. У них будет огромная свадьба с тысячей сэндвичей и кучей и кучей шоколада.       Она была в предвкушении.

* * *

      — Ты нашла её? — спросила Анна.       Герда поставила коробку на кровать.       — Пришлось хорошенько поискать, но я уверена, что это она.       Пальцы Анны дрожали от волнения, когда она развязывала верёвку и открывала коробку. И, вынув маску из бумажной упаковки, она не смогла сдержать слезы.       Тёплая рука прижалась к её спине.       — Анна…       — Она выглядит именно так, как я себе представляла. — Крылья бабочки, словно шелковистые паутинки. Она могла представить, как мама надевает её. — Я всегда хотела увидеть её своими глазами, но теперь я… — она быстро вытерла глаза рукой. — Прости.       Герда мягко гладила её по спине.       — Никаких извинений, — сказала она, помогая Анне завязать маску.       — Посмотри, какая ты красивая. Твоя мама гордилась бы тобой сейчас.       Анна смахнула слёзы и увидела в зеркале прекрасную молодую женщину, которая смотрела на неё. Она представила, что это её мать, стоящая рядом с ней.       — Я всё ещё очень скучаю по ней.       — Дорогая, конечно, скучаешь…       Как легко, до ужаса легко, моргнуть и в одно мгновение увидеть, как исчезает всё, чем ты дорожила.       Со злостью она вытерла слезы под маской. Она больше не хотела оставаться одна. Анна не желала терять что-либо ещё.

* * *

      Эльза столкнулась с собственным бледным отражением. Рука прижалась к прохладной коже. Сегодня ночью она не хотела быть ни королевой, ни сестрой Анны, ни даже Эльзой.       Найдя нужные отверстия для ног, она с трудом влезла в непривычные белые брюки. Поверх мужской рубашки она натянула пиджак, который когда-то принадлежал её отцу и был подшит по её размеру. Она ни разу не видела, чтобы он его надевал. Это была старомодная церемониальная вещь: золотые эполеты, кушак, ювелирная застёжка на шее.       Распустив волосы, она крепко завязала маску, белую с позолоченным золотом, в тон своему наряду.       Натянув пару перчаток, она посмотрела на незнакомца в зеркале. Эльза не узнала юношу, смотревшего на неё, и облегченно вздохнула.

* * *

      Герда проводила Анну в бальный зал. Но, когда они подошли к двойным дверям, Анна остановилась.       — Если ты войдёшь со мной, станет ясно, кто я, — подметила она.       — Очень хорошо. — Однако Герда всё ещё стояла на месте, в складках между её бровей читалось беспокойство. — Принцесса, с вами всё будет в порядке?       Герда чувствовала, что в беспокойной крови принцессы бурлило желание сделать что-то дикое, безумное, безрассудное.       — Я собираюсь найти Эльзу, — вот и всё, что она ответила.       — Она тоже будет в маске.       — Я найду её, — сказала она, толкнув дверь, и вошла в зал.

* * *

      Впервые Эльза чувствовала себя комфортно в большом обществе. Её одежда казалась чужой и странной. Но как прекрасно было идти сквозь толпу, не привлекая к себе все взгляды. Никто не обращал на неё особого внимания.       Кроме трех молодых женщин, стоявших рядом друг с другом.       Она не ожидала, что молодая девушка с кружевом на глазах подойдет и пригласит её на танец. Полное нарушение этикета, когда дама приглашает кавалера.       Ещё одна вещь, которой она не ожидала: что скажет «да».       Океан масок окружал её. Возмутительные, даже аляповатые костюмы. Мужчины с лисьими мордами. Медведи. Целая толпа лебедей. Эльза погрузилась в необыкновенный сон. Своеобразное освобождение. Она обхватила партнершу за талию и закружила её.       Эльза танцует всю ночь напролёт, сменяя одного партнёра другим. Но всё время заглядывает в глаза своих партнеров в поисках кусочка изумруда. В её сердце была тоска. Она оглядывалась через плечо в поисках знакомых огненных волос. Желание настолько сильное, что обжигает. Эльза прижимает руку к груди, боясь сгореть дотла.

* * *

      Глядя через плечо молодого человека, Анна обводит взглядом бальный зал.       — Вы выглядите рассеянной, мисс, — говорит он, но она не слушает.       — Могу я пригласить вас на танец?       Незнакомец кладёт руку ей на талию. Она делает заученные шаги, не испытывая никаких чувств. Окружённая фальшивыми лицами, она чувствует себя одинокой.       Анна вновь становится ребёнком, боится одиночества, которое разъедает её, как страх перед чудовищами под кроватью. Сердце просит: «Не бросай меня! Не оставляй меня одну!».       Её взгляд поднимается вверх, и она замечает льдисто-голубые глаза партнёра.       — Эльза! — с облегчением говорит она.       — Дамы и господа. Полночь, — объявил Кай. Это вернуло её в реальность. — Пожалуйста, снимите маски.       Анна сняла свою маску, и Эльза сделала то же самое. Только это была вовсе не Эльза, а…       — Ада? — спросила она озадаченно. Как странно. Она никогда раньше не замечала сходства между своей сестрой и провидицей.       Странно улыбнувшись, Ада подтолкнула её в сторону двери. — Если вы ищете королеву, я видела, как она выходила на балкон.

* * *

      Всё ещё в маске, Эльза сидела на балконе и смотрела на ночную луну.       Она была удивлена, когда дверь распахнулась и появилась молодая девушка в старинном дымчатом платье и маске бабочки.       — Бал продолжается… — начала она, но что-то заставило её сделать паузу.       — …Эльза? — спросила девушка.       — Анна?       Анна сделала несколько шагов вперёд.       — Как глупо. Куски картона и эмали, а мы даже не можем узнать друг друга, — сказала Анна, подходя к Эльзе и облокачиваясь на деревянное ограждение рядом с ней.       — Так и есть, — подтвердила Эльза, положив маску на колени. Часть её сознания говорила, что нужно оправдаться и уйти. Но она не послушалась.       Эльза украдкой взглянула на неё. Сестра смотрела на белоснежную луну. В следующий миг Анна повернула голову, блуждая глазами по её костюму. — Кстати, ты выглядишь очень эффектно.       Небольшая улыбка.       — Я красавчик?       Кивок и смех.       — Определённо. С этими длинными светлыми волосами ты похожа на представителя старого французского двора. — Пальцы Анны зачесали прядь её волос за ухо.       — Я искала тебя всю ночь, — сказала Анна.       — Я тоже, — призналась Эльза.       — Мы всё время… просто проходим мимо друг друга, не так ли? — спросила Анна.       «И никогда не встречаемся».       Её взгляд сосредоточился на маске Анны. — Эта маска… она…       — Она принадлежала маме, — Анна подтвердила её догадку. — Герда нашла её. Она прекрасна, не правда ли?       Как бы прекрасна она ни была, Эльза не чувствовала восхищения, глядя на маску. Только глубокую режущую грусть.       — Да, — сказала она.       — Примерь её, — попросила Анна. Увидев нерешительность, она добавила: — Пожалуйста. Я хочу увидеть тебя в ней.       С неохотой она взяла маску.       — О, боже, ничего себе, — сказала Анна, откинувшись назад. — Как я и думала.       — Как ты и думала? — Анна смотрела на неё так, что по телу пробежала дрожь.       — Ты выглядишь так же, как она, — со вздохом сказала Анна.       Эльзе не нужно было спрашивать о ком речь. Она и сама видела это сходство, которое росло день ото дня по мере её взросления.       После смерти родителей она не могла с этим смириться. Было время, когда она закрывала все зеркала в своей комнате, чтобы скрыться от матери в собственном отражении.       — Я…       Анна положила руку на её колено.       — Почему… почему мы ссоримся? — спросила она.       Они сидели так близко, что их бёдра соприкасались. Эльза покачала головой.       — Я не знаю, — сказала она. — Я не знаю.       — Эльза… могу я сказать тебе, о чем я думаю?       «Как официально», — подумала Эльза       — Я слушаю.       — Я не хочу, чтобы ты выходила замуж. От одной мысли о том, что ты будешь с каким-то парнем, которого ты не любишь, у меня мурашки по коже. Я не смогу этого вынести, — без колебаний сказала она.       — Анна…       — Но… — Анна прервала ее: — В последнее время я думала о том, почему я так себя чувствую. И поняла, что я эгоистичный человек. Я хочу, чтобы ты принадлежала только мне. Я не хочу делиться. Я только недавно вернула тебя. Мысль о том, чтобы отдать тебя кому-то другому… Последние несколько недель заставили меня понять, что я не знаю тебя по-настоящему. Не так хорошо, как мне казалось… И это… это пугает меня. Я не знаю, почему, но я…       В её голосе промелькнула нотка сомнений. Эльза пристально смотрела на маску, лежащую на коленях, на свои бледные пальцы. Она должна была сказать ей.       Эльза подняла глаза. Они сидели так близко. Анна была так близко, что можно было сосчитать веснушки на её носу.       — Я хочу узнать тебя, — сказала она, прежде чем приблизиться.       Поцелуй, поняла Эльза. Анна целовала её. Шквал мыслей: Что? И почему? Оттолкнуть её? Уйти?       Губы Анны были такими мягкими. Тело Эльзы горело. Она поцеловала её в ответ, заключив в объятия. Теплая кожа и пальцы, сминающие покрытый инеем шелк. Они столкнулись носами, и Эльза отстранилась.       Глаза Анны широко раскрылись, казалось, что они сияют.