Пронзая сердце

Сознание вернулось к Анне, как к виновнице торжества, пришедшей на цыпочках в три часа ночи, с запахом изо рта и мозолями на пятках. Голова раскалывалась, и первой мыслью было, что она выпила слишком много, и почему она снова так поступила с собой? Анна обнаружила, что лежит в спальне, которую никогда раньше не видела. В голове раздался звук открывающейся двери, и в поле её зрения появилась размытая фигура со светлыми волосами и неясными очертаниями. Резко моргнув, Анна поднялась с кровати, сглотнула сухость в горле и хрипло произнесла: — Эльза? Но… это не могло быть так. Эльза была схвачена колдунами королевы, и когда туманные яркие контуры померкли, Анна увидела, что Ада приближается к ней. — Забавно, — сказала Анна, опускаясь на кровать, её голова пульсировала в знак протеста. — С каждым разом, когда я тебя вижу, ты всё больше походишь на мою сестру. Ты ведь не родственница королевской семьи Эренделла? Ада не ответила, вместо этого она присела на край кровати и предложила ей стакан воды. — Я принесла тебе и еду, — сказала Ада, когда Анна в считанные секунды опустошила стакан с водой. Она поставила на кровать тарелку с остатками квашеной капусты и сосисок. — Я подумала, что ты можешь быть голодна. — Хорошая мысль, — сказала Анна, прежде чем начать наполнять рот. Боже, как же она была голодна. Когда тарелка была опустошена, а глаза наконец адаптировались, Анна осмотрела окружающую обстановку. Это была одна из дюжины комнат для гостей, которые она помогала убирать. Её положили на аккуратно заправленную кровать, и когда она попыталась сдвинуть ноги в сторону, раздался звонкий лязг. Лодыжка была закована в кандалы, тяжелая цепь тянулась по простыням к стене. — О чем ты только думала? — спросила Ада. — Илия сказала мне, что нашла тебя в комнате с Зеркалом. Ты ведь приложила столько усилий, чтобы тебя считали обычной служанкой. Анна поморщилась. Это был глупый поступок. — Наверное, — сказала она, сглотнув, — я просто хотела снова увидеть свою сестру. Настоящую Эльзу. Не Эльзу Аустенборг. — Это не было сознательным решением; Зеркало каким-то образом оказало сильное влияние на неё, и она очутилась возле него. — Я не знаю, что ещё мы можем сделать теперь, когда они знают кто ты, — сказала Ада. — Ты хочешь сказать, что пришла сюда не для того, чтобы освободить меня? — Я должна была спросить у королевы, могу ли я поговорить с тобой. Она бы сразу узнала, если бы я позволила тебе сбежать. — Я думала, ты хочешь помочь Эльзе и мне, — разочарованно вздохнула Анна. Квашеная капуста, которую она съела, теперь тяжело лежала в желудке. Ада посмотрела на девушку. — Тогда скажи мне. Что бы ты сделала, если бы я тебя отпустила? Даже если бы тебе удалось пробраться к Эльзе мимо стражников, как бы ты вывела её из дворца? Ты не хуже меня знаешь, что Эльза не может разрушить иллюзии Илии. — Я… — единственное слово повисло в воздухе. — Я бы что-нибудь придумала, — сказала наконец Анна. Она посмотрела на Аду, сидящую на краю кровати, и слова поспешно слетели с губ: — Ты могла бы. Ты можешь что-то сделать. Королева Матильда доверяет тебе. Ты можешь… — Я не могу, — сказала Ада. — Но почему? — спросила Анна, нахмурив брови. Она действительно не понимала. — Я не могу предать её, — ответила Ада. — Давным-давно… она спасла мне жизнь. — Значит, ты просто будешь слепо следовать тому, что она велит? Даже если ты знаешь, что это неправильно? — потребовала Анна. Глаза Ады встретились с её глазами. — Когда твоя сестра заморозила ваше королевство и люди начали говорить, что она ведьма и чудовище, ты не поверила им, не так ли? Ты не обратила на них внимания и всё равно отправилась за ней. Ты помогла ей остановить бурю. И всё потому, что ты никогда не отказывалась от неё. — Ты… всё ещё думаешь, что можешь изменить Матильду? — спросила Анна. — Зеркало сделало это. — Ада выплюнула слова. — Она… в моих воспоминаниях Королева была другой женщиной. Она была доброй. Сострадательной. Она была мне как мать. Зеркало отравило её. И я… я не могу её предать. На мгновение Анна задумалась, что бы сделала она, если бы Эльза вдруг изменилась. Если бы сестра стала холодной и жестокой и совершала ужасные поступки. Сможет ли она любить её, если Эльза станет другой? — Я хочу спросить тебя кое о чем, — сказала Анна. — Почему ты похожа на мою сестру? — Я никогда не объясняла тебе как следует свою магию, не так ли? — сказала Ада, и Анна покачала головой. — Я могу видеть желания сердца. И когда люди смотрят на меня, они видят их во мне. — Я… я думала, что ты видишь будущее, — сказала Анна, в горле у неё встал комок. — Это лишь прикрытие. Когда мне было тринадцать, королева начала брать меня в поездки за границу, в поисках недостающих частей Зеркала. И… чтобы удовлетворить свою жадность, она использовала мою силу, чтобы узнавать секреты людей, шантажировать и принуждать их… — Ада говорила очень тихо, крепко сцепив руки на коленях. — Я… я знала, что это неправильно. Всегда это знала, даже если пыталась как-то оправдать свои действия. Но кто я такая, чтобы отказывать королеве, женщине, которая меня вырастила? Я всё время пыталась убедить себя в этом… пока не встретила Эльзу. — Подожди-ка… — всё встало на свои места. — Мне всегда было интересно, почему Эльза так внезапно решила выйти замуж за Джарета. Почему она просто сбежала из Эренделла. Ты… ты шантажировала её, не так ли? Ада вздрогнула. — Королеве она была нужна здесь, в Весеннем Городе. Брак был лишь уловкой, чтобы доставить её сюда, а затем Хублан изменил её воспоминания, чтобы она захотела остаться. — Чем вы её шантажировали? — потребовала Анна. Но даже прежде, чем Ада смогла ответить, Анну осенило. Она посмотрела в широкие, виноватые глаза Ады, и слово сорвалось с её губ. — …Мной. Ты шантажировала её мной, не так ли? Ада кивнула. Она не могла смотреть на Анну. — Я сказала ей, что мы публично раскроем правду о её чувствах к тебе, если она не выйдет замуж за одного из внуков королевы. Анна не могла в это поверить. С тех пор как они прибыли в этот город иллюзий и теней, Ада была их единственным союзником. А теперь она узнала, что и это было ложью? — Я не могу в это поверить. Ты ведёшь себя так, будто хочешь нам помочь, но именно из-за тебя всё это и произошло, — заявила Анна, кипя от ярости. — И что, теперь ты чувствуешь вину за это? Не кажется ли тебе, что для раскаяния уже поздновато? — Я предупреждала Эльзу, чтобы она не приезжала в Весенний Город, — слабо запротестовала Ада. — Я сказала ей не делать того, чего хочет королева. — Да, после того, как ты шантажировала её. Если бы ты действительно хотела помочь Эльзе, ты бы не стала этого делать. — Я не могла просто ослушаться королеву… — Почему? Разве она повесила цепь на твою шею? — Ада ещё больше поникла, но Анна не сдавалась. Гнев бурлил в ней. — Сейчас ты делаешь то же самое. Ты не можешь меня освободить, поэтому чувствуешь себя виноватой и прибегаешь к бессмысленным полумерам вроде этой, — Анна ткнула пальцем в пустую тарелку, которую она ей принесла. — Ну, ты можешь прекратить это. Мне больше не нужна твоя помощь. Хоть какая-то помощь. Если бы ты действительно не хотела, чтобы королева собрала зеркало воедино, ты бы пошла туда и разбила его. Ты просто трусиха. Ты прячешься за чужими лицами, но я даже не знаю, кто ты. И я не уверена, что ты сама знаешь. Уходи! Оставь меня в покое. И забери свою вонючую квашеную капусту. Уходи!

***

И я не уверена, что ты сама знаешь. Не в этом ли, в конце концов, была проблема? Для одного — дочь, для второго — сестра, для третьего — любовница. Никто не видел и не замечал её. Кем она была? Анна была права. Она была такой храброй, приехав одна в чужую страну и подвергая себя опасности, и всё ради сестры. Ада трусиха. Она могла выражать протест, но открыто бросать вызов? Она не могла этого сделать. Королева, в конце концов, была единственной, кто видел Аду. Настоящую Аду. Это Зеркало испортило её. Во всём виновато Зеркало. Если бы ты действительно не хотела, чтобы королева собрала зеркало воедино, ты бы пошла туда и разбила его. У Ады пересохло во рту. Это было так просто. Королева будет сердиться на неё, но в итоге простит. Как только Зеркало исчезнет, она снова станет собой. Матильда посмотрит на неё и снова увидит Аду, а не Сесилию. Она сглотнула. Она может это сделать. В этот раз она будет храброй. Как Анна. Она сможет разбить Зеркало. В подземной комнате Зеркало светилось ярче, чем когда-либо. Руны, проступавшие под поверхностью каменных стен, возбуждённо жужжали, как рой мух. Но что-то было иначе. Четыре каменные плиты окружали Зеркало, и на них лежали… Из горла вырвался вздох, и Ада оказалась на коленях рядом с Илией. Дрожащие руки схватили её запястье и прощупали пульс. Только тогда дыхание Ады стало ровным. Илия была всего лишь без сознания, её лицо изображало безмятежность. Она мирно спала. Ада поднялась с колен и сквозь жуткий мрак увидела Ангуса, Хублана и Эльзу, которые лежали на других плитах. Королева сказала, что их магия нужна ей для завершения Зеркала, так почему же… Подняв самый тяжелый предмет, какой только смогла найти, старую медную лампу, Ада шагнула в потустороннеe сияние Зеркала. Собственные глаза смотрели на неё в отражении. Не раз Ада думала о том, что она, вероятно, единственный человек, который смотрит в это зеркало и видит там только себя. — Я вижу, что ты задумала, Ада, — сказало отражение. Сердце заколотилось, и она чуть не выронила лампу. — С каких пор ты умеешь говорить? — смогла вымолвить она. — Чем больше ты помогала собрать меня по кусочкам, тем большую часть твоей силы я забирала. И сегодня она достигла своего апогея, — сказало отражение, заговорив её собственным голосом. — Я чувствую вкус победы. — Боюсь, что это не так, — сказала Ада, сжимая пальцами ручку лампы. — Ты нанесла достаточно вреда. Голос, раздавшийся из Зеркала, был таким, какого она никогда не слышала из своих уст: низким, мягким, соблазнительным. — Наверняка у тебя тоже есть что-то, чего ты желаешь, Ада? Я могу сделать так, чтобы это сбылось. Ада покачала головой. — У меня нет никого, кого бы я желала. — Множество красивых мужчин и красивых женщин смотрели на неё с любовью и вожделением в глазах. Но они всегда видели в ней кого-то другого. — У меня достаточно благ. Меня не интересует слава. — И всё же, есть кое-что, чего ты хочешь. Желание настолько болезненное, что сердцу кажется, будто оно может разорваться. — Глаза отражения впились в её собственные. И Ада не могла отвести взгляд. — Ты хочешь меня, — пробормотало отражение. — Ты хочешь, чтобы люди видели меня. Чтобы они наконец смогли увидеть тебя. Настоящую тебя. Ты не выносишь, когда люди смотрят на тебя, а видят кого-то другого. Ты ненавидишь это. Ты ненавидишь себя. И ты злишься. Вот почему ты не могла не издеваться над королевой Эльзой. Ты ненавидишь её, потому что она видит в тебе свою сестру. Ты ненавидишь весь мир. Ты ненавидишь всех. Как бы ты ни любила королеву Матильду, ты ненавидишь и её, потому что она видит вместо тебя свою мертвую дочь. Потому что… — Прекрати, — взмолилась Ада. Пальцы, слабо сжимавшие ручку лампы, вспотели. Сердце бешено колотилось. — Как? Откуда ты знаешь эти вещи? — Откуда она знает, если даже сама Ада их не знала? Отражение улыбнулось. — Ну же. Я знаю, что ты уже догадалась. Нет. Ада закрыла глаза, но всё ещё чувствовала, как под веками пульсирует алое сердце. Это сходство всегда пугало её. Зеркало обладало той же силой, что и она. И вот почему… — Почему ты опасалась меня. Почему ты сопротивлялась идее вечности, когда твои соратники поглощали её, как мороженое. В глубине души ты знала и боялась, — сказало отражение, вытаскивая мысли из её головы, прежде чем она успела их высказать. — Значит, это правда? — спросила Ада, дрожа. — Ты… Зеркало… — Да. Я — это ты, Ада. Ты — это я. Мы — Зеркало. — Но… как нечто подобное… — она с трудом дышала, — вообще возможно? — Много веков назад мы были разделены на части, на нас наложили чары, которые никогда не позволят нам снова воссоединиться. Семнадцать лет назад королева Матильда случайно задействовала их, и мы были рассеяны по всем уголкам Земли. Когда все наши части разбились вдребезги, наше отражение было сломлено. Оно возродилось вновь, внутри ребенка. Девочки. В тебе, Ада. Часть Зеркала внутри неё? Пальцы болезненно сжались, металлическая ручка фонаря впилась в кожу, отчаяние поднялось в горле. — Нет, это должно быть какой-то трюк. Всё это просто абсурд. — Тогда скажи мне, почему только ты можешь чувствовать наши разбитые фрагменты, — сказало отражение. Ада открыла рот. Она всегда считала это частью своей магии. Годами она и королева Матильда путешествовали в поисках осколков. И она чувствовала их, что-то пульсировало внутри неё, усиливаясь по мере их приближения. Её взгляд остановился на сердце Зеркала, где по-прежнему не хватало четырёх крупных осколков. — Но я так и не смогла найти их все. Это всегда тревожило Аду — она думала, что это потому, что она подводит свою королеву. — Неправда, — сказало отражение. — Ты хорошо поработала, Ада. Все наши части существуют сейчас в этой самой комнате. Ада отвернулась от Зеркала, нахмурив брови в замешательстве. В этой самой комнате? Как это вообще возможно? И тут Аду осенило. Четыре недостающие части. Четыре каменные плиты. Четверо спящих. Ада почувствовала, как колени ударились о холодный камень, прежде чем поняла, что упала рядом с Эльзой. — Нет, — произнесла она. — Как ты думаешь, почему тебя так тянуло к ней? — спросило отражение. — Я думала… Я думала, что хочу помочь ей. Я думала… — Ада не знала, что именно она думала. Её мысли были в беспорядке. Она уже не могла сосредоточиться. Теперь Ада чувствовала это, как и всё остальное. Внутри неё что-то щёлкнуло. В сердце королевы Эльзы, в колыбели из мышц и костей: одна из четырех последних частей Зеркала. Часть её самой. Её голос дрожал: — Если все части снова собрать вместе… стану ли я чем-то большим, чем просто отражением? Стану ли я совершенной? Девушка в Зеркале улыбнулась. — Мы станем, — ответила она. Тонкие пальцы медленно отпустили лампу. Ада выпрямилась, её голос окреп, и она спросила: — Как? — Стань единым целым со мной, — ответило отражение, протягивая к ней руки. Ада осторожно, а затем с большей уверенностью потянулась к ней. С её губ сорвался возглас изумления, когда пальцы прошли сквозь поверхность Зеркала, словно оно было сделано из воды. Она почувствовала гул магии на своей коже. Тепло. Свет. Отражение схватило её руки и потянуло Аду в Зеркало. Продолжение следует.