Белая нить, что связывает нас

— Я присяду? — Ты уже сел, — парень окинул другого оценивающим взглядом, тут же отворачиваясь и зарываясь в шарф.       Неловко, непривычно и из-за чего-то неимоверно грустно. Эдгар не мог объяснить, почему его и так никакущее настроение вдруг пробило дно. Казалось, что когда он увидит соулмейта, то будет сиять от счастья и станет расспрашивать того обо всём на свете, но все слова исчезли, словно он разучился говорить.       Классная руководительница постучала по своему столу, ещё не заваленному цветами, хотя около доски стояли два ведра с пахнущими розами. Вид цветов завораживал, но запах соседа по парте притягивал всё больше, а затем вдруг в носу стало всё чесаться. Эдгар старался чихнуть как можно тише, но все школьники обернулись на него. Неприятно. — Всё нормально? — новый одноклассник чуть наклонился к поверхности парты, чтобы взглянуть в лицо черноволосого. — Аллергия на цитрусовые, а у тебя парфюм такой… — он не договорил, снова чихая и потирая нос. — Прости, мне отсесть? — тот помотал головой, а синеволосый оглядывал заполненный класс, где нет ни единого свободного места. — Знаю, что у нас довольно странное знакомство вышло, но всё же, меня Фэнг зовут, — протянул ладонь для рукопожатия. Парень пожал её, нити встретились, и обоих одиннадцатиклассников прошибло приятной тёплой волной, проходящей по всему телу. Оба чуть ли не подпрыгнули на своих местах от неожиданности. — Меня Эдгар, оно всегда будет так делать? — парень всхлипнул из-за забитого носа, Фэнг пожал плечами.       Им ещё предстоит выяснить все прелести связанных душ, но уж точно не сейчас, когда парня выворачивало от желания вычихать всё скопившееся. Он поднял руку, отпросился и побежал в медпункт, в надежде на какую-нибудь таблетку, что спасёт его от мандаринового парфюма соседа. Медсестра покачала головой, говоря о наличии активированного угля. Чего же Эдгар ждал? В его школе никогда не будет чего-то нормального. В дверь кто-то постучался, неловко заглядывая. — Можно? — беловолосая девчушка аккуратно вошла в помещение, топчась с ноги на ногу. — Я видела, как тебе плохо, держи, — она обратилась к Эдгару, протягивая миловидными пальцами коробочку с знакомым названием противоаллергических. Парень кивнул, они оба вышли в коридор, направляясь обратно в класс. По дороге он принял две маленькие таблетки, тут же отдавая остаток пластины. Та отмахнулась. — Оставь себе, тебе нужнее, — она улыбнулась. — Спасибо большое. Ты новенькая? — Да, меня Колетт зовут, а тебя? — Эдгар, — разговор зашёл в тупик, но дверь кабинета спасла его от неловкости.       Слишком много знакомств за один день для него. Хоть раньше он и был открытым мальчиком и очень любопытным, сейчас он считает себя грубым эгоистом, но порой иногда сам не верит в эту глупую маску. Как бы сильно не подкосило его пережитое детство, он навсегда останется любителем поговорить с кем-нибудь, а именно это ему жизненно необходимо. Возможно, если бы его окружали хорошие друзья, он не пытался расстаться с жизнью уже два раза. Но ничего не изменить, что было, то прошло. Однако парню эта мысль точно не помогала, ведь прошлое он ненавидел всеми фибрами души.       Коротко вздохнув, он зашёл в класс и быстрым шагом вернулся к своему месту, прежде столкнувшись с Фэнгом слишком близко. Сидеть на первом варианте у окна ему нравилось, но теперь лезть через нового соседа было неловко, ведь придётся поднимать его каждый раз. На секунду он сравнил их рост, оказавшись на голову ниже от спортсмена, таким он его посчитал в прошлый раз, когда рассматривал накачанную спину.       Классный час прошёл скучно, весь класс то и делал, что залипал в телефонах, не слушая очередные наставления, что это последний год и все должны относиться к этому ответственно. Эдгар учился неплохо, ведь кроме игр и учёбы заняться ему было совершенно нечем, правда парень ещё пытался рисовать. Когда-то родители даже отдали его в школу рисования, но вскоре парень её бросил из-за конфликтов в семье, отсутствия денег и мотивации заниматься этим делом. Раздумывая об этом, руки сами тянулись к чистому листу бумаги, что так и хотелось изрисовать. Прикованный взгляд соседа его волновал, но он пытался не придавать этому значения, чёркая пейзаж реки карандашом. — Красиво рисуешь, — сосед всё же выдал слова, которые, казалось, он продумывал все эти десять минут наблюдения.       Эдгар кивнул, вспоминая плечи парня. Штрихи деревьев вдруг прекратились, а пальцы сжали карандаш, перемещаясь к пустому месту, где ещё не побывал грифель. Быстро-быстро наметился силуэт Фэнга, затем тетрадь захлопнулась, и парень улёгся на неё сверху. «И зачем я рисую его? Тем более, под его цепким взглядом» — кончики ушей вдруг вспыхнули, он уткнулся лицом в холодную картонку задней стороны тетради по математике. Повернул голову направо, продолжая лежать на парте, не ожидав встретить умиротворённое лицо синеволосого. Он умудрился уснуть под галдёж одноклассников. Эдгар вдруг аккуратно потянулся обратно к тетради, тихо переворачивая на пустую страницу. Спадающие волосы, скрывающие почти всё лицо; подрагивающие длинные ресницы; тонкие губы, словно нить; маленькая неровность кожи на подбородке, будто бы оставленная бритвой от ежедневного избавления от колючей растительности — всё это парень запечатлел в портрете. Он сам и не заметил, как его точно так же стали рассматривать. — Чего? — Ты всегда рисуешь новых знакомых? — он пустил смешок, сменил положение, разминая затёкшие руки. — Говоришь так, будто мы с тобой не связаны, придурок, — Эдгар скорчил недовольное лицо, встречая уже другую пару глаз, что глядели на него с соседнего ряда. Колетт опустила взгляд, как только её заметили. — Мне кажется, ты придаёшь этому слишком много значения. — А разве я не должен? Нам теперь придётся всю жизнь бок о бок жить, — он откровенно злился, не понимая халатности соулмейта. — Я бы не хотел, чтобы мою судьбу решали за меня. У Эдгара, кажется, сейчас задёргался один глаз. Он отвернулся от собеседника, разглядывая вид за окном третьего этажа. Нить зашевелилась, обмоталась вокруг своей оси и сделала несколько узлов, затем завибрировала, обращая внимание обоих. — Вот не будь ты таким противным, у нас было бы меньше работы. Синеволосый хмыкнул, взял в руки белую пряжу и принялся распутывать только что создавшейся комок. Как бы он не проворачивал нить, ничего дельного не выходило. — Не получается, — он нахмурил густые брови. — Потому что ты даже не удосужился изучить как это делается. Учительница вдруг грозно посмотрела на парней, что весь урок мешались повторению забытого школьниками материала за лето.       Парень несколько раз проклял в мыслях судьбу, что дала ему такого глупого человека. Что он сделал плохого, что жизнь так распорядилась? Конечно, он не был ангелом и имел десятки грехов за собой. К примеру, в шестом классе он случайно попал в нос однокласснице баскетбольным мячом. Но это он точно не считал за плохой поступок, ведь это вышло неспециально. Или же в девятом, когда ему дали остатки хлеба покормить голубей, а затем они все почему-то умерли. Но это так же не его вина, хлеб-то дал отец. В общем, ни единого достойного поступка, чтобы отхватить такого придурочного парня, не оказалось. К слову, о нём… — Ты гей? — почему-то именно в этот момент в классе воцарилась тишина, а слова, сказанные шёпотом, были произнесены будто с выкрученными на полную громкость колонками. Фэнг дёрнулся, потупив взгляд сначала в лицо спросившего, затем куда-то позади него. — Нет, — он отрезал и сорвался с места, прямо под звучащий звонок с урока. Теперь о нём сложилось неоднозначное впечатление: вроде улыбался, общался, а затем вдруг стал невыносимо бесящим, не шибко разговорчивым парнем, который уверен в том, что судьбу можно обмануть. Но Эдгар наслышан о тех, кто возразил её выбору.       Впервые Эдгар видел последствия уже на похоронах родителей друга из деревни, но бабушка быстро подхватила мальчишку за руку и повела прочь, не давая рассмотреть церемонию со всех сторон.       Второй раз он столкнулся с этим своими глазами, когда родители разводились. Специальный человек тогда достал маленькие ножницы, но они скорее были самим очертанием инструмента, ведь полностью состояли из ночного неба, усыпанного звёздами. Это так поразило парня, что он потом попросил потрогать их, но ему вежливо отказали. В течении суток после развода матери стало плохо, её рвало, морозило и температура поднялась чуть ли не до сорока градусов. Отца подкосило вовсе, он перестал ходить. Потому, когда дело касается соулмейтов, Эдгар знал, что шутить с этим не стоит, а нужно просто найти подход к другому человеку. Хотя, жизнь матери с моральным уродом он повторять, откровенно говоря, не хотел. Оставалось лишь надеяться на понимание Фэнга. Он вроде бы не выглядит задирой или слишком много строящим из себя человеком.       Но когда после занятий он хотел выцепить его у ворот школы, к нему тут же подбежала Колетт. — Привет ещё раз, не против прогуляться? Эдгар пару секунд понаблюдал за потоком вываливающихся школьников из здания, затем обречённо кивнул головой, и девушка ринулась вперёд. — Куда идём? — они остановились на светофоре, ожидая зелёного. — Я тебе покажу своё любимое место, а ты оценишь его от одного до десяти, хорошо? — парень согласился, и уже через несколько поворотов девушка радостно ткнула пальцем на кофейню. — Смотри, семейный бизнес, если можно так назвать. Я здесь родителям помогаю, когда свободное время есть, — она влетела в помещение, а парень зашёл следом. Внутри пахло выпечкой и чем-то ещё приятным, но сосредоточиться на различных запахах не дали — о ногу потёрлась белая кошка. — Здесь и такое есть? — он наклонился и почесал ей за ушком, из-за чего животное удовлетворённо замурчало. — Да, тут шестнадцать милейших котиков. Вчера нашли одного прямо возле мусорных баков. Беднягу оставили в закрытом пакете… — она не скрывала эмоций, печально опустила голову. Видимо, очень любит животных. — Ты молодец, у меня дома тоже есть кот, — он встал и наконец имел возможность осмотреться.       Слева была своеобразная зона котов, где и тут, и там бегали пушистики. Несколько лежало на ковре, а большая часть отдыхала на домике-дереве в несколько этажей. Впереди была касса и маленькая очередь из школьников, заказывающих себе прохладные напитки, которые, оказывается, тоже здесь подают. Справа была зона для посетителей, где рядами стояли круглые столики из светлого дерева. Сама кофейня была в светлых тонах, наверное потому она казалась очень просторной. — Пойдём сядем, выбирай место, а я пока к родителям схожу, — она удалилась, а Эдгар направился к самому отдалённому столику. Котик мяукнул и тут же уселся к нему на колени. Он уже знает, что вечером Хаос не оценит запах чужой кошки, но отказать этому существу в ласке он просто не мог. Хотя, ему бы и самому хотелось стать котом, чтобы его гладили, а потом он уснул под хорошие слова в свою сторону. «Мечтать не вредно» — подумал черноволосый. Колетт вернулась, ставя на стол стаканы с напитками. — Смотри, я забыла спросить, что бы ты хотел, извини, но надеюсь, тебе понравится, — девушка робко улыбнулась и протянула молочный коктейль ближе к однокласснику. — Наш фирменный «Шоколадный мяу», а ещё вот чизкейк. И не переживай, это всё бесплатно, в честь знакомства. Эдгар был очень удивлен доброте одноклассницы, и почему же именно ему довелось побывать здесь, а не кому-нибудь другому из класса, к примеру, тому же Фэнгу. — Спасибо большое, мне кажется, я уже оцениваю это место как десять из десяти. Колетт хихикнула, и они принялись поедать десерт. Неужели он завёл первого друга за столько лет?