Sport love

Чемпионат России проходит в Москве, именно поэтому Александра просыпается от того, что к ней в квартиру раздаётся звонок. Протирая глаза, девушка устало подходит к двери, потому что она совсем забыла о том, что Марк зайдёт утром за мазью для суставов, видите ли у него закончилась. В такие моменты парень явно её бесил, но стоило ему улыбнуться, как русская ракета сразу же таяла. Ещё раз оценив свой внешний вид, Саша посмотрела в глазок и ужаснулась. За дверью стояла любовь всей её жизни, а она одета в мятую пижаму, с растрепанными волосами. Но поняв, что Марк звонит уже минуты три, ей пришлось открыть. — Доброе утро, — потянулся к девушке Кондратюк, проходя в квартиру. — Доброе, — рухнула прямо в руки парня Трусова. — Малыш, я тебя разбудил, да? — взволнованным тоном произнёс Марк, состраивая жалобный вид. — Не, я забыла, что ты зайдëшь, вот и поставила будильник на полчаса позже, — запустила она руку в каштановые кудри, легонько теребя их, — Ты завтракал? — подняла глаза на Марка Саша. — Не, думал доставку заказать, не было времени заходить в магазин вчера, — с опаской ответил он, уже предвкушая лекции о том, что нужно питаться полезной пищей, тем более перед соревнованиями. — Бедный, заходи, я тебя накормлю, — не имея сил ругаться, пропустила на кухню фигуриста. Марк немного убедился, но всё же зашёл. Уже сидя за столом, Марк наблюдал за Сашей. Она нервно делала себе пучок, иногда щурясь, когда острая шпилька впивалась в головную плоть. Закончив с причёской, Александра проверила наличие всех вещей в сумке и села за стол, поставив на него косметичку. — Марк, — тихо произнесла Саша, привлекая внимание, — Я боюсь, девочки очень сильные, — продолжила она. — Ага, назови хоть одну, кто сильнее тебя, — ухмыльнулся Марк. — Арделия, Акатьева, Самоделкина, Жилина, — начала перечисление рыжеволосая. — Ой, да какие они тебе соперницы? — закатил глаза Кондратюк, — Ни одна из них не набирала больше семидесяти баллов а короткой, — мягко улыбнулся парень. — А если я упаду, или что-то пойдёт не так, — запаниковала Саша, — А если я не прыгну весь контент, Марк, — на имени собеседника голос дрогнул, а девушка развернулась и закрыла глаза руками. — Ты чего, — столь бархатным и заботливым тоном сказал голубоглазый, вставая со стула и садясь напротив, — Ты — самая лучшая, — он положил руки к ней на коленки, слегка поглаживая, — Малышка, ты — сильнейшая фигуристка, даже если ты не прыгнешь эти злосчастные четверные — возьмёшь хореографией, — он убрал её руки от лица, вытирая большими пальцами текущие по щекам слезы, — Ты прекрасно двигаешься на льду, но ещё обязательно прыгнешь и четверные, и аксель, обещаю, — погладил он её по голове.

***

Саша стоит за бортиком, а рядом с ней Марк и Светлана Владимировна. Марк нервно перебирает свои кудряшки, и потирая Сашины руки через кофту, слушает вместе с ней наставления от тренера. Конечно, он слушай не всё, порой пролетали фразы по типу: «Танцуй больше, наслаждайся программой», или " Думай о прыжках, только заходя на них» всё остальное до него не доходило, он был как в тумане. Став чемпионом России, Кондратюк переживал только за одну девочку, казалось, больше переживать уже некуда, но когда объявляют Сашу, всё становится реальным. Сейчас радует только то, что за короткую программу Саша на первом месте и набрала 90,0, и отрыв от Самоделкиной пятнадцать баллов, а от Акатьевой двадцать три. Александра выезжает на лёд с усталыми глазами, что сразу замечает Марк, досадно глядя на Соколовскую. — Она не готова, — понимающе смотрит на парня женщина. — Я боюсь, мне страшно видеть её в таком состоянии, — залез пальцами себе в волосы Марк, оттянув их. — Она сильная, справится, — выдохнула Соколовская, устремляя взгляд на ученицу. Заиграла плавная мелодия. Подняла глаза на зрителей на музыкальный акцент. Первая дорожка получается очень хорошо, Светлана Владимировна уже выдохнула, но Марк понимал, что-то здесь не то. Заход на четверной аксель. Весь зал замолк. Мгновенье… Зал взорвался аплодисментами, но спустя секунду охнул. Саша прыгает аксель. Приземление могло быть удачным, но девушка услышала противный хруст, сопровождающийся адской болью в бедре. Последовал вскрик, потому что боль усилило падение. Она жмурится, но встаёт. Продолжая свой прокат, Трусова понимает, что не прыгнет все четверные, но борется. За бортиком стоит Марк, держась за голову, потому что видит только два четверных из шести заявленных. Светлана Владимировна же давно заплакала, тщательно это скрывая. Разрешила ей делать этот аксель, не уберегла. Выступление закончилось. Настоящая адская пытка для рыжеволосой закончилась. Она обессилила, перед глазами плывёт. В попытках сделать поклон, фигуристка падает на лёд и хватается за бедро. — Что происходит, — на лице Светланы Владимировны мгновенно высыхают слезы, — Нет, только не это! — глаза округляются до невозможных размеров. Александра пытается встать снова, но режущая боль не допускает этого — снова падение. Саша заливается горькими слезами. — Я должен быть там! — пытаясь ре заплакать, полным решительности голосом отчеканивает Марк, — Отпустите! — вырывает он свою руку из хватки охранников, ловя на себе опустошенный взгляд Соколовской. Марк подбегает к бьющейся в истерике Саше и сразу поднимает её на руки, томно целуя в макушку. Врачей не было, странно, обычно в таких ситуациях они тут как тут. — Тише, солнце, сейчас мы поедем домой, всё будет хорошо, — вынес парень с катка Сашу. — Нет, отнести меня в КиК, срочно, я должна стать первой, — щурясь от ужасной боли и не в силах отдышаться, сказала Трусова. — Ты уверена? — переспросил Марк, надеясь на то что она поменяет своё мнение. — Да, пожалуйста, — очень тихо ответила она. — Только не плачь, прошу, милая, — голубоглазый прижал её к себе ещё сильнее, давая понять, что она очень ему нужна. Светлана Владимировна поцеловала Сашу в лоб и помогла Марку отнести её в КиК. Уже сидя там, Саша понимала, что первой не станет, но надежда ведь умирает последней? Или нет? Неизвестно… Александра Трусова набирает 143 балла за произвольную программу! — звучит раздражающий голос. Мир для Саши растворился. Девушка не слышит ничего, видит только мутные силуеты людей. — Какая я?! — душераздирающий крик. — Вторая, — тихо отвечает Соколовская, боясь потерять свою девочку. — Этого не может быть, — будто выходит из транса Трусова, — Нет, Светлана Владимировна, нет, — она хватается за голову, — Я не могла так откатать, нет! — снова слезы. — Тише, успокойся, — Приобняла её за плечи тренер, — Прости меня, пожалуйста, это я виновна в твоём втором месте, это я тебе позволила прыгать четверной аксель, — шепчет на ухо фигуристке Светлана Владимировна, — Прости, ради Бога. — Бедро сильно болит? — беспокоился рядом сидящий Кондратюк, — Сможешь выйти? — он посмотрел в её глаза, выражающие огромную боль и обиду на всё и всех, кто есть в мире фигурного катания, и сразу понял, что это значит — нет. — Я сама не смогу, мне нужны костыли, — тихо, почти неслышно ответила рыжеволосая, вытирая размазавшуюся тушь с лица, — Можно так? — переспросила девушка. — Конечно, конечно, — Марк поцеловал Сашу в щеку и убежал к медикам за костылями. Олимпийскую квоту в женском одиночном получают Софья Акатьева, Александра Трусова и Аделия Петросян, возглавиашие пьедестал почёта на чемпионате России. Первое место — Софья Акатьева, — в душе Саши неприятно кольнуло — тут должна быть она. Второе место — Александра Трусова! — какой позор, — подумала она, как она могла стать второй? Уму непостижимо! Третье место — Аделия Петросян! — тут могла стоять Соня Самоделкина, но неудачный прокат произвольной дал о себе знать. Конечно, Саша рада за Соню Акатьеву, тем более, когда-то они были подругами в «Хрустальном», но сейчас — не более чем соперницы. Безусловно, она заслужила первого места, но очень трудно было рыжеволосой представить её вместо себя на первой ступени пьедестала. Получив медаль, Александра направилась к Марку, который ждал её у бортика, пока девочки из группы Тутберидзе фотографировались. Светлана Владимировна сказала Марку донести Сашу до машины, чтобы отправиться в травмпункт как можно быстрее. — Марк, — тихо позвала Трусова парня, пока лежала у него на коленях, — А если я не смогу заниматься, если запретят выступать, а если нельзя будет тренироваться вовсе, — на последней фразе она замерла. — Не переживай, всё будет хорошо, — Марк поднял её голову и положил к себе на грудь, обхватив её тельце руками, — Даже если что-то пойдёт не так, я никогда тебя не брошу, ты мне веришь, — спросил голубоглазый. — Я всегда буду доверять тебе, ты Н когда не обманывал меня, — еле улыбнулась рыжеволосая, но даже этого хватило, чтобы Марку стало не так паршиво. — Вам нельзя тренироваться, как минимум три месяца, — эти слова от травмотолога звучали как приговор. — Стойте, как? — испугалась Соколовская, а её глаза округлились. — Вот так, нужно избегать любых нагрузок, за исключением ходьбы, — спокойно говорит л доктор, — Любая нагрузка приведёт к грустному окончанию карьеры, или же к инвалидности в будущем, — он обратил внимание на Марка, который схватился руками за голову, и на Александру, которая уже не выражала никаких эмоций, — Я пропишу мази, но нужен покой, — повторил мужчина и выписал рецепт, передав Светлане Владимировне. Из больницы всё вышли хмурыми. Даже не хмурыми, а убитыми изнутри. Светлана Владимировна утирала слезы с глаз, а Марк шёл с Сашей в охапку. Девушка была вымучена. Два четверных из шести, травма, второе место на России, запрет на тренировки, второй номер сборной — полный комплект. По дороге до дома Светланы Владимировны, Марк написал Камиле и Ане о том, что у Саши травма, и ей нельзя тренироваться. Девочки ужаснулись этой информации и сообщили парню, что приедут в ближайшее время, потому что находится в Санкт-Петербурге и празднуют Олимпийские квоты своих парней. — Марк, проследи за Сашей, прошу тебя, — грустно попросила Светлана Владимировна, — Я не переживу, если что-то случится, — слеза снова потекла по щеке. — Обязательно прослежу, к ней будут приезжать Аня с Камилой, всё будет хорошо, — улыбнулся Марк, успокаивая тренера. — Пока ребята, увидимся, — кивнула Соколовская и удалилась.

***

Вечер проходил мрачно. Саша проплакала в плечо Марка, прижавшись к нему всем телом. Ему было до жути больно смотреть на эти мучения. Как бы он не заствлял Александру поесть, она отнекивалась и продолжала плакать. Спать она идти отказывалась. Марку ничего не оставалось делать, кроме того, как гладить её по спине и шептать на ухо успокаивающие слова. — Сашуля, я никогда тебя не отпущу, моё солнышко, — Кондратюк поцеловал девушку в макушку. — Марк, — подняла жалобно глаза Саша. — Да, тебе чего-то принести, ты что-то хочешь, — начал парень допрос. — Нет, я люблю тебя, Марк, не как друга, — на одном дыхании выпалила Саша, густо покраснев. — А как я тебя люблю, ты не представляешь, — парень потянулся губами к Сашиным. Таким желанным, манящим. Саша поняла его действия и мягко притянула лицо Марка к своему. Он накрыл своими губами её. Такой долгожданный и трепетный поцелуй, которого ждали оба останется в памяти навсегда. Сладкий вкус губ рыжеволосой фигуристки был настолько притягательным, что оторваться от них было невозможно, но воздуха стало не хватать, поэтому оба отстранились. — Марк, спасибо за всё, за то, что ты такой заботливый, милый, целеустремлённый, за то, что настоящий. Люблю тебя. — Я никогда не предам тебя, буду всегда с тобой, нас никто никогда не разлучит, любимая, я тебе обещаю. Саш, ты будешь моей девушкой? — он прислонился к её лбу своим. — Несомненно, да, — пара снова слилась в мягком поцелуе, столь трепетном и наполненным огромной любовью.

***

Три месяца для Александры казались настоящим адом. Сначала всё шло ужасно, она не тренировалась вовсе, лежала целыми днями вместе с Марком, пока тот ей говорил о том, что она со всем справится. Потом стало лучше. Под присмотром парня Саша качала пресс, делала растяжку, упражнения на руки, начала есть. Немного, но всё же. Иногда ходила гулять с Марком, а по вечерам она плакала у него на плече, потому что боль в бедре была пульсирующей и невыносимой. Когда Кондратюк уходил на тренировку, с девушкой сидели Щербакова и Валиева, но с Марком было уютнее. Без него — будто не в своей тарелке. Марку не надоедало сидеть с Сашей, он почти переехал к ней, даже думал сдать квартиру обратно и начать снимать вместе с Сашей. Ему хотелось находиться вместе с его девочкой постоянно. Обнимать её каждый раз, когда хочется тепла. Разговаривать с ней как можно больше, поддерживать её, целоваться с ней при любой возможности. Она — его жизнь, его кислород, также как и он для неё. Спустя месяц лечения Саша заметно пошла на поправку, и ей разрешили ходить на танцы, чему девушка была безумно рада. Марк не мог грустить, когда счастлива его девушка, поэтому даже походил с ней на несколько репетиций, чтобы она не делала сильного упора на ногу. Спустя полтора месяца с начала лечения, Сашу выпустили на лёд, никто не понимал, как бедро настолько быстро заживает, только одна рыжеволосая фигуристка знала ответ. Всё благодаря её любимому, который всегда был с ней. Спустя два месяца лечения она начала прыгать двойные и тройные. Марк со Светланой Владимировной плакали от счастья, подписчики в соцсетях радовались маленькой победе девушки, но только она была по-прежнему недовольна собой — не тот уровень. К тому времени, как должно было только заканчиваться лечение, Александра уже прыгает все четверные и тройной аксель стабильно. Даже не скажешь о том, что была травма. Это можно понять только по моральному состоянию, и то не всём. О Сашиных проблемах знает только Марк и она сама — всë. — Но я хочу прыгать кваксель! — спорила Александра. — Саш, пойми, мы уже вот до чего дошли, — указала пальцем на ногу девушки Соколовская. — Вы не виновны в этом! — сорвалась на крик Саша. — Не кричи на меня, Трусова, — железным тоном процедила Светлана Владимировна. — Я сюда пришла не для того, чтобы вы мне запрещали делать то, что я хочу! — также крикнула Саша и укатилась на другой конец льда. Тут же к ней подъехал Марк, увидев и услышав то, что происходило. — Малыш, что случилось? — обнял он Трусову со спины, — Только не кричи, ты лучше поплачь — отпустит, — попросил он, проводя рукой по кубикам пресса через кофту. — Всё нормально, просто, — не успела договорить она, как на лёд тут же полетел сменный тапок. — А ну-ка за дело, голубки! — строго и нежно сразу крикнула Соколовская, а потом улыбнулась. На что оба фигуриста рассмеялись. Продолжение следует…