Это не справедливо, Носеда!

Время за попиванием кофе тянулась тягуче медленно, что в одно время радовало и не радовало Блайт. С одной стороны в этом кафе так уютно и спокойно, что уходить совсем не хотелось, а с другой… Амелии безумно уже хотелось на учёбу. Потому что только во время учёбы она могла полностью забыть обо всех её проблемах, полностью погрузиться в работу и очистить разум. А сейчас всё было совершенно наоборот, потому что девушка расслаблена. Разные мысли и воспоминания сами погружались в мозг Блайт, разрывая её черепную коробку изнутри. Голова начинала болеть. Тот факт, что она не может даже расслабленно попить кофе, не придаваясь воспоминаниям, не истово бесил обладательницу зеленых волос. Потому что мысли и воспоминания, которые заполняли её голову, были гадкими, мерзкими, мрачными и разрывающими её на куски. Сколько себя помнила, Ами всё время убегала от них при помощи учёбы, за это так и полюбила её. Поэтому так старается. Нет, она врёт самой себе. Она не из-за этого так старается. Вернее, не только из-за этого.        Старается из-за мамы, чтобы угодить этой сварливой особе, чтобы превзойти её ожидания        но у меня никогда не получится это сделать,        чтобы быть хорошей опорой для сестёр и брата, чтобы быть уверенной в будущем        но хочу ли я такое будущее?.        Причин безумное количество и ни в одном не фигурируют её собственные желания. А все, потому что она давно запретила себе иметь хоть какие-то желания. У неё нет желаний, нет ни одной мечты, нет надежд и нет собственного мнения. Она к этому привыкла. Она знает только такое отношение к себе.        Погружаться в эти дебри в виде собственных мыслей она не хотела, поэтому выпив остатки кофе одним глотком, она позвала официантку.        Эта официантка чертовски красива.        Люсия снова пошла быстрым шагом к обрабатываемой даме с довольной улыбкой. Она предвкушала плоды своих действий. Передав милой даме папку для расчёта, она наблюдала как ловкие, быстрые, чертовски сексуальные пальцы положили в неё карту. Носеда забрала папку и снова удалилась из поля зрения Блайт.        Перед тем, как отдать жёлтоглазой карту и чек, она написала на обратной стороне чека свой телефон и подписала: «Если будет желание - позвони. Меня, кстати, Люсия зовут.» и улыбающийся смайлик в конце. Довольная собой, Носеда отдала карту и чек Амелии.        Она надеется, что милашка из кафе примет её предложение пообщаться.

***

Весь учебный день Амелии прошёл хорошо: как обычно самая активная в группе, как обычно учителя ею довольны, как обычно одногруппники смотрят с небольшой завистью, но и с уважением, как обычно учиться на психолога не просто, но возможно. Всё как обычно. За исключением одного. Обычно после окончания успешного учебного дня она идёт сразу домой, но сегодня… сегодня она хочет ещё раз зайти в то кафе. Ещё раз заказать любимое капучино и что-нибудь перекусить. И ещё раз увидеть ту девушку… И вроде как ей ничего не может помешать, но перед последней парой ей позвонила Одалия и сказала, чтобы после универа она немедленно ехала в поместье Блайтов. Ами не может не подчиниться. Особенно учитывая, что дело касается её самой младшей сестрёнки Эмити.        Всю дорогу в родной дом она провела в мрачных раздумьях.        Что случилось с Эмити? Это что-то серьёзное или снова мамины заморочки? Может, Миттенс что-то натворила? Но она ведь такая прилежная… А даже если и так, то зачем меня вызывать? Нет, случилось явно что-то очень серьёзное, глобальное… Только бы с Миттенс всё хорошо…        Больше всего Амелия боялась, что её сестре кто-то навредил или то, что она больна чем-то неизлечимым. Потому что всё остальное всегда можно исправить, выкрутить в свою сторону, решить, поговорить.…А это уже никак не исправишь. Никаким способом. И никакие деньги, влияние и связи не помогут.        Наконец, утомительно долгие полчаса в поездке и они доехали до поместья. Девушка выскочила из машины быстрее пули и побежала прямиком в дом. На пороге её встретил Ральф - пожилой дворецкий семьи Блайт, который был с ними еще, когда Ами была совсем маленькой. Ральф это тот человек, который ухаживал за ней, был всегда рядом, давал дельные советы и успокаивал когда нужно. Он был настоящим членом семьи, не иначе. Хоть родители и не хотят признавать этот факт. Старший ребёнок Блайтов обняла дворецкого так сильно, как только могла, он даже не успел и рта открыть. –Ох, Мисс Блайт! Вы наконец-то тут! Вы не представляете, как я рад Вас видеть! – Устало и, будто в безумии, говорил старик. Значит всё очень серьёзно. Амелия отстранилась от мужчины и посмотрела на него с болью во взгляде. –На сколько всё плохо? –Всё просто ужасно. –Амелия! Наконец-то ты тут! Боже, мама рвёт и мечет! – Услышала девушка позади Ральфа и окончательно отошла от него.        Посмотрев на источник шума, она поняла, что это были её младшие брат и сестра близнецы. Они с перепуганными лицами выбежали к ней. Девушка, с длинными тёмно-зелёными волосами, заплетённые в тугую косу, взяла её за руки. Это была Эмира. Старшая из близнецов. Её брат Эдрик стоял сзади и лишь умоляюще смотрел самую старшую. –Что произошло? И где Эмити? Она в порядке!? –Сразу начала задавать вопросы Амелия. –Миттенс сейчас с родителями. Она призналась маме, что является лесбиянкой и у неё есть девушка. А ты знаешь, как мама относится к этому и-        Не став дослушивать, Амелия быстрым шагом, почти бегом направилась в дом. Она была в шоке. Эмити лесбиянка? Есть девушка? Рассказала маме!? Вся информация просто не укладывалась в голове. Новость об ориентации Миттенс, конечно, не была такой неожиданностью, Амелия догадывалась, но факт, что она не побоялась рассказать матери об этом. Ами просто надеялась, что младшая ещё жива.        Зайдя в дом, она быстро забежала в гостиную, где и собралось всё семейство. Мать, будто бы заведённая, ходила туда-сюда по комнате, громко высказывая мнения на новость от дочери. Крайне негативное мнение. Виновница торжества же стояла около камина опустив взгляд в пол, молча слушая тираду, что обрушилась на неё… Фактически не за что. Отец же сидел на диване, молча и, кажется, вообще был не тут. Как обычно. –Мама, прекрати мучать её! – Первое, что сказала Амелия, было именно это.        Все присутствующие в комнате дрогнули, в комнату забежали близнецы. –А-ами… – Услышала тихий зов Амелия, но его заглушила мать. –Амелия! Ты тут! Ты уже слышала о своей сестре!? – Одалия быстрым шагом направилась к старшей, – твоя сестра хочет свести меня в могилу! Ты это представляешь!?        Руки Миссис Блайт упали на плечи Амелии, сжимая их. Она начала трясти её. –Мам, успокойся, никто не хочет свести тебя в могилу! – Блайт убрала чужие руки, откинув их с брезгливостью, – да, я знаю о Эмити. Ну, и что с этого!? Пусть любит, кого хочет! –Моя дочь не может быть такой! Это мерзко! Что люди скажут, если узнают!? Дочь самой богатой пары лесбиянка! Мне даже говорить это противно! –Прекрати! Не говори так о Эмити! Быть лесбиянкой - это абсолютно нормально! Она не выбирала, кого любить! –Амелия это не нормально! –Зачем ты меня позвала!? Чтобы высказаться на счёт Эмити!? – Девушка недовольно скрестила руки на груди, показывая этим своё раздражение и не желание продолжать спор. –Ох, точно. – Женщина успокоилась за долю секунды, будто не она совсем недавно кричала на всё поместье.        Одним движением руки она оправила причёску, повернулась спиной и стала подходить к Эмити. Походка матери была нервозной: руки нервозно подрагивали, так же как и глаз, дыхание участилось, ноги дрожали от еле скрываемой злобы. Эмити неосознанно сглотнула: уж больно мать страшна в гневе. –Ты, маленькая дрянь! Ты совсем забыла как нужно вести себя! Поэтому я приняла решение, которое не обговаривается! Эмити будет некоторое время жить у Амелии! –Что!? – Вырвалось с уст Эми и Ами. –Амелия научит тебя как нужно себя вести и выбьет всю эту подростковую дурь из твоей головы!        О, понятно. Одалия просто скинула всю ответственность за будущее младшей на Амелию. Прекрасно. Просто, блять, прекрасно.        Эмити в состоянии шока смотрела то на матушку, то на старшую сестру. Эмира удивлённо пискнула, но тут же закрыла рот обеими руками. Мужчины семейства же просто наблюдали за происходящем беспределом в доме. –Но, мам! У Амелии есть своя личная жизнь, и я буду… –Собирай вещи, Эмити. – Твёрдо и холодно прервала Амелия. –Что? –Собирай вещи, говорю. Слова матери не обсуждаются.        Эмити пометалась глазами по комнате, но сориентировавшись, кивнула и на трясущихся ногах направилась вон из комнаты. Эмира прямиком за ней. –Не смей больше называть её «дрянью». Или ещё как-то оскорблять. Она твоя дочь, а не девчонка с улицы. – Всё, что вымолвила Амелия, перед тем как исчезнуть с поля зрения матери.        Злость окутывало всё тело с ног до головы, обволакивало вязкой плёнкой, не давая ни дышать, ни говорить, ни даже думать логически. Здравый смысл был потерян в тот же момент, когда она услышала «приговор». Бесило в этой ситуации абсолютно всё: от потраченного времени до оскорблений, которые Одалия позволяла вырываться. А ведь Амелия тоже лесбиянка. И когда настанет время рассказать об этом матери (а это время настанет – не стоит сомневаться) её ждёт всё тоже самое, а может даже и хуже. Несмотря на все негативные эмоции, которые Блайт сейчас испытывала, они все смешались с гордостью за младшую сестру. Она сделала то, на что сама Амелия до сих пор ещё не решилась. Да и факт совместного сожительства её не очень раздражал. Она прекрасно помнила и знала, что Эмити такой же книжный червь, как и она сама, поэтому устраивать проблемы для неё не будет.        И, конечно же, она не собиралась запрещать Эмити видеться с её девушкой. Даже наоборот, ей не терпелось познакомиться с этой, несомненно, очаровательной особой, которая покорила сердечко младшей Блайт (О Боже, неужели Эмити действительно способна на любовь?). И уж тем более Амелия не собиралась «выбивать дурь» из неё. Что вообще Одалия имела ввиду под этим? Амелия предположила у себя в голове, что её мать была не совсем трезвая во время их общего разговора. Потому что Миссис Блайт никогда бы не позволила себе подобные высказывания, даже если она находилась только в компании собственной семьи.        Одалия вообще уже перестала распределять границы между «работой» и «семьёй». Всё это для неё смешалось в одну большую чёрную не смывающеюся кляксу. Она перестала понимать и начала забывать о том, как нужно общаться с одними людьми, а как – с другими. От этого становилось безумно грустно, потому что, на удивление младших, Ами помнит тот момент, когда Одалия не была такой. Только вот Ами до сих пор не может понять, что же послужило такому резкому изменению приоритетов.

***

Наконец, все вещи младшей были бережно упакованы и аккуратно поставлены в багажник такси, а сами девушки сидели на заднем сидении автомобиля. Они ехали уже минут десять и всё это время их сопровождали лишь естественные звуки автомобиля и тихая музыка водителя. –Прости. – Резко раздалось на всю машину, хотя и обладательница столь чудесного голоса и говорила полушёпотом. –М-м? За что ты извиняешься, Миттенс? – Оторвавшись от телефона, задала очевидный вопрос старшая. –За то, что теперь тебе придётся терпеть моё присутствие у себя, Чёрт знает, сколько времени. Мне не стояло рассказывать маме о… Девушке и прочем. – Губы Эмити сжались, а руки нервно схватили подол чёрной майки. Щёки слегка покраснели от стыда. –Боже, не бери в голову! Я буду рада пожить с тобой в одной квартире, особенно учитывая недавние новости. И ты всё правильно сделала. Рано или поздно это пришлось бы рассказать. Чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше… - Амелия смотрела в окно, не в силах взглянуть на младшую сестру. –Мама считает меня мерзкой. – Почему-то именно эти слова прочно засели в голове Эмити.        Они продолжались гулом в голове, не давая думать о чём-то другом. Почему-то в сердце засела неприятная тягучесть. Ощущение, будто в сердце начинают медленно, словно нождачкой, вытачивать новую, свежую рану. А затем взяли ржавый, кривой кинжал и стали медленно-тягуче карябать вытачанную рану, выпуская кровь из избитого сердца. Сейчас она чувствовала себя виноватой буквально во всех смертных грехах и пожалела о своих действиях. А потом и вообще о том, что родилась на этот поганый, прогнивший до глубины недр, мир. –Она так не думает. Она сказала это с обиды. И… Мама же была пьяна, так? –Да, она немного выпила перед твоим приходом. –Ну, вот! Это в ней говорит алкоголь, а не голос разума. Не смотря на то, что она не согласна с твоим жизненным путём, она всё ещё любит тебя. Нас всех. –Единственное, что она любит – это статус и деньги.        Амелия промолчала. Тяжёлые слова пробили салон машины как гром среди ясного неба. Не хотелось соглашаться с этими словами, но и опровергнуть, полностью тоже не получалось. Старшая Блайт прикусила губу и устремила взгляд в пол.        Остальную часть дороги они так же ехали в тишине. Амелия полезла в сумку за бутылкой воды, жажда буквально душила её. Зоркий глаз заметил чек из кафе «Совиный дом», вернее, что-то написанное сзади. Взяв белую бумажку в такую же белую ладонь, она повернула надписью к себе и стала читать.        Щёки вспыхнули на пару секунд, а за ними лукавая улыбка.        Люсия, значит…        Взяв в руки телефон, Амелия ловким движением разблокировала его, зашла в контакты и вбила номер новой знакомой, а затем и её имя. После она нажала кнопку «написать сообщение» и застыла. Амелия думала, что написать и как преподнести себя. В раздумьях она прикусила губу. Блайт попыталась написать, но не один из вариантов её так и не устроил. Решив написать попозже, девушка убрала телефон в сумку и посмотрела на сестрёнку.        Эмити выглядела подавленной и расстроенной ситуацией. Очевидно. Пухлые розовые губки стали бледные, обкусанные. Причём с таким рвением, будто это были не действия привычки, а осознанные. Будто она сознательно пыталась причинить себе боль. В их семье у всех была бледная кожа, но у Эмити она была ещё и «прозрачная». У неё хорошо видно каждую венку на худом теле, каждый изгиб и каждую жилку. Медовые глаза уставшие, потемневшие, но, если приглядеться, в самой их глубине, можно заметить блеск. Влюблённый блеск. И Амелия заметила этот блеск, не смогла сдержать улыбки. Но она тут же пропала, когда взгляд заметил синяки под глазами. Ами знала, что младшая очень много работает для того, чтобы услышать похвалу от матушки. Это приводило старшую в печаль.        Блайт подвинулась ближе к младшей и положила руку на плечо, прижимая ближе к себе. –Кстати! Я совсем забыла спросить тебя о твоей девушке! – Лукаво начала старшая, улыбаясь как довольный кот. Эмити вспыхнула. –Ч-что ты хотела о ней спросить? –Так говоришь, будто я вижу её каждый день и мне не о чем спросить! Кто она? У тебя есть фото? Какой характер? –Стоп-стоп! – Всё лицо младшей было красное, она не могла сориентироваться между вопросами, – не так быстро! –Ладно-ладно! – Ухмылка стала шире, а рука отстранилась от плеча младшей. Амелия тихо хихикнула. – Ладно. По очереди. Как её зовут? –Луз Носеда. – Отчеканила Эмити и на её лице вмиг появился румянец и глупая улыбка.       Ами хмыкнула. –Покажи хоть свою «Луз».        Миттенс кивнула и стала доставать телефон. Амелия наблюдала за действиями сестры с улыбкой. Факт влюблённости так сильно радовал её, словно это она влюбилась. Просто потому что Ами понимала, что эта Луз изменит жизнь её сестры в лучшую сторону. И судя по всему, они встречаются уже давно, ведь изменения появились не сегодня и не вчера. Всю прошлую неделю Эмити вела себя более грубо и нахально с матерью, вроде как, даже пыталась спорить. А три дня назад перекрасилась из зелёного в фиолетовый. В цвет сахарной ваты, если быть точнее.        Сама Амелия не была тогда дома, но близнецы говорили, что ссора была просто ужасной. У Одалии какая-то зависимость от зелёных волос, поэтому была очень зла на смену имиджа младшей. Тогда-то Ами поняла, что что-то случилось, но времени поговорить с младшей Блайт, совсем не было. Ну, а теперь всё стало совсем очевидно.        Наконец, телефон был в руках младшей, покопавшись в галерее, она показала фото. На нём были четверо. Амелия знала только двоих: Эмити и её бывшая лучшая подруга Уиллоу Парк. Эмити была в красивом платье с тёмно-синим верхом и малиновом низом. Её за шею обнимала какая-то тёмнокожая девушка, а та с теплотой смотрела на неё. Уиллоу же стояла рядом с парочкой в зелёном платье. Сзади девушек стоял парень. Он выглядел младше их, но уверенно что-то говорил в микрофон. Но больше всех Амелию привлекла, конечно же, тёмнокожая девушка, которая, очевидно, и была той самой «Луз». У неё были тёмные короткие волосы и большие карие глаза, и… У неё был очень странный наряд. Это что… Черный пиджак вместе с розовой широкой юбкой и синими джинсами? Боже, это всё просто ужасно выглядит вместе. Но сама девушка довольно симпатичная и милая. –Так… Это она? –Амелия показала на девушку в странной одежде, –она симпатичная… Но странная. –Не называй Луз странной! – Пискнула младшая и убрала фото. –Прости-прости. Я имею в виду, что её наряд странный. –Она… Любит неординарные вещи. –И… Ты снова дружишь с малышкой Уиллоу? –Да! Мы помирились где-то… Две недели назад! Может месяц… Можно сказать, нас помирила Луз! –А что это за мальчик с вами? –Оу… Это Гас. Друг Уиллоу и Луз. Ну, и теперь мой. Можно и так сказать.       Удивительно как всё поменялось. Парк и Блайт не дружили лет так с семи, матушка запретила им общаться. А теперь они снова общаются как раньше и всё благодаря странной девчонки. –А от, куда эта Луз вообще появилась? Новенькая? –Да! Она жила раньше в другом районе, но из-за каких-то проблем они с сестрой переехали сюда два месяца назад. –С сестрой? А как же родители?        Эмити замялась, опустила глаза вниз и прикусила губу. –Родителей нет. Она живёт только с сестрой. Хотя та почти не появляется дома.        Воцарилась тишина. Стало жалко девушку, она всегда одна, в одиночестве. Это наверняка очень тяжело. Мысль щёлкнула сама по себе, Амелия даже не успела её хорошо обдумать. –Может тогда она придёт сегодня к нам с ночёвкой? Всё равно одна дома обычно. Я бы хотела познакомиться с ней лично.        Эмити посмотрела на сестру с искорками в глазах и полными благодарности. Румянец вспыхнул на щеках и снова глупая улыбка. –Правда?! –Ну, конечно.        Радости в груди стало ещё больше. Сердце бешено бьётся, а улыбка стала шире. Эмити накинулась на сестру с объятиями. –Спасибо!        Ами аккуратно потрепала сестру по голове. –Приехали. – Прервал идиллию водитель такси, оповещая об окончании поездки.        Девушки смущёно отстранились друг от друга, Ами кашлянула в кулак и стала вытаскивать деньги. Расплатившись, девушки вышли из машины, старшая стала вытаскивать сумки. Она делала это так на удивление легко, что мужчина даже не предложил помочь. После они вместе направились в квартиру.

***

Наконец, тяжёлая мучительная смена в «Совином доме» закончилась и девушка тёмными короткими волосами, наконец, могла со спокойной душой вернуться в свою старую потрёпанную квартирку, где… Её наверняка ещё ждала сестра.        Время было уже приличное, около семи вечера. На улице было чертовски, по-осеннему, холодно, тонкий слой снега упал на замёршую землю и не спешил таять. Но он растает к утру. Людей уже почти не было, что безумно радовало Носеду, которая так сильно их ненавидела. Она шла, слушая в ушах какую-то проходную песенку, в которой поётся об одинокой и самоуверенной в себе девушке, которой «посчастливилось» влюбиться в представительницу своего пола. Усталый пустой взгляд смотрел вперёд, губы укутались в красный шарф, а руки – в карманы старой болотной куртки.        Как только она зашла в старую, но уютную квартирку, в её нос ударил приятный запах еды. Живот скрутило от невыносимого чувства голода, Люсия скривила губы. –Я дома! – Крикнула она, стаскивая с себя всю верхнюю одежду, кроме красной шапочки.        Старшая Носеда услышала возню с кухни и какие-то неразборчивые слова. Когда Люси прошла глубже в дом, к ней, наконец, вышла её младшая сестрёнка. Мелкая четырнадцатилетняя девчушка стояла в фиолетовом фартучке с поцелуйчиками и широкой светящийся улыбкой. Люсия не видела эту милую мордочку со вчерашнего вечера. –Привет, Люсия! Рада, что ты пришла сегодня! Проходи, ужин уже почти го-        Ей не дали договорить крепкие объятия старшей. Луз удивлёно вздохнула и дрогнула. Улыбка слетела с лица. –Прости, что снова оставила тебя одну. – Тихо протараторила Люсия, сжимая сестру в объятиях.        Улыбка Луз стала ещё шире и ярче, чем раньше. Младшая Носеда обняла сестру в ответ. –Я не злюсь.        Наконец, отстранившись друг от друга, девушки прошли на кухню. Люсия внимательно наблюдала за сестрой и от её глаз не скрылась резкая нервозность малышки. Девчушка бегала глазами в разные стороны, терла костяшки пальцев и нервно кусала губу. Люси села за стол, продолжая смотреть на младшую с подозрением. –Что-то случилось? – Наконец спросила старшая Носеда, беря в руки вилку. – Ты нервная. –Я? Нет, ничего серьёзного! – Тут же выпалила Луз, резко сев напротив. Она схватила вилку и стала набивать себе рот приготовленными спагетти.        На самом деле у неё было о чём поговорить. За последние несколько недель произошли важные события, которые изменили её жизнь, и всё это нужно было рассказать Люсии. Ещё и скоро должны приехать её девушка с сестрой и забрать младшую. А ведь Люсия только вернулась домой, отсутствовав сутки! Получилось ужасно по отношению к Люси, но Луз думала, что сестра снова не придёт домой как обычно. Девочка специально запихнула в рот много еды и специально жевала медленно, надеясь задержать не очень приятный разговор. Но тянуть больше нельзя. Времени нет. Набрав чуть больше воздуха, младшая начала: –Мне нужно кое-что рассказать тебе. Это важно.        Вмиг девушка в красной шапке оторвалась от трапезы, убрала вилку и внимательно посмотрела на сестру. Вытерев губы от соуса, она сложила пальцы в замок и подпёрла ими подбородок. –Я слушаю, Cariño.        Луз сглотнула. –М… В школе у меня появились новые друзья! – На лице появилась улыбка. –Я рада за тебя. – С улыбкой сказала Люсия. – Надеюсь, они хорошие люди. –Очень хорошие! И… Одна из моих подруг… -Щеки залились румянцем. –Она… Знаешь, такая классная! Её зовут Эмити Блайт. Она лучшая ученица школы, умная, добрая и смелая! И… Знаешь… Мы… - Слова застревали в горле, смущение буквально убивало. Оно накрыло как волна и прилипло к щекам словно клей. Девушка схватилась за пылающие щеки и стала их растирать. – Мы с ней начали встречаться! Три дня как!        За всё время монолога Люси сидела с улыбкой на лице. Она была безумно рада, что её сестра теперь не будет проводить время в одиночестве, читая свои детские книги про ведьм. Рассказ о некой «Эмити Блайт» заставил улыбку стать ещё шире. Только идиоту будет не понятно, что Луз влюбилась в эту девчонку и, судя по описанию, девчушка действительно была «классной». Но новость о том, что у Луз появилась «классная девушка» застал её врасплох: глаза широко распахнулись, она застыла на месте и, кажется, перестала моргать. Потребовалось несколько минут, чтобы понять смысл слов. Всё это время Луз сидела даже не дышав, чтобы не сбить с толку сестру. Она ждала реакцию. –Вау. Это прекрасная новость, Nena! Я рада, что у тебя появилась девушка! Надеюсь, ты её со мной познакомишь! –Да. На счёт этого. Ты сможешь познакомиться с ней через пятнадцать минут! Хе-хе. – Нервно добавила Луз. –Так быстро? И как ты узнала, что я сегодня вернусь домой? –Я не знала! Я… Просто… Её сестра предложила мне поехать сегодня к ним на ночевку, и я согласилась… Они приедут, чтобы забрать меня.        Воцарилась тишина. Гнетущая, нервная, давящая со всех сторон тишина. Люсия продолжила пялиться, но только уже без улыбки на губах. В глазах блеснула грусть. Она только вернулась, а Луз уже уходит. С другой стороны, когда-нибудь такая ситуация случилось бы, рано или поздно. Да и не Люсии тут возмущаться. Сколько раз она оставляла малышку в одиночестве? Безумное количество раз. И всё это время она была совсем без друзей, а значит, ей не с кем было даже поговорить! Теперь очередь Люсии быть одной. –Хорошо. Я поняла тебя, Луз… И я не злюсь или типа того, я всё понимаю. А ты знаешь её сестру лично? –Нет, лично никогда не виделись, но Эмити мне много рассказывала о ней! Она хороший человек.        Люсия лишь кивнула и продолжила свою трапезу. Снова тишина, никто не знает что сказать, да и не хочет. Луз не смотрела на старшую сестру, нервно перебирая лапшу вилкой, кусая губу. –Возможно, вы с Амелией подружитесь. –М-м-м? – Промычала Люсия, пережёвывая еду. –Это имя сестры Эмити. Амелия примерно твоего возраста. –Оу, ясно. Амелия? Красивое имя. – Ухмылка.        Младшая лишь закатила глаза на подобную реакцию, она прекрасно знала, о чём думает её старшая сестра и только об одной мысли у Луз щёки гореть начинали. И как можно быть такой извращенкой!? –Люсия, пожалуйста, прекрати. –Что-о? Я просто сказала, что у неё красивое имя! –Я знаю, о чём ты думаешь…        Ухмылка стала шире. Она явно не перестала думать об этом. Луз недовольно фыркнула, продолжая, копошится в тарелке. –В любом случае, если не хочешь сильно задерживать свою девушку и её сестрицу, советую есть быстрее.        Девчонка кивнула и стала есть интенсивнее.