Следуя сердцу

Душа Чангэ ликовала. Рискованный план, придуманный ею в первую очередь для того, чтобы освободить губернатора из-под стражи, сработал безошибочно, позволив не только вызволить Гунсун Хэна, но и уничтожить значительную часть нападавшего на город Медвежьего войска с очень незначительными потерями. Накануне, получив приглашение от начальника северного гарнизона Сыма Ту, Гунсун Хэн сразу предположил, что может не вернуться. Отношения с военным чиновником, которому очень не нравились доверительные отношения губернатора, бывшего служащего династии Суй, с вверенными ему войсками, не заладились с самого начала. Подняв собственным приказом, без согласования с начальником гарнизона, городскую армию для отражения неожиданного нападения Ашилэ, губернатор дал тому повод для обвинения в готовящейся измене. Первым порывом Чангэ, пораженной несправедливым арестом губернатора в момент нависшей над городом наивысшей опасности, было немедля броситься на выручку Гунсун Хэну. Однако, она понимала, что тем самым можно только ухудшить ситуацию. Позже пробравшемуся в поместье начальника гарнизона Сюй Фэну удалось подслушать разговор того с советником Медвежьего войска, оказавшимся двоюродным братом Сыма Ту, и стало ясно, что начальник гарнизона продался врагу и планирует откупиться от Ашилэ ценностями городской сокровищницы, нажившись при этом, а потом обвинить во всем губернатора Шочжоу. Подавив негодование, Чангэ сконцентрировалась на поиске решения проблемы и, кое-что придумав, пошла посоветоваться с управляющим Цинь. Ее план был рискованным, требовал подключения городских войск, и в случае провала грозил еще большими неприятностями губернатору, но выхода не было. К удивлению Чангэ, господин Цинь ждал ее. Выслушав ее план, он протянул ей именную бирку губернатора, позволяющую поднять армию, и заранее написанное рукой Гунсун Хэна краткое распоряжение для генералов: «Выполняйте его приказы». Тем самым губернатор полностью доверял ей защиту города в свое отсутствие. Приглашенные на совет генералы армии Шочжоу с воодушевлением восприняли задумки Чангэ, и уже поздним вечером начали их осуществление. Скрытые ночные атаки на лагерь Медвежьей армии раздразнили противника, прежде не получавшего отпора на своей территории, особенно потому, что нападавшие оказались неуловимыми. Отряд, проводивший атаки, вернулся в Шочжоу без потерь. Разъяренный тегин Медвежьего войска, как и ожидала Чангэ, потребовал от начальника гарнизона избавиться от организатора атак и, обнадеженный заверениями того, что архивариус Ли мертв, наутро третьего дня появился с частью своего войска перед воротами города, чтобы получить город и обещанные ценности. Естественно, ни он, ни Сыма Ту, собиравшийся именем губернатора сдать Шочжоу врагу, не ожидали, что мнимое убийство окажется хорошо разыгранным Чангэ и Сюй Фэном представлением. Выстрелом из лука неожиданно появившаяся на стене Чангэ выбила из рук Ту Кашэ список ценностей, которые собирался передать ему Сыма Ту, и отдала приказ тысяче лучников расстреливать не ожидавших такого поворота воинов противника. Их попытка атаковать была мгновенно смята, хаотическое отступление превратилось в бегство, и тогда из засады появились ожидавшие там отряды городской армии, погнавшие врага к полноводной реке Удин, служившей естественной границей между Тан и Ашилэ, где сильно замешкавшиеся на переправе воины были практически полностью перебиты. Лишь небольшой группе во главе с Ту Кашэ удалось уйти. Сыма Ту был убит Ту Кашэ, заподозрившим предательство с его стороны, когда Чангэ появилась на стене. Это послужило основанием для немедленного освобождения Гунсун Хэна из-под стражи, поскольку, согласно закону Тан, в случае смерти военного чиновника во время военных действий его место должен был занять гражданский чиновник высшего ранга. — Замечательная идея — заманить врага в ловушку обещанием легкой победы и избавиться от Сыма Ту руками Медвежьего войска. Благодаря точным планам архивариуса Ли город избежал серьезной опасности, — завершил свой доклад губернатору генерал Гао позже, когда все собрались, чтобы отпраздновать победу и возвращение Гунсун Хэна. — Но могу я спросить, отчего вы были так уверены, что они не откажутся от нападения? — Сыма Ту сам навлек на себя смерть, — ответила Чангэ. — Он думал откупиться от Ашилэ, не понимая, что Медвежье войско желает не просто ограбить город, а полностью завоевать его. Их жадность не знает границ. Шочжоу все равно подвергся бы нападению после передачи ценностей. Так что я просто воспользовался этой возможностью. — Она повернулась к Сюй Фэну и продолжила, уважительно складывая перед собой руки: — Без помощи Сюй Фэна в нашем небольшом представлении мы бы не смогли обмануть Сыма Ту. — Ради спасения моего господина я не пожалел бы жизни, — спокойно ответил Сюй Фэн, возвращая жест уважения. — Мы все верно служим ему уже многие годы. Архивариус Ли заслужил мое восхищение за пренебрежение жизнью и смертью, поскольку он недавно с нами… Архивариус Ли. Если бы я ударил чуть сильнее, то рана могла бы стать смертельной. Как вы могли так довериться мне? — Я доверился вашей верности губернатору, — просто ответила Чангэ. — Хорошо сказано! — торжественно кивнул Гунсун Хэн и, сложив перед собой руки в жесте уважения, поклонился всем присутствующим. — Мне действительно посчастливилось работать с такими верными воинами, как вы. — Командующий Ли, я тоже хочу поблагодарить вас, — улыбаясь, произнес управляющий Цинь. — Господин Цинь, как вы меня назвали? — с недоверчивым удивлением переспросила Чангэ. — Командующий Ли Шисы, — повторил тот. Гунсун Хэн подтверждающе кивнул головой, и все одобрительно рассмеялись. — Командующий Ли, это был прекрасно разработанный стратегический план, — произнес губернатор. — Благодаря ему Шочжоу снова в безопасности и не сдан врагу. Думаю, Медвежье войско понесло значительные потери и больше не представит угрозы. Но не знаю… — Гунсун Хэн задумался, нахмурив брови. — Вы боитесь, что скоро объявится Соколиное войско? — встревоженно спросил управляющий Цинь. — Соколиное войско? — Чангэ вопросительно посмотрела на губернатора, но ответил ей генерал Гао: — Соколиное войско — самое сильное и быстрое среди войск Ашилэ. Они не так просты, как воины Ту Кашэ, а их предводитель — осторожный и умный стратег, в ловушку его заманить вряд ли удастся. Чангэ подумала и высказала свои мысли вслух: — Значит, враг еще достаточно силен… Удин после прошедших дождей разлилась и полноводна. Судя по всему, воины Ашилэ не слишком хорошо плавают, так что постараются воздержаться от этого пути. Горы и особенно восточные топи делают малодоступными для большого войска южное и восточное направление. Наиболее вероятно, что они придут с запада. Думаю, мы должны перебросить гарнизон за восточными воротами на западное направление. Предложение показалось всем разумным. После недолгого обдумывания Гунсун Хэн обратился к генералам: — Делайте, как сказал командующий Ли. … Насколько ошибочным окажется это решение, стало понятно спустя чуть менее суток, когда внезапно полыхнули огнем городские склады провизии, расположенные в южной части города. Пожар, уничтоживший годовой запас зерна и других продуктов, был вызван горящими стрелами с клеймом Соколиного войска на наконечниках. По счастью, никто из жителей не пострадал, так как воинам городской стражи удалось спасти от огня близлежащие дома. Им еще только предстояло узнать, что войска Ашилэ на корню сожгли посевы и уничтожили в округе все крестьянские хозяйства, снабжающие город продовольствием. Теперь в случае длительной осады жителям Шочжоу грозила голодная смерть. Возле болот, что растянулись вплоть до восточных ворот, были найдены обломки досок из легкой павловнии, очевидно, позволившие быстрой коннице Ашилэ пересечь восточные топи и незамеченными пробраться к южной части города, чтобы поджечь склады. Незащищенные войсками гарнизона восточные ворота с минуты на минуту могли подвергнуться осаде. — Губернатор, это случилось из-за моей небрежности, — виновато склонилась в поклоне Чангэ. — Я слишком понадеялся на природные преграды и перевел войска с востока на запад. Позвольте искупить вину… — Достаточно, — прервал ее Гунсун Хэн. — Невозможно предусмотреть все действия противника. Это не совсем твоя вина. Я просто не ожидал, что войско Ашилэ окажется таким хитроумным. Он повернулся к Сюй Фэну: — Сюй Фэн, собери всех. Дадим отпор врагу у восточных ворот.