Смежный балкон - подарок или наказание?

      – Окей, гугл, сколько раз нужно стукнуть себя по голове, чтобы мозги встали на место и перестали тормозить?       Чимин в который раз делал запрос в гугл, но в ответ получал лишь истории о Ньютоне и его яблоке или советы о том, как перестать прокрастинировать и начать работать. Советы, конечно, хорошие, да только не в той сфере. За прошедший вечер Чимин упустил столько шансов, что и не сосчитать, и теперь мучился от собственной тупости. Вот, что ему мешало в лифте просто поддаться вперед и поцеловать хёна? Или какого черта он не обнял его на прощанье вечером? И почему так и не решился спросить о том моменте, когда Юнги стоял так близко и то и дело взгляд на губы опускал? Глупый гугл, ни на что ответы не знает!       Чимин сегодня был сам не свой, постоянно отвлекался, тормозил и, откровенно говоря, жестко тупил, ведь из головы не шел вчерашний вечер. Просто уютный вечер в компании не менее уютного Мина, который сначала выбросил сигарету по просьбе младшего, потом конфетки ему в рот подкладывал, а затем и вовсе на гитаре играл, умело перебирая пальцами струны. А были это струны инструмента или чиминовой души – не понятно.       И какой итог? По уши влюбленный Пак, бессонная ночь и постоянные тычки по собственной шее за тормоза. Лучше бы они срабатывали тогда, когда нужно, а не наоборот. А еще было очень обидно, что утреннюю пробежку он провел в полном одиночестве, погруженный в собственные мысли… Хёна вновь вызывали к пациенту, а потому утром он решил отоспаться. Это, безусловно, правильное решение, но бегать одному было скучно и грустно…       – Пак, блин! Очнись! Ты работать сегодня будешь? – окликнул его голос, приводя в сознание.       Он снова завис прямо посреди хореографии в танцевальном павильоне. Они с Сынхо репетировали уже полдня все в том же укромном уголочке в коридоре, стараясь отработать до идеала каждое движение. Но Чимин сегодня все только портил, уносясь мыслями к рыжей Герде, которая, наконец-то, оттаяла и начала делать мелкие шажочки навстречу.       – Да работаю я, работаю, – отмахнулся танцор, направляясь к телефону, чтобы заново включить музыку.       – Мне абсолютно плевать, провалишься ли ты, я только рад этому буду. Но меня тащить за собой на дно не позволю. Перерыв пятнадцать минут и продолжаем, – зло отозвался Сынхо и быстро куда-то удалился. И пусть проваливает, думалось Паку, не до конкурента, которого, кажется, жизнью обидели, ему сейчас. Тут вот со своей жизнью мутки-прятки-непонятки, так еще и другие настойчиво лезут, страдать спокойно не дают.       Единственным правильным решением сейчас было выйти на воздух, чтобы попытаться собрать себя в кучу. Он просто пятнадцать минут погуляет около павильона, а потом вернется и честно отработает все, что полагается. На завтра назначен показ, а потому придется ненадолго мысли о старшем засунуть в ящик подальше, а то рисковать своей мечтой не особо то и хочется. А вот вечером он обязательно предпримет какие-то шаги, чтобы еще сильнее сблизиться со старшим. За долгую ночь без сна у младшего даже пару идей появилось, которые не так уж сложно осуществить и очень легко списать на «случайность», хоть и хорошо продуманную. Но Мину об этом знать не нужно, тут все под грифом «секретно» должно быть.       Он доковылял до своей машины, чтобы немного отдохнуть и расслабиться, да только что-то с его любимой ласточкой было не так. Она стояла точно так же, как Чимин ее оставил утром, за исключением того, что была какой-то перекособоченой. Мозг сразу вынырнул из темных закоулков самых потаенных мыслей и принялся анализировать ситуацию, соображая, что же все-таки не так. Взгляд зацепился за переднее колесо, которое было полностью спущено. Блин, неужели проколол где-то по пути на работу? Когда только успел… Он присел рядом, осматривая свою трагедию и с ужасом обнаружил, что сам то он нигде шину не прокалывал. Сбоку зиял неплохой такой порез от, судя по всему, очень острого ножа.       – Какая, блин, тварь это сделала?! Сынхо, твою мать! – прорычал Пак, поглядывая в сторону входа в павильон. В голову приходило лишь имя своего соперника, он был единственным, с кем Чимин конфликтовал в последнее время. Нет, еще был, конечно, Юнги. Но тот скорее своим взглядом задавит, чем будет колеса резать. Так что, сомнений не оставалось, тварью, которая это сделала, был Сынхо.       Достав телефон, он быстро сделал снимок колеса и открыл полюбившийся ему голубиный чат, друзья точно поддержат, а еще и вариантов, как избавиться от этого существа, накидают.

Мини-голубчик *отправлено одно фото* Я все еще жду предложений по ликвидации твари, которая танцует со мной в паре!

Мускулистый голубь Ого Мощно Это за что он тебя так?

Мини-голубчик Если бы я знал. Видимо, за угрозы его любимой заднице Я сейчас его сам убью, и похер мне на камеры и на людей вокруг!

Мать сеульских голубей Чимини, успокойся, дыши. Вдох-выдох Единственное убийство, которое ты должен ему устроить, – это победить в баттле. Машину жалко, но колесо можно поменять. Седой голубь Он еще и разворотил, ты посмотри! Такую дырку фиг залатаешь! Чим, я выезжаю, будем убивать вместе! Предатель Хоби Так что, мы натравливаем на него всех голубей Сеула, или как? За машину и двор, стреляю в упор!

Мини-голубчик Хён, мне сейчас не до шуток. Серьезно Я мало того, что задолбался уже за сегодня, так еще и колесо менять нужно Я в самом деле этой твари сейчас врежу

Повелитель голубей Чимини, ты уверен, что это сделал именно Сынхо?

Мини-голубчик А кто еще, хён? У меня конфликтов больше ни с кем нет А эта тварь сегодня то и дело достает меня

Повелитель голубей Ты-то сам в порядке? Он тебя не трогал?

Мини-голубчик В порядке. А моя нервная система – нет

Повелитель голубей Привезти успокоительных? Мускулистый голубь Единственное успокоительное сейчас для Чимина – это трупик Сынхо. Привезти тебе ножичек, Чимини-хён? Мать сеульских голубей Так, мелочь, я сейчас сам кому-то ножичек привезу. Седой голубь Ну а что, Гуки прав. Такое прощать нельзя. Я, конечно, сам не водитель, но знаю, что машина – это святое. Чонгук меня чуть не убил, когда я случайно его машину поцарапал. Хотя там царапина была едва заметна Мускулистый голубь Едва заметна на все правое крыло Адекватный голубок Чонгук, ты давал мелкому машину?! У него же прав нету! Мускулистый голубь Один раз дал и пожалел, все в порядке

Мини-голубчик Я вас не отвлекаю, нет? Тут, вроде бы, у меня проблемы Ай, ну вас!

      Заблокировав телефон, Чимин ударил по ни в чем невиновному колесу ногой и двинулся в павильон. Хотелось проехаться по наглой роже несколько раз кулаком, чтобы стереть с его лица эту надменную улыбку. И плевать, что драться Пак не умеет, ради такого дела не жалко и научиться. Нужно будет потом у хёна пару уроков попросить, тот вряд ли откажет ради такого.       Телефон в руке зазвонил и Чимин, не глядя на экран, сразу принял вызов, рявкнув в трубку:       – Да!       – Ты в порядке, Мини? – послышался обеспокоенный голос из динамика, что перебивался каким-то непонятным шумом, узнать который парню не удавалось. Да и, в целом, не до посторонних звуков ему сейчас.       – Буду в порядке, когда врежу этому Сынхо, – чуть спокойнее ответил Чимин. Заботливый голос хёна и теплое обращение успокаивали, окутывая таким уютом и комфортом, что выбираться из него не хотелось.       – Не лезь к нему, Чимин, только проблем себе наберешь. Лучше покажи ему, что тебя это совсем никак не задело, такое взбесит еще сильнее.       – Тогда он мне и остальные колеса порежет. Как это могло не задеть, Юнги-хён? – возмущенно произнес Пак, осматривая павильон и выискивая нужную фигуру.       – Мини, я не говорю, что это не должно тебя задевать. Это твоя машина, которая пострадала из-за одного придурка, я понимаю твои чувства. Но я говорю, чтобы ты дал понять Сынхо, что тебя так просто не сломить. Представь, он будет видеть, как ты выходишь из себя, и будет лишь продолжать все это делать. Сокджин прав, твоя задача – уделать его на сцене.       – Дожить бы до этой сцены, – прорычал Чимин и заметил, наконец-то, виновника всех свои бед, – Сынхо! Ты какого хера творишь? – прокричал Пак и чуть тише сказал в трубку: – Хён, подожди минутку.       – Что тебя на этот раз не устраивает? Конфеты я у тебя уже не отбирал, а все равно в чем-то виноват остался, – фыркнул соперник, усаживаясь на подоконник.       – Машину мою ты зачем трогал? Если тебя что-то не устраивает, то сходи к организаторам, попроси поменять тебе напарника, только не нужно меня донимать, и уж тем более резать мне колеса! – на повышенных тонах выговаривал Чимин, сжимая в руке телефон, совсем забыв, что хёну, должно быть, все слышно. Да сейчас кому угодно в здании будет все слышно, ведь громкий голос эхом разносится по павильону, отражаясь от стен.       – Не трогал я твою машину, больно она мне нужна. Что за муха тебя вообще укусила? Вчера девушка не дала, а сегодня парень? Может, он тебе колеса и порезал? Узнал, что ты ему изменяешь, например, – буднично пожал тот плечами, будто вообще ничего ненормального не происходит. Чимин стремительно закипал, чувствуя, как из его ушей начинал валить пар, а крышечка то и дело подпрыгивала. – И не нужно угрожать моей заднице, я тебя не боюсь. Не дорос еще, чтобы со мной тягаться.       – Ты договоришься, я тебе клянусь!       – Да что ты мне сделаешь? Пожалуешься своему парню? Смотри главное не расплачься, когда будешь рассказывать, какой я плохой. Хотя я очень сомневаюсь, что такую истеричку, как ты, кто-то терпит вообще, – гаденько улыбнулся Сынхо, предчувствуя свою победу в этой войне. Но Чимин так просто не сдастся.       Сейчас, оценив взглядом своего соперника, Пак убедился, что лезть с кулаками не стоит, его размажут по стенке как нефиг делать, а хёну потом придется раны залечивать. Перспектива не самая плохая, но все же не перед конкурсом. А потому, придется попытаться взять себя в руки и убить филологическим путем, то есть словами, а еще и судебным – с доказательной базой и выплатой компенсации за моральный и материальный ущерб.       – Истеричка здесь лишь одна, и это ты, Сынхо. Изо дня в день у тебя рот не закрывается, постоянные психи, что тебе что-то не нравится. Может, стоит задуматься все же? Я старался по-хорошему работать с тобой, но ты только гадить и умеешь. За машину ты мне еще ответишь!       Чимин подхватил вещи и, бросив через плечо «репетиция окончена» двинулся на выход. Плевать ему сейчас было, что завтра показ наставнику, он уже нарепетировался на сегодня, хватит. Завтра же попросит нового напарника или же и вовсе станцует сам. Плевать, с кем угодно – лишь бы не с этим.       Чимин, как педагог, умудрялся со всеми находить общий язык, даже с самыми проблемными учениками и, что еще хуже, с их психованными родителями. Но этот стал, видимо, исключением. С ним сработаться у Пака не получалось, как бы он не пытался, и больше он не будет прилагать никаких усилий, ведь свои нервы и здоровье дороже.       Сынхо тоже забрал свои вещи и шел следом, продолжая подливать масла в огонь:       – Так резко убежал, обиделся на правду? У тебя действительно никого нет, да? Поэтому и бесишься, покоя мне не даешь.       – Не собираюсь я с тобой свою личную жизнь обсуждать. Заткнись лучше сам, пока не пришлось зубы по всему павильону собирать.       – А ты сможешь меня ударить? – фыркнул тот. Чимин развернулся, чтобы ответить на такой наглый вопрос, но внезапно почувствовал, как чьи-то руки его крепко обняли и прижали к себе.       – Он – нет, а мне – труда не составит, – холодно прозвучало голосом хёна и Пак поднял глаза. Он действительно стоял в объятиях старшего, который в следующую секунду приблизился, оставляя на щеке нежный поцелуй. – Привет, милый, я соскучился.       – Х..хён? – заикаясь переспросил Чимин, пытаясь понять, происходит ли это в реальности или его накрыло галлюцинациями. Что было в том кофе, который он выпил еще с утра? – Что ты… что ты тут делаешь?       – Ты утром так спешил, что забыл свои конфеты, я решил тебе их завезти, – улыбнулся Юнги, запуская руку в карман черной кожанки и доставая оттуда жменю конфет. – Держи, Мини, а я пока переговорю с этим молодым человеком.       Юнги отдал конфеты и, выпустив младшего из объятий, двинулся в сторону Сынхо, который как-то весь сжался. И тому была причина, ведь Мин выглядел как самый настоящий бэдбой: черная футболка, черная кожанка, черные узкие брюки и даже черные ботинки, похожие на берцы. А в добавок еще и цепи повсюду. Откуда? Он же не ездит так на работу. И что он вообще делает здесь, если должен быть в больнице.       Странный шум, который слышался в трубке, теперь обретал форму и становился понятным Чимину. Видимо, старший, прочитав в чате, что у Пака проблемы, сразу сорвался с работы и звонил уже из машины, оттого и появился здесь так быстро, ведь ехать ему совсем недалеко. То есть, он в самом деле приехал только ради Чимина? А теперь еще и спектакль разыгрывает, притворяясь его парнем? Что, блин, вообще происходит?       – Послушай… Сынхо, кажется? Если я еще хоть раз узнаю, что ты посмел задирать моего Чимини, то зубы точно по всему павильону собирать будешь, это я могу тебе гарантировать. Много лет уже боксом занимаюсь и буду не против потренировать на тебе свои навыки. То, что задираешь Чимина именно ты, а не наоборот, доказать будет легко, ведь в помещении, где вы репетируете, напичканы камеры. И да, – Юнги оглянулся, выискивая что-то взглядом, а затем указал пальцем на машину Пака, – автомобиль, который ты испортил, тоже стоит в зоне видимости камер видеонаблюдения. В общем, хреновый из тебя хулиган и конспиратор.       – Да не трогал я твоего Чимина, – запротестовал тот, испуганно делая еще шаг назад. Юнги говорил спокойно, но холодно, а такого тона кто угодно испугается, даже Чимину сейчас было не по себе. – Это он мне угрожал!       – Когда сказал, что отымеет твою задницу? – уточнил Юнги. – Этого можешь не бояться, он все сделает нежно. Я даже готов уступить тебе его на один разочек, так уж и быть, все равно я более чем уверен, что ему не понравится.       – Да иди ты нахер, – скривился Сынхо, невольно прикрывая зад руками. – Извращенец! Сам своего Чимина имей.       – А с чего ты взял, что я его имею, а не он меня? – Юнги с хитрой улыбкой приблизился к тому и, понизив голос, негромко продолжил. – Ты не думай, что раз он с виду весь такая сладкая булочка, то и в постели – пай-мальчик. Знал бы ты, какой он зверь, разложит на любой поверхности в считанные секунды. И да, я обожаю стонать под ним. Так что, попробуешь?       Глаза Сынхо полезли на лоб от услышанного, а затем он, чертыхнувшись и еще раз послав всех на три веселых буквы, краснея и бледнея сбежал, куда подальше, скрываясь за углом павильона.       – Я тебя предупредил насчет Мини, только попробуй к нему еще раз подойти! - крикнул тому вслед Юнги и, довольно улыбаясь, вернулся к Паку, глаза которого сейчас были не меньше, чем у соперника. Он откровенно ничего не понимал и просто выпал из реальности, услышав слова своего хёна. Остановите планету, Чимину нужно сойти. Хотя, не останавливайте, он и так выпилиться может.       – Ты чего конфеты не ешь? Я их зря вез что ли? – как ни в чем не бывало, спросил Юнги, приобнимая Чимина за талию и уводя в сторону машины.       – Что это сейчас было? – все, что смог выговорить парень, все еще находясь в прострации. В голове то и дело звучал голос хёна, которым он рассказывал Сынхо, как ему хорошо с Чимином в постели.       – Как что? Поставил на место обидчика своего парня. Я уверен, он больше к тебе не подойдет и завтра сам будет просить, чтобы ему пару поменяли.       – Я твой парень..? – переспросил Пак, продолжая жестко тупить.       – Если тебя не устраивает моя кандидатура, то я могу догнать Сынхо и рассказать, что все это придумал, лишь для того, чтобы его припугнуть, – Юнги уже было двинулся в сторону, где скрылся соперник, но Чимин вовремя его остановил, схватив за руку.       – Меня твоя кандидатура более чем устраивает, хён. Спасибо, что приехал. Только я бы и сам мог с ним разобраться… наверное… – неуверенно произнес Чимин, понимая, что звучит это совсем не убедительно. Сынхо бы с одного удара его в нокаут отправил.       – Я в этом не сомневаюсь, Мини. Но все же, тебе тут лучше драк не устраивать, ты ведь планируешь выиграть этот конкурс и утереть нос всяким там Сынхо, верно? – Чимин кивнул. – А потому оставь грязную работу мне и занимайся лишь танцами.       – А ты будешь приезжать сюда каждый раз, изображая моего парня?       – Буду, если нужно. Старшие младших должны защищать, – уверенно кивнул Юнги, переключая свое внимание на пострадавшее колесо. – Открывай багажник, починим сейчас твою куколку.       – Ласточку, – машинально поправил Пак и поспешил открыть машину, позволяя Мину взяться за дело.       Чимин наблюдал со стороны, пытаясь представить в своей голове хоть что-то, что не умел бы его сосед. Он идеален во всем, разве нет? Вот сейчас он умело подставил домкрат, поднял машину на необходимую высоту и принялся откручивать колесо. На улице было жарко, а потому он снял куртку, бросив ее Паку в машину, и продолжил работу. Чимин просто тихонько в сторонке ахреневал от происходящего, тайком фотографируя хёна, чтобы потом ночами залипать на фотографии и пищать от восторга.       Юнги работал молча, лишь изредка кряхтя, когда раскручивал тугие гайки, прикладывая силу, от чего на руках соблазнительно напрягались мускулы. Да уж, такой парень сам кого хочешь разложит и мало кто станет ему сопротивляться. Чимин уж точно бы не стал, более того, он готов был сам умолять этого мужчину делать с ним все, что пожелает, лишь бы не отталкивал.       Пока Мин заканчивал работу, хореограф вновь открыл голубиный чат.

Мини-голубчик *отправлено одно фото* Скорая помощь на месте. Все живы, моя машина тоже практически здорова

Предатель Хоби Как ты заставил Юнги свалить с работы и приехать к тебе менять колеса? У нас никогда не получалось его вырвать из кабинета даже банально на пять минут выпить кофе, а тут такое… Адекватный голубок Ну хоть кто-то о ребенке позаботится. Минус один спиногрыз. Спасибо, Юнги! Мать сеульських голубей Джуни, милый, я жду тебя дома:) Со сковородкой в руках И нет, в ней не ужин. Это ты сейчас за спиногрыза получать будешь.

Мини-голубчик Джин-хён, не ругай его, он просто завидует, что не он додумался до того, чтобы приехать меня спасать

Седой голубь Чимин, ты должен быть счастлив, что не Намджун-хён приехал… А то пришлось бы тебе не просто машину в сервис для замены колеса тащить, а и вовсе на металлолом сдавать… Адекватный голубок ТэТэ, солнышко, ты что-то только что сказал или мне показалось? Молись, чтобы у меня просто заглючил телефон! Седой голубь Гукииии, спаси!

Мини-голубчик Джун-хён сегодня не в настроении Берегись, сизая банда

      – Чимин, хорош строчить, у меня телефон в кармане задолбал вибрировать, а руки грязные, чтобы его достать, – подал голос Юнги, поднимаясь. – Готово, можешь со спокойной душой ехать домой.       – Спасибо, хён! – просиял Пак, убирая телефон и замечая, что машина вновь стоит ровно, а колеса целые и готовы к движению. – Можно я тебя обниму?       – Я грязный, Чимин, – ответил старший, окидывая взглядом свои перепачканные руки и футболку.       – То есть, против обнимашек как таковых ты не возражаешь? – Чимин улыбнулся и, подойдя ближе, обнял Мина, который постарался отстраниться, чтобы не испачкать младшего.       – Пиявка, отлепись, сейчас же оба чумазые будем, – фыркнул тот, и Пак-таки выпустил хёна из кольца своих рук.       – Чумазее тебя я точно не буду. Подожди секунду, – Чимин залез в машину, доставая бутылку с водой, и отошел к газону. – Иди сюда.       – О, а вот за это спасибо, – оживился Юнги, подходя ближе и складывая руки ковшичком, чтобы попытаться хоть немного отмыться от сажи.       Чимин помогал, как мог, но вода здесь вряд ли поможет, а потому Мину придется терпеть до дома и там уже щетками и гелями вымывать свои руки и щеки. Их то как умудрился замазать? Чимин попытался, конечно, оттереть черное пятнышко с лица старшего, но вышло это, откровенно говоря, плохо.       – Ладно, проехали, дома отмоюсь, – после нескольких минут пыток отмахнулся Юнги. – Ты уже освободился на сегодня?       – Да, хватит с меня на сегодня страданий и мучений.       – Тогда увидимся дома, Чимини, не гони только, – отсалютовал Юнги, направляясь к своей машине. Пак проводил взглядом крепкую спину, улыбнулся своим мыслям и уселся в спасенную машину.       На пассажирском сидении одиноко лежала кожанка Мина и младший понял, что это знак. Сегодня он воплотит в жизнь один из своих планов, а куртка ему в этом очень даже поможет. Он запихнул ее в свою сумку поглубже и с довольной улыбкой завел машину.       Ну, держись, Юнги-хён, сегодня мы твою крепость окончательно сломаем!