Дневник Дэвида Поттера

Что бы я не делал, я мог думать лишь об одном. Лишь одна мысль не давала мне покоя. Как защитить брата? Я смирился с тем, что мне не сбежать из Хогвартса. Пока я здесь, я не имею возможности забрать Гарри у тёти Петуньи. Но если я не мог быть рядом с ним, мне оставалось думать, как защитить его на расстоянии. Конечно, мне в голову ничего не шло. Что мог одиннадцатилетний мальчишка против всего того зла, что хотело навредить его младшему братику?

Шесть лет назад

Дамблдор помог купить Дэвиду всё необходимое для учёбы в Косом Переулке и отвёл на платформу девять и три четверти. Он даже проследил, чтобы мальчик сел на поезд, на случай, если тому вздумается сбежать. У Дэвида не было желания с кем-то знакомиться, поэтому он сел в свободное купе. Правда, его одиночество продлилось недолго. Вскоре в купе ворвалась девочка. Однако, Поттер не сразу разглядел её. Сначала он увидел, как ему показалось, огромный ходячий факел. Дело в том, что волосы у девочки переливались всеми цветами от ярко-красного до золотисто-жёлтого. В прямом смысле переливались. Её волосы постоянно меняли цвет, создавая иллюзию горящего огня. — Как ты это делаешь? — спросил мальчик. — Ты о чём? А, волосы. Я метаморфомаг. Это такие волшебники, которые могут по своему желанию менять свой внешний вид, — девочка говорила очень быстро и с явным энтузиазмом в голосе. — Кстати, я Нимфадора Тонкс. Но все зовут меня просто Тонкс. Мне не нравится имя Нимфадора. Я второкурсница из Пуффендуя. А тебя я раньше не видела. Ты первокурсник, так? Как тебя зовут? — Меньше всего мне сейчас хочется отвечать на этот вопрос. — Почему? Тебе не нравятся твои родители? Они Пожиратели Смерти? — Нет. Просто у меня больше нет родителей. Я Дэвид Поттер. — Поттер? Ты серьёзно? Значит, ты жив? Я читала о тебе и твоём брате! Говорят, ваши тела… ой, то есть вас так и не смогли найти. — После нападения Волан-де-Морта мы с братом сбежали к маглам. Мы меняли место каждую неделю, чтобы нас не нашли, — Дэвид говорил неохотно, но ему было приятно с кем-то побеседовать. — Ух-ты! Круто! — казалось, Тонкс разрывало от восторга. — Не особо. Мне было семь, на моих глазах только что умерли родители, и теперь я в бегах от всего мира с годовалым братом на руках. — Прости, тебе, наверное, тяжело об этом говорить, — девочка виновато опустила глаза. — Ничего, прошло уже четыре года. — А как вы выжили? Почему Сам-Знаешь-Кто не убил вас? И что вообще с ним стало? — Он пытался убить Гарри, но заклинание отскочило в Волан-де-Морта. Был взрыв, от него осталась только горстка пепла, а у Гарри на лбу появился шрам в виде молнии, который не заживает, даже заклинания не помогли. Честно говоря, я не уверен, что Тёмный Лорд погиб. Вообще, я и сам не до конца понимаю, что произошло. — Подожди, если вы с братом были в бегах, а ты теперь здесь… Где тогда Гарри? Дэвид ответил не сразу. — Он у тёти. Маминой сестры. — А почему вы сразу не отправились к ней? — Ты не понимаешь. Тётя Петунья… Ты ведь дочь Андромеды Тонкс, да? Кузины Сириуса? — девочка кивнула. — Так вот, наша тётя как Беллатриса Лестрейндж, только магл. Она ненавидит свою сестру, её детей и вообще всё, что связано с магией. Я хотел, чтобы Гарри поехал со мной, но Дамблдор сделал всё по-своему. Он что-то знает, но отказывается говорить. — Дэвид… Можно называть тебя Дэв? Обещаю, я помогу тебе узнать, что происходит. И мы вместе поможем твоему брату. — Спасибо тебе, Тонкс. Знаешь, а я ведь четыре года не разговаривал ни с кем, кроме Гарри, — впервые за этот день мальчик улыбнулся. — Кстати, не расскажешь мне, как здесь всё устроено? — С удовольствием. Конечно, Дэвид вырос на историях о Хогвартсе и знаменитых семьях волшебников. Но тогда он был ребёнком, и всё это казалось далёким и нереальным. Будто оно существовало лишь в сказках, в которые он верил. Сейчас же мальчик сам становится частью этих историй, поэтому ему просто необходимо услышать их снова и посмотреть на них с другой стороны. Дэвид и Тонкс очень быстро стали друзьями. Оказалось, Поттер успел освоить большую часть программы первого курса, если не считать зельеварение. Для его изучения у мальчика не было возможностей. Нимфадора познакомила его с третьекурсником Чарли и старостой с пятого курса Биллом Уизли. Оба учились на Гриффиндоре. Дэвид знал, что Уизли — давние друзья Поттеров. В их семье шесть братьев и одна — самая младшая — сестра. Младший из братьев был ровесником Гарри. Но мальчику ещё ни разу не удавалась познакомиться с ними лично. Билл и Чарли оказались очень дружелюбными и весёлыми. Они пришли в восторг от знакомства с одним из легендарных Поттеров. Оказалось, Дэвида знали не многие, а абсолютно все. У каждого была своя теория о том, что произошло той ночью. Некоторые искренне верили, что он мёртв. Другие утверждали, что он сильнейший в мире волшебник. Кто-то даже думал, что убив Лили и Джеймса, величайший Тёмный Лорд в истории раскаялся и решил усыновить их детей. Но не все были дружелюбны к старшему наследнику Поттеров. Слизеринцы и первокурсники, мечтающие стать слизеринцами, открыто презирали и даже ненавидели. Некоторые пытались наслать на него проклятие. Хотя, представители этого факультета тоже различались. Те, что выглядели как аристократы, принимали Дэвида как почтенного гостя и предлагали пожать руку. Мальчик насквозь видел в них расчётливость и долю страха. Вероятно, они считали ребёнка, что не погиб от рук Волан-де-Морта, приходившего в его дом с недоброжелательными намерениями, возможным союзником или новым лидером. Дэвид не видел в них возможных друзей, но вежливо отвечал на приветствия. Он знал, что влиятельные союзники могут быть полезны.