Малиновая Лада

За неожиданно нарисовавшимся семейным обедом Леша усердно не обращает внимания на Олю. С такой непроницаемостью он воспринимает как ее откровенные намеки, так и те котлеты, которые, видимо, подгорают под не особенно ловкой рукой отца. Леша глубокомысленно вздыхает и тянется к телефону, чтобы снова открыть последнюю публикацию Богдана, которую он за последние дни просматривает с завидной регулярностью. Обычно Леша возмущается, когда какие-нибудь друзья выставляют его неудачные фотографии без ретуши, и максимально демонстративно убирает себя с публикации. Но такое признание от Богдана выходит невероятно романтичным. И Леша расплывается — в улыбке и вообще, все-таки на Богдана подписываясь, чтобы, наконец, о его новых публикациях узнавать через ленту, а не случайными донесениями. Пора бы уже. Еще недавно Леша думал, как избавиться от надоедливого поклонника, а теперь бессовестно плавится от любых упоминаний Богдана. Леша все еще не контролирует улыбку на своем лице, и пламенным эмоджи-сердцем реагирует в комментариях, совсем наверняка закрепляя свое место в жизни Богдана. — У Леши, кажется, ухажер появился, — задорно произносит Оля, когда отец возвращается за стол и гордо являет миру свое кулинарное достижение. — Вон он как светится. Как с выходных вернулся, так и не может успокоиться. Леша едва сдерживается, чтобы Олю под столом не пнуть. Хуй ей в следующий раз, а не водолазка на рандеву с подружками. Совсем разошлась. Все-таки, с отцом на такие темы рано разговаривать. Это еще с Ритой можно по-душевному за члены разойтись, а при отце как-то неловко. Вряд ли такую тему он сможет поддержать. — Да ничего не ухажер, — отмахивается Леша, перекладывая котлету себе в тарелку. — Ерунда это все. Конечно, он лукавит. И рот старается быстрее занять едой, чтобы не сказать ничего лишнего. Неприятно при отце так откровенно врать, потому что Богдан уже, кажется, Леше не просто ухажер или поклонник. Не так давно они вместе сошлись на более обстоятельных категориях. Но и отцу все же об этом знать пока необязательно. Он точно не станет расстраиваться и сокрушаться. Но Леше пока слишком странно разговаривать с ним о собственных предпочтениях. Между ними никогда не было особенной близости. Да и поздно сейчас как-то начинать. — Будет желание, заходите с не-ухажером на чай, — уже во второй раз предлагает отец с полнейшей белорусской невозмутимостью на лице. — Познакомимся для приличия, немного пообщаемся. — Для какого приличия, пап? — недоуменно хмурится Леша. Только тут традиционных разговоров про сватовство не хватало, и это, слава богу, еще дед Саша не в курсе. — Не беспокойся, пожалуйста. И давайте пока без чая. В ближайшее время так точно. Леша не представляет, как знакомить своего отца с Богданом. Понятно, что рано или поздно это случится и даже пройдет нормально. С заминками на предварительные расшаркивания, но все равно тепло и по-семейному. Но для начала надо самому Леше набраться смелости и окончательно определиться, что с Богданом у него все настолько серьезно. Не на месяц и даже не на полгода, а, как минимум, на всю оставшуюся жизнь. Можно для начала пережить свадьбу матери Богдана, а там уже настанет время говорить о более долгоиграющих вещах. Оля все равно смеется, а Леша утягивает вторую котлету и с мрачным неодобрением продолжает жевать. В Богдане он не сомневается, но и через себя пока не может финально переступить, чтобы больше не метаться по крайностям. У Леши это пройдет. Лишь бы Богдан дождался.

***

После учебы Леша заезжает в кальянную Богдана, его самого об это предупреждая заранее. И уточняя, конечно, будет ли сегодня Максим в заведении. Леша абсолютно преисполняется своей благой миссией. И едет он в кальянную по-серьезному обсуждать бюджет на декор, а не выяснять отношения. То, что переговоры изначально будут предвзятыми, это другое. — Значит, так, — весело начинает Леша, с порога отсвечивая пассивной агрессией за бесплатно. — Я вчера сделал расчет на замену чайников и согласовал ее с Богданом. Нам еще скидку оформят, и все совсем красиво получится. В комплект к чайникам есть классные парные стаканы, и я бы на них тоже потратился. Но это решим потом, когда обсудим диваны. Я свел тебе пару вариантов в таблицу, сразу с примерной стоимостью, чтобы ты не сильно напрягался все это считать. И на будущее, думаю, стоит обсудить переоформление входной группы. Как-то это уже все устарело, да и новые тенденции захватывают рынок. Надо двигаться в ногу со временем, понимаешь? И делать то, что получается лучше всего. Леша свою речь заранее не готовит, но отбивает ритм так, чтобы у Максима не было ни одного шанса влезть. Когда Леше встревает, он умеет крепко стоять на своем. С непробиваемой уверенностью в своей правоте. Как Богдан, бросаться на людей Леша не будет, у него другие методы морального подавления. Нацеленные на тотальное уничтожение противника. Леша ведь отлично знает, что Максиму не нравится. И даже не потому что он сейчас по-сучьи раскладывается в администраторской подсобке, требуя подчинения. А просто так. Потому что Максим, очевидно, на Богдана тоже имеет. Виды или планы — не так важно, потому что любые подобные инсинуации ему все равно придется свернуть. Леша железно утверждается в качестве постоянного спутника Богдана. И охуенно зажравшийся Максим может прилюдно агрессировать в другую сторону. Как-то похуй, что могло связывать Богдана и Максима раньше, то время давно прошло. И всяким Максимам Леша не позволит так откровенно встревать со своими неуместными комментариями и демонстративно закатывать на появление, собственно, Леши, глаза. — И еще, — он щелкает пальцами, откидываясь на стуле. — У меня есть замечательная подруга, которая занимается дизайном интерьеров. Она может по дружбе собрать проект. Поработает за кальян и хорошую рекомендацию. Я, конечно, сейчас подразумеваю дизайн для второй кальянной. Но ведь оба заведения Богдана должны перекликаться между собой? Значит, и тут придется рано или поздно сделать ремонт. Ты, в общем, подумай хорошенько, где деньги на это все найти. Коллаборацию, может, с кем сделать. Или тиктоки смешные пилить, чтобы людей привлекать. Но работай в этом направлении, пожалуйста, усерднее. Время —деньги. Леша ведет себя так, будто бы он здесь имеет такие же права, как и Богдан. Но он здраво рассуждает, что если Богдан его перед всеми так высоко ставит и нанимает для работы над вторым заведением, то, значит, можно распоряжаться и всеми сопряженными вопросами, которые пойдут только на пользу Богдану и его делам. Леша в окружении своего молодого человека умело распознает персональных врагов и не стесняется улыбаться им прямо в лицо, при этом же нахально раздавая поручения. Дело же Максима — исполнять предложения Леши. А Богдан потом решит, нравятся они ему или нет. Еще бы не понравились, конечно. — Я подумаю, — тяжело отзывается Максим, точно сдерживаясь из последних сил. — Поработаю, как ты выразился, хорошенько. Вот и отлично. Леша довольно кивает и быстро прищуривается. Но Максима все же не хватает на достойное словесное пикирование, и он сдается в самом начале. Еще один противник повержен на самом старте.

***

Богдан в набранную ванную наливает пены столько, что в ней можно даже скрываться, и Леша с удовольствием зарывается в белоснежные волны, когда оказываться вместе с Богданом в ванной. Он ведь после университета ненадолго вместе с Богданом заезжает к нему, чтобы провести время вместе. А, в итоге, растворяется сейчас под касаниями Богдана, который Лешу обнимает со спины и губами проходится по его плечам. — Мне на тебя уже начали жаловаться сотрудники, — сообщает Богдан, посмеиваясь. — Мол, слишком дохуя ты на себя берешь. Леша коротко усмехается и подставляет под поцелуи Богдана шею. Пускай жалуются, ему-то что. Тем более, недовольный там, вероятно, только один. На которого можно еще раз наехать, раз он Леше в лицо ничего не может высказать, но Богдану потом изливает собственное раздражение. До Максима Леша еще обязательно, так или иначе, доберется. — Меня, однако, все устраивает, — добавляет Богдан, и Леша его словам расслабленно кивает, находя его ладонь в воде. — Я собираюсь и дальше участвовать в твоих делах, — затаенно обещает Леша, шумно выдыхая, когда Богдан чувственно задевает нужные точки. — Тем более, я официально задействован во всех твоих проектах. И в самом главном из них — в жизни Богдана — тоже. Эту нишу Леша оккупирует целиком своей фигурой и острозубой жадностью угрожает потенциальным конкурентам. Богдана он ни за что не отпустит. — Поехали со мной в субботу на пейнтбол, — предлагает Богдан, полностью погружая руки в воду. — Мы так собираемся раз в пару месяцев небольшой компанией. Несколько бывших сослуживцев, еще какие-то друзья друзей. Если играть не захочешь — не страшно, там есть и где просто посидеть. Можешь просто поехать со мной вместе. — Меня дед учил из ружья стрелять, — отзывается Леша, но тут же осекается, стоит Богдану подхватить его под бедра. — Вряд ли в пейнтболе сильно другая механика. Богдан подталкивает Лешу приподняться и помогает ему насадиться на себя до самого основания, горячо и туго. Леша лишь на покорном импульсе подчиняется и откидывает голову назад в эйфорической крайности и чувствует, как Богдан зарывается в его мокрые волосы. — Леш, — шепот Богдана доводит Лешу до исступления, и он в голосе Богдана хочет окончательно раствориться. — Лешка. Лешенька мой... Леша не просто влюбляется. Он Богдана искренне и бесконечно любит.

***

— Пять минут, не больше, — воинственно заявляет Леша и откидывает конспекты на край кровати. Чтобы тут же довольно подмяться под Богдана, совершенно забывая про учебу. Проходит какая-то неделя, а Леша уже остается у Богдана чаще положенного и ультимативно требует выделить ему не только место в шкафу, но и обязательное время на учебу. Чтобы потом самостоятельно же его и саботировать, отвлекаясь на каждую мелочь, связанную с Богданом. Леше физически необходимо держать его в поле зрения, лениво касаться кончиками пальцев его запястья и, не выдерживая, соблазняться на Богдана целиком. — Не приеду к тебе больше, — Леша, само собой, несерьезно, потому что приедет, точно приедет, не удержится ведь. — Вот правда, не появлюсь у тебя больше, пока не сдам бизнес-проектирование. И сам же Леша первым смеется, когда понимает, насколько несбыточные его обещания. Он ведь сегодня у Богдана остается на ночь и даже как бы случайно берет с собой вещи на несколько дней вперед. Потому что дальше там выходные, ну уже куда уезжать. Разве что к понедельнику можно вернуться домой. Отметиться перед семьей ради приличия. Под Богданом Леша переворачивается на живот и ягодицами мучительно медленно проезжается по его члену. Только провоцирует, но первым к Богдану не лезет. Дразнит его, хоть и знает, что сам долго не выдержит. Начнет упрашивать. — Уже можно говорить, что я попал к тебе на работу через постель? — Леша смеется, но достаточно быстро сменяет риторику. Стоит только Богдану в него войти, как в словах Леша теряется. И заменяет все речевые изыскания невнятными стонами, в свою ладонь врезаясь губами. Может, приезжать к Богдану больше и не потребуется. Потому что Леша с ним останется навсегда. Совсем никуда от него не денется. Богдан ведь Лешу не перестает удивлять. И своей предпринимательской деятельностью, и скрытыми талантами. И, сука, даже собственной квартирой в жилом комплексе. Богдан вокруг него, получается, уверенно расставил силки, а Леша в них радостно угодил, ничего не подозревая. Но это вызывает лишь неконтролируемую радость, совсем не злость. Леша охуевает с каждым днем все больше, потому что Богдан какой-то внеземной. И Леша по нему сходит с ума, в степени важности Богдана критически возвышая. Кажется, именно в таких домашних моментах Леша окончательно свыкается с мыслью, что никого, кроме Богдана, не хочет. И даже с отцом готов его познакомить, и сторис общие пилить, и вообще. Никого, кроме Богдана, Леша не. Только его и сразу навсегда. Леша лишь крепче вживается пальцами в подушку, от ритма Богдана теряя реальность. Он отдается нарастающему удовольствию целиком и отнимает ладонь от рта. Чтобы совсем бессовестно кончать с именем Богдана на губах.

***

Рита делает быстрые замеры, когда приезжает на еще пустующую площадку. Она тут же в планшет набрасывает заметки и профессионально осматривает широкое помещение, в котором совсем скоро развернется новое детище Богдана. Леша и сам загорается от мысли, что к этому проекту он прикладывает свою руку. Даже вовлекает друзей и эмоционально инвестируется по полной. Он ведь так никогда еще не старался. Он ведь так еще никого не любил. — Я матери сказала, что мы с тобой в кино едем, — сообщает Рита, пока делает первые наброски. — А то ты же ее знаешь. Твоему отцу точно все расскажет при встрече, а я так понимаю, что ты все это дело не афишируешь. Правильно, конечно, зачем его волновать лишний раз. Поэтому если тебя надо будет прикрыть, ты мне скажи. Я все сделаю. Работать Рита соглашается за энтузиазм, но Леша вдруг вспоминает, почему с ней иногда бывает так тяжело. Болтает Рита вообще без остановки и чаще всего попусту. Леша к этому привыкает, но вот. Блять. Не очень вовремя она раскрывает свой гоночный аппарат, сдавая Лешу целиком. Богдан ведь, по сути, и перед матерью с братом не стеснялся Лешу продемонстрировать. А он все еще не решается на широкие и однозначные жесты. Конечно, слова Риты можно трактовать по-разному. “Этим делом” может быть как кальянная, так и Лешин проект, который он не хочет светить раньше времени. Только как эту ситуацию ни выставляй, все равно она оборачивается заведомым крахом. — Ага, спасибо, — быстро срезает Леша и округляет глаза. — Так, какие ты цвета предлагаешь взять? Покажи палитры. На Богдана Леша опасается смотреть. Тем более, что он снова явился в компании этого его неугомонного Макса. Если сделать вид, что все в порядке, то проблемы исчезнут сами собой. С легкостью растворятся и перестанут беспокоить. Нет. Леша запинается, и под тонкой рубашкой находит сердце. Оно неприятно покалывает в предчувствии проблем. И это тревожит. — Леш, я вам такси вызову, если мы закончили на сегодня, — вдруг бросает Богдан как-то слишком непроницаемо. — У меня еще дела есть. В субботу тоже такси закажу тебе, если не передумаешь с нами ехать. Леша поворачивается к Богдану заторможенно. Смеряет сначала его, потом невменяемо довольного Макса долгим взглядом и, кажется, делает для себя совсем неутешительные выводы. Непонимание в глазах Леши быстро сменяется грозовыми всполохами. Ну, такси так такси. Ладно. В одну сторону, пожалуйста, без всяких там обратных реверансов. Леша так просто сдаваться не собирается. Раз Богдан его выпроваживает, то пускай разбирается потом со всеми последствиями полноценно и в одиночку. Он только кивает Рите и просит ее сворачиваться. Желательно побыстрее, им до дома еще добираться по пробкам, да и планы на вечер новые строить. Изначально все задумки Леши включали в себя только Богдана. Он ведь с ним должен был отправиться после кальянной домой. А теперь у Богдана нарисовались дела. Ну хорошо. Ну и отлично. Охуеть каким занятым Богдан становится всего за пару минут. У Леши тоже приличный список таких дел есть. Целый Инстаграм таких деловых. Он не пропадет. — Слушай, как-то это все, — начинает Рита, но быстро затыкается, срезаясь о тотальную непроницаемость Леши на грани с его убийственными намерениями. Богдан ведь свои дела остается с этим Максом решать, который на Лешу, блять, еще и жаловался. Тряпка ебучая, сразу за Богдана попытался спрятаться, а не с Лешей напрямую решил поговорить. Ничего, не страшно. У Леши белорусский дед до сих пор все вопросы решает через ударную риторику, а потом может даже ружьем пригрозить. Леша на язык подкован, это фамильное, и стреляет он метко не только глазами. Выбивает болевые точки за секунду. Только себя же первого ранит, когда так поспешно доверяется Богдану и в момент раскраивается о его безразличие. Леша отчасти улавливает, с чем связана такая перемена в несносном этом Айдамирове. Рита язык свой распускает крайне неосмотрительно и мелет им все подряд. Но если Богдан из-за одной фразы так круто пересматривает все свое отношение к Леше, то выводы напрашиваются очевидные. Например, о том, с кем Богдан по итогу решает остаться. — Да похуй, — отмахивается Леша и откидывается на сидении в такси. Переболит однажды. А даже если и нет, то все равно похуй. Леша собственную уязвленность никому не показывает, но пестует ее нещадно. И в ответ он кусается гораздо сильнее, чем рассчитывает. В ответ он разносит все до основания. Чтобы выдохнуть уже на пепелище и задуматься. А не зря ли он так.