Гомеостаз. Равновесие

      — Кажется, твои действия несколько расходятся со словами, — Снейп подтянул её руку ещё ближе к себе, медленно, словно заманивая в ловушку.       — Очевидно, что ты привлекаешь меня, глупо было бы это отрицать. Но не стоит переоценивать этот интерес, — она пренебрежительно хмыкнула, однако, сделала шаг к креслу. Презрительно смотреть на него сверху вниз было действительно удобно. — К тому же тебя можно обвинить в том же самом.       Да, она охотно вешалась на него, собственноручно уничтожая всю интригу, но его поведение тоже не совсем вязалось с заявлениями. Уж заботу о ней он точно проявлял, и это не было равнодушным выполнением приказа Дамблдора. Возможно, её суждения казались наивными, но они в любом случае не были друг другу полностью чужими людьми. По крайней мере, про общий опыт Северус и сам упоминал. Сейчас они были как никогда равноценными партнерами, пусть и только по части интриг вокруг Лордов.       — Изначально я вёл себя так, как требовали обстоятельства, — манипуляции, куда без них в отношениях со Снейпом. Уж во время её плена точно был разыгран целый спектакль. — Но, конечно, ты тоже привлекаешь меня.       Снейп ухмылялся, однако, использовал невозможно вкрадчивый тон. Так ещё и принялся поглаживать тыльную сторону её ладони большим пальцем, видимо, успокаивая.       — Вот мы и разобрались, — с энтузиазмом выдала Гермиона, чувствуя, как от его прикосновений по коже разбегаются предательские мурашки. Но всё же недовольно пробормотала: — Можно было обойтись и без резких заявлений.       К чему вообще такая категоричность? Она же просто попросила обозначить статус их отношений яснее, а не требовала от него незамедлительного выполнения свадебных клятв, которые он даже не произносил.       — Я опасался, что более мягкая формулировка введёт тебя в заблуждение, — кажется, он опять сканировал её мысли. К лучшему, если это поможет им понять друг друга.       — И я воображу, что ты от меня без ума? — правда, мямлить, соглашаясь с ним, Гермиона всё равно не собиралась. — Может, я не всё схватываю на лету, но не надо отказывать мне в элементарной логике, Северус.       — Разве чувства подчиняются логике? — поддел он её. — А с учетом, что все мои предыдущие варианты влюблялись в тебя, видимо, у меня и выбора нет.       — Тебе так претит эта перспектива? Я же идеальная женщина для тебя, — конечно, она выдала это максимально насмешливым тоном. — Но не волнуйся так сильно. Никто не падал мне в ноги с первых дней знакомства, так что от тебя я этого тоже не жду.       Что и говорить, если ей долго казалось, что первый Северус, скорее, нашёл в ней утешение, чем действительно желал. Расслабился и открылся он далеко не сразу. Хотя, с другой стороны, тот Снейп был глубоко травмирован, а этот казался более цельной личностью. Да и доверия между ними внезапно стало куда больше, чем они могли себе позволить с тем же вторым Северусом, с которым у них тоже всё началось с чисто сексуальной связи.       — Вот только мы уже женаты, — продолжил язвить он.       — И что? Это нас ни к чему не обязывает. Мы сможем развестись сразу же, как только пройдет горячая фаза войны, если уж на то пошло.       — Не забывай, что ты собралась ещё и родить мне ребёнка, — а вот это был серьезный аргумент.       Но и он не подразумевал, что они должны стать ближе. Только до определенных формальных пределов.       — С юридической точки зрения это действительно сулит тебе некоторые сложности. И, конечно… — в её голосе прорезалась сталь, но закончить фразу Северус ей не дал.       — Хотя этот вариант развития событий, наверное, лишь добавляет в мой образ реалистичного негатива. Каким бы ответственным человеком ты меня ни видела, слишком очевидно, что я буду отвратительным отцом, — Северус, наоборот, будто всё больше смягчаясь, стал говорить тише.       Чтобы Снейп вот так просто признал свою неспособность хоть в чём-то…       — Мы оба не будем хорошими родителями, — Гермиона окончательно сбилась с мысли.       Пожалуй, единственное, что можно было записать им в плюсы, так это то, что их ребёнку точно не придётся беспокоиться о том, что он станет разочарованием. В любом случае. Учитывая, что они за свои жизни натворили, он просто не сможет ошибиться сильнее. В смысле, даже если он действительно станет Тёмным лордом, это даже никого из них не удивит.       Хотя жить в такой своеобразной тени родителей тоже будет сложно. Впрочем, первые лет десять ему придётся жить, скорее, под гнётом семейных тайн. Когда ещё они смогут рассказать всю подноготную!       — Уверен, что ты справишься. Никогда не подумал бы, что из Гермионы Грейнджер вырастет такая женщина…       «Депрессивная истеричка?» — хотела уточнить она, но вовремя прикусила язык. Замедлить подскочивший было пульс ей тоже удалось неплохо. Если, конечно, Снейп пытался высчитать именно его, продолжая стискивать её кисть.       — …но ты вполне способна позаботиться не только о карьере, но и о семье. В отличие от меня. Ты права, я понятия не имею, что со всем этим делать, — он улыбнулся печально, но открыто.       — Кто бы не испытывал стресс, пустив в свой дом малознакомую женщину, — она цокнула. — Которая и сама по себе обуза, так ещё и эгоистично решила осчастливить мир потомством. С чего бы тебе хотеть возиться с чужим отпрыском, — тон голоса стал непроизвольно мрачным, хоть это была и очевидная мысль, которую Гермиона уже неоднократно прокручивала в голове.       Да и Снейп Снейпом, а в целом её рассуждения о деторождении стали в последние недели куда позитивнее. Не то чтобы их с сыном шансы выжить существенно выросли, но хотя бы время перестало нависать над ними дамокловым мечом. Это можно было сказать уже точно — она тщательно наблюдала за датами и продолжительностью суток, не замечая ничего странного. Ребёнок тоже развивался, соблюдая все сроки. И о реакции ближайшего окружения переживала Гермиона зря, как сегодня выяснилось. Всё было не так уж давяще и безысходно.       — Нет, дело не в тебе и даже не в том, что я лично не участвовал в зачатии. Просто я небезосновательно считаю, что отличаюсь от своих двойников ещё по одному пункту, — Снейп сделал паузу. — Проблема в том, что, в отличие от них, я в принципе никогда никого не любил.       Гермиона заморгала и, естественно, тут же выдала:       — А Лили?       В свете заявлений Гарри и её собственных опасений было не так уж удивительно узнать, что их с Эванс отношения тоже отклонялись от «стандарта». Слишком уж условия детства этого Снейпа отличались от привычных. Но чтобы он сам мог из-за всех этих изменений потерять интерес к Лили… В эту сторону Гермиона никогда не думала, ослеплённая своей извечной ревностью. Вот чёрт, а ведь она неоднократно упоминала при нем, что, по крайней мере, Снейпа из семидесятых связывала с Эванс какая-то неудачная любовная история!       Северус наклонил голову в сторону и вновь помедлил с ответом пару секунд.       — Мы подружились ещё до школы. А в конце пятого курса даже начали вроде как встречаться. Летом всё было прекрасно, молодость сделала своё дело. Но осенью в Хогвартсе Эванс, видимо, решила, что теперь всё будет так, как она хочет. Это быстро начало меня тяготить. Мне казалось, что она стыдится меня настоящего. Она настаивала, чтобы я перестал общаться со своей компанией со Слизерина, строила планы на будущее, витала в облаках, — его челюсти сжались, желваки напряглись. — Её дурацкие мечты казались мне глупостью. Быть заштатным зельеваром в мелкой аптеке мне уж точно не хотелось. Я был тогда амбициозен и считал себя очень циничным. И я думал о том, что связь с магглорожденной совершенно не сочетается с моими жизненными целями.       — Поэтому ты бросил её, — выдохнула Гермиона, предугадывая развязку. — Тогда, на лестнице, после конфликта с Джеймсом и компанией.       На неё опять влияли решения других Снейпов, но не зря же этот Северус спрятал именно это воспоминание в Омут. Хотя, возможно, он хотел, чтобы Гарри увидел сцену стычки и узнал, каким мудаком мог быть его отец. Спровоцировать Поттера сунуть нос в чужие дела было не сложно.       — В крайне грубой форме, — не стал продолжать удивлять её Северус. — И при этом позже ещё умудрялся злиться на Эванс за то, что она нашла утешение в объятиях Поттера. Считал, что она связалась с ним исключительно мне назло, — он перевернул её кисть, будто хотел погадать по линиям на ладони. — Она была важным человеком в моей жизни. Но вряд ли действительно влюбленный повёл бы себя с ней так, как я позволил себе.       — Тогда почему ты?.. — стушевалась Гермиона.       — Сменил сторону? Обеспокоился судьбой младшего Поттера? — хмыкнул Снейп, тоже легко соотнеся детали личностей предшественников с собственной историей.       Или просто опять мимолетно прочитал её поверхностные размышления.       — Да.       — Я разочаровался в идеях Лорда и, особенно, в способах их реализации. Но в первую очередь в себе. То, к чему привели мои действия… Как бы наши отношения с Эванс не закончились, я не хотел разрушать её жизнь. Это стало спусковым крючком.       Теперь ей было интересно, любили ли другие Снейпы своих Лили, или это была больше болезненная одержимость, помноженная на чувство вины. И любила ли эта Эванс Северуса или просто хотела «спасти» и «исправить». Наверное, Гарри будет важно это узнать. Но нужно ли? В смысле, Гермиона точно знала, что Сириус, местный в том числе, испытывал чувства к Лили. Но ведь это не значило, что ей стоило доносить об этом Поттеру только потому, что дело касалось его матери.       — Так ты начал этот разговор в таком тоне из-за моральных соображений? Пытаешься прочертить границы? — постаралась осознать всё она. — Чтобы не чувствовать себя мерзавцем, пользующимся безотказностью очередной маггловской дурочки? Не забыв пару раз попрать собственную нравственность, перед тем как обозначить реальное положение дел.       — Эта роль мне действительно не особенно импонирует. Но всё ровно наоборот, — он опять ухмыльнулся. — Я хочу и дальше пользоваться своим положением и испытывать твоё терпение.       Снейп легко потянул её к себе. Гермиона послушно опустилась ему на колени, задумавшись. Впрочем, совершенно не переживая за кровоток в его ногах. Они не набросились друг на друга с поцелуями, но её руки обвили чужую шею, а его сразу же нырнули под полы халата, чтобы коснуться бёдер. Старое кресло на удивление даже не скрипнуло.       — То есть ты и надежды мне давать не собираешься, и придерживаться приличий не планируешь? Тогда зачем в принципе якобы развеивать мои заблуждения? Успокоил бы меня расплывчатой фразой про то, что ты безусловно желаешь меня, но тебе нужно время, чтобы привыкнуть к новому статусу мужа.       — Я не знаю, тянет ли меня к тебе исключительно страсть. Или я боюсь сделать неверный выбор снова, упустить то, о чем буду сожалеть. Или ты действительно женщина, обещанная мне судьбой. Но даже если я пока не могу дать тебе гарантий в области чувств, я хотел бы попробовать построить партнёрские отношения. А для этого нужен сознательный подход от нас обоих. Который позволит мне сблизиться с тобой, а тебе поможет перестать путать меня со своим призраком.       Гермиона пожала плечами, неохотно соглашаясь с его суждениями.       — Спасибо за откровенность, — но вслух продолжила недовольно бубнить.       — Ты сама попросила, — одернул её он. — И согласись, это звучит лучше, чем пустая отговорка.       Особенно, если учесть, что в этом мире Северус, кажется, был ещё более бесчувственным чурбаном, чем обычно. Что он вообще подразумевал под любовью? Желание создать семью? Строить отношения с завзятым холостяком ей было не привыкать, но этот Снейп не мог даже объективно оценить собственные ощущения. Для него всё это было в новинку.       — Звучит всё ещё очень удобно для тебя. Вынужденный брак с привилегиями. А я могу потерпеть или катиться к чёрту, — тон вышел красноречиво неприятным. — Нет, я даже отказаться в полной мере не могу, ведь нам всё равно придется изображать любовь перед Лордами! Какие уж тут личные планы, учитывая, в каком мы положении.       — В том числе поэтому я не могу обещать тебе какое-либо совместное будущее. И из-за этих обстоятельств, честно говоря, я действительно не считал нужным начинать этот разговор в ближайшее время. Но один из нас легко может умереть хоть завтра. А близость гибели вызывает приступы откровенности. Так что ты вновь права, я слишком переживаю за тебя и всего этого, чтобы откладывать эту тему, пока смерть не разлучит нас.       — Местный Лорд недоволен тобой? — Гермиона тут же переключилась, уловив в его словах конкретную угрозу, а не только привычный размытый уровень опасности.       Холодные ладони огладили ягодицы, насколько это было возможно в их позе. Она поёрзала, устраиваясь поудобнее.       — Скажем так, моя неосведомленность о том, что происходит в Хогвартсе, его не порадовала, — усмехнулся Снейп. — Смерть директора Лорда поразила, но не в хорошем смысле. А Альбус больше пёкся о безопасности мальчишки, — на сей раз он имел в виду Драко, — косвенно справившегося со своим заданием, чем обо мне.       — Дамблдор и его планы, — вздохнула она.       Но хотя бы выходило, что условия Непреложного обета Снейп всё же выполнил, пусть и не так, как задумывалось, и не в полной мере.       — Я надеюсь лишь на то, что палочка, найденная в Исчезательном шкафу, увлечёт Господина в достаточной степени, чтобы он закрыл глаза на остальное.       — Он уже понял, что она — Старшая?       — Полагаю, подозревает. Как минимум Олливандеру уже выдано задание её изучить. И починить, если это возможно, — и лучше бы было возможно, если мастер хочет выжить, да.       Упрямый старик не принял защиту Ордена и всё это время действительно сидел в подвале поместья Малфоев, как она и опасалась.       — Правда, учитывая, что Гарри уже мёртв, ему не так уж и нужно менять палочку.       — Старшая палочка — это Старшая палочка, — оспорил Снейп. — Жив Поттер или нет.       Она кивнула и, наконец, расслабилась в его объятиях. Сам Снейп ничего больше не предпринимал. Кажется, ему просто хотелось погреться, спрятав руки под подол и уткнувшись лицом куда-то ей в плечо. Гермиона то перебирала, то приглаживала длинные чёрные пряди.       — Мне всё же нужно беспокоиться о тебе, муж мой, а не только о времени, Лордах и проклятии, — прошептала она.       — Вроде того, — мягко отозвался Северус.       — И раз уж я нахожусь в подвешенном состоянии относительно нашего брака, то у меня к тебе есть одна просьба, — Гермиона слегка потянула его за волосы, привлекая внимание.       — Я слушаю.       — Покажи мне свой патронус.       Он поднял голову, вновь посмотрев на неё насмешливо, но так по-родному, не закрываясь ментальными щитами. Прилагал ли он тоже усилия, чтобы доверять ей, или это была одна видимость, но в приступе любопытства, она попыталась заглянуть в его мысли. Кривая ухмылка Снейпа стала шире. Он выхватил палочку из рукава, небрежно сотворив требуемое заклинание. Но взгляда от неё не оторвал.       В глубине его глаз Гермиона увидела себя же, однако, образ был искажен чужим восприятием. Она казалась слишком… красивой. Растрёпанной, тёплой, домашней. Северус замечал её почти прозрачные веснушки, шрам на шее, рыжий отблеск в волосах. Но никаких ассоциаций с Лили он у него не вызывал. Серебристая птица сделала почётный круг по комнате и села на спинку кресла. Она была куда меньше, чем её ворон, и выглядела далеко не так пафосно. Должно быть, это был чёрный дрозд, если Гермиона правильно определила видовую принадлежность.       — Какой патронус был у других? — уточнил Снейп.       — Лань.       Он хмыкнул.       — Теперь ты избавилась от своих иллюзий окончательно?       — Вроде того, — по крайней мере, окончательно поверила его заявлениям.       И, кажется, сама стала «Снейпом», за спиной которого навязчиво маячила мёртвая любовь. Поменялась с ним ролями. Стало даже не совсем очевидно, кому из них сейчас приходилось труднее. Ей, в общем-то и не рассчитывающей на легкие, беззаботные отношения со Снейпом. Или ему, в короткие сроки пытающемуся понять, любит ли он её и, что немаловажно, любит ли она именно его. Ведь для этого приходилось продираться через сонм её предубеждений.       Которые не просто влияли на неё, заранее определяя все реакции, не давая их связи развиваться гармонично. В конце концов, семидесятые Гермиону всё же кое-чему научили, и хотя бы навязываться этому Снейпу она не стала. Но ведь эти представления ещё и были ложными по сути своей. Даже второй, слишком юный, Северус больше соответствовал сложившемуся образу, чем этот, подходящий по возрасту и положению. Подумать только, они знали друг друга три месяца, разговаривали несколько десятков раз и пару раз переспали, а он уже пытался быть с ней честным.       — Боюсь, мне так легко от синдрома самозванца избавиться не удастся, — съязвил Снейп.       — Можешь считать, что со своими предшественниками ты связан только именем, — буркнула она. — Всё остальное — твоя личная заслуга. Или будет твоей заслугой.       — Так ты согласна попробовать?       — Да, посмотрю, как ты будешь справляться, — дрозд испарился, так что Гермиона опять уставилась на Снейпа. — Учитывая, как мало мы общаемся, это будет долгий процесс. А если учесть, что ты рискуешь погибнуть уже завтра, возможностей у нас не так и много.       — Всё ещё хочешь отправиться туда со мной? — напрямую озвучил он её мысль.       — Мои аргументы не изменились.       — Аргумент, один. И если Лорд убьёт меня, ты либо тоже умрешь за компанию, либо окажешься в полной власти Беллы, опять оказавшись под её опекой.       — А как меня спасет то, что я останусь сидеть здесь одна? Я даже не узнаю, жив ты или мёртв, пока кто-нибудь из них не явится по мою душу сюда.       Конечно, для связи можно было бы зачаровать кольца по старой памяти. Но предлагать Снейпу начать носить что-то, столь явно связанное с браком, воспринималось несвоевременным. Только если подумать подольше и выбрать другой носитель для чар. Неприметный, металлический, который легко можно держать под рукой или хотя бы в контакте с кожей. Но, наверное, в этом всё равно не имелось большого смысла. Вряд ли Снейп успеет воспользоваться подобным способом связи, если Лорд действительно решит его устранить.       — Тогда отправлю тебя завтра обратно к Аластору в качестве перестраховки.       — А он в курсе этого щедрого предложения? — прыснула она. — Что-то мне не показалось, что он очень рад меня видеть.       — В безопасном убежище он тебе не откажет. Ему нравится играть в благородство.       — Ну, удачи тебе убедить его в этом. Можешь начать прямо сейчас для верности, — Гермиона цыкнула и попыталась встать.       Но Снейп удержал её на месте.       — Сегодня я останусь здесь, — объявил он в ответ на её недоуменный взгляд.       — А тебя в школе не потеряют? Там же, наверное, черти что творится, после того…       — Не думаешь же ты, что мы с мистером Малфоем торжественно объявили о своей находке в Большом зале до того, как это действие одобрил Лорд?       Она поджала губы, вновь соглашаясь.       — Ладно. Это ведь и твой дом тоже.       — К тому же нам надо больше общаться, — добавил он как будто с намеком.       — Боюсь только, твои заявления не настраивают на романтичный лад, Северус, — прямым текстом отозвалась она. — И я уже хочу спать.       Гермиона демонстративно погладила живот.

* * *

      Не разрывая объятий, они обсудили ещё некоторые несущественные дела, вроде того, что ей опять нужно было наполнить холодильный шкаф продуктами. Но в ванную направились уже, конечно, по отдельности, а легли хоть и в одну кровать, но как соседи, выдержав дистанцию. Однако отыграть роль оскорбленной невинности до конца Гермионе всё равно не удалось. Стоило голове коснуться подушки, как сон словно рукой сняло.       — Если ты не прекратишь крутиться, я приложу тебя Ступефаем, — выдал Снейп, при этом лежа ровно и без движения, как труп.       Хоть в чём-то он оправдывал её ожидания. Она совсем растерялась бы, если бы он вдруг улегся звездой, заняв всё доступное пространство.       — Сам захотел остаться, — буркнула Гермиона, опять перекатываясь на другой бок.       Устроиться поудобнее она не успела — Снейп резко сгреб её в объятия и легко притянул к себе. Гермиона завозилась, но прижалась к нему, как так и надо было.       — Ещё один способ сблизиться? — пробормотала она уже ему в плечо.       — Буквальный.       — А если я пинаюсь, к примеру?       — Получишь Петрификус.       — Вот это угрозы, прямо-таки слизеринского уровня, — усмехнулась она, но действительно замолчала и попыталась уснуть.       Мгновенно её, к сожалению, всё равно не вырубило, так что она даже подумывала выпить Зелье сна без сновидений. Но, пригревшись под боком абсолютно спокойного Снейпа, двигаться не хотелось, даже чтобы взять палочку, лежащую на тумбе рядом.       — Не умирай, — прошептала она, вымотавшись от бессонницы окончательно.       — Постараюсь, — едва слышно отозвался Северус, как выяснилось, тоже не спящий.       Его грудь ровно вздымалась, мышцы были совершенно расслаблены. Это точно был какой-то окклюменционный приём. Гермиона тоже постаралась отключить собственное сознание. Хотя бы отсечь лишние эмоции и заблокировать ненужные сейчас мысли. Бездумным манекеном ей, естественно, стать не удалось, но…       Очнулась она уже утром. Гермиона села на кровати, потерла глаза и осмотрелась. Северуса в комнате не было, как и, наверняка, в доме. Попрощаться он не удосужился. Либо улизнул незаметно очень рано, пока её сон был слишком глубок. Либо наложил на комнату какие-нибудь заглушающие, чтобы её не побеспокоил шум бойлера и прочие бытовые звуки. Можно сказать, это была даже милая забота, если не вдаваться в подробности их сложных отношений.       Впрочем, что ещё ей было надо? Он старался, она в любом случае испытывала к нему слабость, а успех их общего предприятия зависел от них самих лишь частично. Та самая ситуация из разряда «просто плыви по течению». Снейп, собственно, это и пытался делать, но ей, конечно же, нужно было всё бесконечно драматизировать, подбивать балансы и делать выводы.       Гермиона, естественно, всё равно покрутила сложившуюся ситуацию так и сяк, пофантазировала об отношениях местных Лили и Северуса и пришла к выводу, что этот Снейп был ещё более вредным мальчишкой, чем все остальные. Если не сказать прямее. Но углубиться в психоанализ ей не дали бытовые дела — пришлось выдумывать, чем позавтракать в условиях небогатого выбора — и почтовая сова. Она прилетела раньше, чем обычно, и уже явно из Хогвартса, судя по прицепленной к лапе записке от Северуса. Там были быстро нацарапаны лишь пара цифр и слово «башня», но Гермиона догадалась, что ей следует явиться в Эдинбургский замок в обед.       Стало каплю интересно, как Снейпу всё же удалось уговорить Грюма опять потратить на неё своё время. Возможно, он выложил ему все подробности их трудностей общения с Лордами, но что-то она сильно в этом сомневалась. Да и Аластор, наверное, в ответ на это просто предложил бы воспользоваться каким-нибудь экстренным способом связи, как задумывалась она сама. Уж точно он не хотел сводить чужачку вновь с Поттером, судя по тому недоверию, что выказывал ей, несмотря на всё её дружелюбие.       В любом случае, Грюм встретил Гермиону у выхода из башни так, словно это была совершенно штатная ситуация. И опять провел её через внутренний двор замка, только теперь к музею, а не наоборот. Внутри секции крутящейся двери она попыталась было рассмотреть его лицо получше, чтобы считать какие-нибудь эмоции. Но оказалась практически прижата носом к стеклу на максимальном расстоянии от Грюма. Видимо, это и был намек.       — Сколько я тут пробуду? — спросила она просто чтобы разбавить не самое приятное молчание.       — Пока Снейп не заберёт. Или застрянешь навсегда, — Аластор усмехнулся.       Грубая рука стиснула плечо, не дав упасть на ковер в прихожей и сразу направив её в сторону кухни. Гермиона подчинилась, но из-за его слов непроизвольно напряглась. Она ведь даже не знала, когда назначена встреча с Лордом и когда ей ждать вестей от Северуса. Если таковые вообще будут.       — Переживаете за своего супруга, миссис Снейп? — тем же издевательским тоном продолжил Грюм. Её скованность от него не скрылась. Или он просто хотел ещё немного её задеть.       — Конечно, — выплюнула Гермиона. — А тебе так уж хочется побывать на его похоронах?       — Не то чтобы, — почти миролюбиво отозвался Аластор. Но тут же испортил впечатление: — Впрочем, если он умрет, тебя, к примеру, можно будет вывести из игры быстрее и безопаснее. Звучит неплохо.       Неожиданно для самой себя Гермиона резко остановилась. Грюм почти налетел на неё, потому что шёл прямо позади. Его вряд ли могли впечатлить нарушение личного пространства и её гневные взгляды снизу вверх. Это, наверное, выглядело бы для него даже смешно. Так что она не стала оборачиваться, лишь тихо сказала:       — Не советую лезть ко мне с этим, Аластор. Я найду чем тебя осадить, уж поверь.       Конечно же, Гермиона подумала о том, чтобы уязвить его фактом их почти начавшейся любовной связи в прошлом. Это был подлый прием, учитывая, что всё ещё живое тело миссис Грюм лежало прямо сейчас на втором этаже. Но если он продолжит как-то комментировать её личную жизнь, то она ответит уже без сомнений.       Аластор, естественно, всё равно хмыкнул, не особенно впечатлившись её угрозой. Но вроде как сдался:       — Тогда не будем портить друг другу настроение.       Они вновь продолжили путь и только зашли на кухню, как с лестницы раздался шум, и вслед за ними в комнату влетел Гарри. Увидев её, он, как и в прошлый раз, расплылся в улыбке.       — Гермиона! Не ожидал так скоро тебя увидеть.       — Вынужденная мера, — прервал его восторги Грюм. — Которая никак не должна повлиять на распорядок твоего дня. Ты написал эссе?       Значит, Аластор нагружал навязанного ему воспитанника учебой. В общем-то, хорошая идея, чтобы Гарри не сходил с ума, сидя без дела взаперти. А от всяких безрассудных выходок и прочих нарушений дисциплины его наверняка удерживала Люси. Не зря же он относился к ней с таким боязливым уважением.       — Я решил сделать перерыв. Ведь уже обед, — сумрачно отозвался Поттер, посмотрев куда-то в сторону.       — Ты начал писать его с утра, — сварливо напомнил ему Грюм.       — Мне не хватает хогвартской библиотеки, — аргументировал Гарри, бросив быстрый взгляд на сей раз на неё, то ли ища поддержки, то ли просто из-за возникшей ассоциации.       — Того десятка книг, что я тебе выдал, должно было хватить с лихвой. Умей работать с информацией, — тон Аластора стал ледяным. — Принеси то, что есть. Проверю.       Гарри понурил голову и направился назад. Гермиона подняла брови, посмотрев на Аластора. Но тот не обратил на неё внимания и сел за стол. Вокруг него тут же засуетилась Люси, по привычке что-то бурча. Впрочем, судя по виду, она была только рада, что хозяин пришёл пообедать домой. Не важно, по какой причине.       Про Гермиону домовик тоже не забыл:       — Накрывать ли на гостью, господин? — чопорно осведомилась Люси.       Грюм махнул рукой.       — Выдай ей обед, и ужин, и всё, что попросит. А ещё открой библиотеку, но проследи за порядком, — ничуть не смущаясь присутствия Гермионы, ответил он.       — Я могу помочь Гарри с учебой, — поддакнула она, возвращаясь к прежнему уровню дружелюбия.       — Удачи, — Грюм наполнил стакан водой Агуаменти, кажется, окончательно потеряв к ним всем интерес.       Вот только неуёмное любопытство Гермионы так просто выключить было нельзя.       — Откуда вы знаете, что мы с Северусом женаты? — спросила она, тоже усаживаясь за стол.       Да и отвлечь Грюма разговором было не лишним. Судя по тому, что Гарри совсем не спешил обратно вниз с исписанным пергаментом в руках, он прямо сейчас пытался что-то экстренно сочинить.       — У Альбуса было, конечно, много связей в Министерстве. Но чтобы подбить людей на должностное преступление и изменить твои данные в книгах учёта, уже мне пришлось спросить пару старых должков.       То есть Аластор ещё и в подобных делах ей помогал? Какая забота! Хотя тут, очевидно, имел место прямой приказ Дамблдора.       — И каких данных это коснулось?       — Необходимо было отделить тебя от местной Гермионы Грейнджер, так что в первую очередь имени. Поэтому вместо неё летом в Великобританию из Франции прибыла и скоропостижно выскочила за Пожирателя смерти Гертруда Фицджеральд.       — Гертруда, — недоверчиво повторила Гермиона. — Серьёзно? Кто это придумал?       — Тонкс, — отрезал Грюм.       Она недовольно поджала губы, но претензии придержала при себе. Хотя уже представляла, с каким чувством будет представляться, если выживет в войне и войдет, так сказать, в легальное поле. Хорошо хоть фамилия у неё теперь была «Снейп». Впрочем, это само по себе было то ещё пятно на репутации.