Бочжани Сквозь Годы / Yizhan Through The Years

Сяо Чжань не спал почти всю ночь. После того, как он выложил заявление своей студии в Вейбо, его менеджер посоветовала ему временно не пользоваться соцсетями. Что он и сделал. Но он не мог уснуть, вспоминая свою семью и время, проведенное с дедушкой, когда он был ребенком. Он был в полной растерянности, размышляя о том, стоит ли ему лететь в Чунцин или нет. Одна часть его хотела быть рядом с родными во время последнего прощания, а другая — не хотела быть обузой для семьи, привлекая нежелательное внимание. К утру он практически решился лететь домой, чтобы быть с семьей в это трудное время. Он мог бы самоизолироваться в Чунцине. Это было лучше, чем оставаться в Пекине без Ибо следующие два месяца. Это не помешало бы его работе, так как из-за пандемии все его новые проекты были приостановлены. Он встал и со вздохом потянулся. Затем его взгляд упал на телефон, и он не смог побороть любопытство. Новости быстро распространились по сети. Его ожидало множество сообщений от людей, которые знали его по работе. Все они были позитивными и поддерживающими, призывающими его оставаться сильным и оптимистичным, чтобы пережить эту бурю. Сяо Чжань был от всего сердца благодарен им. Также он был очень удивлен тем, что каким-то образом новость о смерти его дедушки распространилась среди его друзей, включая и некоторых близких знакомых из индустрии развлечений. В некотором смысле он был даже рад, что ему самому не пришлось сообщать об этом. Он догадался, что сотрудники его студии, должно быть, связались с его ближайшим окружением. Увидев их сообщения с соболезнованиями, он почувствовал, как его глаза наполнились слезами. Его Вейбо был завален уведомлениями. Его публичный аккаунт был заполнен множеством комментариев с мнениями людей о заявлении, опубликованном его студией. Во многих комментариях выражалась поддержка со стороны его поклонников, которые просили других людей быть рациональными и не винить Сяо Чжаня в том, что он не мог контролировать. Но было также и множество комментариев с ненавистью. Больше, чем он когда-либо видел за все свою карьеру. Количество уведомлений и постов было просто ошеломляющим. И вскоре Сяо Чжань обнаружил, что погрузился в пучину ненависти. У тебя что, интернет сломался, Сяо Чжань? Почему ты не можешь сам сделать заявление?! Ты извиняешься за использование общественных ресурсов, но при этом ты в топе поисковых запросов. Позор!! Почему ты молчишь, Сяо Чжань? Прячешься за своими фанатами и студией?!? Почему у тебя заняло так много времени, чтобы опубликовать заявление?!?! Этого недостаточно!! Ты называешь это заявлением? Это полная чушь. Там не говорится ни о чем реально важном!! Ты был обычным человеком. Слава изменила тебя, Чжань-Чжань! Поклонники — твое оружие или щит?! Ты прячешься за ними, позволяя им брать на себя твою вину! Какая чушь! Идолы должны подавать хороший пример! Позор тебе! Где твой, так называемый, хороший пример?! Скажи что-нибудь, Сяо Чжань! Ты используешь свою семью как оправдание, чтобы казаться беспомощным?! Ты отвратительный человек. — Что? — Сяо Чжань даже перестал дышать на мгновение. Он прочитал последний пост и тихо выдохнул. — Кто… кто… как они… узнали о дедушке!??!!? — воскликнул он. В жаркой дискуссии в комментариях к посту Сяо Чжань увидел скриншот поста, сделанного другим аккаунтом, который был ему знаком. «Ван Цзинли!? Он опубликовал пост о личных делах моей семьи!? Без моего разрешения!?» Сяо Чжань почувствовал, как его заполняет ярость, а из глаз потекли горячие слезы. Он зашел на Вейбо своего друга, и конечно же, увидел этот пост. Не задумываясь ни секунды, он написал Ван Цзинли и попытался успокоиться, ожидая его ответа. Он обновил Вейбо, когда увидел, что его сообщение было прочитано и через несколько секунд, пост на аккаунте его друга исчез, а на его телефон пришло сообщение.       Ван Цзинли: Прости, я не хотел тебя обидеть!       Ван Цзинли: Это последнее, что я хочу сейчас!       Ван Цзинли: Я просто так разозлился, увидев всю эту ненависть, что хотел сказать им, чтобы они отстали.       Ван Цзинли: Мне так жаль. Сяо Чжань собрал всю свою выдержку и терпение и ответил:       Сяо Чжань: Все в порядке. Я ценю твое внимание.       Сяо Чжань: Спасибо, что удалил пост.       Ван Цзинли: Конечно, без проблем!       Ван Цзинли: Как ты? Мне очень жаль, что ты потерял близкого человека. Сяо Чжань вздохнул и отбросив телефон в сторону, упал на кровать. Слезы текли ручьем из его глаз. Немного успокоившись, он снова взял телефон, чтобы забронировать билеты на самолет в Чунцин. Слезы застилали ему глаза, и пока он яростно тер их, чтобы ясно видеть экран, позвонила его менеджер. — Да? — Сяо Чжань ответил низким голосом, надеясь, что это скроет состояние, в котором он сейчас находился. — Лаобань, — начала его менеджер очень нерешительным голосом. — Кое-что произошло… в общем, у нас проблема. — Я знаю… я заходил на Вейбо… видел… комментарии. — Ох… ты не должен был, — ответила она сердито, а потом вздохнула. — Но это облегчает мою работу. С учетом динамики кампании бойкота, я думаю, мы… — Подожди, что? — Что? — О какой динамике кампании ты говоришь? — Ты ведь сказал, что заходил на Вейбо? — Да, я видел комментарии к заявлению моей студии и кое-что еще, но ничего о кампании бойкота… что это… — Кампания бойкота Сяо Чжаня сейчас вышла в топ трендов Вейбо, — ответила его менеджер, стараясь говорить как можно более нейтральным тоном. — У нее просто невообразимое количество просмотров и постов… сотни миллионов… и это… начинает давать результаты. — Какие результаты? — Сяо Чжань прижал ладонь ко лбу, пытаясь осмыслить поток новой информации, обрушившийся на него. — Ну… — она глубоко вздохнула и начала: — Это… Olay и Crest... они... — Они отказываются от сотрудничества со мной? — Нет, пока что ни один бренд не заявил об отказе работать с тобой, — она попыталась его успокоить, — но они собираются удалить твои фотографии и рекламу, чтобы избавиться от нападок на них. — Ладно… я… понимаю, — тихо ответил Сяо Чжань. — Люди понижают рейтинги твоих работ на Douban... в результате чего снизился и рейтинг «Неукротимого», — продолжила она. — Понятно… — Сяо Чжань почувствовал ноющую боль в животе. — И некоторые проекты, которые ты рассматривал, больше не актуальны… — А что с тем проектом, который мне очень понравился? — Сяо Чжань затаил дыхание. — Его отложили… на неопределенный срок… так они сказали, но я думаю, что они, возможно… ищут кого-то другого… — Ладно… — Сяо Чжань проглотил внезапный комок в горле. — И люди требуют, чтобы ты… — на этих словах она замялась. — Чтобы я? — Чтобы тебя внесли в черный список индустрии развлечений. — Ох… ладно… — Сяо Чжань замер, почувствовав, как по его шее и рукам пробежала волна нервной дрожи. На линии на несколько секунд повисла тишина. — Лаобань? — мягко позвала его менеджер. — Я здесь. У меня есть два вопроса, — Сяо Чжань сел прямо и прочистил горло. — Конечно… какие? — Как ты думаешь, стоит ли мне лететь в Чунцин на похороны дедушки, учитывая… все это? — Я буду с тобой честна. Как бы мне ни было больно это говорить… нет. Я не думаю, что это будет разумно. Это может привлечь нежелательное внимание к твоей семье. — Мм, я так и думал. А мой второй вопрос… не торопись с ответом и будь честна. — Хорошо… — Это не столько вопрос, сколько вежливое напоминание. Я полностью пойму, если ты или кто-либо другой из сотрудников моей студии захочет уволиться прямо сейчас. Никто из вас не будет иметь никаких обязательств передо мной, если захочет уволиться, учитывая все обстоятельства. Снова наступила тишина. — Ты меня слышишь? — спросил Сяо Чжань. — Я повторяю, что пойму… — Никто не собирается уходить, лаобань, — решительно ответила женщина немного подрагивающим голосом. — Мы все вместе в этом. — Я ценю это, цзе, но… — Но мы — команда… семья, — на этот раз ее голос уже явно дрожал, — а семья не бросает друг друга в беде. Сяо Чжань закрыл глаза, которые снова защипало от слез. Спустя несколько секунд он взял себя в руки, сдерживая эмоции, и прошептал: — Хорошо… хорошо, цзе. Спасибо. Закончив разговор, Сяо Чжань свернулся калачиком на постели и накрылся одеялом. Он не был готов к этому дню. Он не был готов ни к чему. Но, по крайней мере, он был не один. Перед его мысленным взором возник образ Ибо. «Ибо. Я скучаю по тебе». Как будто прочитав его мысли, экран его телефона осветился входящим видеозвонком от его парня. — Привет… — прошептал Сяо Чжань, отвечая на звонок, все еще лежа под одеялом. — Привет, милый, — Ибо постарался непринужденно улыбнуться. — Ты еще спишь? — Нет, просто… не хочу вставать с постели. Ибо послал ему воздушный поцелуй и понимающе улыбался, пока Сяо Чжань поудобнее усаживался на постели, держа телефон в руке. Сяо Чжань хотел бы просочиться сквозь экран телефона и оказаться в объятиях Ибо. Он хотел почувствовать тепло его тела и забыть обо всем остальном. — Как у тебя дела сейчас? — мягко спросил Ибо, тоже ложась с телефоном в руке, создавая впечатление, что они были рядом. — Разговаривал с менеджером… обо всем… — Что она сказала? Сяо Чжань горько усмехнулся, прежде чем ответить. — Похоже, мне снова придется менять карьеру.