Ямадзакура

      Когда-то давно Яманака Иноичи отвез свою дочь из Конохи в Танзаку, и маленькая Ино была так рада этому событию, что не могла заснуть перед отъездом из дома. Когда они прибыли в столицу, то обошли практически все магазины с одеждой, купили ей несколько пар туфель и несколько платьев, зашли в лучшую кондитерскую, а после сходили на спектакль при дворце Дайме. И все было бы хорошо, вот только к вечеру она с отцом пошла смотреть поединки сумо. Это было захватывающе… Они сидели на верхних рядах и кричали громче всех, когда борец, на которого поставил Иноичи, начал побеждать.              И вроде бы поездка выдалась хорошей, оставив приятные воспоминания, но тот бой никак не выходил у Ино из головы. Она чувствовала себя тем самым сумоистом, только одежды на ней было больше, а жира в разы меньше. Они стояли в центре арены, пока зрители рассаживались по местам, словно те пришли посмотреть не на будущих секретных убийц и защитников деревни, а на обычных борцов для потехи публики. Ино слышала, как на каждого из них делают ставки, и это начинало откровенно ее злить — ведь она будущая глава клана Яманака, а когда станет чуть старше, будет работать в разведывательном отделе, как отец. По крайней мере, так она думала.              Но почему их заставляют стоять перед столькими людьми? Позвали бы непосредственно глав скрытых деревень, ну, может, парочку бизнесменов, и хватит. К чему весь этот шум?              — Выглядишь утомленной, — не заинтересованный в происходящем голос как никогда вывел Ино из себя.       — Шикамару… — буквально прошипела Яманака имя своего сокомандника. — Не беси.              — Успокойся. Лучше думай о своем противнике, а не о людях на арене. — Он лениво потянулся и засунул руки в карман.              — Как ты?..              — У тебя на лице все написано.              — Тц, подумаешь… Отстань от меня, — и, разнервничавшись еще больше, Ино отвернулась, услышав из-за спины:              — Вас, женщин, не понять: не успокоишь — обидитесь, попытаешься успокоить — тоже злятся. Ну и морока…              Блондинка огляделась: рядом с ними встали ребята из деревень Скрытой Травы и Водопада; троица из Песка, из-за которой Яманака сглотнула и отвела взгляд; чуть замедленно и размеренным шагом вдалеке шли Шино и Киба.              Киба…              Бой с Кабуто оставил у Ино странное ощущение: она вроде бы победила, но в то же время проиграла. По крайне мере, ей так казалось, потому что ее противник будто бы позволил ей войти в его мысли, но при этом держал их под контролем. Поэтому Ино решила, что свою следующую победу завоюет честно. Весь этот месяц она не сидела без дела, а каждый день тренировалась с отцом. Тот, похоже, готовил ее не к экзамену, а к войне. Несмотря на рабочий график и миссии, Иноичи решил вырастить из нее если не чуунина, то сразу опытного джоунина.              Каждый день у них был спарринг. Каждый день отец заставлял ее вливать чакру в предметы, а потом медленно направлять ее в технику. После этого Ино пыталась проникнуть в его сознание — и смогла лишь в последние два дня, когда, собрав всю свою злость и упрямство, наконец выполнила клановую технику почти безупречно. Жаль, что эффект продлился ровно шесть секунд, но даже это было неплохим результатом. Отец оказался слишком опытным противником — на этот раз он не поддавался, а, наоборот, активно сопротивлялся.              Теперь, глядя на Инузуку Кибу, который явно превосходил ее физически (и азарту в нем было больше, и огонь в глазах пылал ярче), Ино закусила губу. Они поздоровались с членами команды номер десять, после чего ее взгляд пересекся с Кибой. Тот ухмыльнулся — насмешливо, хищно, обнажая клыки, — и Ино едва сдержалась, чтобы не врезать ему еще до боя, желательно кулаком прямо в лицо, чтобы стереть эту ухмылочку.              «Будь сдержанной и спокойной, дочка! Наша техника требует полного контроля — не только над чужими чувствами, но и над своими», — прозвучал в голове назидательный голос отца. Яманака глубоко вдохнула, кивнула ребятам и не проронила ни слова, когда те начали переговариваться между собой.              Она скользнула острым взглядом по арене, выхватывая знакомые лица среди зрителей. Вдалеке стояли сенсеи разных команд, парочка охранников, соседи и несколько соклановцев. Но ее внимание задержалось на правом крыле арены, где только что появилась команда номер семь.              Наруто и Сакура весело болтали, словно просто вышли на прогулку, а не на экзамен. Яманака снова закусила губу. Вся седьмая команда прошла в следующий этап, и даже тупица Узумаки за этот год заметно поднатаскался. Теперь вполне возможно, что ей придется сразиться с ним. Кто бы победил в таком бою — Ино не знала.              «Сначала надо Кибу одолеть, а потом думать об этом дураке», — насмехался над ней внутренний голос сегодня.              — А где Саске-кун? — не удержавшись, сразу спросила блондинка.              — Привет, ребята! — улыбнулся Наруто.              — И тебе привет, Ино, — скривила улыбку Сакура. — А разве он еще не пришел? — Она огляделась.              — Ну, как видишь, нет. — Яманака обвела арену руками. — Я и вашего сенсея не видела.              Ребята переглянулись.              — Не очень хорошо… — протянула розоволосая и поглядела по сторонам.              — Саске могут дисквалифицировать, если он не прибудет до начала своего боя, — сказал Нара.              — Может, что-то случилось? — уже немного обеспокоенно начала Харуно.              — Да все с ним нормально, даттебайо.              — Я вчера видел Какаши-сенсея, — очень тихо сказал Шино. — Он был в резиденции Хокаге.              — Может, проспал, — с ухмылкой произнес Киба.              — Он не ты, и, думаю, будильник бы завел, — с таким же ехидством сказала Ино. — Саске-кун очень пунктуальный.              — В отличие от сенсея… — немного хмурясь, произнесла Сакура. Сейчас она как никогда была похожа на взрослую тетку, которая обычно сидит на смене в местной библиотеке и постоянно на всех шипит.       Легкий смешок прошелся по всей их компании.              Яманака не удержалась и чуть ближе подошла к своей подруге, намеренно отдаляясь от ребят.       — Волнуешься? — достаточно понимающе спросила Сакура, что заставило Ину расширить глаза.              — Немного… А ты?              — Уже нет.              — Почему ты не отказалась от соревнований? Ты же ведь больше всех возмущалась, что вас рано записали на сдачу этого экзамена.              — Я не знаю… — Сакура повела плечами. — Мне кажется, всему свое время. По крайне мере, я до этого дошла только сейчас, — и легко улыбнулась.              — У тебя есть план?              — Вроде… Но, возможно, он не сработает: я не знаю, насколько Хьюга натренирован. А у тебя есть план?              — Доверюсь ситуации… — Ино вздернула нос и, не увидев восхищения в глазах подруги, неохотно продолжила: — Хотя я размышляла над боем…              На зрительских местах воцарилась тишина — все сидели смирно, выжидая начала боев. Тем временем на арене собрались все юные шиноби, кроме одного. Учиха нагло задерживался.       «Ну и хорошо… Если проиграешь, то Саске-кун не увидит твоего позора», — нет, внутренний голос явно издевается над ней!              — Пора начинать… — раздался голос издалека. К ним шел один из джоунинов — кажется, его звали Генма. Мужчина окинул всех оценивающим взглядом. — Кого-то не хватает?!              — Да, Учиха Саске. Но, я думаю, он просто опаздывает, — тут же вмешалась Сакура. — У него все равно последний бой, так что не стоит волноваться, Генма-сенсей.              «Сенсей? Он ее обучал?» — Ино нахмурилась. Она знала, что ее подруга стала неплохим ниндзя — отличный медик, да еще и в тайдзюцу показывала хорошие результаты. Но если, помимо Какаши-сенсея, у нее был еще один наставник… Это нечестно.       Да, саму Ино обучал отец, но это другое. Он передавал ей клановые техники, а с Сакурой работали два разных джоунина, каждый из которых мог дать нечто уникальное. С такой подготовкой Харуно не просто пройдет экзамен на чуунина — до джоунина там уже рукой подать.       Ино стало не по себе.       

***

      Наруто шел в зал ожидания, куда их отправил Генма-сенсей, почти вплотную к Сакуре, то и дело болтая без умолку. Он рассказывал какую-то чушь, которая ему самому казалась жутко важной. Вдруг с гордостью похвалился, что научился пользоваться чакрой, которая вторая, не его. Сакура приподняла бровь. Он сказал ей на ушко, что против какого-то кукольника он собирается выставить жабу. Бровь Сакуры поползла еще выше.              Ее нежно-розовые волосы были заплетены в косу, а руки стянуты тугими бинтами. Наруто сразу заметил это. Сакура ведь лучший медик в Конохе — нет, во всем мире! Раз она не залечила раны, значит, бинты нужны для чего-то другого. Или… просто ради красоты? Кто ее разберет. Узумаки вот лично не понимал, зачем столько бинтов. Впрочем, Ино аж везде себя перевязала. Для чего? Наверное, тоже для красоты. Это же девчонки, их вообще трудно понять.              Наруто снова глянул на Сакуру, и его сердце бешено забилось. Он не сдержался и тяжело вздохнул.       Бои его сейчас волновали меньше всего. На днях он столкнулся с красноволосым парнем из Песка. Тот дурак хотел убить толстобрового, но Наруто был уверен: Саске наваляет ему как следует, и тот угомонится.       «Он такой же, как я…» — вдруг промелькнуло в голове.              Нахмурившись, Наруто скосил взгляд на Гаару. Он выглядел как и всегда — лицо кирпичом, ничего не выражает. Джинчуурики скривился. В нем так же, как и в самом Наруто, живет кто-то. Он никогда не был один.       «Так же, как и он…» — снова пронеслось в мыслях.              Портить себе настроение не хотелось, и Наруто снова перевел взгляд на Харуно, с которой сел рядом на скамейке. Какая же она красивая…              В Сакуре-чан, наверное, все было идеально. Голос — звонкий и приятный. Улыбка — самая лучшая. Волосы — длинные и крутые, даже несмотря на то, что сейчас они были собраны.              Девочка на секунду задержала на нем взгляд, и мальчик добровольно утонул в вихре ее ресниц.

      Яманака Ино против Инузука Кибы

      Эти двое уже стояли напротив друг друга. Блондинка хмурилась, то и дело сжимая и разжимая кулаки от волнения. А вот собачник, наоборот, ухмылялся с наглой самоуверенностью, будто этот бой его вовсе не заботил.              Как только рефери объявил о начале и отступил, трибуны взорвались криками поддержки. Некоторые и вовсе рукоплескали. Но сами бойцы не сдвинулись с места. Впились в друг друга взглядами, будто стараясь сломить противника одной лишь силой воли. Даже кунаи доставать не спешили.       — Я не стану тебя жалеть, Ино! — неожиданно громко сказал Киба. — Я знаю по своей маме и сестре, насколько девочки могут быть сильными.              Акамару, лежавший у него на голове, громко гавкнул, поддерживая своего друга.              — А я и не прошу этого. — Яманака легко улыбнулась. — Ты проиграешь раньше.       — Хех, и не наде…              Но Инузуку перебили.              — Синтэнсин но Дзюцу!              После сложенной ручной печати переноса сознания парень тут же замер, закрыв глаза.              Поднятая рука Кибы и недоумевающий скулеж его щенка погрузили весь стадион в такую тишину, что слышно было даже легкий свист ветерка.       — Я сдаюсь!       Рефери улыбнулся и объявил:              — Победила Яманака Ино.              И всё. Все взорвались. Люди кричали, свистели и громко общались друг с другом.              — Так быстро!              — Пару минут же прошло!              — Сразу видно, Яманакам даже кунаи доставать не надо, чтобы победить.              — Это новый рекорд, да?!              Наруто, уже настроившийся внимательно следить за боем бывших одноклассников, глазам своим не поверил — всё закончилось слишком быстро. Он перевел взгляд на Сакуру. Та какое-то время таращилась на арену с открытом ртом, а затем, словно выйдя из транса, запрокинула голову назад и разразилась громким смехом.              — Наруто, ты это видел?! Ну Ино, ну дает! Вот что значит чистая работа.              — Да-а… — протянул Узумаки. — Быстро она, даттебайо… Мне казалось, бой будет долгим.       Вдруг Наруто проморгался, и на его лице появилась самая ехидная улыбка из всех возможных.              — Ахаххаха… Дураку Кибе задницу надрала девчонка! Ахахахах… Дурак! Ахахахах… — разошелся он, да так громко, как до этого смеялась Сакура. Мальчик взялся за живот, будто его резали, но продолжал хохотать.              Победительница и проигравший уже зашли к ним на помост. Яманака сияла от радости, тогда как Киба и его щенок Акамару выглядели так, будто их только что окунули в бочку с ледяной водой — полные ошеломления и недоумения.       — Молодец, Ино, — улыбнулся Нара. — Это было круто.              Поздравления посыпались в адрес Ино, и Сакура тоже не осталась в стороне. А вот Кибу тут же подхватил под локоть Шино — что было непривычно для его обычно невозмутимого характера. Наруто услышал, как они, отойдя в дальний угол, начали вполголоса переговариваться.       — Ты же знал о ее клановой технике. Разве ты не продумал план против нее?       — Продумал, — почесал Киба затылок и нахмурил тонкие брови. — Просто я думал, что она использует технику как козырь в самом конце, а не в начале.       — А Акамару?              — Он не понял, что это не я. Запах ведь тот же, да и щенок он еще.       Инузука взял на руки малыша, который до этого восседал у него на голове и тихо скулил, уткнувшись черным носиком в меховой капюшон.       — Акамару не виноват, — заключил Киба и погладил того по холке.              Наруто так и подмывало поглумиться над Кибой — он уже представлял, как скорчит перед этим лошком рожу. Но времени на это не оставалось — следующий бой был его. Так что, получив от Сакуры лучезарную улыбку и пожелание победы, он глубоко вдохнул и направился вниз, готовясь к схватке.

Узумаки Наруто против Сабаку но Канкуро

      Противник Наруто стоял напротив него с самой гадкой улыбкой, которою он когда-либо видел на разукрашенном лице. Он сразу же отзеркалил ее.       — Эй, котяра цветная! Хорош на меня так пялиться, у тебя против меня нет шансов. Лучше сдавайся сразу, и тогда я тебя пожалею! — Наруто засунул руки в карманы и скривил лицо так, что его усики на щеках изогнулись в причудливые узоры.       Кукольник, похоже, вообще не воспринимал его всерьез, поэтому блондин собирался уже крикнуть что-нибудь обидное в его адрес, прежде чем Генма объявит о начале боя. Но Канкуро его опередил:       — Я сдаюсь.              Наруто ожидал чего угодно. Он думал, что Канкуро будет плакать и умолять о пощаде, а он, такой сильный и благородный, великодушно его пощадит, сверкнет улыбкой в сторону Сакуры-чан, и та, румяная, будет сидеть на трибуне и с гордостью говорить: «Мы в одной команде!». Он был готов к тому, что марионеточник выпустит против него своих сильнейших кукол, но он с ними расправится — может, не так быстро, как Ино и Киба, но за каких-нибудь пять минут — и покажет свои лучшие техники. Например, вызовет огромную жабу, испугает противника, заставит того снова расплакаться и признать его силу. Ну и, конечно, Сакура-чан закричит, что любит его, и предложит встречаться.       Он ожидал многого, даже продумывал разные стратегии, но в своей победе не сомневался. Даже если пришлось бы обзавестись новыми синяками, уверенность в себе не угасала.              Но чего Наруто точно не ожидал, так это того, что этот разукрашенный песчаник, насмешливо глядя на него, просто сдастся.              Чувством победы здесь и не пахло.              На трибунах поднялся гул голосов, даже джоунин недоуменно скосил взгляд на Канкуро.              — Уверен? — Генма аккуратно переместил металлическую зубочистку в другой уголок рта.              — Да, я сдаюсь. — Парень все так же кривил лицо в глумливой ухмылке и, судя по всему, проигравшим себя не считал.              — Эй! — выкрикнул блондин. — Ты что такое говоришь, даттебайо?! А ну сражайся! Ты мне проиграешь, но только в честной битве!       — Нет, — улыбнулся песчаник, обнажая ряд белоснежных зубов. — Я не буду драться.       — Дерись!              — Нет.              — ДА!!! Вы из Скрытого Песка все такие, даттебайо?!              — Какие «такие»?              — Трусливые свиньи! Которые боятся принять нормальный бой! Трус! — прокричал мальчишка.       Разукрашенное лицо Канкуро передернуло от злости.              — Эй, парень, полегче, — неожиданно вклинился джоунин. — Все-таки они наши гости, не забывай об этом, — с нажимом добавил он.              — Но…              Рефери поднял руку в жесте стоп, призывая заткнуться неугомонного шиноби.              — Раз один из участников принял такое решение, я не вправе принуждать его. Поэтому победитель…              — Стойте! — Канкуро, с лица которого теперь исчезло напускное бахвальство, стоял и смотрел на Узумаки с презрением. — Я погорячился. Я буду участвовать в бою.       Трибуны снова загудели. Наруто едва ли не плевался от раздражения из-за сложившейся ситуации.              — Что ж… — протянул мужчина. — Ты уверен?              — Да.       — Ладно… в бой!!! — и рефери тут же переместился к стене.              Канкуро достал двух кукол с пушистыми разноцветными волосами. У каждой было по несколько пар рук и ног, из-за чего они больше напоминали человекопауков.              Одна из кукол тут же метнула в Наруто десяток иголок. Узумаки даже не сразу среагировал, но все-таки смог уклониться. В то же время вторая кукла, полностью управляемая тонкими нитями чакры, рванулась к нему с невероятной скоростью. Она замахнулась двумя ногами с разных сторон, а ее руки нацелились прямо ему в живот.       Блондин заблокировал удар рук, но не успел защититься от ударов ногами и почувствовал резкую боль в ребрах.              — Агр…              Мальчишка попытался отскочить, но вторая пара рук заключила его в объятья.       — Теперь понял, какие мы, шиноби Песка? Вам, Скрытый Лист, стоит тренировать свою маневренность, вы очень медленные.              — Эй, куколка, я еще не показал тебе всю свою силу!              Джинчуурики вырвался из захвата и тут же ударил в лицо одной из марионеток, а затем, как учил его извращенный отшельник, высвободил чакру — но не до конца — и со всего маху зарядил кукле прямо в центр тела. Она развалилась в долю секунды.       Не успел мальчишка порадоваться успеху, как заметил, что вторая кукла, до этого бездействовавшая, внезапно начала с бешеной скоростью раскидываться сенбонами. Блондин сумел парировать большинство, но поток не прекращался.       Сзади раздался скрежет — первая кукла вновь собралась воедино и устремилась на него. Канкуро лишь гадко рассмеялся.              — А ты думал, что будет просто?! Идиот. Даю бесплатный совет: марионеточникам всегда, слышишь, всегда есть чем удивить.              Всё шло не слишком гладко для Наруто. Призывать жабу было неудобно, да и куклы постоянно восстанавливались — Канкуро собирал их буквально на ходу, по частям. К тому же вторая кукла не давала ни секунды передышки, засыпая его иголками, словно конца-края им нет. Другая же буквально преследовала его по пятам.       Даже если бы он захотел, укрыться не получилось бы — деревья не спасали. Песчаник явно решил вымотать его, если не силой, то элементарной усталостью, которая неизбежно накатит, если он будет держать такой темп.       «Даже вздохнуть не получается. Что б его!»              Нет, бегать туда-сюда нельзя. Нужно дать отпор, сломать эти куклы. И пусть хоть десять раз собираются, Наруто будет крушить их снова и снова. А когда Канкуро устанет, он подберется поближе и врежет ему прямо в лицо, чтобы стереть эту гадкую ухмылку, которая бесила его всё сильнее. В выносливости Узумаки ему точно не проиграет.              Только мальчик собрался атаковать, только продумал технику и приготовился нанести удар, как вдруг оба бока вспыхнули жгучей болью. Он не сразу обратил внимание, но его оранжевая куртка уже пропиталась красными пятнами.       «Ранил? Но когда?!»              В самом начале, когда та кукла ударила его ногами? Видимо, на ее ступнях были шипы. А судя по тому, что раны жгло совсем не так, как при обычном кровотечении… Скорее всего, это яд.       «Даттебайо! Что за непруха! И как мне быть?»              Он пытался парировать удары, изо всех сил стараясь защититься, но слабость уже распространялась по всему телу. И Наруто это совсем не нравилось.              — Хех, не переживай, не умрешь! — улыбнулся Канкуро. — Я милосердный. Но потеря сознания и, возможно, рвота в течение недели тебе обеспечена.       «Черт. Даже определить, что за яд, невозможно — такие симптомы подходят под любое отравление».              — А ты крепкий. После такого вливания яда люди падают через минуту, а ты держишься.       Наруто почувствовал резкий дискомфорт: помимо жжения в ребрах, у него начали чесаться руки и пальцы ног, словно он не мыл их неделями. Ощущения были настолько яркими, что это начинало бесить. Он закусил губу, скривил лицо и, оттянув нижнее веко, показал язык.       — Лох! — крикнул он и рванулся вперед, намереваясь пробиться к марионеточнику, несмотря на кукол, которые вставали у него на пути, не подпуская к противнику. Даже к нитям чакры нельзя было прикоснуться. Узумаки начинал злиться.              Можно было бы использовать техники ветра, но он не был в них силен, а на создание клонов просто не хватало времени, чтобы сложить печати.              Но вдруг у него выдалась секунда — и он не пожалел чакры, заполнив поле боя сотнями теневых клонов. Канкуро обомлел, его куклы на мгновение замерли, а Наруто бросился в атаку.              Все клоны разом навалились на песчаника, но кукла выпустила град сенбонов, и больше половины теневых копий рассеялись в одно мгновение. Блондин от неожиданности округлил рот, сложив губы в идеальную букву «О».              — Ахахаха… Теневые клоны? Вы, Скрытый Лист, так на них надеетесь, да вот только таких клонов победить легче, чем песчаных клонов.              Джинчуурики зарычал. Канкуро с непередаваемой легкостью разрушал все его козыри, будто играючи.              «Тысячи крыс победят медведя», — прозвучал у Наруто в голове голос Ируки-сенсея.              Пусть уничтожает его клонов. Пусть перехватит сотню.              «Сотню, но не тысячу».              Наруто создал тысячу своих копий, и все они разом налетели на песчаника и его кукол. Канкуро пытался среагировать, но не успел.              За завесой пыли раздался голос:              — Победил Узумаки Наруто.              Рефери с ленцой смотрел на блондина, который приставил кунай к горлу противника.              Аплодисменты и выкрики были столь громкими, что, казалось, могли оглушить.

***

      Я с искренней улыбкой хлопала Наруто, который уже поднимался по лестнице, и, охваченная внезапной волной гордости, обняла его.              — Это было круто!              Узумаки засмущался и попытался что-то сказать, но лишь выдохнул, так и не найдя вразумительных слов.              Он сильный. Очень сильный. Теневые клоны могут создавать только джоунины, а чтобы в таком количестве — таким могли похвастаться лишь единицы. Я видела это не в первый раз, но меня все равно поражала легкость, с которой он применял технику, и то, как трудно было ей противостоять.              — Наруто, Канкуро сказал, что влил в тебя яд.       — Не переживай, Сакура-чан, — мальчишка улыбнулся. — Ко мне уже подошли медики и дали антодот.              — Антидот, — поправила я его.              — Антидот, даттебайо!

Сабаку но Темари против Нара Шикамару

      Объявленные имена застали всех врасплох. Шикамару тяжело вздохнул, получил от Ино тычок в бок, но всё же поднялся, готовый идти в бой. А вот Темари стояла рядом с Гаарой, и они о чем-то шептались.              — Я сдаюсь! — вдруг крикнула она. В отличие от брата, даже не сделав шага на арену.              Толпа загудела — это уже второй отказ от боя за сегодняшний день.       «Что это с гордыми песчаниками, которые не видят земли под ногами? Почему вдруг пошли на попятную?»              Мне это не понравилось. Я перевела взгляд на красноволосого. Вид у него был такой, будто только коснись — и он тебя голыми руками задушит. И вряд ли кто-то успеет помешать. Темари рядом выглядела взволнованной, то и дело мяла пальцы.              «Либо у меня паранойя, либо что-то не так».              Невольно я посмотрела на джоунинов из охраны. Они переглянулись и сделали только одним им понятный жест.              Я вздохнула.              «Здесь есть более опытные люди, уж как-нибудь разберутся. Но вот где Какаши-сенсей, когда он так нужен?»              — Я тоже сдаюсь, — спокойный голос прервал мои мысли. Шикамару в отличие от Темари выглядел как-то чересчур воодушевленно. — Если мой противник желает, я приму поражение.              — Да что с вами не так?! — послышался возмущенный крик из толпы.              Генма-сенсей лишь повел плечами.              — Ну так что? Оба вылетаете или как?              — Оба вылетаем! — рявкнула блондинка.              — Хорошо… Сабаку но Темари и Нара Шикамару удалены из экзамена. Тогда объявляем следующий бой.

Абураме Шино против Танака Цутоми

      — Какаши-сенсея до сих пор нет. Как и Саске, — я оглядывалась по сторонам, отмечая, что остальные наставники были со своими подопечными. — Это вообще на них не похоже. Надеюсь, ничего не случилось…              — Может, Саске струсил?.. — без особого энтузиазма предположил блондин.              Видимо, и сам понимал, что Учиха скорее харакири бы совершил, чем пропустил бой.       — Нет, тут дело в другом.              Меня слегка потряхивало от волнения. Я из принципа избегала взгляда в сторону Хьюги. Он сидел неподвижно, словно статуя, и даже не удостоил меня своим белесым взглядом. Но, несмотря на все усилия, я то и дело украдкой на него поглядывала.       «Нет смысла тревожиться из-за неизбежного».       У меня уже был готов план, который полностью меня устраивал и имел все шансы на успех.       Я тяжело вздохнула и обратила внимание на арену.       Разница в силе между этими двумя была настолько очевидна, что для многих шиноби бой заранее казался неинтересным.       Водные техники Цутоми были мощными, но рой жуков Абураме мог легко захватить его в ловушку. Шино, казалось, был самым изворотливым из всех, кого я знала. То ли он использовал иллюзию, то ли его клановые техники сами по себе обладали таким эффектом, но рой несколько раз словно раздваивался, при этом не уменьшаясь в количестве.       Цутоми, поняв, что дальний бой бесполезен, решил перейти к рукопашному — и это стало его главной ошибкой. Абураме, конечно, не был бойцом уровня Саске, но дрался весьма неплохо. Однако даже во время ближнего боя его жуки никуда не исчезли — они бегали по телу шиноби из Скрытого Водопада, мешая ему двигаться и вынуждая терять концентрацию.       — Тц, Шино выиграет. Он даже без клановой техники сильный, — решил подать голос Киба после своего фееричного проигрыша. Его щенок ему тут же подыграл, гавкнув.       — Ты в своей победе тоже был уверен. Как видишь, не удалось, хех, —не сдержался Наруто, начав задираться.       — Тц, ты рано радуешься, дурак. Возможно, твоим следующим противником будет Ино, и тогда я тоже посмеюсь с твоего проигрыша, — расплылся Киба в улыбке, нагло поблескивая клыками при свете дня.       Узумаки тут же потерял весь задор, его лицо побледнело, а желание шутить мгновенно пропало. Он поморщился и сосредоточился на бою внизу.       Меня переполняла гордость за троих бывших одноклассников. Во-первых, за Ино — она доказала, что для победы не всегда нужно пачкать руки в прямом бою. Во-вторых, за Кибу — он принял поражение с честью, не устраивая сцен. И, наконец, за Наруто, который осознал, что даже у него есть пределы. Это было удивительное чувство.       Тем временем на арене произошло нечто неожиданное — Шино вдруг отказался от помощи жуков. Вместо этого он схватил противника в жесткий захват и принялся методично бить его по лицу с такой скоростью, что тот даже не успевал защищаться или уклоняться. Это было странно. Обычно мальчик был крайне спокоен, а сейчас буквально вышел из себя.       Несколько мощных ударов в лицо нехило так разукрасили физиономию Танака, а финальный резкий удар по шее отправил его в нокаут.       — Победил Абураме Шино! — объявил рефери.       — Ого, даттебайо…       — Да… — удивленно кивнула я красноречивой реплике блондина.       — Тц, этот Цутоми кое-что сказал Шино про его отца, я бы тоже взбесился, — буркнул Киба.       — Как ты услышал?       — Сакура-а… — протянул собачник, зыркнув на меня своими узкими зрачками.       Я не раз задумывалась, у кого взгляд страшнее: у Хинаты или у Кибы? Что жутко по-настоящему — полностью белые зрачки, в которых только приглядевшись можно уловить легкий оттенок сиреневого или серого, или же острый, пристальный взгляд хищника? Я так и не определилась.       — Мои уши, нос и глаза лучше, чем у всех здесь присутствующих.       Акамару громко гавкнул.       — Верно, мой друг, — погладил он пса.       — А если я пёрну прямо тебе в лицо, ты упадешь в обморок? — Узумаки был неисправим.       Я тяжело вздохнула, уже готовясь разнимать этих дураков, но боги были ко мне милосердны. Кибу позвала Куренай-сенсей, и конфликт угас, даже не разгоревшись.

Фибуки Керо против Шибуки

      Двое шиноби вышли на арену, и начался бой.       Какаши-сенсея до сих пор не было, а мой бой — следующий. Я уже ни на кого не смотрела. Наруто что-то говорил рядом, но мне откровенно было все равно.       Внезапно скрутило живот, а тело обдало ледяным потом. На меня накатил страх и волнение, словно снежная лавина, сравнимая по масштабу с горными вершинами.       Я то и дело массировала пальцы рук, кусала губы. Легкая дрожь в ногах откровенно бесила, а скрученность в животе издевалась надо мной. Я уже сбегала в туалет, так что причина явно была не в еде.       — Видишь того парня с черными волосами? Он сын главы Скрытого Водопада, его Шибуки звать. У них, кстати, власть передается по наследству, в отличие от Скрытого Листа, где Хокаге выбирают либо сам предшественник, либо старейшины, — отозвался Шикамару, который после отказа от боя выглядел если не лучезарным зайцем, то, по крайне мере, вполне удовлетворённым жизнью человеком.       Я на такое счастье рассчитывать не могла. Неджи вряд ли откажется от боя, а я не могу сдаться чисто из принципа и чувства долга перед своим ментальным возрастом. Все-таки по прошествию лет я не забывала о том, что тетя я взрослая и что местной яндере не могу проиграть.       Резкие охи зрителей неожиданно отрезвили меня.       Фибуки Керо был проткнут насквозь, но и Шибуки был ранен в глаз, а кунай противника вошел ему прямо в плечо. Оба тяжело дышали, с их тел буквально ручьями стекала алая жидкость, но бой не останавливали. Ниндзя-медики уже стояли наготове и лишь ждали допуск к оказанию помощи.       В следующую секунду оба шиноби рухнули без сознания. Они были живы, их раны не смертельны — целители принялись за работу прямо на ходу.       Оба проиграли.       Я уставилась на лужу крови, которая медленно впитывалась в землю. Ярко-алая, она казалась чужеродно-красочной на фоне серого камня и зелени кустов.

Хьюга Неджи против Харуно Сакуры

      Живот скрутило еще сильнее.       — Удачи, Сакура-чан!!! Надери ему зад! — Наруто, как всегда, широко улыбался. Его голос звенел от неиссякаемого энтузиазма, но вместо уверенности вызывал лишь раздражение.       Я на ватных ногах начала спускаться по ступенькам, ощущая затылком ледяной холод, исходящий от моего противника. Неджи шел за мной медленным, размеренным шагом.       «О боги, пусть он не заметит, как с меня течет пот!» Мы встали напротив друг друга. Рефери сделал взмах рукой, давая сигнал к началу боя, и незамедлительно отскочил.       Я столкнулась с самым равнодушным взглядом, который когда-либо видела в обеих своих жизнях. Даже у продавцов в продуктовых лавках больше интереса к случайным покупателям, чем у Неджи ко мне.       Улыбка сама собой появилась на лице. Я медленно облизнула губы. Волнение прошло — тело обуяло невероятное спокойствие, словно в кровеносных сосудах образовался штиль. Дрожь тоже ушла.       «Я выиграю у него. И плевать на ментальный возраст — я не стану тебя жалеть. На войне все средства хороши. А мой главный козырь? Я знаю, какой была моя прошлая жизнь».       — Ты так и будешь стоять и прожигать меня своими зенками? — Я положила руку на бедро и сказала это настолько нагло, что у мальчишки слегка поднялась бровь.       — Можешь напасть первой, я даю добро, — он говорил монотонно, словно даже мысль, что я смогу его ранить, даже не приходила ему в голову.       — Ахах… Обещаешь, что не сильно расстроишься, когда окажешься у моих ног в момент проигрыша?       — Этого не произойдет.       — Мечтай. Суйтон: Дикая водяная волна!       Из моего рта вырвался мощный поток воды, заставивший Неджи отскочить назад. Но, видимо, мой монолог его задел — он решил избавиться от меня побыстрее и тут же бросился в мою сторону.       «Отлично!»       Он даже не попытался достать кунай или сенбон. Казалось, никакого оружия ему и не нужно — в его ладонях больше силы, чем во всех колюще-режущих предметах вместе взятых. Возможно, так оно и есть.       Неджи лишь активировал Бьякуган.       Я метнула в него сенбоны, заранее смазанные ядом. Достаточно лишь капли — и он тут же начинает действовать, заставляя кровь мгновенно сворачиваться, отчего тело каменеет в считанные секунды. Ничего критичного: для восстановления даже не требуется медицинское вмешательство. Действует он недолго — максимум полчаса, а если противник крепкий, как бык, или обладает регенерацией, как у Наруто (которого вообще далеко не все яды берут), то хватит и десяти минут.       Конечно, можно было взять что-то посильнее, но не все яды сохраняют свойства при контакте с металлом — многие попросту выветриваются. А вот этот, известный под названием «Крепкие объятия», устойчив даже к открытому воздуху.       Хьюга сначала просто уклонялся, не удосужившись даже достать кунай, чтобы отбивать снаряды. Но стоило мне увеличить их количество, уворачиваться стало бессмысленно. Сенбонов у меня было много. Настолько, что я, пожалуй, могла бы посоревноваться с той самой куклой Канкуро, которая за раз выпускала их десятками.       Если задену его ядом — отлично. Если нет, то хотя бы заставлю попотеть и показать хотя бы часть техник. Подпускать его к себе нельзя — в рукопашной у меня шансов нет, он слишком быстрый.       Стоило мне метнуть уже пять кунаев вместе с сенбонами, как Неджи тут же закрутился волчком, и вокруг него вспыхнуло голубое сияние, напоминающее цунами. Именно оно отбило весь металл, разметав снаряды в разные стороны. Некоторые даже полетели обратно в мою сторону — пришлось отбиваться.       «Твою мать! Что это было?!»       Я выхватила свиток, купленный у дедушки Тен-Тен за приличную сумму, быстро сложила концентрирующую печать и высвободила целый поток кунаев. Сотня снарядов разом устремилась к Хьюге, но он снова закрутился, без особого труда отбивая их.       Он даже не запыхался. В отличие от меня.       «Идиотка! Он в одной команде с Тен-тен! У нее таких свитков сотни, и они наверняка тренировались вместе. Его такими игрушками не удивить!»       — Это все? — словно прочитав мои мысли, мальчишка остановился и спокойно посмотрел на меня. — Если да, то пора заканчивать этот бессмысленный бой.       Неджи рванул вперед так стремительно, что я чудом успела выхватить кунай, хотя бы заставив его чуть изменить траекторию удара. Его ладонь, окутанная мягким голубым свечением, прошла в сантиметрах от моей кожи.       Но он не остановился.       Следующее движение — и его нога со всей силы врезалась мне в живот. Воздух с шумом вырвался из легких, а тело отлетело к краю арены. К счастью, удар смягчили деревья, иначе я бы впечаталась прямо в стену.       — Агрх… — прохрипела я, выплюнула кровь и подняла взгляд на Неджи.       Он по-прежнему стоял в центре арены, не сводя с меня взгляда. Спокойный, невозмутимый.       Я демонстративно поднесла руку с зеленым свечением шосена к ране. Боль от удара все еще пульсировала в животе, но чакра проходила свободно. Значит, он может перекрывать каналы только через руки. Хорошо.       «Отлично. Значит, мне нужно занять его руки. Даже если придется пропускать удары ногами».       Перед глазами промелькнули кадры его боя с Хинатой. Тогда он сражался иначе. Видимо, против членов своего клана Хьюга придерживаются традиционного стиля, но со мной, чужачкой, он не собирался церемониться.       Кое-как придя в себя, я медленно, чуть ли не походкой от бедра, шла навстречу мальчишке. Он лишь провел рукой по белой рубахе, как будто смахивая невидимую пылинку.       Меня этот жест взбесил.       — Я слышала, в твоем клане ты словно раб. Это правда?       Маленькая манипуляция. Грязный приём, но мне нужно было вывести его из себя.       Уголок его брови дернулся. Потом еще раз. А следом взгляд стал жестче. «Отлично».       «Похоже, несколькими синяками я не отделаюсь. Плевать. Я знала, на что иду».       — Заткнись! — прошипел он таким голосом, что, казалось, со мной говорит змея.       В голове некстати промелькнули кадры из фильма «Гарри Поттер», когда герои общались со змеями.       «А я думала, что и позабыла такие мелочи. Видимо, нервы».       Я улыбнулась.       — О, так это правда? Хреново, наверное, быть сильным и одаренным ребенком, но при этом оставаться рабом в собственном доме. — Я развела руками, мол, показывая, как это неловко. — Скажи, ты плачешь ночью в подушку?       На меня налетел бульдозер. Быстрый. Резкий. Раньше он сдерживался. Нет, он играл. Но сейчас он собирался вырубить меня за секунды.       Я следила за его руками, но пропустила удар. Потом еще один. Еще. Его ноги безжалостно врезались в ребра, в руки, заставляя меня с трудом удерживать равновесие.       Скрипнув зубами, я попыталась сконцентрировать чакру в руке и ударила по земле, когда появилась возможность. По арене пошли трещины, почва дрогнула. Валунов, как я надеялась, не вышло, но этого хватило, чтобы он на мгновение замешкался и отпрыгнул назад.       Я театрально начала залечивать шосеном синяки. В другой ситуации я бы не тратила чакру на мелкие раны, но сейчас нужно было продолжать игру.       — Ты настолько ничтожен в своем родном доме, что вынужден обращаться к Хинате в уважительной манере, при этом говоря, какая она слабая, и чуть ли не плюясь в ее сторону. — Я усмехнулась. — Мальчик, у тебя походу биполярка!       — Ты ничего обо мне не знаешь…       — Да?! Так, может, расскажешь? — я вскинула бровь. — А то пока я знаю только одно: по-хорошему тебе разрешенно лишь мыть полы и молчать в тряпочку. Разве не так?       Лицо Неджи исказилось в ярости.       Он снова бросился на меня — теперь уже с криком.       Я отходила назад, бросая кунаи, но он легко отбивал их. Его рука метнулась прямо мне в живот — я попыталась выставить сенбоны, но они изогнулись под действием его чакры, не причинив ему вреда.       Я пропустила удар ногой в лицо. Не сильный, но чертовски болезненный.       Я не выдержу против него в близком бою.       — Такое ничтожество, как ты, не смеет даже предполагать, кто я такой. Ты слаба от рождения. У тебя и шанса нет.       — Да? — я улыбнулась, снова залечивая ушиб.       Я не спешила приближаться к Неджи, в итоге мы начали ходить кругами.       — И это ты говоришь? Ты! У которого в команде два бесклановых ниндзя, и один из них вообще без намека на чакру, при этом показывает такой сильный бой, что можно только стоя аплодировать. — А твой сенсей? — я склонила голову, будто задумавшись. — Если не ошибаюсь, Гая-сенсея называют Зеленым Зверем Конохи. Прозвища просто так не даются. Так почему у меня нет шансов? Ведь это ты раб, а вон как дерешься?       Я снова улыбнулась, при этом очень миленько, несмотря на скопившуюся кровь на зубах, которую я то и дело выплевывала.       На лице Неджи отразилось спокойствие — настолько странное, что у меня по спине пробежали мурашки.       Я вдохнула глубже, и ребра тут же пронзила боль.       — Ты так и не ответил: часто ли плачешь в подушку из-за несправедливости судьбы?       — Ты ничего не знаешь о несправедливости, — сказал он спокойно.       — Да? — я ухмыльнулась. — В моей команде есть Учиха Саске. Слышал о нём? Способный малый. Так вот, у него на глазах родной брат вырезал всю семью. Мой другой сокомандник, Узумаки Наруто, с детства сирота, которого если не вся, то большая часть деревни винит во всех бедах. Знаешь… — Я сделала взмах рукой, указывая на трибуну. — Мы живем в деревне ниндзя. Тут у каждого второго есть своя трагедия. И порой несправедливость жизни настолько зашкаливает, что проще умереть, но люди этого не делают. Они стараются вести себя благоразумно, уважать людей вокруг и не ныть почем зря. От тебя же буквально веет слабостью. И желанием похныкать в подушку, как в самых дешевых мелодрамах…              «Куда еще ниже, а, Сакура?» — внутренний голос буквально вопил, закатывая глаза.              Я ведь взрослая. Люблю это повторять. Но сейчас я просто наехала на него без повода. По факту Неджи не сделал мне ничего. Но вывести его на эмоции было моей главной задачей.              — Я расскажу тебе о несправедливости… — неожиданно произнес он, стоя при этом как истукан.              И Неджи рассказал все: и про отца, и про его смерть ради спасения главы клана, и про проклятую печать, не постеснявшись ее показать. Она… черт возьми, напоминала нацистскую свастику. Неджи не скрывал своего прошлого. Он вылил его на всеобщее обозрение, будто хотел, чтобы все знали.              «Мда… хреново у него все. А я еще и рабом его называла».              В голове всплыло давнишнее воспоминание, когда к нам в деревню прибыли гости из Скрытого Облака, а после были похороны в клане Хьюга.       «Так эти события были связаны? Ого, не ожидала…»       — Теперь ты знаешь, что такое несправедливость, и это последнее, что ты услышишь! — Он полетел в мою сторону так быстро, с таким криком, что, казалось, заложит уши.       Вот он — мой рубикон.       Или сейчас или никогда!       Я вскинула руки, активировав в одной из них шосен, словно хотела себя подлечить.       Неджи не колебался. Его вздутые вены говорили сами за себя — он собрался расфигачить все мои чакра-каналы. Но в последний миг…       Я резанула по венам. По обеим его рукам. Неджи замер. Прямо передо мной.       «Сработало!»       Я незамедлительно достала флакон с ядом, тем самым, которым заранее смазывала сенбоны, и быстро влила его в открытую рану, пока Неджи пытался прийти в себя. Затем одним точным движением перерезала сухожилия на его ногах.       Неджи упал на колени.       Он с раскрытыми от шока глазами смотрел словно не на меня. Он вообще выглядел таким потрясенным, что не сразу смог начать дышать.       — С проколотым насквозь животом у тебя было бы больше шансов, чем с порезанными руками и ногами и влитым ядом.       — Как?.. — только прохрипел он, видимо, язык начал неметь.       — Вы, Хьюга, удивительны, — продолжила я. — Ваш бьякуган способен замечать мельчайшие детали, и от него практически невозможно скрыться. Но вот незадача: вы абсолютно не различаете шосен и медицинский скальпель. Видимо, они одинаково выглядят для вашего доудзюцу.       Я смотрела на него совершенно спокойно, не испытывая радости от победы.       — Мне жаль, что тебе выпала такая жестокая судьба. Но пора бы перестать вести себя столь высокомерно. Попробуй посмотреть на мир с пониманием.       И всё, Неджи окончательно упал к моим ногам.       На какое-то время воцарилась тишина.       — Победитель — Харуно Сакура!       Трибуны взорвались оглушительными овациями.