Свобода от счастья

      До похорон в Энтони таилась надежда, что это всё — Мерлиновая ошибка. Ему казалось, что вот-вот прилетит сова и принесёт письмо с новостями, что Кассиопея жива. Что они ошиблись, перепутали, попали под воздействие странного проклятия. Что угодно, лишь бы увидеть и услышать Кассиопею снова. Живой.              Энтони не плакал и не кричал. Он привык к смертям. Но какого же было его удивление, когда он понял, что смерть девушки что-то задела в нём. Было больно. Невыносимо больно. Энтони не должен был привязываться, но сделал это.              Кассиопея, камень, цветы и две даты. Без фамилии, без привязанности к родовому кладбищу. Обычное кладбище, где лежали сотни таких же трупов. Холодный камень, две даты и тело под землёй.              Энтони думал, что у чистокровных все мероприятия громкие и многолюдные. Похороны Кассиопеи были тихими. Людей было мало: выпускники Слизерина, пара гриффиндорок, которые училось с Энтони на одном курсе и несколько людей, которых Долохов видел впервые.              Он ощущал себя лишним с новыми заживляющими шрамами на коже, но Певерелл просто молча протянула ему чёрный костюм утром и руку, чтобы они вместе трансгрессировали.       Откровенно говоря, Энтони было тяжело и больно стоять долгое время. Он привык к боли, раньше бы даже, возможно, особо не обратил на это внимание. В бегах, когда у тебя переломаны ребра и всё тело ноет даже несмотря на обезболивающее, важно было заткнуть свои ощущения и продолжать двигаться. Но сейчас было неимоверно тяжело. Непонятно только от новых ли это шрамов и ран на его теле или же от комка в горле, который поселился и отравлял существование Долохова.              Имел ли он право разделять со всеми боль? Стоять рядом с плачущей Каллидорой Блэк, которую успокаивал неизвестный Тони парень, пока ноги прожигались фантомной болью каждый раз, когда кто-то поднимал свою волшебную палочку. Положить пачку сигарет на свежую могилу, как Вернель Розье, пока новая чистая рубашка болезненно натирала рубцы на руках. Сжимать кулаки от беспомощности, как Тарквин Эйвери, пока хотелось скукожиться в маленький комочек, когда кто-то смотрел на него. Стоять рядом с Поллуксом и Дореей Блэк, как Айрис, пока он ощущал себя бесконечно слабым и бесполезным.              Холодная маска Певерелл не сходила на протяжении всей прощальной церемонии. Девушка была мрачно тихой.              Но стоило ей трансгрессировать к поместью Певереллов, как она просто свалилась на землю, испугав Энтони, который мигом осел на траву рядом с ней. Она обхватила голову руками и затряслась. Беззвучно. Больно впиваясь ногтями в собственные ладони. Прикусывая губы до крови и смотря вперёд невидящими глазами.              Энтони позволил своим ногам ослабеть и согнуться рядом на траве, не смелясь прикоснуться к Айрис, и молча разделял с неё всё, что мог, будто имел на это право.

♛ ♛ ♛

      Энтони полагал, что если больше ничего нельзя сделать, то все просто продолжают жить. Будто всё нормально. Айрис, возможно, придерживалась такой же тактики, но…              Прошло две недели. Они с Айрис избегали друг друга в поместье, почти не пересекались.              Он не заходил в комнату, где остались лежать вещи Кассиопеи. Возможно, Айрис разобрала вещи подруги: оставила их или отдала Блэкам. Энтони не знал. Как и не знал, что ему нужно было делать. Он привык к самостоятельной жизни, привык к совместной жизни с гриффиндорцами, но теперь понятия не имел, как жить с Айрис.              Как жить с каким-то смыслом в принципе, если быть точнее. Его жизнь должна была обрести смысл. Кассиопея погибла по его вине, это не должно было быть просто так. Но это было.              Энтони понял это, когда сбежал из поместья. Он сам не знал, зачем это сделал. Просто в какой-то момент он стал ощущать себя призраком в этом доме.       В один момент ему показалось, что за ним следят на улице и Энтони остановился. Он закрыл глаза и уже был готов к чужому нападению, был готов поддаться, но на него никто не напал. Люди просто продолжали проходить мимо, в витринах не отражались подозрительные взгляды. И в этот момент сердце Энтони поражённо замерло. Люди отца теперь прекрасно знали, где его можно было найти, но они не схватили Энтони. Даже слежки никакой не было, хотя он провёл много времени на улице. Неужели, Массерия не выжил? Но другая мысль кричала намного громче, заставляя парня трансгрессировать.       Он действительно захотел сдаться и сделать смерть Касси бессмысленной, решив сдаться людям Массерия?              Он вернулся в поместье и не выходил из комнаты, которую ему выделила Айрис, в течении нескольких дней.              Всё было неуклюже. Энтони заметил, что Айрис изредка пополняла холодильник, но там были в основном блюда быстрого приготовления. Девушка явно питалась неполноценно, Энтони быстро понял, что в основном сам тратил еду. Долохов не представлял, как заставить девушку питаться, когда они даже в коридорах неловко встречались взглядами и расходились. Их жизнь вместе напоминала неуклюжий танец, где каждый партнер старался делать свои движения, но не мог синхронизироваться с другим. Или же просто оба не знали эту мелодию и то, как нужно было двигаться.              Ничего не было нормально.              «Могло быть хуже», — мысленно повторил себе он.              — Это не твоя вина, — повторил Энтони слова Певерелл, которые были произнесены колючим от неупотребления голосом. Это последний раз, когда она заговорила с ним вслух за последние несколько дней. — Грин-де-Вальд убил её.              Смотря на себя в зеркале, Энтони заметил глубокое отчаяние в своих глазах. Что он мог сделать? Почему он снова чувствует себя лишним? Почему не может уйти? Почему он чувствует такую сильную вину? Почему…              В голове Энтони кричал голос сестры. Она яростно упрекала его, напоминала об обещаниях.              Он мог сбежать. Натали всегда твердила ему, что нельзя привязываться. Может, она была права. Нельзя было привязываться, чтобы было проще покидать места. Энтони видел Антонио в зеркале: такого потерянного и боязливого, с новыми признаками того, что Массерия одержал верх над ним.              Новые красные линии на запястье не были попыткой самоубийства. Айрис, наверное, хорошо потратилась на заживляющие зелья для него, а он? Он просто пытался получить какое-то облегчение. И это сработало так хорошо, что теперь он жаждал этого снова. Этой секундной свободы и пустоты.              Он не мог изменить своё прошлое, но и убегать от него тоже вечно не мог. Оно напоминало о себе каждый раз, когда он смотрелся в зеркало; каждый раз, когда он инстинктивно искал путь побега, осматривая новое помещение; каждый раз, когда он снимал одежду и видел своё уродливое тело.              Перед глазами снова и снова появлялись мёртвые глаза Кассиопеи. Он снова смотрел в опустевшие глаза Айрис, когда она озвучила то, что изменило всё. Мертва. Мертва. Мертва.              Смерть забрала ту, кто меньше всего этого заслуживала. Это было так неправильно, что Энтони начинало тошнить.              Раньше всё было намного проще. Энтони всегда знал, что его ждала смерть с распростёртыми объятьями. Он знал, что ему не светит долгая и мирная жизнь. Но теперь всё поменялось и Энтони не знал, что с этим делать. Он никогда не позволял этой мечте расцвести в своём сердце. Раньше и смерти вокруг не были значимы. Даже смерть его сестры была другой. Опустошающей, но не давящей. Смерть Натали была ожидаемой, в каком-то извращённом смысле. Как и его собственный конец. А теперь же на его плечи вдруг свалилась ответственность за то, что он мог жить дальше. И, возможно, долго. Но Энтони не мог придумать почему из них двоих именно он должен был выжить, какой смысл он мог вложить в свою жизнь, чтобы чаша весов склонилась на его сторону, а не на сторону Касси.              Но тем не менее, именно он выжил. И он понятия не имел, что делать дальше с этим знанием. Почему он продолжал жить? Почему умирали другие? Как ему сделать их смерти значимыми? Кто он такой, чтобы продолжать дышать, когда они лежали глубоко под землёй?              Он забыл. Забыл, как хорошо помогали новые бордовые линии на коже. Запретил себе помнить, когда решился бороться. Но теперь он вспомнил и это было так приятно: освободить часть кислоты, накопившейся внутри него. Теперь хотелось сделать ещё несколько порезов.              Теперь придется бороться намного сильнее, чтобы остановить себя, с досадой понял Долохов.              Энтони не утруждал себя снятием одежды. Он ввалился в душ и позволил горячей воде обжечь новые порезы. Он механически перебирал пальцами, словно пытаясь сосчитать что-то важное.

♛ ♛ ♛

      Айрис не понимала, чего от неё все хотели. Она тупо пялилась в тёмный потолок, закинув ноги на подлокотники идеального, несомненно дорогого, кресла в мэноре Поллукса.              Она не помнила, как оказалась здесь, и в целом было плевать. Вроде это Вернель привёл её сюда и даже посидел с ней некоторое время. Возможно, он пытался завести какой-то разговор, но Айрис не слышала. А был ли смысл? Ей казалось, что она не в силах даже пальцем пошевелить, что уж думать о том, чтобы произнести хоть слово.              Потолок стал раздражать. Она перевела взгляд в сторону и наткнулась на мрачное лицо Поллукса, который сидел в кресле напротив. Почему Блэк так внимательно смотрел на неё? Он даже бровью не дёрнул из-за испачканной ботинками мебели. Айрис принялась снова бездушно глядеть в потолок, не желая видеть хоть кого-то.              — Айрис, — напомнил о своём существовании Поллукс, спустя... пару минут? Час? День?              Плевать.              Ощущать своё существование в мире стало трудно. Июль смазался в одно большое пятно в её голове. Где она, с кем? Какая разница? Не важно. Плевать. Она не хотела говорить об этом. Вообще не хотела говорить.              — Поллукс, — единственное, что смогла протиснуть сквозь зубы Айрис.              Блэк медленно встал и Айрис закрыла глаза. Спустя секунду, она почувствовала, как кто-то осторожно дотронулся до её запястья.              Поллукс медленно передал Айрис бокал огневиски, и это было лучше, чем любые слова. Они выпили молча, зная, что другой понимает чувства другого. Может, Вернель был не совсем идиотом, раз привёл её сюда. Поллукс также не хотел разговаривать.              Следующую порцию оба выпили из горла, по очереди передавая друг другу бутылку. Это было единственное, что им оставалось — просто сидеть рядом и понимать друг друга на каком-то сломленном уровне.              Ночью Айрис трансгрессировала в своё поместье, неловко накрыв уснувшего на диване Блэка пледом.

♛ ♛ ♛

      Нет. Он не поддастся желанию. Он сможет.              Энтони облокотился на раковину. Его руки схватились за край и заметно подрагивали. Он взглянул на свое отражение. Отросшие растрёпанные каштаново-рыжие волосы, тёмные круги под глазами, сжатые губы и трепещущие ноздри. Он посмотрел немного левее, замечая Айрис в отражении.              Она вскинула бровь. Верно, сейчас наверное ночь. Или раннее утро. Кошмары не спрашивали, когда стоило прийти.              — Газеты, — мрачно усмехнулся Долохов, встречаясь с серо-зелёными глазами Айрис. — Обычное нападение на выпустившихся студентов?              Тони молча выдержал её взгляд и неуверенно улыбнулся. Айрис видела, что это насквозь фальшиво, но промолчала. Энтони вздохнул и отвёл взгляд.              Если была бы возможность прибегнуть к старой тактике, то Долохов бы уже это сделал. Был бы рядом, не спеша и осторожно вывел бы Айрис на диалог, но девушка не была настроена идти на встречу. А Энтони не чувствовал в себе силы взять инициативу. Как минимум нужно было знать в какую сторону направлять диалог, какие темы затронуть. Энтони же не знал, чувствуя себя потерянным. Именно поэтому он решил оставлять Айрис наедине с собой в последнее время. А может просто понимал, что совершенно не знает, как помочь.              Или, чувствуя, как тонет сам, не видел смысла пытаться помочь другому.              Он не был глуп, как иногда демонстрировал. Айрис была не в порядке и он понятия не имел, как это исправить. Энтони предполагал, что они не смогут сосуществовать в одной комнате, пока Айрис сама этого не захочет. Что уж говорить о диалоге.              Но, возможно, его тактика была не настолько тупой. Айрис тихо вздохнула привлекая его внимание.              — И мы не можем дать показания, — она прикрыла глаза, разрывая недлительный зрительный контакт. Что-то кольнуло в сердце Энтони от этого действия. Пожалуйста, пусть она не отворачивается. — Твой мозг нельзя прочитать, а мой хранит слишком много того, за что меня могут посадить. Нас даже слушать не будут, если мы заговорим о Грин-де-Вальде. Министерство погрязло в цензуре, Фоули не допустит этого. Что могут сделать подростки против всей системы без опоры?              Она сухо пожала плечами и снова посмотрела на Энтони. Она выглядела такой же потрёпанной, как и он. Руки Энтони сжали край раковины сильнее.              — Сейчас мы слабы, — едва различимо прошептала Айрис, словно для себя.              — Какого дракла? Разве Касси не была Блэк? Я думал, они важные шишки!              Не идеально, но не так уж неловко, верно? Какой-то диалог. Они разговаривают впервые за… Месяц? Больше?              — Её отцу стало плевать на неё, когда она сбежала из семьи, — голос Айрис звучал спокойно и ровно, словно она читала стихи наизусть. — От неё отреклись. Не заметил? К ней никто не обращался, как “Блэк”. Все это знали, прошлым летом был скандал. Её даже не похоронили на семейном кладбище.              Энтони молча кивнул и до боли прикусил губу, чувствуя опустошающее бессилие. Айрис скрестила руки на груди и повисла глупая пауза, которую никто не решил нарушить. Энтони полагал, что могло быть в разы хуже.              Они простояли в тишине пару минут, а после девушка оставила Тони одного в ванной.              Энтони захотелось спрыгнуть с крыши, но не чтобы умереть. Просто снять стресс, ударившись о тротуар, а затем встать и пойти выпить чаю. Или что-то в этом роде.

♛ ♛ ♛

      Певерелл смотрела в свою тарелку так, словно видела в ней не еду, а что-то совершенно другое. Энтони надеялся, что это не из-за того, что он плохо приготовил ужин. Может, вскоре к ней вернётся аппетит.              Каждый раз, когда они ели вместе, возникало чувство неловкости и напряжения. Хотя, учитывая отстранённое выражение на лице Айрис, возможно, такие эмоции появлялись только у Энтони.              — Мы жили вместе после шестого курса, знаешь? — тихо призналась Айрис, незаинтересованно перебирая еду в тарелке. — Снимали квартирку в Косом переулке. Думали, позже жить здесь вместе, пока она не накопит на своё собственное жильё. А потом ей предложили работу с жильём в другой стране и…              Энтони поднял взгляд неуверенный, что следовало сказать в ответ. Он почувствовал себя неловко и неудобно, ища слова, чтобы заполнить молчание. Айрис смотрела на него спокойно, но его сердце билось быстрее, чем обычно.              — Она была приятной сожительницей? — попробовал Энтони.              — Мне не с чем сравнивать, — бесстрастно пожала плечами Певерелл.              Айрис медленно доела свою порцию и махнула волшебной палочкой, заставляя тарелку перенестись в раковину. Почему-то это действие заставило её едва заметно поморщиться.

♛ ♛ ♛

      Энтони сидел у двери в коридоре. Сигарета тлела между пальцев. Айрис не одобряла курение внутри её дома, но она словно не видела Долохова. Может, это хоть как-то привлечёт её внимание.              Может, это вызовет в ней хоть какие-то эмоции.              — Вы обещали мне четыре года! — сорвалась на крик Айрис. Даже из-за закрытой двери Энтони это услышал.              Его плечи дёрнулись от звука того, как что-то стеклянное ударилось о стену. Он посмотрел на сигарету, словно она могла ему помочь. Он вдохнул спасительный дым в лёгкие и поднялся с пола. Снова что-то разбилось. Энтони спустился в гостиную на первом этаже и подошёл к окну, подкуривая новую сигарету.              Как только за целителем Найджелом Клиффордом закрылась парадная дверь, Энтони парализовало.              Айрис наверху закричала так громко и сильно, будто словила Круциатус. Крик был слышан даже на первом этаже, где находился Долохов. Хотелось зажать уши руками и затрясти головой, трансгрессировать, убежать, лишь бы не слышать такой отчётливой боли.              Энтони не двигался. Понимал, что Айрис совершенно не хотела бы, чтобы он сейчас пришёл. Крик, разрывающий на куски, словно пытался пробиться сквозь толщу земли и воскресить Кассиопею. Словно Айрис пыталась выкричать все внутренности, чтобы ничего не осталось.              Певерелл показалась в гостиной спустя полчаса.              Она выглядела измотанной и нервной. Её волосы были собраны в неаккуратный хвост, казалось, что ей было абсолютно плевать на свой внешний вид. Даже одежда была в складках, на ней были видны следы каких-то пятен. Айрис обычно сразу исправляла такие вещи лёгким движением волшебной палочки.       Взгляд Певерелл был направлен вниз, словно она не хотела смотреть в глаза Энтони.              — Айрис, — тихо сказал Долохов, осторожно приблизившись к ней.              Она крутила в руке пустую склянку, полностью игнорируя присутствие Энтони.              — Айрис.              — Почему ты ещё здесь? — процедила она, не поднимая глаз.              Тони почувствовал себя немного глупо, когда не смог придумать, как ответить на вопрос девушки.              — О чём ты? — осторожно уточнил Долохов.              — Почему ты ещё здесь?              Энтони не знал. Но оставить Айрис наедине казалось неправильным. Она ни с кем не хотела видеться, но не выгоняла его. Энтони не знал, что нужно сделать, чтобы помочь Айрис. Чтобы исправить это.              Он не знал, поэтому не ответил. Может, надеялся, что снова Айрис услышит его тишину.              Айрис скривилась, как будто внутри неё что-то оборвалось. Ниточки, что помогали управлять телом и разумом. Она поставила пустую склянку на стол, пройдя мимо Энтони. Её движения стали более дёрганными.              Айрис не колдовала дома.              — Айрис, — Энтони посмотрел на лежавшую на столе пустую склянку. — Притяни это к себе.              — Внимательные глазки, — тихо хмыкнула она, подняв пустой взгляд на него. Эти глаза впервые посмотрели на Энтони за несколько недель. Белки глаз покраснели, словно она не спала уже несколько ночей подряд. Там будто ничего не осталось. Всё словно выжжено Адским огнём.              — Тебе больно пользоваться магией?              Айрис склонила голову к плечу. Энтони хотел, чтобы в них отобразилось хоть что-то кроме пустоты и серости. Ядовитая ярость, ледяная отстранённость, слабая теплота. Хоть что-то.              — Мне больше нравилось, когда ты был глупым, — сказала она ровным, пустым голосом.              — Ты называла меня идиотом, а не глупцом, — подметил Тони. — Болезнь прогрессирует, не так ли? Что является финалом? Ты лишишься магии?              — Жизни, — сухо пожала плечами Айрис, будто ей было искренне плевать.              Энтони почувствовал, как с его лица спали все краски. Ему стало плохо толи от сказанного факта, толи от того, как спокойно Айрис ему в этом призналась.              — Ты пьешь по три склянки в день, — чувствуя подступающую тошноту, сказал он.              — Какая разница? — бесцветно пожала плечами она. Айрис продолжала смотреть на него, но Энтони казалось, что она его не видела. — Чего ты хочешь?              — Ты хочешь, чтобы я ушёл? — протиснул сквозь горла вопрос Энтони.              — Мне плевать, — Айрис развернулась, слегка качнув головой.              Она молча ушла на улицу, но громко хлопнула дверью, заставив Долохова вздрогнуть.              Энтони не пошёл за ней. Ничего в его жизни никогда не получалось, и нет никаких причин, чтобы это изменилось. Его всегда преследовали смерти, несправедливость и отчаяние. Почему же со смертью Антонио это должно было измениться?

♛ ♛ ♛

      Энтони стал чаще тусоваться с Билом и Люком.              Форд прошёл пробные в профессиональную квиддичную команду, а Люк пошёл на стажировку к какому-то мастеру зелий. Люк Мояртиз не хотел связывать свою жизнь с зельеварением, но ему хотелось иметь что-то, чем можно было заняться в свободное время. Действительно. У Люка было намного больше времени в этом мире, он мог не спешить с тем, чтобы найти своё место и предназначение.              Вот только Энтони так и не знал, что ему самому делать со своей жизни. Никто не беспокоился о своём будущем, все знали, чем бы хотели заниматься. Кем был Энтони Алессио Долохов? Ему как-то не удалось этого понять. Всю жизнь он выживал и не было времени на раздумья о своей личности. Ему нравилась история, боевые искусства, проводить время с друзьями. Но вот только этого не хватало, чтобы понять, чем он планировал заниматься в будущем.              —Всё нормально, — лениво протянул Мояртиз. — Поживи для себя. Путешествуй, изучай новое.              Почему-то эти слова вызвали у Энтони тошноту, но он кисло улыбнулся Люку.

♛ ♛ ♛

      Энтони сидел в кресле, окруженный друзьями Айрис, и чувствовал себя немного не в своей тарелке. Он был приглашен в дом её друга, но не совсем понимал, зачем его здесь ждали. Он старался улыбаться и вести себя естественно, но всё же ощущал себя неловко.              Тем более, учитывая тему разговора.              Тем более, учитывая, что он ощущал себя вором. Здесь должен сидеть не он.              — Но она такая же. Она была такой же в конце шестого курса, помните? — Розье взял Эйвери за локоть и обеспокоенно посмотрел на Принца. — Может… Мы должны что-то сделать!              На Розье странно посмотрели. Они все пытались остаться в гостях у Айрис, но она сухо отказывала даже обычным встречам.              — Ты отвёл её к Поллуксу, — нахмурилась Каллидора. Она явно не была сильно рада такому решению Розье. — А они просто напились. Это никак не помогло, Поллуксу тоже стало хуже.              Нет это как-то помогло, молчаливо заметил Энтони, вжавшись в диван. Айрис именно после этой встречи перестала опасаться встретиться с ним взглядом в коридорах поместья.              Поллукс Блэк выглядел как человек, который никогда не терял контроль над собой. Айрис не приветствовала сочувствие, но согласилась встретиться с Поллуксом. Он был единственным в группе, кто, наверное, мог проявлять не совсем нормальный диапазон человеческих эмоций. Поллукс и Айрис были знакомы всю школьную жизнь и, вероятно, оба понимали друг друга в этом плане. Понимали, что ничего не изменить, что словами здесь не помочь. Да, Айрис ценила своих друзей, но она никогда бы не смогла поплакать вместе с ними, принять их сочувствие. Она ценила именно это молчаливое понимание, сухое выражение скорби и холодную отстранённость.              — С ним Поттер и Паркинсон, — мрачно напомнил Эйвери. — А Айрис никого к себе не подпускает.              — Вот именно! — кивнул Вернель Розье и посмотрел на остальных. — Ей тоже нужна компания друзей. Она сама на себя не похожа. Она всегда была склона погружаться в работу, но игнорировать нас? Мерлин, она недавно забыла наложить “гламур”! Это не Айрис.              — Вернель, — терпеливо вздохнула Анника Селвин, прижавшись к Ричарду Принцу, который сидел мрачнее дементора и молчал. — Травмы меняют людей. Даже если Айрис согласится принять помощь, не факт, что ей станет лучше в компании. Работа - её способ забыться.              — Она сильно похудела, — пробормотала Каллидора и подняла глаза на того, кто словно пытался исчезнуть в их компании. — Ты мог бы приглядеть за ней, раз живёшь с ней. Она на инферни походит.              — Мы редко видимся, — тихо отозвался Энтони, скрещивая руки на груди и откидываясь на спинку кресла. — И ей наплевать на мои слова. Думаете, что ей можно приказать что-то сделать?              — Может, она тебе хоть что-то говорит? — с надеждой поинтересовался Розье. — Она с нами совсем не разговаривает. Только встречи Теней проводит, а потом исчезает.              — Я попытался перехватить её на стажировке в Министерстве, — усмехнулся Принц, — но она просто исчезла. Она избегает лишнего общения.              — Сомневаюсь, что могу что-то сделать, если она даже вам не позволяет помочь, — пожал плечами Долохов и добавил, едва слышно: — Она всегда приспосабливалась. Хватит считать её стеклянной.              — И что? Просто сдадимся? — Розье встал со своего места, не обращая внимания на Эйвери, который попытался его остановить. Вернель встал и оглядел всех в комнате. — Просто оставим Айрис самой справляться? Если вы собираетесь сдаться...              — Всем нам больно! — Каллидора встала напротив Вернеля. Её голос стал заметно подрагивать. — Всем! Но нам нужно идти дальше… Касси…Мы должны продолжать жить и идти вперед, потому что это то, что бы она хотела для нас!              Плечи девушки начали потряхиваться и она тихо шмыгнула носом. Каллидока стояла спиной к Энтони, но вот лицо Вернеля было прекрасно видно. На нём отразилась боль с виной.              — Прости, — тихо сказал Розье, обнимая Калли, которая не смогла сдержать горькие слёзы. Парень начал медленно гладить девушку по голове. — Прости.              — Дракл, — всхлипнула Каллидора в его плечо, звуча обиженно и озлобленно на саму себя. — Я не… Просто…              — Знаю, — тихо сказал Розье. — Знаю.              Комната погрузилась в тишину. Воздух был насыщен тяжелым молчанием, которое казалось не имеющим конца. Они сидели за столом, глядя на пустые тарелки и стаканы, не замечая их. Каждый из них был потерян в своих мыслях, пытаясь справиться с болезненной потерей подруги.              Энтони не знал, сколько прошло времени, когда все начали расходиться. Он сбежал вместе с Каллидорой и Вернелем, словно имел на это право.              — Ты бы сам вышел проветриться, — заметила Каллидора, когда они остановились у зоны трансгрессии. — Тебя Билл и Люк потеряли.              — Я пишу им, — неловко потёр шею Энтони. — Я в норме.              — Я скажу, возможно, очевидную вещь, — осуждающе посмотрела на него Каллидора. — Но ни ты, ни Айрис не в норме.              Розье стиснул Энтони в внезапных объятьях.              — Берегите себя, — тихо сказал парень, отстраняясь. — Вы оба. Присматривайте друг за другом.              — Айрис доверяет тебе, — прошептала Касси и Тони посмотрел на неё. — Можешь пообещать присмотреть за ней?              — Обещаю, — тихо прошептал Энтони, быстрее, чем смог осмыслить.              — Хорошо, — улыбнулся Розье, не замечая секундной заминки Тони. — Я тебе верю, грифон.              Долохов кивнул и трансгрессировал.              В одиночестве Айрис сидела на ступеньках своего дома, окружённая тишиной и спокойствием. Но её взгляд был устремлен ввысь, на небо, которое казалось бесконечным и загадочным. Там, среди мерцаний звёзд, она будто нашла своё убежище и спокойствие.              — Айрис нужен кто-то, — Кассиопея же смотрела на него с пониманием и состраданием, словно знала, что он проходил через трудный период своей жизни. — Она просто не справляется одна. Ей нужен кто-то, чтобы присматривать за ней.              Он сел рядом, совсем тихо, сохраняя дистанцию. Он знал, какое созвездие искала девушка.              — Знаешь, я бы хотел поговорить со своей настоящей семьёй. Или Натали. Чувствую себя отстойно. Они умерли, а я выжил, — нарушил тишину Энтони, подняв глаза на звёздное небо наслаждаясь чувством чужого уюта, словно имел право быть его частью. — Забавно, раньше я запрещал себе мечтать, а за последние полгода постоянно ловлю себя на этом. А ты?              — Что я? — Айрис не оторвала глаз от неба.              — Мечтала раньше? — Энтони наклонил голову, чтобы лучше увидеть профиль Айрис, осознав, что полностью потерял интерес к звёздам. Искать Полярную звезду показалось бессмысленным рядом с девушкой.              — Раньше мечтала, конечно, — бесцветно прошептала она. — Что кто-то придёт и заберёт меня. Что у меня будет дом, своя комната, родители. Но потом я поняла, что таких, как я, не забирают. Я была хилой и не самой красивой девочкой. Не в работники, не в публичный дом, как некоторых. А потом миновал возраст, когда детей забирали семьи.              — Я бы хотел увидеть маму, — признался Энтони, чувствуя себя неловко от такой чистой правды от девушки. — Она решилась пойти против родного брата. Может, глупо, но она до самого конца боролась за наши с Алессио жизни.              — Папу, — сказала Айрис едва слышно. Энтони наклонил голову, но не давил, давая Айрис самой решить, хочет ли она притворится, что ему просто послышалось. — Я хотела бы увидеть папу. Он… тоже боролся за мою жизнь.              Брови Энтони сами опустились в недоумении. Айрис заметила это и улыбнулась. Вот только эта улыбка была адресована не ему, а мыслям в её голове.              — Моя болезнь. Я должна была умереть, когда была младенцем, но папа пожертвовал жизнью. Провёл ритуал. И я нашла способ сделать так, чтобы ритуал прекратил меня убивать. Правда не знаю, сработает ли.              Она сняла кольцо со своего пальца.              — Но если я исполню свой план, то это исчезнет, — Айрис сжала кольцо в руке. — Касси тогда окончательно исчезнет.              — О чём ты?              — Это камень воскрешения, за ним охотился Грин-де-Вальд. Я могу говорить с теми людьми, кого я знала, но которые умерли. Я уже общалась так с Карлом, моим другом. Ты можешь поговорить со своей семьёй.              Энтони понял, что запутался. Айрис казалась ему тем, кто тщательно хранила свои тайны. Эти факты казались неимоверно важными, чтобы говорить просто так. Энтони был без понятия, как отплатить ей за это. У него больше не осталось никаких тайн, чтобы отдать в ответ.              Она протянула ладонь с кольцом ему.              — Ты говорила с Касси? — ошеломлённо раскрыл глаза Долохов, не сомневаясь в словах Айрис. На секунду он допустил, что это всё шутка, но мысль сразу же развеялась. Нет. Айрис не стала бы шутить на такую тему.              Почему она говорит ему это? Почему так откровенна? Почему раскрываем такие тайны?              “Вы обещали мне четыре года.”              — Нет, — поджала губы Айрис, встряхнув рукой с кольцом.              — Почему? — Энтони взял ладонь Айрис в свою и опустил вниз.              — Я пообещала ему отпустить, — прошептала она, глядя на их хватку. — Я знаю, что если призову Касси, то не смогу отпустить. Мёртвым душам не комфортно в этом мире.              — Тогда нужно отпустить их, — осторожно произнёс Энтони. — Ты не в первый раз встречаешься со смертью. И я чувствую, что мы встретимся с ней ещё. Из-за своих неправильных поступков, из-за незнания или глупости, из-за трусливых, вцепившихся в власть аристократов. В наших силах придать смертям смысл. Только мы можем придать смысл их смертям. Не дать им исчезнуть бесследно и бессмысленно.              — Смерть всегда бессмысленна, — сухо отозвалась Айрис. — Касси умерла и это уже ничем не исправить. Нет места сожалениям. Я просто уничтожу Грин-де-Вальда за то, что он решил, что сможет так просто тронуть моё.              Ей обещали четыре года. Она умирает. Мерлин. Сколько ей осталось? Неужели она не уверена, что её способ сработает?              — Ты собираешься убить Грин-де-Вальда? — насторожился Долохов.              Она встала и сжала кулаки, рассмеявшись.              — Слишком просто было бы просто убить, — усмехнулась Айрис и Энтони заметил, как её глаза светились холодным светом ненависти. Парень почувствовал, как мрачная атмосфера окутала их обоих, словно тьма начинала поглощать всё вокруг. — Уничтожить. Я хочу его уничтожить. Представляешь, он мне недавно написал с предложением сотрудничества, словно ничего не случилось. Словно я должна его бояться и преклониться перед его силой.              Тони медленно встал, с какой-то грустью смотря на Айрис. Он почувствовал, что Айрис — это загадка, которую он не может разгадать. Она говорила с уверенностью, но её глаза выдавали настоящие чувства. Он не мог понять, что она действительно хотела, потому что её выражение лица было противоречивым. Было такое ощущение, что Айрис одновременно и уверена, и не уверена в своих словах.              Словно она пыталась заставить себя поверить, что у неё есть будущее. Но тогда к чему такая внезапная искренность?              — Я уничтожу его, — пообещала она и посмотрела на Энтони. — Уничтожу.              И Тони не смог не поверить. Не тогда, когда Айрис так смотрела и говорила.              Он только сейчас в полной мере почувствовал, что стал частью жизни Айрис. И он решил притвориться, что это правильно. Решил поверить, что у них есть будущее.

♛ ♛ ♛

      Сентябрь лениво перерос с октябрь.              Айрис устроилась в Министерство, как и большинство её друзей. Она почти не появлялась дома, а когда приходила в поместье, то запиралась в своей комнате или мастерской.              Айрис начала встречаться с друзьями после стажировки.              Все считали, что ей стало лучше, но Энтони видел этот пустой взгляд, когда она думала, что никто не видит.              Она просто накинула очередную маску?              Энтони был заинтригован тайной, которую скрывала Айрис. Он хотел понять, почему она столь настойчиво боролась за свои убеждения и идеалы.              Артифакторика и политика? Как в Айрис сплелись две эти сферы?              Все считали, что Долохов был плохим лжецом. Это было правдой. Врать всегда выходило паршиво, но для достижения своих целей не всегда нужно было прибегать ко лжи. Он смотрел на Айрис, которая смеялась и разговаривала со своими друзьями, и не мог понять, как она так легко вписывается в эту компанию. Возможно, это было связано с тем, что они знали друг друга давно, а Энтони был здесь относительно недавно.              Многие из знакомых считали его опасным только во время драк. За ним как-то не закрепился статус того, что мог использовать других для своей выгоды, того, кто умел играть в словесные игры. Их ошибка. Он выживал годами, используя любые способы.              Он умел обращаться со своими мозгами. Временами.              Друзья Айрис тепло приняли его, что было безумно приятно. То, что Энтони решил разузнать о прошлом Айрис от них ведь не считалось использованием?              Удивительно, но Айрис не увлекалась властью до третьего курса, как признался Ричард Принц. Примерно в это время Айрис начала пытаться намекнуть однокурснику на то, что собиралась стать лидером курса, хотя до этого не подавала никаких признаком на это желание. Драклов Слизерин со своими странными правилами. Айрис не участвовала в студенческой жизни, не была особо общительной.              Что поменялось?              Она не задумывалась о создании своей тайной группы, пока Ричард не подкинул ей эту идею. Да и тогда отнеслась к этой мысли скептично. Она начала продвигать новые идеалы, защищать маглорождённых, хотя раньше ей было плевать. И сейчас обезопасила своё изучение тёмной магии.              Калидора сказала, что Айрис раньше не метила на пост заместителя Министра Магии. Певерелл всегда хотела открыть свою компанию, но не думала о военных разработках. Всё изменилось на последних курсах. Блэк предположила, что это связано с тем, что Айрис просто решила занять ещё одну уважаемую должность и заработать больше денег.              Диалог с Айрис не сильно помогал понять. Наоборот только запутывал.              Что заставило девочку, которая предпочитала тихо заниматься изучением магии в заброшенной кабинете со своим бывшим другом, стать той, кого встретил Энтони Долохов?              Энтони не считал, что заслужил знать ответы на все вопросы. Но он не мог игнорировать появившееся любопытство.              Массерия не подавал признаков жизни уже несколько месяцев и Энтони решил поверить, что мужчина умер. Но было наивно полагать, что всё будет хорошо, когда Антонио исчезнет из жизни Энтони. Просто одни проблемы сменились на другие. Что ж не сказать, что Тони был против.

♛ ♛ ♛

      Энтони поправил воротник своей светло-зелёной рубашки, чувствуя себя немного неловко на дорогой и роскошной свадьбе Принцев. Все девушки были одеты в пастельно голубые оттенки, а парни в такой же светлый зелёный. И Энтони слишком сильно ощущал себя лишним со своими шрамами среди роскоши и красивых лиц. Все были одеты в свои лучшие наряды, искрящиеся ювелирными украшениями и улыбками на лицах.              А он был словно пятном на идеально чистом полотне.              Воздух был наполнен ароматами цветов и свежей зелени. Столы были украшены изысканными блюдами и драгоценными сервировками, а вино текло рекой. Свечи и фонарики создавали романтическую атмосферу, но улыбки молодоженов светили ярче всех огней.              Айрис общалась с новоиспечённой Анникой Принц, на губах которой играла счастливая улыбка.              Певерелл выглядела просто ослепительно в своём светлом платье. Вот, кто точно не казался лишним. Это её мир, её жизнь. Длинные волосы были аккуратно заплетены в тонкую косу, которая спускалась по её спине, создавая элегантный и женственный образ. Каллидора была счастлива, когда Айрис попросила её помочь со своим образом. Цвет глаз Айрис казался ещё более ярким и глубоким на фоне светлого платья. Казалось, что она настоящая принцесса, которая только что вышла из сказочного замка.              — Их любовь была так сильна, что они решили пожениться. Все королевство было приглашено на свадьбу, которая была самой красивой и волшебной. Рыцарь и принцесса жили долго и счастливо, а их любовь была непоколебимой.       — Почему рыцари всегда спасают принцесс? — шёпотом поинтересовался Антонио у своей сестры, когда она снова пробралась ночью в его комнату. Она редко рассказывала ему сказки, но сегодня, возможно, была в приподнятом настроении. — И я взрослый для таких сказок. Принцесс почти не осталось.       — Однажды ты встретишь свою принцессу, — улыбнулась Натали, погладив брата по голове. — А рыцари спасают принцесс, потому что хотят защитить их от зла. И когда принцесса в беде, рыцарь должен быть готов ей помочь и защитить её. Это символ верности и отваги, которые должны присутствовать в любой настоящей любви. А ты знаешь, что самое главное в любви? — спросила Натали, улыбаясь своему брату.       — Нет, — ответил Антонио, глядя на свою сестру.       — Когда ты любишь человека, ты должен быть готов поддержать его в трудные моменты, даже если все против него. И в ответ ты получишь такую же любовь. Так что не забывай об этом, мой маленький принц, — сказала Натали, поцелуя брата в лоб.              Вернель Розье был счастлив. Он с хитрецой посматривал на Энтони, словно возвращение Айрис в социум друзей была заслуга Долохова.              Энтони выдавил из себя жалкую улыбку, понимая, что не может врать даже себе.              Айрис выглядела так, словно находилась в совершенно другом мире. Её глаза были наполнены некой болью, которая не соответствовала улыбке. Платье, хоть и было красивым, казалось неподходящим для неё. Её фигура выглядела неестественно и неловко. Она не чувствовала себя комфортно в этом наряде. Взгляды друзей, явно напрягали Айрис. Казалось, что девушка старается скрыть что-то важное и не хочет поделиться своими мыслями с окружающими.              Энтони подошёл к Айрис, когда она отошла от Аники, и Певерелл положила руку на его локоть.              — Давай сбежим отсюда? — шепнул он ей на ухо. — Хочешь подышать воздухом на балконе?              — Не глупи, — улыбнулась она, но Энтони заметил лживость. — Я хочу пообщаться с Вернелем и Тарквином. И я обещала танец Чарльзу Поттеру.              — Мне немного плохо от всех этих запахов и шума, — скорчил жалостливую рожицу Энтони. — Мне нужно, чтобы ты присмотрела за мной.              Айрис прищурилась, но быстро согласилась.              — Пошли, — шепнула она, потянув его в сторону балкона. — Но только на минутку, — добавила она.              Энтони выразительно вздохнул и последовал за ней. Они вышли на балкон и вдохнули свежий воздух. Айрис опёрлась на перила, а Энтони остановился рядом, смотря на неё с благодарностью.              — Спасибо, — сказал он тихо.              — Не за что, — сухо отозвалась Айрис. Улыбка быстро растаяла на её губах. — Я знаю, какое это чувство, когда нужно уйти от всего этого шума и суеты.              Они молчали ещё некоторое время, наслаждаясь тишиной и прохладой. Наконец, Энтони обернулся к ней.              — Ты знаешь, что я не люблю этот тип вечеринок, правда? — спросил он.              — Да, знаю, — кивнула Айрис, глядя за горизонт. — Но иногда нужно присутствовать на них ради друзей, деловых контактов и прочего.              — Ты всегда такая мудрая, — протянул Энтони.              — Кому-то же нужно думать о будущем.              Почему-то Энтони снова почувствовал тошноту от этих слов.              Но плечи Айрис заметно расслабились и она прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной. Звуки вечеринки ещё доносились до них, но не так громко. Энтони с чувством выполненного долга опёрся рядом на перила, решаясь не расспрашивать девушку о её проблемах и мыслях. Ей не нужно перед ним претворяться. Пусть молчит, он будет просто рядом.              Он хотел понять, маленькую девочку, которая выросла в эту девушку.

♛ ♛ ♛

      — Поллукс собирается избавиться от своего отца и занять его место в Визенгамоте, — с чем-то похожим на гордость произнесла Айрис, когда вернулась со стажировки в начале ноября.              Энтони с надеждой посмотрел на неё. Они несколько секунд сверлили друг друга взглядами, а потом она развернулась, повесила пальто в шкаф и быстро вышла из комнаты. Энтони не понял, было ли это приглашение или она просто хотела поделиться с ним этой новостью, а потом остаться наедине.              Но он встал с кресла и осторожно последовал за ней.              На подземном этаже Айрис обустроила небольшую мастерскую. Она начала перебирать какие-то документы и свитки, обустраивая своё рабочее место.              Энтони тихо сел на табурет в углу, наблюдая за ней. Айрис на секунду оторвала глаза от работы и встретилась с его глазами.              Она молча вернулась к работе, не прогоняя Энтони. А он просто молча смотрел на неё, словно она могла дать ответы на все его вопросы, что было ложью.              Кем для него была Айрис? Почему он не хотел, чтобы она умирала? Почему не позволял своему мозгу постигнуть одну простую мысль: её время медленно заканчивалось, что она упорно это игнорировала, делая вид, что всё в порядке. В чём был смысл в её работе в Министерстве, если она не успеет занять высокую должность? Зачем она продолжала разрабатывать новые артефакты, продолжала строить планы на будущее? Это же так бессмысленно.              Наверное, именно поэтому он не мог уйти. Это было их главным отличаем. Айрис не была готова покорно принимать решения судьбы. Она продолжала бороться до конца. И Энтони хотел на это посмотреть. Хотел попробовать понять.

♛ ♛ ♛

      Все считали, что Айрис стало лучше. Глаза могли обманывать и видеть то, чего нет.              Энтони знал, что девушке становилось хуже с каждым днём. Она смотрела в пустоту перед собой мертвыми глазами, когда никто не видел. И это было страшно. Если раньше её состояние можно было списать на шок, травму, непринятие, то теперь это было всепоглощающее опустошение.              Плохая лгунья.              Он толкнул её к стене, прижимая нож к её горлу, в то время как другая его рука прижалась к плечу Айрис, чтобы удержать на месте.              — Ненавижу тебя, — прошипела Айрис, не теряя времени даром. Она быстро в ответ направила свою палочку в живот Энтони, заставляя его на секунду замереть. — Я в порядке. Что тебе не понятно?              — Ты же сказала мне заткнуться, как я могу говорить? — усмехнулся Энтони, наслаждаясь яростью в глазах напротив.              Айрис кинулась вперёд и Энтони позволил ей опрокинуть их двоих на пол. Он упал на спину и Айрис смотрела на него сверху вниз. Энтони почувствовал, как его горло сжимают руки девушки, так сильно, что перекрыли воздух. Лёгкие обожгло огнём, он не мог вздохнуть. Глаза заслезились, но Энтони не предпринимал попыток вырваться.              Его глаза проницательны. Видели её недостатки, обманы и грехи, но всё равно не могли оторваться от неё. Его сердце билось в унисон с её дыханием. Он понимал, что не сможет перестать играть с этим огнём.              Огонь оказался просто прекрасной стихией.              — Что, блядь, с тобой не так? — прошипела Айрис, отшатываясь от него.              Энтони закашлялся и приподнялся на локтях.              — Я уверен, что у тебя есть список, — усмехнулся он, потирая горло.              — Он в алфавитном порядке, — процедила Айрис. — Если бы я убила тебя?              — Что ты получишь от моей смерти?              — Немного тишины и покоя, — прорычала Айрис. — Ненавижу тебя.              — Видимо, не настолько, чтобы убить, — самодовольно растянул гласные Энтони, чувствуя победу.              — У меня плохое предчувствие из-за этого, — недовольно цокнула она, вставая, но продолжая посылать на Энтони взгляды полные раздражения.              — О чём ты? — не смог закрыть свой рот Энтони, наслаждаясь кипящими эмоциями Айрис.              — У тебя никогда не было в голове голоска, который подсказывал тебе, что что-то ведёт тебя к неприятностям? Он буквально вопит, когда я рядом с тобой.              — Нет, я не страдаю голосами в голове, которые предупреждают меня не дружить с опасными парнями. — губы Энтони сами растянулись в искусственной улыбке, которая, как он надеялся, выглядела хоть немного ободряюще. Судя по осуждающему взгляду напротив, он полностью провалился в этом.              — Это многое объясняет, дракл раздери.              Когда Айрис вернулась в поместье, она выглядела так же, как и до входа в него: пустая и безэмоциональная. Небольшие красные круги под глазами, которые смешивались с мрачной тенью из-за недостатка сна, говорили о том, что она снимала чары гламура здесь. И это было явно не из-за того, что она чувствовала себя спокойно в присутствии Энтони. Нет. Просто сил не хватало поддерживать магию так долго.              Никто этого не видел. Все велись на её ложь. Все поверили, что ей стало лучше.              — Почему ты такой, — пробормотала она обвинительно, поджимая к себе колени. — Я же сказала, что в порядке.              — Ладно, — цокнул Энтони, получив в ответ новый раздраженный взгляд. Он слишком устал для этого. — Ладно. Прекрасно. Я не указываю тебе, как следует поступать. Просто, когда ты упадёшь в обморок при очередной важно встречи ты, возможно, вспомнишь мои слова. Или когда сдохнешь от очередной голодовки. Мне плевать.              Глаза Айрис угрожающе сузились, вероятно, из-за резкого тона Энтони. Он встал, игнорируя этот мрачный взгляд. Плевать. Он уже почти вышел из комнаты, собираясь сбежать куда-нибудь, когда Айрис тихо позвала его, и это заставило Долохова остановиться в проёме.              — Я понимаю, что что-то происходит, — сухо сказал он, не оборачиваясь. — Но ты не обязана говорить мне больше. Я обещал тебе правду, а не наоборот, помнишь? Я не прошу тебя остановиться, переосмыслить свои решения. Просто будь осторожнее. Позволь мне позаботиться о тебе, дракл раздери.              Айрис была свободна от любых обязательств перед ним. У Энтони почти не осталось никаких секретов, но он не чувствовал печали из-за этого. Наоборот. Это давало свободу. Но он знал Айрис достаточно, чтобы понять, что ей легче оставить некоторые вещи за кулисами. Он не собирался настаивать. Айрис охраняла свои секреты так же тщательно, как некоторые люди охраняли свое состояние, так кто он такой, чтобы воровать?              Он вздохнул и просто понадеялся, что до Айрис однажды дойдут его слова. Что она однажды будет в состоянии ему довериться. Неплохая мечта, решил Энтони.              — Иногда это раздражает меня до дрожи, — раздался спокойный голос Айрис. Энтони услышал, как она медленно встала, но продолжил неподвижно стоять к ней спиной. — То, как ты просто смиряешься. Ты не давишь, не пытаешь воспользоваться своими знаниями против меня, пытаясь управлять. Мерлин, это до жути забавно, знаешь? Встретить такого, как ты. Я просто не понимаю, это твоя слабость? Как можно выжить с таким мышлением? Ты, блять, должен был просто свалить, когда появилась возможность на нормальную жизнь.              Энтони позволил ей подойти к нему. Айрис стиснула его плечо и развернула к себе.              — Я даже не понимаю, кто из нас в большем дерьме, — прошипела она, яростно толкая его в грудь. — Я, которая хочет тебе довериться, или ты, который просто моргает и понимает вещи, которые, блять, не должен понимать.              Она медленно вздохнула и уставилась в какую-то точку позади Энтони. Прошло несколько минут, прежде, чем Энтони решился попробовать снова:              — Что происходит? — тихо спросил он.              И Айрис поняла, что он не спрашивал о её эмоциональном состоянии. В общем. Что угодно.              — За мной следят, — поморщилась она, решая выдать такую правду. — Какой-то человек преследует меня.              — Ты думаешь… — тело Энтони напряглось. — Грин-де-Вальд тебе что-то писал?              — Пару писем, — кивнула Айрис. — Я не отвечаю, но он выглядит весьма… расстроенным и обиженным.              — Позволь мне помочь, — спокойно сказал Долохов и встретил взгляд Айрис.

♛ ♛ ♛

      Энтони с кровью на одежде и руках, со сбившимся дыханием и ухмылкой на лице вальяжно вошёл в гостиную, где завтракала Айрис.              С холодным спокойствием он достал сигарету, подкурив, и выдохнул дым в открытое окно, наслаждаясь ощущением настороженного взгляда Айрис на себе. Он медленно повернулся к ней, сохраняя свой безмятежный вид.              — Проблема устранена, — сообщил он.              — Ты убил тех докси? — нахмурилась Айрис.              Энтони слегка склонил голову в сторону.              — И их тоже, — кивнул он. — Никогда не думала сделать в подвале дома конюшню?              — Конюшню? — непонимающая морщинка окрасила лицо Айрис.              — Это будет “цокцокцокальный” этаж, — усмехнулся Энтони и сел рядом с Айрис за стол.              Секунду Айрис хмурилась, но потом только покачала головой. Энтони был готов поставить галеон — это вызвало слабый, кислый смех Айрис. Она была поражена его остроумием.              Или идиотизмом.

♛ ♛ ♛

      Зима была на удивление тёплой.              В декабре произошла ещё одна свадьба. Каллидора Блэк стала Каллидорой Лонгботтом.              Словно после выпуска все чистокровные сразу решили пожениться и сыграть свадьбы. Энтони этого не понимал. Позже Айрис объяснила ему, что почти все ещё в подростковом возрасте подписывали брачные договоры. Кому-то везло: родители давали право выбора, ждали более осознанного возраста, а кому-то нет.              Каллидора Блэк выглядела действительно счастливой, как и Афган. Правда, Энтони видел в её глазах грусть. Каллидора определённо хотела увидеть в этот день свою кузину. Каждый день был как новая рана, которая не заживала. Воспоминания о Касси были повсюду — на фотографиях, в старых письмах и даже в запахах. Каждый раз, когда они видели что-то, что напоминало им о ней, сердце сжималось. И хотя время шло, боль не утихала. Она была как тень, которая всегда следовала за ними и напоминала о том, что Касси больше не с ними.              Энтони старался не попадаться Каллидоре на глаза.              Зима встретила Айрис и Энтони различными встречами и повышенной социальностью. Её стали приглашать на различные встречи, да и друзья, почувствовав долгожданную трещину в её защите, не упускали момента её “выгулять”.              Празднование Йоля происходило во Франции, в новом доме Лонгботтомов. Комнаты были дорого, но уютно украшены, играла спокойная музыка, запах елей щекотал нос Энтони, куда бы он не пошёл.              Айрис первое время выглядела по-настоящему спокойной. Она словно полностью расслабилась и с энтузиазмом разговаривала с друзьями. Но после разговора с Поллуксом Блэком на её лицо снова налезла лживая маска. Удивительно, но Энтони наконец-то мог с точность различить её искреннею мимику от наигранной.              Возможно, Вернель Розье также видел это. Он под каким-то глупым предлогом отвёл Айрис на балкон и Энтони краем уха услышал, как они заговорили на какие-то отвлечённые темы.              — Мерлин, мой отец совсем из ума выжил. Меня так бесят его советы по финансовой грамотности по типу "вместо того чтобы регулярно покупать себе новую одежду, устраивать тусовки или банально покупать тот великолепный чай, я бы лучше откладывал”. Батюшка, ответил я, я инвестирую в свою любовь к жизни! А тот идиот продавец про которого я рассказывал, помнишь? Я так хочу стать настолько старым, чтобы можно было делать вид, что у меня маразм и бить всех своей до безумия дорогой сумкой дизайнерской работы.              После этих слов Энтони решил, что лучше оставить Вернеля и Айрис наедине, особенно услышав, как девушка тихо хмыкнула и влилась в разговор.              — Ты кислый, — фыркнул Люк, попивая из трубочки свой кровавый коктейль.              — Когда успел меня испробовать? — хмыкнул Энтони. — Не замечал на себе укусов вампира.              — Ладно, ты в норме, — усмехнулся Мояртиз. — Что тогда ты делаешь?              — Соревнуюсь с гирляндой: кто раньше перегорит, — беззлобно закатил Долохов. — Почему все говорят друг другу “с наступающим”? Кто на нас наступает, Люк, и должны ли мы держать оборону?              — Не пойму, это ещё один пиздецки-грустный факт из твоей жизни, что ты не в курсе таких банальных традиций, или просто твой отстойный юмор.              Айрис и Вернель вернулись в главный зал примерно через полчаса. Они оба выглядели спокойно и довольно. Энтони не особо понимал их динамику, но был рад, что у Айрис был человек, который умел найти к ней подход.              Все сели вокруг камина, который создавал уютную атмосферу, и разговаривали о жизни, делясь своими историями и воспоминаниями. Воздух наполнялся запахом мандаринов и корицы, а сладкий аромат глинтвейна поднимал настроение и создавал чувство праздника. Все были счастливы, что могут провести этот праздник вместе. Все были очень дружелюбны и открыты к общению, и Энтони не мог не улыбаться, видя, как они веселятся вместе. Он чувствовал, что его принимают и это давало ему большое чувство уверенности и комфорта. Энтони был счастлив, что стал частью этой компании друзей.              Когда все начали кричать обратный отсчёт, то Энтони подсел к Айрис и она слабо улыбнулась, приподняв свой бокал с глинтвейном. Можно было расслабиться и наслаждаться моментом.              И вдруг Энтони понял, что Айрис не надевала маску с друзьями. Она действительно наслаждалась в их присутствии. Словно впитывала их радость в себя. Когда девушка была среди своих друзей, её лицо сияло временами. Она забывала о заботах и проблемах, была полностью погружена в общение с друзьями и наслаждалась каждой минутой проведенной в их компании. Девушка словно окутывалась теплом и любовью своих близких людей, и это делало её счастливой. Она жила моментом и не думала о будущем или прошлом, потому что для неё только сейчас было важно.              Это не маска. Это способ не думать. Возможность забыться и стать счастливой, наполняясь радостью и теплом других людей.              Мог ли Энтони сделать её такой же спокойной и счастливой? Он был готов попробовать.              Счастливый визг Вернеля был лучшим ознаменованием нового года.              Всё будет хорошо.              Правда?              Они же заслужили?

♛ ♛ ♛

      Глупо, что Энтони подумал, что можно что-то заслужить в глазах судьбы. Они не особенные. Может, однажды получим что-нибудь стоящее и всё будет хорошо? Судьбе наплевать на старания и боль, которые они пережили.              — Айрис, ты не понимаешь! — послышался крик Найджела Клиффорда с верхних этажей поместья, когда Энтони вошёл внутрь. — Ты не стабильна! Ты хоть понимаешь, что произойдёт…              — Произойдёт? Я умру! — ярость Айрис была ничем не прикрыта. — Не думайте, что я не знаю, как это может закончится. Я знала это в течение нескольких лет!              Энтони поспешил наверх, не давая телу застыть от отчаянных ноток в голосе Айрис.              — Мне нечего терять, — прошипела Певерелл, ткнув пальцев в грудь Найджела Клиффорда. — Я в любом случае умру, даже если мой план не сработает.              Найджел Стивен Клиффорд был узок в плечах и худощав. Его волосы, по цвету напоминающие мёд, сейчас были собраны в высокий пучок. Тайный целитель, который увлекался тёмными искусствами и которому доверяла Айрис, сейчас выглядел по-настоящему встревоженно.              А Айрис трясло. Лицо её искривилось и она зарылась руками в волосы.              — Я сделаю это, — прошептала она. — Мне нечего терять.              — Айрис, — осторожно попытался наладить контакт целитель, но девушка только замотала головой.              — Уйдите, — процедила она, осев на пол. — Все. Свалите оба.              Найджел Клиффорд вздохнул и словно постарел на несколько десятков лет. В его глазах читалось искреннее сочувствие. Он прошёл мимо Энтони, стиснув его плечо, и спустился по лестнице вниз.              Почему всё так безысходно? Энтони было больно. Его самого начало потряхивать от своей беспомощности. Он не понимал многих вещей, но всё равно ощущал эту пронизывающую боль и отчаяние Айрис.              Долохов не знал, что нужно было сказать. Слова были пусты. Наверное, другие бы знали, как можно было поддержать и помочь, но не Энтони. Он не мог улыбнуться, не мог отвлечь Айрис. Не мог быть ласковым, мягким.              Он не мог дать ей впитать свою радость и безмятежность, но он мог быть твёрдым и понимающим. Он мог дать ей свою силу и стойкость, чтобы она могла опереться на него и продолжать двигаться вперед.              Долохов опустился рядом с Певерелл и обнял девушку в немой поддержке. Она вцепилось в него, почти удушающе, и он позволил. Певерелл продолжало трясти, как и Долохова. Трясло от безысходности.              Они разделили вес груза на двоих. От этого тяжесть не исчезала, но словно становилась менее отравляющей.              Да, они оба совсем не нормальные. И грязи в них полно. Но пусть так. Они будут разделять это на двоих. Помогать друг другу дышать, даже когда воздух ядовит, становиться для другого опорой, находясь над пропастью. Пусть они ещё многое не знали друг о друге, многое скрывали, но они решили однажды довериться друг другу.              И, наверное, это что-то значило.              Энтони знал, какой ответ был готов дать Айрис, на её давний вопрос, который был задан словно в другой жизни.

♛ ♛ ♛

      Весна была холодной.              В последние дни Айрис сухо жаловалась Энтони на Министра Магии, который приметил её в свои помощники.              Энтони уже привык видеть её с синяками под глазами и покрасневшими белками глаз. Привык к тому, что иногда она забывала про приёмы еды или воды. Подарок от Поллукса Блэка на Йоль — домовик Мили, добросовестно помогала Энтони приглядывать за Айрис.              — Тебе нужно есть, если не хочешь помереть раньше времени, — Айрис вздрогнула от тихого голоса Энтони и вскинула голову, чтобы увидеть его, стоящего в дверях своей мастерской.              Энтони не смотрел на неё с жалостью, как те же Вернель или Каллидора. Нет. Это никогда не работало и не сработает. Он не знал, как правильно было поступить, как помогали Айрис те, у кого получалось, но он нашёл свой путь.              — Ты не получишь никаких конфет и шоколадок, пока нормально не поешь, — и немного подумав, Энтони довольно добавил: — И кофе. Мерлин, никакого кофе, пока не поешь.              Айрис слабо усмехнулась и приняла от него тарелку с супом и бутербродами.              — Не понимаю, почему ты так понравился Мили, — буркнула она. — Она мой домовик, а не твой.              — Я просто самая разумная личность из нас двоих, — довольно протянул Энтони. — А они это чувствуют. Что мастеришь? — Энтони плюхнулся на стул и поднял руку. — Нет, сначала съешь пару ложек.              Айрис закатила глаза, но послушно выполнила просьбу. Она посмотрела на свои свитки.              — Я… — Айрис моргнула и замолчала, прикусив губу. Энтони спокойно прождал пару минут в тишине, не вынуждая Айрис отвечать. — Это то, что целитель Клиффорд не одобрил.              Долохов знал, что судьба была стервой. Жестокой и безразличной. И он смиренно принимал факт того, что Айрис грозила смерть. Он не понимал, почему Айрис так упорно закрывала глаза на этот факт, но принимал это.              Он пообещал себе, что будет рядом с ней. Что он собирался делать, когда всё закончится? Что ж… Не только Айрис могла игнорировать будущее. Энтони решил тоже не думать об этом. Игнорирование проблемы было приемлемым решением, если им двоим становилось от этого лучше.              Но судьба была стервой. И Энтони всегда знал, что не являлся её любимчиком. Ничего в его жизни не могла длиться вечность.              — Оу, — сконфуженно отозвался Энтони. — Ты уверенна, что хочешь попробовать этот способ?              Айрис начала выглядеть неуверенно и нервно, перемещая взгляд с одного свитка на другой, словно она пыталась найти ответ на вопрос. Словно в голове билось тысяча мыслей, и она не знала, за какую из них зацепиться.              И Энтони пытался запомнить каждое изменение в её мимике. Чтобы сохранить это в своей душе. Потому что ему казалось, что если это внезапно исчезнет, то он сам рассыплется.              — Я уже ни в чём не уверена, — тихо призналась Айрис и демонстративно опустила в рот ложку супа, намекая, что больше не хочет говорить. По крайней мере на эту тему.

♛ ♛ ♛

      На встрече с тенями Айрис выглядела великолепно. Её голос был идеально поставлен и чёток, движения элегантны и уверенны. Идеальная маска.              Энтони определённо не нравилась динамика и атмосфера между Поллуксом и Айрис. Их глаза не отрывались друг от друга, словно они пытались понять, что происходило в голове у другого.              Поллукс Блэк остался в зале вместе с Айрис и покачал головой. Он взглянул в серьезные серо-зеленые глаза с высоты своего роста.              — Вы с ним похожи, — сказал он, когда понял, что Тони не собирался уходить, а Айрис не собиралась его прогонять. — Ты делаешь то же, что и он. Набираешь союзников, начинаешь свою игру. Мы же не хотели в это влезать. Мы можем присоединиться к Ордену Дамблдора в таком случае.              — И преуспел ли Дамблдор? — сухо поинтересовалась Айрис и вскинула бровь. — Нет. Мы же оба понимаем, что он не просто так не останавливает Грин-де-Вальда. И разве мы хотим работать на кого-то?              — Нет, — усмехнулся Поллукс. — Похоже, нам посчастливилось оказаться в свите Темной Леди.              — Ненавижу это прозвище, — поморщилась Айрис. — Мерлин, это даже в школе было не смешно.              Воздух был наполнен нервным напряжением, которое было ощутимо даже без слов. Поллукс и Айрис стояли очень близко друг к другу, но не касались. Они были как две звезды, которые маячили на небе, но не могли приблизиться друг к другу. Словно разделенные невидимой стеной. Будто граница между двумя странами, которую нельзя переступить без разрешения, иначе последствия будут серьезными.              Но между ними, определённо, была связь, которую Энтони не мог объяснить словами, но которую он чувствовал в каждой клеточке своего тела.              — Мне нужно будет алиби на пятницу, — тихо сказал Поллукс. — Организуешь?              — Без проблем, — кивнула Айрис и кисло улыбнулась. — Я неплохой Легилимент, оказывается. Смогу дать тебе свои ложные воспоминания для проверки, но в голову Министерство не пущу. Скажем, что ты напился до беспамятства у меня дома?              — Можешь взять за локацию балкон. Возьми за основу свой выпускной, будет более правдоподобно наложить ложь на правду, — Поллукс сжал её плечо и прищурено посмотрел на Энтони.              Тони ответил ему тем же.              — Вы до сих пор живёте вместе? — холодно поинтересовался Блэк, убирая былую слабую теплоту из голоса.              — Да, — ответила Айрис и медленно убрала ладонь Поллукса со своего плеча. — Тебя это не касается, Поллукс. И мне кажется, что твоя жена тебя заждалась. Как и твой ребёнок.              — Верно, — лицо Блэка на секунду помрачнело, но он быстро взял себя в руки. — Увидимся в Министерстве.              Когда Блэк открыл дверь Айрис окликнула его.              — Ты в порядке? — сказала она, без особых эмоций. Но Энтони заметил, как кончики её пальцев слегка подрагивали.              — Да, — слабо усмехнулся Блэк. — Взросление просто оказалось не таким воодушевляющим, как я думал раньше.              Именно к нему обратилась Айрис в прошлом году зимой, чтобы парень встретил их в Запретном лесу. Именно Блэка Айрис позвала, когда пошла на встречу с Грин-де-Вальдом. Айрис доверяла Блэку, вот что понял Долохов. Не полностью, но между ними определённо была не обычная связь, которую девушка имела с другими Тенями. Ближе обычного соратника, но дальше того же Вернеля Розье в эмоциональном плане.              — Блэк, — поморщился Долохов, когда парень наконец-то скрылся за дверью. — Прошу, скажи, что я идиот.              — Ты идиот, — с лёгкостью согласилась Айрис.              — Ты встречалась с Блэком, — простонал Энтони и закрыл лицо одной рукой, в то время как второй указал на дверь. — Это от него было приглашение на свадьбу? Мерлин, пожалуйста, скажи, что я идиот.              — Вау, — хмыкнула Айрис и встала перед Энтони. Он убрал руку от лица, вглядываясь в серо-зелёные глаза, в которых зародилась искринка озорства. — Ты третий человек, который сам это понял. Может, ты действительно не так глуп, внимательные глазки.              — Дракл, — простонал Долохов, чем вызвал тихий, едва слышный смех Айрис, который больше походил на хрип.              Вот только потом смех перешёл в кашель и Энтони понял, что это было совсем не позитивным звоночком. Айрис пошатнулась и отперелась о стол, зажурившись.              Энтони подхватил её под руку, испугавшись, когда Айрис потеряла сознание. Она вскоре пришла в себя и по спине Тони пробежали мурашки, когда он увидел эмоции в её глазах: потерянность, облегчение, злость, досаду, а затем отчаянный страх, который сменился холодной отстранённостью.       

♛ ♛ ♛

      Сегодня Люк вёл себя странно. Когда они с Энтони встретились в кафешке, то вампир был более мрачным, чем обычно. Долохов старался не придавать этому особое значение, давая Мояртизу самому рассказать, если тот пожелает.              Но через час, когда прогулка подошла к концу, Люк протянул Тони какаю-то склянку с бордовой жидкостью, попросив передать Айрис. На вопросительный взгляд Долохова вампир только покачал головой.              — Через неделю первый матч Билла, — только сказал Люк. — Ты же планируешь прийти?              — Конечно, — кивнул Тони, убирая склянку в карман.              — Тогда встретимся в понедельник в восемь, — решил Люк. — Билл достал нам с тобой порт-ключ.              На губах Тони невольно появилась улыбка. Он кивнул и Люк аппарировал.              Когда же Энтони вернулся в поместье Певереллов, то его встретила привычная тишина. Энтони дёрнулся от внезапного хлопка и посмотрел на Мили.              — Хозяйка в своей комнате, — прижав уши к голове, сказала эльфийка и исчезла.              Энтони моргнул и поспешил наверх.              — Эй, — тихо позвал он, закрывая за собой дверь. Он прислонился к стене, наблюдая за девушкой, которая сидела в другом конце комнаты на полу. — Я знаю, что ты слышишь меня. И я знаю, что мыслями ты сейчас не здесь. Но ты в безопасности.              Можно ли ему приблизиться?              — Нет, — пробормотала она, едва слышно. Если бы не густая тишина в комнате, то он бы вряд ли разобрал, что она сказала. — Нет.              — Я рядом, — он сделал шаг вперёд, но Айрис дёрнулась. Энтони остановился и присел на пол. — Я рядом, ладно?              Айрис не двигалась. Паническая атака застигла её недавно? Или она просто находилась в таком состоянии уже долгое время? Пожалуйста, пусть она хоть немного двинется, чтобы не напоминать безжизненную куклу.              — Айрис? — тихо спросил Энтони, осторожно придвигаясь ближе, словно находился с одичавшим зверем в одной комнате, а не с человеком. — Можно?              — Что ты хочешь? — подняла голову Айрис, когда он приблизился. Энтони протянул руку, на которую безэмоционально уставилась девушка.              — Тебе нужно в ванную, — выдал первую мысль Энтони. Хотелось предложить помочь, но это бы не нашло отклика. Нужно было что-то более конкретное. — Ты позволишь мне? Выглядишь разбито и помято.              Айрис подняла голову, встречаясь с его глазами. Серо-зелёные глаза были уставшими и безжизненными, словно Айрис провела бессонную ночь. Лицо бледное, а губы слегка сжаты. Волосы заплетены в небрежную косу, которая казалась ещё более безжизненной, чем глаза.              Айрис слабо пожала плечами. Она будто сама не знала, чего хочет. Энтони осторожно поднял её и понёс в ванную, которая была по-соседству с этой комнатой. Он осторожно усадил её на сиденье унитаза.              — Почему ты ещё здесь? — спросила Айрис ровным и пустым голосом, наблюдая, как он набирает воду в ванную.              — О чём ты? — он внимательно следил за температурой воды, чтобы она была идеальной для Айрис.              — Почему ты ещё здесь? — сухо повторила она, смотря на него своими потрясающими глазами, в который плескались усталость и искреннее недоумение. — Мне не нужна жалость. Твоё прикрытие раскрыто. Мне нечего тебе дать.              — Потому что хочу, — спокойно ответил Энтони.— Тебя достаточно. Тебе нужно раздеться, хотя бы до нижнего белья. Ты справишься или мне помочь? Или ты останешься в одежде? Просто так будет сложно помыться, но всё окей. Я просто... Дракл...              Айрис несколько секунд просто молча смотрела на него, словно хотела что-то сказать. Вместо слов она просто кивнула и начала спокойно ждать. Тони помог ей раздеться и забраться внутрь.              Горячая вода сразу же успокоила сведённые мышцы Айрис. Энтони увидел, как она почти мгновенно расслабилась. Долохов осторожно набирал воду в ладони и вылил её на волосы Айрис, которая недоумённо покосилась на парня. Долохов усмехнулся и отыскал шампунь, вылив небольшое количество на чёрные волосы.              Это странно забавно, понял Энтони. Айрис внимательно смотрела на его лицо, когда он продолжал втирать шампунь в кожу её головы. Энтони тщательно смыл шампунь, а потом смазал чем-то кончики её волос. Возможно, Айрис пользовалась другими средствами, наносила их по-другому, но девушка просто молчала и не высказывала никакого недовольства.              Он помог Айрис подняться, укутав её в мягкое полотенце и призвав чистую одежду с помощью Мили. На её спине были видны длинные полосы, словно от розг. На боку был заживший шрам, Энтони подметил, что это был не лучший его шов. Шрамы девушки скрывались под одеждой, но здесь, в уединенности ванны, они были открыты. Пара шрамов на бедре Айрис могли бы полностью зажить, если бы за ними ухаживали, подметил Долохов.              Она перехватила его взгляд и Энтони понял, что держал её за запястье, рассматривая другие шрамы. Она опустила взгляд на свои руки, что стало молчаливым разрешением. И Энтони с замиранием сердца также опустил глаза вниз.              Но больше всего Энтони привлекли едва заметные, словно тонкие нити из золота, переплетенные между собой и обвивающие кожу её запястий, шрамы. Эти отметины были как множество браслетов, каждый из которых имел свою уникальную форму и оставлял свой след. Следы от магических клятв. Сколько сделок Айрис заключила? Энтони было сложно сосчитать, отметины перекрывали друг друга. Каждая отметина была как капля воспоминаний, которые она хранила на своей коже. Её историей, которую она носила с собой всегда, множество браслетов, которые никогда не исчезнут.              Энтони так и рассматривал её историю, отпечатанную на теле, в тишине и приглушённом свете. В его голове сотни мыслей бились за главенство. А Айрис не шевелилась, позволяя ему видеть и понимать всё больше и больше.              Рука Айрис безвольно упала вниз, когда Энтони отступил назад и отпустил её кисть. Парень вздохнул и помог Айрис накинуть рубашку, которую учтиво перенесла к ним Мили. Энтони проследил, чтобы Айрис легла в кровать. Но девушка уставилась на него своими невозможными глазами. Синяки были слишком видны на такой бледной коже.              — Почему ты не можешь спать? — Энтони осторожно присел на пол, прислонившись спиной к кровати.              — Не спится, — просто ответила Айрис, будто это был очевидный ответ.              — Почему? — Энтони положил голову на кровать, сложив руки перед собой и встречаясь с глазами Айрис.              Певерелл разорвала зрительный контакт, посмотрев в потолок. Энтони усмехнулся, начиная изучать профиль Айрис.              — Я часто не могу уснуть в новом месте, — начал он, давая свою правду. — Спать всегда было опасно. Раньше за моим сном присматривала Натали. Мы сменяли друг друга. Когда она умерла, я начал страдать бессонницей. Также меня иногда мучали кошмары, что также мешало нормально спать. Мысли тоже были одной из причин. Что мешает тебе?              — Мысли в голове едят, — тихо отозвалась Айрис, давая свою правду в ответ. — Поллукс пробуется на место главы в Министерстве. Другие тоже начинают медленно присматривать себе места. Анника, Ричард, Тарквин. Все они станут важными людьми в скором времени.              — Тебя это пугает?              — То, что скоро люди, с которыми я дружила в школе станут авторитетами? Что у них есть деньги и статус, а у меня только амбиции? Что Фоули совершенно отвратительный политик и не считает Грин-де-Вальда проблемой? Что Тени скоро станут политиками и влиятельными богатыми людьми? Нет.              — Они пойдут за тобой, — пожал плечами Энтони, приминая правила игры “притворяемся, что у нас есть будущее”. — Ты не одна.              — Именно это меня и беспокоит, — тихо сказала Айрис и прикусила губу, словно останавливая поток своих лишних слов.              Энтони понял, что сказал что-то не то.              Пойдут за ней… Если учитывать, что Айрис угрожала смерть, то, наверное, контекст его слов был не лучшим.              Энтони задумался, позволяя тишине затянутся. Он всё равно не знал, что нужно было сказать Айрис. Все слова казались пустыми и эгоистичными. Забавно. Энтони ожидал, что из них двоих смерть заберёт именно его, а в итоге это Айрис долгое время находилась под её тенью.              Она явно переписывалась с Грин-де-Вальдом и вела с ним какие-то дела на седьмом курсе. Вряд ли всё заходило дальше простых разговоров, но Айрис несомненно планировала что-то. И она перечеркнула все свои труды, когда пришла в дом Массерия Джузеппе за Касси и Тони. Она выбрала их спасение.              Энтони почти на сто процентов был уверен, что девушка понимала, что не победит Грин-де-Вальда. Не сможет его обмануть. Но она попыталась. Она перечеркнула год своей работы, чтобы спасти своих друзей.              — Нет, — сам удивился Энтони своим словам. — Тебя не только это беспокоит.              Она боялась того, что сама была готова пойти за кем-то? Боялась того, как далеко может зайти и как это отразиться на её друзьях?              Или же не совсем так. Она не боялась, что её близкие попадут в беду. Она боялась того, на что будет готова пойти, чтобы защитить их?              Она опасалась того, что пойдёт за ними, в какую бы темноту они бы не попали?              — Я ничего не знаю, — на грани слышимости прошептала Айрис. — Я не понимаю, чего я хочу. Для чего. Что я должна делать? Я не могу…              — Ты умираешь, — оборвал её Долохов. — Ты, блять, умираешь и вполне нормально, что тебе страшно.              Вот. Он смог сказать это вслух. Этот факт наконец-то кто-то из них озвучил.              — Я так боюсь, что однажды не открою глаза, — горько улыбнулась Айрис. — Вдруг я их сейчас закрою и больше не открою? Клиффорд сказал, что скорее всего это так и будет. Сначала я почувствую сильную слабость и отключусь, так как вся моя энергия уйдёт на экстренную регенерацию души. Вот только на этот раз она не справится и душа просто треснет. Я даже не почувствую этого. Просто закрою глаза и больше не открою.              Она кисло усмехнулась.              — Как ты мог не бояться? — прошептала Айрис и повернула голову в его сторону.              Она так смотрела, словно была готова принять любой ответ Энтони. Но он знал, что эти глаза сразу распознают его ложь.              — Я боялся, — признался Энтони. — Просто внешний мир и собственная голова казались мне страшнее.              Айрис поджала губы и слабо кивнула. Её глаза словно потухли. Она отвернулась и перевела взгляд обратно в потолок.              — Если я останусь и присмотрю за твоим сном, то ты сможешь поспать? — предложил Энтони. — Я не сомкну глаз, обещаю. Если что-то случится, то я защищу тебя и разбужу. Обещаю. Я прослежу, чтобы ты спала.              В комнате стало тихо, все звуки затихли, но Энтони распознал в молчании девушки согласие и признание. Он знал, что мир вокруг них может быть опасным, но сегодня он решил не допустить того, чтобы что-то нарушило её сон. Он был готов к любому вызову, готов защитить её от всех угроз, которые могли подкрасться незаметно.              Почти всех…              — Я не хочу жить в постоянном страхе перед смертью, — раздался тихий голос Айрис. — Я так устала от этого, если честно.              И Энтони стойко смотрел, как глаза Айрис медленно прикрылись.              — Я кое-что придумала. Завтра… Завтра я или умру или нет. Хочешь посмотреть, угаснет ли род Певереллов?              — Я буду рядом.              Он не знал, сколько просидел около её кровати вот так: пристально смотря на её спокойное лицо. На одно ошеломляющее мгновение ему показалось, что Айрис совсем не двигалась.              Но потом он заметил, как медленно поднималась её грудная клетка. Довольно скоро Айрис повернулась и легла на бок, явно не осознано, поворачиваясь к нему лицом. Иногда на её лбу появлялась складка, Айрис хмурилась и уголки губ порой дёргались. Энтони просто смотрел и запоминал каждое движение.              Он не смог уснуть. Просто сидел рядом, боясь, что следующая секунда могла стать последней.              Просто желая растянуть момент неизбежного решения судьбы.

♛ ♛ ♛

      Глаза Айрис горели на следующий день. Энтони хотел смотреть в них, но времени не было. Решимость, которую излучала девушка, словно могла сломать любые преграды.              — Долохов, не отвлекайся, — строго сказала она.              Энтони кивнул и продолжил помогать Айрис обустраивать зал к ритуалу. Он стискивал кулаки, когда дрожь в пальцах становилась слишком видна.              Когда ритуал начался, то они не обменялись никакими словами. Не было никаких напутственных фраз, слов поддержки. Только быстрый взгляд и кивок.              Словно они оба не верили, что это будет прощание.              Когда поднялся густой тёмный туман, то Энтони обдало ледяным воздухом. Последнее, что успел увидеть Энтони то, как Айрис открыла склянку с бордовой жидкостью и вылила содержимое в рот.              Когда туман спал и ритуал закончился, он подошёл к Айрис, понимая, что девушка выглядела не очень хорошо. Он дрожащими руками нащупал её слабый пульс и вызвал Найджела Клиффорда, который должен был ждать на этаже выше.              Когда он остался в зале один, то взял браслет и положил его в середину очерченного круга, как велела Айрис. Он сел на пол, положил голову на колени и стал ждать.              Он старался не сожалеть о том, что ничего не сказал Айрис на прощание.

♛ ♛ ♛

      — Тони?              Долохов проснулся и инстинктивно дёрнулся. Айрис стояла над ним, пронзая нервным взглядом, из-за чего Долохову показалось, что ему это мерещится. Её глаза…              Её глаза стали янтарно-красного цвета, что заставило Энтони настороженно опустить брови и прищуриться. Почему она здесь? Разве она не должна быть под присмотром своего целителя на верхних этажах?              — Что с твоими глазами? — пробормотал Долохов, приподнимаясь на локтях.              Он почувствовал холод каменного пола и то, как затекли его конечности. Он потянулся, стараясь уменьшить боль в суставах, когда переловил бегающий по нему взгляд Айрис.              — Где твоя палочка? — медленно спросила она и присела, чтобы оказаться с ним на одном уровне. — Мне нужна твоя палочка, Тони.              Энтони сильнее нахмурился и нащупал свою волшебную палочку в ножнах.              — Где твоя? — осторожно поинтересовался он.              — Не знаю, — процедила Айрис сквозь зубы, теряя терпение. Певерелл протянула к нему руку и она… прошла сквозь Долохова.              Парень почувствовал, как содержимое его желудка попросилось наружу.              — Ридикулус! — рявкнул он и отполз назад.              — О, ты подумал, что я богарт? — жалостливо протянула Айрис и наклонила голову, смотря на него ненормальными красными глазами, которые сильно выделялись на бледной коже.              — Ты призрак.              — Печально, — Айрис издала тихий, ломкий смешок и резко встала, раскинув руки в стороны. — Блять, безумно печально. Я ведь даже сделать ничего не смогу, да?              Внезапно её лицо исказила неровная улыбка. Слегка безумная, сказал бы Долохов.              — Но вот интересный факт, — протянула она, быстро подходя к нему и смотря на его грудь. — Я прекрасно вижу твою душу. Как думаешь, я могу это использовать? Не двигайся, хочу проверить.              Тони сжал волшебную палочку сильнее и встал, опасливо делая шаг назад, чтобы увеличить расстояние между ними. Айрис медленно покачала головой, а потом наклонила голову, будто это помогало ей разглядеть парня получше и проанализировать его уровень угрозы.              Она хмыкнула своим мыслям. Айрис неторопливо, словно кошка, подошла к нему и приподняла ладонь на уровне его груди. Энтони напряжённо наблюдал за её телодвижениями, стискивая свою палочку в руке, когда почувствовал внезапный холод. Он невольно выдохнул и поражённо увидел пар, который вырвался из его горла.              Почему он почувствовал непонятную слабость во всём теле?              Один шаг назад. Энтони схватился свободной рукой за грудь, будто это могло помочь согреться. Спустя пару секунд и вправду стало теплее. Долохов заметил, как в глазах Певерелл промелькнула глубокая задумчивость, когда она бесстрастно наблюдала за ним, как за одним из своих экспериментов. Потом в её глазах промелькнуло опасенье, когда она взглянула на свою руку. А затем…              Певерелл резко бросилась вперёд, но Долохов инстинктивно и с удивительной лёгкостью толкнул её на пол. Она успела вцепиться в его руку, заставляя упасть на холодный пол вместе с ней. Из горла Энтони вырвалось шипение от этого резкого соприкосновения с камнем, но Айрис словно не почувствовала этого. Странно, она должна было довольно больно удариться, но Певерелл, подобно дикому животному, начала кусаться и дёргаться. Она смогла ударить Долохова ногами в живот, когда он попытался схватить её за запястья, когда понял, что она стала осязаемой.              Он увернулся от нового удара ногами, но Айрис проскользнула, как змея, и обхватила его со спины. Энтони почувствовал, как она умудрилась схватить его руку с волшебной палочкой и легко сбросил девушку с себя.              Айрис поднялась на четвереньки и Энтони окончательно убедился, что что-то не так. Её взгляд, её попытка победить его без магии, которая явно закончилась бы не в её пользу. Она не дышала, понял Энтони. Сначала он удивился, что её дыхание вообще не сбивалось, не стало загнанным или громким. Нет. Её грудная клетка вообще не подавала признаков жизни.              Она снова бросилась вперёд. Почему? Он же явно намного лучше в физическом бою. У неё практически нет шансов. Почему она вела себя так странно. Резко. Неконтролируемо.              — Айрис! — рявкнул Энтони, передвигаясь так, чтобы оседлать Айрис и удерживать её на месте своим весом. Он положил обе руки на её плечи и приблизился к её лицу. — Какого дракла происходит? Объясни мне. Что я упускаю?              — Тони, — удивлённо округлила глаза Айрис. — Ты меня не интересуешь в этом плане, забыл?              Долохов моргнул, осознавая в какой позе они находились. Он недоумённо нахмурился и встряхнул Айрис, будто это могло помочь ей прийти в себя.              — Ладно признаю, ты выиграл, просто если бы ты приблизился к моему лицу чуть ближе, то эта поза приобрела бы другой подтекст, — недовольно протянула она, заставляя мозги Энтони плавиться от непонятного раздражения.              Внезапный оскал исказил лицо девушки и Энтони заметил свою волшебную палочку в её ловких пальцах.              Ясно. Это был отвлекающим манёвр. Значит, Айрис ещё не настолько свихнулась.              — Остолбеней! — прошипела она быстрее, чем Долохов успел вывернуть её запястье.              Но ничего не произошло…              Энтони успешно выхватил свою волшебную палочку и отбросил в сторону, наблюдая, как ненормальные красные глаза раскрываются в ужасе, словно потеряв любой интерес к сидящему на ней Энтони. Хватка Долохова невольно ослабла, позволяя девушке высвободиться.              Она медленно подошла к его волшебной палочке и осторожно подняла. Энтони почувствовал, как дрожь пробежала по его позвоночнику, но не мог сдвинуться с места.              — Люмос! Редукто! Бомбарда! — пробормотала Айрис. С каждым неудачным заклинанием её голос становится всё громче, наполняясь отчаянием. — Люмос! Люмос! Блять, пожалуйста, Люмос!              Энтони захотелось, вырвать свою волшебную из её пальцев. Оглушить или обнять Айрис, только бы не слышать и не видеть такое отчаяние на её лице. Мерлин. Она не могла колдовать. Ни одно заклинание не получалось.              — Блять… — дёрнулась она и вскинула руками, уронив волшебную палочку на пол. Она зарылась пальцами в волосы. — Нет… не так… Это не должно было быть так… Я не лучше сквиба, не лучше маггла… Она запрёт меня… У меня ничего не осталось.              Она закрыла голову руками. Из её груди вырвался истерический смешок. Энтони встал, чтобы помочь ей, но только встретился с уставшим мрачным взглядом кровавых глаз.              — Айрис? — прошептал он, протянув руки, словно успокаивая дикого зверёнка. — Что с тобой произошло?              — Отъебись от меня! — гневно процедила она, глянув исподлобья на парня. — Я не нуждаюсь в твоей жалости. Ты мне вообще не нужен. Никто не нужен!              Энтони отшатнулся не от жара слов девушки, но от глубины её отчаяния, которое сквозила в каждом её слове, в каждом резком движении. Он остановился и понял, что мог только потерянно смотреть на неё, не зная, как помочь.              — Я рядом, — болезненно слабо сказал он.              — Пока. Сейчас. Не волнуйся, я привыкла. Вы все уходите, — рассмеялась она. — Ты сбежишь, как только представится возможность. А я прекрасно знаю, что со мной случиться дальше. Я же сама придумала этот план. Блять… Блять! Это не должна быть я…              Даже, если Айрис стала призраком, если она теперь не человек, а странное создание с красными глазами…              — Я не собираюсь больше бежать, — тихо сказал он.              Айрис затряслась в беззвучном смехе и каждое подёргивание её плеч приносило Энтони фантомную боль. Мерлин. Глаза невольно защипало, но он заставлял себя быть сильным.              — Точно, — усмехнулась Айрис. — Поправлюсь. Сдохнешь при первое же возможности.              — Я не хочу умирать, — уверенно сказал Долохов, впервые признаваясь в этом самому себе. — И не хочу оставлять тебя позади. Я хочу быть рядом, если ты позволишь.              Лицо Айрис исказилось гримасой горечи. Мерлин. Она перестала иметь возможность себя контролировать или что?              — Бесперспективное предложение, — кисло пояснила она. — Ты мне не нужен. А сделку я выполнила, как ты подметил раньше. Твоя правда не такая ценность, в курсе? Почему я должна хотеть видеть тебя рядом, — внезапно весело протянула Айрис. — Касси должна была выжить. Хотя, она тоже хотела свалить, так что какая разница, да?              Энтони понял, что невольно задрожал от её слов. Он отвёл взгляд от этих ядовитых красных глаз, пытаясь ухватиться за что-то, чтобы сознание не уплыло от него. Каменные стены, каменный пол, осколки стекла, серебряный браслет, который ненормально светился в полутьме…              Энтони понял, что защитная линия вокруг браслета была нарушена. Он почувствовал, как по спине пробежали десятки мурашек, неприятно оседая комком нервов в животе. Энтони незаметно взял свою палочку в руку, пока Айрис была занята его прокленанием.              Это была не Айрис, понял Долохов, когда девушка сразу исчезла, продолжая заливаться хохотом, когда он восстановил целостность защитной линии. В комнате стало смертельно тихо. Никаких звуков.       Он надеялся, что это была не Айрис.              Пошатываясь, он вышел из ритуального зала и начал подниматься по ступенькам. Энтони быстро нашёл нужную комнату.              Лежащая на кровати девушка перевела взгляд на Энтони и удивлённо моргнула.              — Ты дрался что ли? — тихо поинтересовалась она.              Энтони испустил долгий вздох, когда посмотрел на почти родные серо-зелёные глаза. Казалось невозможным сдержать нервный трепет, который вспыхнул у него в животе.              — Я только что тебя видел внизу, — поражённо прошептал Энтони. — Ты была призраком.               Девушка перед ним сейчас нахмурилась и задумчиво посмотрела на него.              — Значит это так сработало, — спокойно поняла она и кивнула.              — В каком смысле? — нахмурился Энтони.              — Всё тебе расскажи, Долохов, — слабо хмыкнула Айрис. — Не хочу рассказывать. Если ты здесь и не тараторишь, значит, ты решил проблему.              — Ага…              Кислая улыбка отразилась на губах Энтони, а Айрис бесстрастно отвернулась.              — Ты можешь идти, — спокойно сказала она. — Я тебя больше не держу здесь. Наша сделка давно закончилась, так что ты можешь уходить. Я дальше справлюсь сама.              — Что? — не понял Долохов, пытаясь привлечь её внимание к себе.              — Ты можешь уйти, Энтони, — спокойно повторила она, словно Долохов мог не услышать. Она не посмотрела на него вновь. — Мне не нужна нянька в жизни.              Так просто?              Энтони почувствовал горечь. Конечно. Жизнь — это бесконечная череда разочарований и несправедливостей. Мечты, как правило, остаются невыполненными, а жизнь напоминает постоянную борьбу с ветряными мельницами. Не стоит надеяться на справедливость, она редко бывает достигнута. Чтобы выжить в этом беспощадном мире, нужно уметь принимать поражения и несправедливости, несмотря на свои мечты и желания. В конце концов, может оказаться, что тебе просто не суждено быть счастливым.              Но Энтони не смог пошевелиться, чтобы уйти или даже кивнуть. Он почувствовал, как яростно стиснулись его челюсти, как ногти оставляют шрамы на ладонях.              — Катись в ад, Певерелл, — процедил он и Айрис резко повернулась к нему, недоумённо прищурив глаза. Энтони оскалился и подошёл к ней. — Если хочешь, чтобы я свалил, то так и скажи, а не делай это так, словно делаешь мне одолжение. Имей, блять, смелость прогнать меня, смотря мне в глаза.              Пусть жизнь жестока, но можно попытаться бороться. Разве не об этом твердила Певерелл? Попробовать найти компромиссы с судьбой казалось Энтони возможным.              — Тони, — слабо произнесла Айрис и снова отвела взгляд на окно. — Я не хороший человек. Я собираюсь пойти не самым добрым путём. Поэтому подумай, прежде чем отвечать. Ты можешь уйти, я помогу с документами. Ты можешь стать по-настоящему свободным.              — Плевать, — рявкнул Энтони. — Мне, блять, плевать. Дай мне самому решать то, как жить эту жизнь. Мне не нужна твоя драклова добродетель…              Он собирался жить так, как хотел, пусть это и могло обернуться полной катастрофой.              Энтони не мог поверить, что они с Айрис пересеклись в своих жизнях. Он думал о том, как много людей он встретил за свою жизнь, но никто не был так близок к нему, как она. Он задавался вопросом, было ли это случайностью или судьбой. Он думал о том, что это было неизбежно. Следствием их решений и обстоятельств. Возможно, они должны были встретиться рано или поздно. И теперь, когда они были вместе, он не мог представить свою жизнь без неё.              Но может, это ошибка. Если Айрис действительно не хотела больше видеть его рядом? Она винила его в смерти Кассиопеи? Если бы у неё был выбор, то кого бы она выбрала? Его или Кассиопею? Ответ очевиден.              Может, у него такая аура? Аура смерти и неудач.              Да и что он мог дать. Что он мог предложить Айрис? Чужую кровь, которая словно въелась в его кожу? Правду, которую девушка и так знала? Свои умения? Своё невезение? Свои страхи и отчаяние? Имел ли он право быть эгоистом?              — Хватит думать, Долохов, — прошипела Айрис и ткнула его пальцем в бок. — Прекрати. Дракл. Раздери. Думать. Знаешь, как сильно это мешает?              — Тебе? — Энтони слабо хмыкнул, когда Айрис запрокинула голову назад, а в её глазах появилось привычное спокойствие и вызов. — Я не нанимался упрощать тебе жизнь.              Глядя в эти серо-зелёные глаза, Энтони понял, что это было не случайностью, не судьбой, а их собственным выбором. Они выбрали друг друга и сделали это неизбежным.              — Ты останешься со мной?              Тишина продлилась не долго.              — Да.              Он прикусил губу, пытаясь скрыть улыбку, грозившую вот-вот появиться на лице.       Не получилось.       

Мои глаза в тебя не

влюблены, —

Они твои пороки видят ясно.

А сердце ни одной твоей вины

Не видит и с глазами не согласно.

Ушей твоя не услаждает речь.

Твой голос, взор и рук твоих касанье,

Прельщая, не могли меня увлечь

На праздник слуха, зренья, осязанья.

И все же внешним чувствам не дано —

Ни всем пяти, ни каждому отдельно —

Уверить сердце бедное одно,

Что это рабство для него смертельно.

В своем несчастье одному я рад,

Что ты — мой грех и ты — мой вечный ад.

Шекспир — Мои глаза в тебя не влюблены — Сонет 141