Облачная пустота, полная цветов горечи (Новелла)

Тяжёлые двери с протяжным скрипом закрылись, и Хэ Лиу остался наедине со старшим заклинателем в обширном зале библиотеки. Между юношей и мужчиной с самого начала сложились прохладные отношения, ставшие к нынешнему моменту напряжёнными. Неприязнь, которую не мог проигнорировать старший заклинатель, была лишь со стороны Хэ Лиу. Тем не менее из-за меньшей власти юноша был вынужден выполнять наказы и подчиняться. И всё же стоило Сюэ Юнксу скрыться из поля зрения, как лицо мужчины смягчилось, а голос стал чуть теплее. – Смею предположить, что ты догадываешься о теме нашего разговора. Несмотря на то, что старшего заклинателя отделяла от Хэ Лиу всего пара шага, мужчина не понизил голос. Сведя руки за спиной, юноша сухо кивнул. – Я знаю,что ты обладаешь большим и добрым сердцем и стараешься помочь многим, в особенности товарищам, – начал мужчина, наблюдая за собеседником, который не отводил от него взгляд. – И всё же мне не нравится, что ты оставил работу и стал помогать Сюэ Юнксу в делах, не касающихся тебя. Как видишь, я уже осведомлён об этом, хотя с вами двумя я не пересекался. Это чужое наказание, так что как думаешь, что может произойти, если об этом станет известно главе? Поражëнный, Хэ Лиу приоткрыл рот, но мужчина лишь приподнял уголки губ в улыбке и перевёл взор на ближайший стеллаж. – Не скажу, что мне так уж сильно не нравится твоя помощь Сюэ Юнксу, я лишь считаю это дело бесполезным и даже неблагодарным. Как ты знаешь, сколько бы много ты сил не тратил, нельзя помочь желаемому большинству... Хотя бы потому, что ты не в силах одолеть саму судьбу. Тем более не стоит помогать безнадёжным людям, – Хэ Лиу плотнее сжал губы. – Пока что Сюэ Юнксу удаётся балансировать, однако он зашёл слишком далеко, в места, где лёд слишком тонкий и уже вовсю покрыт трещинами. И я сомневаюсь, что вскоре он станет толще. Не лучше ли прекратить идти за ним следом, сосредоточив внимание на других людях, которые точно также существуют и нуждаются в помощи? Мужчина сбоку посмотрел на юношу с некой тяжестью во взгляде. Будь разговор построен иначе, Хэ Лиу чувствовал бы лишь ярость, но сейчас в мыслях растерянно мелькали образы. Возможно, действительно стоит хотя бы обернуться и заметить остальных людей. Разве они чем-то хуже или их проблемы следует обесценивать? Однако Хэ Лиу был уверен: даже если кто-то упадёт пред ним на колени, моля о помощи, он будет удивлённо стоять на месте, и первой протянется рука Сюэ Юнксу. – Вы ошибаетесь, – тихо ответил юноша, опуская взгляд. Старший заклинатель не без удивления повернул голову в его сторону, и казалось, с его губ хотел сорваться вопрос, но сколько бы Хэ Лиу не ждал, в комнате стояла тишина. – Вы ошибаетесь, – громче повторил Хэ Лиу, сжимая своё запястье. – Я не могу признать в себе того доброго мальчика, о котором вы упомянули в начале. Я всегда помогал людям по двум причинам: вынуждали обстоятельства или я видел выгоду от них в будущем. Раньше Сюэ Юнксу относился ко второму типу. Однако с течением времени я действительно привязался к нему, но не могу сказать, что мне нравится это. И всё же для меня не имеет значения какой он, во что одет и как выглядит. Я не собираюсь защищать никого, кроме него. Хэ Лиу двинулся в сторону выхода, обходя стороной старшего заклинателя. Тяжёлые двери библиотеки всё с тем же протяжным скрипом закрылись, скрывая за собой шаги; в этот раз в зале остался один мужчина. Он всё также смотрел на пустое пространство перед собой, словно на том месте до сих пор стоял юноша. «Он изменился после падения Сюэ Юнксу...» – произнёс про себя старший заклинатель, снова косясь на пыльные полки стеллажа рядом. Выйдя в уединëнный коридор, Хэ Лиу осторожно прислонился к стене, ссутулясь и склонив голову. Старший заклинатель определённо знает, как заставить человека слушать тебя. В начале разговора юноша постепенно раздражался, но потом его словно окатило холодной водой. «Как видишь, я уже осведомлён об этом, хотя с вами двумя я не пересекался». Фраза не оставляла Хэ Лиу в покое, хоть самой лёгкой версией и являлась обычная внимательность остальных заклинателей. Всё же за эти дни многие видели его рядом с комнатой Сюэ Юнксу. Стоило и заглянуть в комнату, где сразу становилось ясно, что к работе давно не притрагивались. И всё же беспокойство не желало оставлять Хэ Лиу. Быть может, действительно следует не вмешиваться в чужое наказание и дать Сюэ Юнксу проявить себя? Наверняка он поймёт, даже если юноша не сможет солгать и скажет правду. «Совершенно несчастный человек, который не умеет держать зла» – Хэ Лиу вновь пришёл к этой мысли, как в день, когда Сюэ Юнксу впервые обнял его в слезах. Юноша поднял голову, зарываясь рукой в волосы и убирая пряди назад. Легко оттолкнувшись от стены, он неспешно направился в комнату, где переписывал свитки вместе с Сюэ Юнксу. Наверняка он ждёт его там... За время разговора на улице стемнело ещё сильнее. От солнца остались лишь низко плывущие облака вдали, окрашенные в розовый или фиолетовый; небо постепенно оборачивалось звёздным ковром. Туман едва заметной белоснежной завесой просачивался в коридоры и дрожал под шагами. Из-за угла навстречу Хэ Лиу вышла группа заклинателей, увлечëнно обсуждающих что-то. Больше всего поглощены разговором и весельем были люди, идущие впереди. Пройдя мимо них, Хэ Лиу обернулся и пересëкся взглядом одного из заклинателей. Тот сразу повернул голову обратно и с улыбкой что-то ответив юноше рядом. Больше в коридорах Хэ Лиу не встречал никого, но стоило пройти второй поворот и поднять взгляд, как в одиноком проходе появилась фигура. Она сидела на полу в запылëнной одежде и дрожащими руками приводила в порядок несильно растрëпанные волосы. Халат сполз с одного плеча, обнажая верхние одежды серого цвета. Услышав позади шаги, сидевший человек с опаской обернулся, решив, что вернулись обидчики. Глаза Сюэ Юнксу округлились, а бледные губы задрожали. Хэ Лиу продолжал стоять на месте, не отводя изумлëнный взгляд. Неудачливый заклинатель опустил взгляд и отвернулся, поспешно поправляя спавший рукав халата. Хэ Лиу заставил себя двинуться с места и поспешить к нему. Сюэ Юнксу начал аккуратно вставать. Желая зацепиться за что-нибудь на стене, он вытянул руку, но ничего не нащупал. Однако Хэ Лиу уже подошёл и наклонился. Его руки с осторожностью приобняли за талию и плечо, помогая встать. Над ухом раздался шёпот: – Осторожнее, пожалуйста... Сюэ Юнксу посмотрел на него, и Хэ Лиу оказался достаточно близко, чтобы рассмотреть и покрасневшие глаза, и мокрые ресницы. Не высохшая слеза тускло блестела на нижнем веке. В тёмных глазах Хэ Лиу заметил отражение своего взволнованного лица, но неудачливый заклинатель в спешке отвернулся. – Что-нибудь болит? – задал вопрос Хэ Лиу. – Думаю, я подвернул ногу, когда упал, – голос Сюэ Юнксу дрогнул. – Не беспокойся, я в состоянии дойти сам, а на утро и вовсе пройдёт. Неудачливый заклинатель сжал одежду, глядя в пол. Хэ Лиу подошёл к нему ближе. – Ты всегда так говоришь. Я провожу тебя. Сюэ Юнксу незаметно глянул на него и кивнул, не видя причин для отказа. Всё же наконец дождавшись Хэ Лиу, он не хотел прощаться с ним так скоро. Две заклинателей неспешно отправились дальше по коридору. Повернув голову прямо, Хэ Лиу тихо вздохнул. Когда глаза открылись, взгляд оказался холодным. Юноша догадывался: руку приложили заклинатели, которых он совсем недавно видел. Тем более он уже несколько раз становился свидетелем того, как они глумились над Сюэ Юнксу. Их было немало, однако всегда действовал один Цай Ли, лишь изредка к нему мог подключиться ещё один человек, остальные же стояли за спиной. У них было лишь две функции: хохотать и невпопад выкрикивать прозвища, либо насмешки, получая не меньшее удовольствие. Но этого хватало, чтобы внушить жертве, что нападает толпа. Теперь она не находила смелости бежать, веря, что её схватят сразу же. Толпу зевак, которые зачастую находились рядом, Хэ Лиу ненавидел не меньше. Он не желал, но мог оправдать тех людей, которые подвергались подобным издевательствам, и теперь стояли, потупив взгляд и со страхом вспоминая прошлое. Почему же остальные продолжают стоять на месте, безэмоционально глядя на происходящее, как на должное, Хэ Лиу, так и не смог понять. «Если ты обладаешь достаточной силой, помоги слабому» – правило, с которым у каждого возникают проблемы. – Хэ Лиу... – негромко позвал Сюэ Юнксу. Отвлекаясь от мыслей, юноша вопросительно посмотрел на неудачливого заклинателя. – Сейчас ты выглядел раздражëнным... Всё в порядке? – спросил Сюэ Юнксу, опустив голову. Хэ Лиу не составляло труда понять, что подразумевает молчаливое продолжение вопроса. Раньше юноше казалось, что Сюэ Юнксу излишне давит на жалость, каждый раз до неузнаваемости искажая фразы, трактуя иной смысл. Но со временем одна фраза поселилась в голове, не давая покоя: «Что, если он настолько подавлен, что при всём страхе одиночества, продолжает искать в словах единственного друга подтверждение собственной непригодности даже для простой вещи как общение?». – Ты не вызываешь во мне раздражение, — произнёс Хэ Лиу. – Скажи, ты столкнулся с заклинателями и Цай Ли? Это они всё устроили? Хэ Лиу неотрывно смотрел на Сюэ Юнксу, ожидая бурной реакции, но тот лишь коротко кивнул. Юноша нахмурился, и одновременно с этим неудачливый заклинатель крепко взял его за рукав. – Я знаю, о чëм ты думаешь... «Они не успели уйти далеко, так что почему бы не догнать их», верно? – спросил Сюэ Юнксу. – Но, прошу тебя, не делай ничего... Я не хочу, чтобы у тебя были лишние проблемы. Сюэ Юнксу поднял взгляд. Возможно, Хэ Лиу показалось, но сжатые почти до тонкой нити губы слабо дрожали. Юноша впервые за долгое время почувствовал себя неловко. Теперь уже он прятал взгляд от неудачливого заклинателя. Сюэ Юнксу не стал продолжать разговор, лишь крепче сжал рукав и стал смотреть под ноги. Достаточно и молчаливого согласия, заключëнного пару мгновений назад. Казалось, прошло всего-навсего несколько секунд с момента встречи в коридоре, но вот уже Хэ Лиу осторожно убрал руку с плеча и бесшумно открыл дверь комнаты. Тёмная и холодная, она редко вызывала желание вернуться как можно скорее. Изредка Сюэ Юнксу вновь пытался создать уют, но тот не обладал способностью согревать. Глаза переставали радоваться на третий день, сопоставляя всё с прежней пустотой комнаты. Хэ Лиу прошёл к постели и всё с прежней осторожностью усадил на неё Сюэ Юнксу. Избавившись от возникшей неловкости, юноша с оставшейся тенью беспокойства посмотрел на неудачливого заклинателя. – Я зайду утром. Если всё же нога будет беспокоить, не стесняйся сказать. Мне ведь не составит труда принести мази и бинты, - Хэ Лиу сделал небольшой шаг назад. Юношу остановил робкий шёпот Сюэ Юнксу: – Ты можешь остаться?.. – Могу, но в чëм дело? – задал встречный вопрос Хэ Лиу. Сюэ Юнксу отрицательно помотал опущенной головой. Он смотрел в пол, одной ногой слабо толкая другую. Щёки снова горели, а мысли беспорядочно спутались. – Ни в чëм, я просто... Просто хочу, чтобы ты ненадолго остался, – Сюэ Юнксу сам не заметил, как на одном дыхании выпалил последнюю фразу. Теперь, кажется, он покраснел до кончиков ушей, однако в полумраке комнаты это сложно было заметить. Сжав одеяло, неудачливый заклинатель был готов начать извиняться, но в ответ прозвучало «хорошо». Судя по тону, Хэ Лиу улыбался, но Сюэ Юнксу не решался поднять взгляд, чтобы убедиться в этом. Юноша присел на постель. Сюэ Юнксу поднялся с места и развязал чëрно-оранжевую ленту, позволяя волосам рассыпаться по плечам и спине. Когда он начал снимать халат, Хэ Лиу отвернулся, однако взгляд невольно возвращался. Оставшись в одних верхних одеждах, Сюэ Юнксу бросил быстрый взгляд на юношу и вернулся в постель. Чтобы было теплее, он сперва укрылся халатом, и только потом одеялом. – Тебе здесь не холодно? Особенно зимой... Сюэ Юнксу посмотрел на него и ответил: – Когда морозы сильнее обычного, то бывает и холодно. Но зимой одежда теплее, так что не мёрзну. Зато и летом не жарко... – неудачливый заклинатель поправил край одеяла. – Да и я здесь давно живу, привык... Мне однажды предложили другую комнату, но я отказался. Подумал, что кому-нибудь может быть куда холоднее в этой комнате. Теперь о таких предложениях даже и мечтать глупо. С тобой я тоже не буду меняться комнатами, если думаешь об этом. Хэ Лиу отвернулся и вздохнул с закрытыми глазами, потирая заднюю часть шеи. Очевидно, только что был угадан ход его мыслей. Сюэ Юнксу тихо рассмеялся, прикрыв рот рукой. Однако смех звучал неумело. Подперев щëку рукой и поставив локоть на колено, Хэ Лиу слегка наклонил голову и улыбнулся. Сюэ Юнксу глубоко вздохнул и повернулся на бок. – Я хочу поделиться своими переживаниями, – неожиданно произнёс Сюэ Юнксу. Улыбка Хэ Лиу растаяла за мгновение, а лицо приобрело напряжённый и серьёзный вид. Сюэ Юнксу не был из тех, кто свободно мог поделиться тем, что на душе, и предпочитал хранить в себе. И раз он решился рассказать - значит, он не может перестать думать о проблеме, угнетая себя всё больше и больше. -– Знаешь, мне всё время кажется, что вот-вот мне скажут покинуть Священные воды... – начал Сюэ Юнксу. – Я не могу сидеть в стороне во время сражения, как трус, но каждое моё вмешательство приносит серьёзные проблемы, давая преимущество скорее врагу, чем нам. Я более-менее гожусь для бумажной работы, но тогда какой из меня заклинатель? Другим неприятно находится рядом со мной, я постоянно чувствую себя лишним... – Сюэ Юнксу сжал руку в кулак. – Но меня больше беспокоит то, что будет после ухода из ордена... Смогу ли я вообще выжить за этими стенами? С такой неудачей я не сгожусь даже для уличных представлений, не говоря уж о нормальной работе... Хэ Лиу не мог подобрать слов, чтобы поддержать Сюэ Юнксу. Теперь, когда ему стала доступна часть переживаний, юноша чувствовал на душе ту же тяжесть. – Можешь ничего не говорить, мне хватает и того, что ты просто выслушал меня, – сказал Сюэ Юнксу, закрывая глаза. – Прости, что нагрузил, мне хотелось лишь ощутить небольшую лёгкость... И даже когда Сюэ Юнксу уснул, Хэ Лиу так и не смог отыскать слов поддержки. Посмотрев на неудачливого заклинателя, юноша заметил сжатую в кулак ладонь. Протянув руку, Хэ Лиу осторожно разогнул его пальцы. Волнение было таким, словно он хотел заняться непотребством. Юноша чуть отодвинул дрожащую руку, но потом несмело поднёс вновь. Пальцы скользнули и едва ощутимо сжали ладонь Сюэ Юнксу. Быть может, прикосновение сможет заменить часть слов, которые хотелось сказать.