Ты слаще мести

Тэхён проснулся в пустой постели, мгновенно почувствовав холод, несмотря на повышенную температуру тела. Вчера, когда он решил остаться с Чонгуком ради спокойствия, и после того, как Чимин занес им вещи, они закончили тем, что посмотрели фильм, обнялись и легли спать. В сексе не было необходимости, еще не время. Сначала он подумал, что, может быть, Чонгук оставил его и ушел на работу, и он чувствовал себя обиженным и брошенным, несмотря на то, что знал, что это иррационально и глупо. Но затем он услышал звуки где-то за пределами спальни, поэтому он вытащил себя, сделав быстрый обход в ванной, прежде чем отправиться в основную зону. Чонгук был на кухне, готовил завтрак и что-то напевал себе под нос. Тэхён остановился и несколько секунд наслаждался сценой, это был не первый раз, когда Чонгук готовил для них, но он не мог насытиться этими моментами. Чонгук на самом деле не был типичным альфой, большинство ожидало, что омеги будут готовить, но Чонгук сказал Тэхёну раньше, что ему это нравилось, потому что, когда он был маленьким и до того, как его мама умерла, он много наблюдал за ней и учился. — О, ты проснулся, — выдохнул альфа, когда повернулся, чтобы взять тарелки, и заметил Тэхёна. На его губах образовались небольшие надутые губки, когда он добавил: — Я хотел удивить тебя завтраком в постель. — Сердце Тэхёна немного сжалось, в хорошем смысле: — Извини, что испортил всё, мы можем просто поесть здесь. — Как ты себя чувствуешь? — Хорошо, немного непривычно, но все равно хорошо, сегодня будет спокойно. — Если ты так говоришь, ты знаешь о своих течках, — кивнул Чонгук. — Мы можем просто болтаться по дому и ничего не делать, — Предложил Тэхён. — Звучит потрясающе, — улыбнулся Чонгук. — Обычно я не могу себе позволить ничего не делать. — А на работе все хорошо? — Да, я поговорил с Намджуном и Юнги, и они пообещали взять на себя мои обязанности, пока я не вернусь. Они съели завтрак, а затем начали ничего не делать. В последние недели Тэхён начал много зависать в маленькой библиотеке Чонгука, там были удобные кресла, поэтому он всегда брал какую-нибудь книгу и свернулся в одном, а Чонгук сидел в другом, обычно с ноутбуком или телефоном, просматривая рабочие электронные письма. В итоге они сделали это и сегодня, и Тэхён понял, как сильно он любит эти моменты. Это было очень по-домашнему, у них не было необходимости постоянно что-то делать или говорить, они могли просто быть рядом друг с другом, и это успокаивало. Было немного страшно, как быстро он привязался к Чонгуку. Всего около трех месяцев назад он все еще был настроен соблазнить его, просто наслаждаясь сексом в процессе, но это быстро переросло во что-то большее и глубокое. Он был в отношениях раньше, но никогда не чувствовал ничего подобного. — Тебе холодно, — нахмурился Чонгук, заметив, что Тэхён извивается и слегка дрожит. — Да, но моё тело горит, воздух вокруг становится холоднее, я сейчас возьму одеяло. — У меня есть идея получше, подожди здесь, — Чонгук отложил телефон и ушел. Он вернулся назад всего через минуту, что-то держа в руках и подойдя к Тэхёну, мягко приказав ему поднять руки. Затем он надел свою толстовку на омегу. Тэхён удовлетворенно вздохнул, когда мягкий и теплый хлопок окутал его, толстовка была на нем огромной, не только потому, что Чонгук был крупнее его, но и потому, что у него была склонность к мешковатой одежде, так что омега практически тонул в ней, но это было что казалось удивительным. — Мне нравится видеть тебя в моей одежде, — признался Чонгук с напряжённым взглядом, без сомнения чувствуя себя собственником из-за этого зрелища. — Мне нравится носить твою одежду, — ответил Тэхён, уткнувшись носом в одежду, пропитанную сильным запахом. — Подвинься, — сказал Чонгук и, прежде чем Тэхён успел среагировать, мягко подтолкнул его и сел в кресло. Им было так тесно вместе, но Чонгук разрешил себе положить ноги Тэхёна себе на бедра и обхватив рукой за талию, чтобы не упасть. — Мм, мне это нравится, — сказал Тэхён, совершенно не обращая внимания на то, что они сидели в одном маленьком кресле, чувствуя Чонгука так близко, это было потрясающе. — Тогда тебе это тоже понравится, — ухмыльнулся Чонгук, и, прежде чем Тэхён успел спросить, что он имел в виду, альфа уткнулся носом в его шею, потирая пахучую железу. Губы Тэхёна приоткрылись, а глаза закрылись от удовольствия. — Ты меня чуешь? он вышел затаив дыхание. — Конечно, — Пробормотал Чонгук, касаясь его кожи, тоже оставляя там несколько поцелуев для верности. — На самом деле в этом нет необходимости, вокруг нет никого — Напомнил ему Тэхён. Обоняние было территориальным жестом, альфы часто делали это, чтобы сообщить всем, когда омега была занята, и особенно они делали это во время течки омеги, или после связки, или когда омега была беременна. Это было сообщение для каждого альфы, предупреждающее, что этот омега был запрещен и что если они что-то сделают, это плохо кончится. — Я хочу делать это, я люблю, когда ты пахнешь, как я, — Сказал Чонгук слегка грубым голосом, и Тэхён знал, что лучше не протестовать. В любом случае, он не хотел, ему это нравилось, и он знал, что теперь будет пахнуть Чонгуком несколько дней, и даже после этого он знал, что запах альфы останется на нем, даже когда жара спадет. Некоторое время они обнимались в кресле, прежде чем Чонгук пошел готовить ужин. Тэхён лег на диван и начал смотреть телевизор после того, как он предложил помощь, но младший неохотно отказался, сказав, что тому нужно отдохнуть. Чонгук как раз готовил, когда в дверь позвонили. Он нахмурился, и низкое рычание забулькало в его груди, когда он прекратил свои действия, глядя на вход. Он не хотел, чтобы кто-то находился рядом с его омегой, у которой была течка и от которой так восхитительно пахло, было неразумно так провоцировать альфу. Тэхён посмотрел на него чуть большими глазами, натянув на себя одеяло, неуверенный в посетителе. Это только заставило Чонгука чувствовать себя еще более защищенным, когда он пошел к двери, решив никого не впускать. — Что ты здесь делаешь? — выкрикнул он, увидев Хосока. — Успокойся, тигр, я здесь не для того, чтобы удалять время твоей омеге, — усмехнулся Хосок, но его улыбка померкла, когда он увидел смертельно серьезное выражение лица Чонгука, и добавил: — Серьезно, я даже не собираюсь входить, я не дурак, не хочу, чтобы ты надрал мне задницу. Намджун и Юнги рассказали мне о тебе и Тэхёне, так что я подумал, что мог бы пойти и купить тебе немного еды, чтобы у вас её было достаточно. — Только тогда Чонгук заметил две сумки в руках старшего, и его раздражение поутихло: — Спасибо, Хоби, и, извини за драматическое приветствие. — Не беспокойся, я и ожидал этого, — пренебрежительно махнул рукой Хосок, передавая сумки младшему: — Просто будь в безопасности и позаботься о нем, скоро увидимся. — Спасибо за продукты, — снова поблагодарил Чонгук и смотрел, как другой уходит. Он все еще был немного на грани, и это исчезло только тогда, когда он закрыл дверь и они с Тэхёном снова остались одни. — Кто это был? — спросил Тэхён с дивана тихим голосом, словно ожидал, что кто-то прыгнет на него из какого-нибудь укрытия. — Просто Хосок, он принес нам продуктов, — сообщил ему Чонгук, показывая пакеты. — О, хорошо, — кивнул старший и расслабился. Несмотря на то, что он был альфой, он не чувствовал угрозы со стороны друзей Чонгука, он знал их, и они ему нравились, и он доверял им, и он знал, что с Чонгуком он в безопасности. — Как ты себя чувствуешь? — задавался вопросом Чонгук, начиная раскладывать продукты. — Неплохо, но хотелось бы, чтобы больше не было неожиданных визитов, — проворчал омега. — Не волнуйся, больше никто не придет, — успокоил его Чонгук. Он понимал, что Тэхен был чувствительным и даже беспокойным в компании других людей, уже было чудом, что он чувствовал себя достаточно комфортно с ним, и это наполняло сердце Чонгука теплом, потому что это означало, что старший доверял ему. — Нам нужно кое о чем поговорить, прежде чем… мы начнем что-то делать, — внезапно сказал Тэхён и встал, направляясь на кухню. — Слушаю тебя — Ты сказал, что хорошо контролируешь себя, — Начал омега, — Но я все же хочу, чтобы ты знал, что я определенно не готов к зачатию. — Не волнуйся, — заверил его Чонгук с улыбкой, — Я бы никогда ничего не сделал без твоего согласия, претензии — это большое дело, и хотя ты мне нравишься, и мы вместе уже достаточно много дней, мы оба можем согласиться, что сделать такой большой шаг сейчас не может быть и речи. Мы должны просто наслаждаться общением и строить наши отношения, прежде чем принимать какие-либо важные решения. — Хорошо, хорошо, я рад, что мы на одной волне, — улыбнулся Тэхён, рад слышать все это от Чонгука, потому что, если бы он не был уверен, что может контролировать своего волка, он не мог бы оставаться здесь, и эта мысль уйти сейчас было практически невозможно. — Я должен закончить ужин, чтобы мы могли поесть, — Чонгук поцеловал Тэхёна в висок и указал на полуготовый ужин, который прервал Хосок. — Иди ложись и отдохни. — Я не хочу, — пробормотал Тэхён, крепко обнимая Чонгука сзади и уткнувшись носом ему в затылок. — Хорошо, мы можем оставаться в таком положении, — усмехнулся Чонгук, очарованный внезапной прилипчивостью Тэхёна. Омега раньше предупреждал его, что он такой, говоря, что это раздражает, но Чонгуку на самом деле это нравилось, ему нравилось ощущение, что он был комфортным для Тэхёна. Готовить с Тэхёном, цепляющимся за него, было довольно сложно, но он не сделал ничего, чтобы отослать его, зная, что может расстроить омегу, если он это сделает, большинство омег были очень чувствительны и могли принять это за отказ или пренебрежение, а Чонгук не хотел этого, он хотел, чтобы Тэхён чувствовал себя как можно лучше. Они вместе поели, а затем Чонгук предложил им принять ванну, на что Тэхён с радостью согласился. Они опустились в теплую воду, наполненную ароматическими маслами, которые заставляли Тэхёна расслабляться и таять на груди Чонгука, пока альфа держал его у себя между ног. Он начал мыть Тэхёна, медленно и чувственно растирая его тело, и старший наслаждался каждой секундой этого. Он никогда ни с кем не проводил течку, поэтому ему не было знакомо это, забота и баловство. Раньше он был со своей сестрой, и хотя это было здорово, это не могло сравниться с этим, быть с альфой, которого он любил и которому доверял, который мог бы помочь ему и коснуться его так, как его сестра никогда не могла. Тэхён судорожно вздохнул, когда Чонгук начал тереть и мыть его бедра, а затем и интимные места. Неудивительно, что его член заинтересованно дернулся, когда к нему прикоснулись, но Чонгук не издевался над ним и не дразнил его, вместо этого он молча обхватил пальцами растущую эрекцию и начал поглаживать ее, целуя плечи Тэхёна. Тэхёна передернуло лишь через несколько минут, схватившись за бедра Чонгука, которые были по бокам, и почувствовал мгновенное облегчение, нахлынувшее на него. Несмотря на то, что течка еще не была сильной, она уже начиналась, поэтому такое удовлетворение определенно помогло. Они рано легли спать, и Тэхён быстро задремал в объятиях альфы. Чонгук моргнул, не совсем понимая, что его разбудило после всего лишь нескольких часов сна, и какое-то время он был в замешательстве, потому что снаружи было еще темно. Но затем он быстро понял, чем это вызвано: не только его спальню наполнил безумно сладкий аромат, но и нуждающийся омега рядом с ним, трущийся о его бедро и потирающий выступающую эрекцию. — Началось? — Мягко спросил Чонгук. — И-извини, я не… хотел тебя разбудить, — выдавил Тэхён, изо всех сил пытаясь говорить правильно из-за ощущений, пробежавших по его телу. Он проснулся пять минут назад, горячий, мокрый и нуждающийся, но он не хотел беспокоить Чонгука и будить его, но его тело предало его. — Все в порядке, именно поэтому мы вместе, я здесь, чтобы помочь, — заверил его Чонгук, целуя горячий и вспотевший лоб, и обнял Тэхёна за талию и притянул его еще ближе к себе. Это заставило Тэхёна застонать, потому что его член еще сильнее прижался к мускулистой ноге, а из его промежности потекло еще больше смазки, что делало его нижнее белье невероятно неудобным. — Давай снимем это, — Прошептал Чонгук, словно мог читать мысли Тэхёна, избавляясь от нижнего белья, которое омега носил перед сном, так что он остался совершенно голым. — Чонгук, — простонал Тэхён, скользя по его бедру. Ему было бы неловко вести себя как похотливый подросток, но он не мог контролировать это, это было жарко, и это было нормально. — Все в порядке, детка, делай, что тебе нужно, — успокоил его Чонгук, сжимая его задницу и помогая движениями. — Мне нужно… мне нужно… — заскулил Тэхён, даже не зная, что он хотел сказать или что ему действительно нужно. Ему просто нужно что-то, что угодно, ему нужен Чонгук. — Это то, что тебе надо? — хрипло спросил альфа, просунув пальцы между влажными ягодицами. Тэхён застонал, и его бедра дернулись, когда он почувствовал пальцы на своем ободе, и он почувствовал почти непреодолимую потребность быть наполненным и растянутым, это почти сбило его дыхание. Чонгук понял, каким-то образом он просто знал, чего хочет старший, поэтому он, не колеблясь, легко всунул два пальца во влажную дырочку. Это была последняя капля для Тэхёна, он издал громкий вопль и кончил, небрежно перекатываясь бедрами и дрожа от этого чувства. Однако Чонгук не остановился, даже когда Тэхён замер, он продолжал медленно вводить и выводить пальцы, ускоряясь, когда омега побуждал его к этому, бесстыдно умоляя трахнуть его пальцами. Что Чонгук и сделал, он добавил третий для еще большей растяжки и начал безжалостно трахать отчаявшегося омегу, чувствуя, как его собственный член твердеет от требовательных звуков и смазки, льющейся на его руку. Тэхён кончил снова, когда Чонгук нашел простату, прикусив плечо Чонгука, чтобы заглушить его громкие крики. — Трахни меня, Чонгук, мне нужно, чтобы ты меня трахнул, — он посмотрел с расширенными зрачками на младшего, требуя большего. — Как ты этого хочешь? — тихо спросил Чонгук, его взгляд потемнел. Как он мог устоять перед такой хорошенькой омегой, которая так умоляла его? — Мне все равно, решать тебе, — выдохнул Тэхён, и это только усилило возбуждение Чонгука. Слышать, как Тэхён добровольно дает ему контроль, нажимать на все нужные кнопки, быть в состоянии решать, будучи лидером, это сводило его с ума даже в этот нечестивый час. Он схватил Тэхёна так, что омега оказался на спине, прежде чем он устроился между его ног. — Презервативы? — спросил он, не забывая о защите. Они больше не пользовались презервативами, но теперь Тэхён действительно мог забеременеть, так что они должны были нести за это ответственность. — Нет, у меня есть таблетки, — сказал Тэхён. — Я хочу почувствовать твой узел и кончить, мне не нужны презервативы. — Чонгук зарычал на бесстыдное признание, и этого было достаточно, чтобы он вогнал свой член в другого, выгнув спину. Через минуту медленных толчков Чонгук перестал сдерживаться, вонзаясь в омегу, как сумасшедший, движимый феромонами, запахом и всеми чувствами, которые крутились в его голове. Его волк звучал громче, чем обычно, в его голове, и его животная сторона выглядывала наружу, и он не был в состоянии остановить это, но он знал, что все в порядке, потому что Тэхён стонал и кричал от удовольствия, побуждая его продолжать. Как только Чонгук вытолкнул свой узел за край, Тэхён потерялся и кончил в третий раз за это утро, дрожа снова и снова, когда почувствовал, как внутри него набухает узел. — Тебе хорошо? — мягко спросил Чонгук, когда Тэхён пришел в себя и понял, что альфа гладит его вспотевшие волосы. Тэхён лежит на Чонгуке, так как их связывал узел. — Удивительно, — хмыкнул Тэхён, охваченный чувством оргазма. Так вот каково это было быть с кем-то в его течке, он не мог поверить, что никогда не делал этого раньше. Но опять же, он был убежден, что это было так здорово только потому, что это было с Чонгуком. Они оба снова быстро заснули и не просыпались до позднего утра. — Извини за то утро, — хрипло произнес Тэхён, проснувшись и увидев, что Чонгук тоже не спит. — Не извиняйся, — Чонгук успокоил его. Тэхён вскрикнул, когда альфа внезапно повернулся к нему и заключил его в сокрушительные объятия, и он начал хихикать, пытаясь отбиться от альфы, но не сдвинулся с места. Тэхён успокоился и замер, потому что на самом деле было чертовски приятно находиться вот так в чьих-то объятиях, и он снова чуть не уснул. — Ты собираешься отпустить меня? — Чонгук усмехнулся, когда попытался встать, но Тэхён только крепче прижал его к себе. — Нет, я буду держать тебя всю оставшуюся жизнь, — пробормотал Тэхён ему в грудь, даже не осознавая, какое значение имеют его слова и что они на самом деле заставляют сердце Чонгука учащенно биться. — Хорошо, но я не знаю, кто будет готовить для тебя еду, — возразил Чонгук. — Если ты останешься здесь, может быть, я, наконец, смогу принести тебе завтрак в постель или, скорее, поздний завтрак, поскольку уже почти одиннадцать. — Ладно, думаю, я могу отпустить тебя ненадолго, — вздохнул Тэхён и ослабил хватку другого, потягивая все еще оцепеневшее от сна тело. Он бессовестно пялился на Чонгука, когда тот встал голым и натянул чистое нижнее белье и спортивные штаны, не заморачиваясь футболкой. Тэхён заскулил, когда Чонгук направился к двери. — Что? — Альфа обернулся с поднятой бровью. — Ты не поцелуешь меня перед уходом? — мило надулся старший, и Чонгуку этого было достаточно, чтобы подойти к кровати и дать ему именно то, что он хотел, коротко, но глубоко поцеловав его, прежде чем он отстранился и заверил его, что скоро вернется. Тэхён просто лениво лежал в постели, пока Чонгук не вернулся с подносом, едой и напитками на нем. — Будь осторожен, я могу к этому привыкнуть, — поддразнил Тэхён, сел и прислонился к спинке кровати, чтобы поесть. — Может, это и есть мое намерение, может, я хочу обвести тебя вокруг пальца, чтобы ты не ушел, — усмехнулся Чонгук. — Ты уже обвел меня вокруг пальца, как и я тебя, детка, — подмигнул омега. — Справедливо, — засмеялся Чонгук, — Но на самом деле, даже если ты привыкнешь к этому, я не против делать это для тебя даже каждый день. — Иди сюда, — Тэхён схватил альфу за руку и притянул для поцелуя. Он чувствовал себя таким теплым и пушистым внутри, и он знал, что это отчасти было вызвано течкой, поскольку омеги, как правило, были намного более чувствительными, но он также знал, что будет чувствовать себя так даже вне, потому что Чонгук заставлял его чувствовать все это. Как бы он ни старался, он влюбился в альфу, быстро и сильно, и дело было в том, что он даже не расстроился и не испугался, он был просто счастлив. Они съели завтрак, но Тэхёну снова захотелось, так что Чонгук согласился. Они приняли душ и он трахнул Тэхёна там. Это удовлетворило омегу на несколько часов, поэтому после позднего обеда они начали играть в видеоигры. Чонгук до сих пор помнил, что это было одно из увлечений Тэхёна в его резюме, которое привлекло его внимание, потому что у них было это общее, и за месяцы они привыкли играть вместе. — Да, чёрт возьми! — воскликнул Чонгук, стреляя в персонажа Тэхёна на экране. — Нет, это несправедливо! — Тэхён заскулил, яростно нажимая кнопки на контроллере, пытаясь спрятаться от атаки и ответить на неё взаимностью. — Не прячься от меня, ты же знаешь, что ты отстой в этой игре, — дразняще усмехнулся Чонгук. — Я не! — возразил Тэхён, и в пылу игры Чонгук не заметил, как его губа начала дрожать. Обычно они оба были очень соперничающими и любили поддразнивать друг друга, но в чувствительном состоянии Тэхёна он был более эмоционален, чем обычно, принимая близко к сердцу поддразнивание Чонгука. — Ха, я поймал тебя, ты мертв! — Чонгук торжествующе завопил, успешно убив солдата Тэхёна: — Просто признай, что ты не силен в этой игре, неудачник! — Ты такой злой, — выдавил Тэхён, пытаясь сдержать слезы, но Чонгук наконец заметил его сдавленный голос. — Подожди, Тэ, детка, — глаза Чонгука расширились, и он уронил контроллер, пополз по полу к старшему: — Малыш, я не хотел этого, ты же знаешь, я всегда дразню тебя, когда мы играем! — Я не неудачник, — выдавил Тэхён и расплакался. — Конечно нет, детка, ты молодец, — Начал паниковать альфа, злясь на себя за такое безрассудство. Он следил за собой, чтобы не расстроить Тэхёна, но когда они играли, он увлекся и теперь чувствовал себя ужасно. Он притянул омегу к себе на колени, обнял его и прошептал похвалы на ухо. Через некоторое время Тэхён успокоился, лишь слегка всхлипнув, но когда он посмотрел на Чонгука и открыл рот, то снова расплакался: — Прости, я не знаю, что на меня нашло. Я говорил тебе, что раздражаю, и теперь я веду себя как ребенок, пожалуйста, не выгоняй меня. — Тсс, детка, нет, — Чонгук взял его за щеки, нежно вытирая слезы большими пальцами, — Я абсолютно не собираюсь выгонять тебя, слышишь? Ты не раздражаешь, ты просто чувствителен, и это естественно, когда у тебя течка, в этом нет ничего стыдного, я должен был быть более осторожным и внимательным, не плачь, ангел. — Как ты такой милый и милый? — Тэхён вздохнул, уткнувшись носом в шею Чонгука в поисках утешения. — Честно говоря, я не знаю, — усмехнулся Чонгук. Иногда он задавал себе один и тот же вопрос, иногда просто невероятно, что он вырос порядочным человеком, учитывая, каким был его отец, воспитавший его. Но он был рад, он возненавидел бы себя, если бы оказался высокомерным засранцем. — Чего ты хочешь сейчас? — Объятий, — пробормотал Тэхён, сжимая младшего крепче, и Чонгук был более чем счастлив подчиниться. Ближе к вечеру они решили пробежаться в своих волчьих формах. Тэхён чувствовал, что его волк нуждается в уходе, это было естественно, поскольку его первобытная, животная сторона была на первом месте в это время года, и Чонгук согласился, более чем счастливый позволить их волкам немного насладиться друг другом. Как только они переместились, защитные и собственнические инстинкты Чонгука включились больше, чем обычно. Чонгук прекрасно осознавал, что рядом с ним был этот великолепный белый волк, который был уязвимым и желанным, и он осторожно огляделся, чтобы убедиться, что других волков нет. Они не были друзьями, но встречались, и да поможет Бог любому, кто попытается заигрывать или даже просто приблизиться к омеге в течке, когда он был со своим альфой. Они побежали в лес, игриво гоняясь друг за другом, более цепкие, чем обычно, а Тэхён постоянно тыкался носом в Чонгука всякий раз, когда их пути пересекались, и он позволял альфе поймать себя более охотно, чем обычно. Чонгук следовал за сладким, сводящим с ума запахом, постоянно обнюхивая зад Тэхёна, который даже в его волчьей форме был практически мокрым. Чонгук, тем не менее, сдерживал себя, для волков не было ничего необычного в спаривании даже в животном обличье, но было гораздо труднее сопротивляться желанию предъявить права, поэтому он знал, что взять Тэхёна прямо сейчас и будет плохой идеей. Они были настолько поглощены своей маленькой погоней и друг другом, что не заметили, как в смесь влился еще один запах, и было уже слишком поздно, когда внезапно из ниоткуда появился коричневый волк, жадно набрасывающийся на уязвимого омегу. Тэхён издал отчаянный вой, повернувшись к незваному гостю передом, потому что его зад был слишком уязвим, и он щелкнул зубами в сторону незнакомого волка, который, как он знал, был альфой по его запаху и размеру. Запах ужаса мгновенно наполнил Тэхёна, он был в ужасе от неизвестного альфы и того, что он может сделать с ним, что он может взять его и потребовать без его согласия. Как только все это произошло, уже красные глаза альфы Чонгука загорелись еще ярче, и он был в ярости. Он узнал одного из членов их стаи, альфу, который, вероятно, только что вышел на невинную пробежку, но перестал быть невинным, когда он почувствовал запах омеги в течке, омеги Чонгука. Он набросился на бурого волка, угрожающе зарычал и без колебаний пошел в атаку. Волк взвыл от боли, когда огромные зубы Чонгука вонзились ему в бок, и он сопротивлялся. Тэхён отшатнулся от двух разгневанных альф, стоя, прижавшись к земле и дрожа. В нормальном состоянии он, вероятно, присоединился бы к битве и помог Чонгуку, он был свиреп и не боялся идти в драку даже с более сильными рангами, но из-за течки он только стоял и смотрел на свирепую схватку. У бурого волка не было ничего против Чонгука, он был меньше и менее ловок, и вскоре будущий глава стаи повалил своего противника на землю, издав громкое рычание, утверждая свое превосходство над другим. Бурый волк склонил голову и опустил хвост между ног, не в силах дать отпор сыну вожака. Чонгук снова зарычал, говоря ему через мысленную связь, чтобы он исчез, а другому волку не нужно было повторять дважды, его мех взлохмачен и окровавлен после боя. Чонгук сразу же подошел к Тэхёну, убедившись, что другой альфа ушел, и прижался к нему носом, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Омега потерся головой о голову Чонгука, молча давая понять, что с ним все в порядке. После этого они побежали обратно в дом, было слишком опасно находиться вне безопасности дома Чонгука, и альфа был зол на себя за то, что позволил этому случиться, они никогда не должны были выходить. Он думал, что как только они вернутся, Тэхён сломается, задрожит и, возможно, даже заплачет, расстроенный неприятным опытом, когда он подвергся потенциальной опасности быть заявленным другим альфой. Чего Чонгук не ожидал, так это того, что Тэхён практически прыгнет на него и страстно поцелует, как только они отодвинутся назад и войдут в дом. Руки старшего начали блуждать по телу Чонгука, когда он целовал его почти яростно, терся своим таким же обнаженным телом о тело Чонгука и стонал. Чонгук знал, чем это вызвано, это была защита, которую он продемонстрировал в лесу, которая так сильно разозлила омегу в течку, именно демонстрация силы и превосходства над другим альфой сделала Чонгука таким неотразимым в его глазах. Это был тот факт, что Чонгук подверг себя опасности ради него, показав, что он защитит его, несмотря ни на что, а также дав понять, кому принадлежит Тэхён. — Чонгук, — Выдавил Тэхён с расширенными зрачками, тяжело дыша, когда наконец отстранился от Чонгука, когда ни один из них даже не мог дышать. Ему казалось, что его тело горит, и он чувствовал такое сильное желание и потребность в Чонгуке, что это было почти невыносимо. Он так сильно хотел Чонгука, альфу, который защищал его от опасности, альфу, который заботился о нем последние два дня, альфу, который демонстрировал столько силы и доминирования, и он просто хотел подчиниться ему всем своим существом. Чонгук зарычал с темными глазами, рычание больше походило на волчье, чем на человеческое, потому что его животная сторона все еще выглядывала наружу, и он просто не мог сопротивляться, он должен был иметь Тэхёна прямо сейчас. Он толкнул Тэхёна на колени, прежде чем тот тоже встал на колени, но прежде чем они успели что-то сделать, он развернул Тэхёна и надавил на его лопатки, так что тот растянулся перед ним прямо на полу гостиной. Тэхён был податлив, не чувствуя ни малейшего желания дать отпор воле младшего, вместо этого он начал тереться своей голой и мокрой задницей прямо о промежность Чонгука, отчаянно скуля и молча прося, чтобы его взяли. Чонгук тяжело дышал от сильного возбуждения, которое ощущал каждой клеточкой своего тела, и больше не мог сдерживаться. Он знал, что не причинит вреда омеге, поскольку в тот день они уже занимались сексом, а также потому, что во время течки тела омег были естественным образом готовы и более устойчивы к любой боли. Так что Чонгук взял свой уже полностью твердый член и одним махом вошел в истекающую омегу, заставив их обоих стонать от восторга. Он начал почти яростно щелкать бедрами, выбивая стоны из скулящего омеги под собой. Это было дико и грубо, и они оба теряли контроль над своим разумом, в тот момент не было ничего другого, кроме этого, их тела двигались вместе самым грязным образом. Тэхён всхлипнул, когда Чонгук внезапно схватил его за шею и прижал к себе, что было одной из самых грубых демонстраций доминирования, которое могло произойти между парой. У Тэхёна не было желания сопротивляться, совсем нет, он даже не двигался, оставаясь совершенно неподвижным, чтобы показать свое полное подчинение и доверие к альфе. Узел Чонгука начал расти, как только старший начал сжиматься вокруг него, создавая такое сильное трение, что он почти не мог дышать. Одним дополнительным мощным толчком он протолкнул узел за край и кончил, трясясь и стоная, когда наполнял омегу своим семенем. Как только Тэхён почувствовал это, он чуть не потерял сознание, когда тоже кончил. Они ни разу не сказали ни слова, понял Чонгук, но, вероятно, именно это сделало акт более значительным, более интимным, более грубым. Чонгук помог Тэхёну сесть к нему на колени, прижав спину к его груди, так как узел все еще связывал их. — Ты был так хорош, детка, так хорош для меня, — Начал шептать он на ухо Тэхёну, нежно целуя его в щеки и плечи, добавляя похвал и заверений, чтобы омега услышал, чтобы он знал, что он абсолютно идеален. . Омеги в течке искали у альфы одобрения и уверенности в том, что они хорошие и послушные, это гладило их покорную сторону всеми правильными способами. Когда узел развязался, Чонгук, наконец, высвободился и перевернул Тэхёна лицом друг к другу. — У тебя все нормально? Я был слишком груб? — Обеспокоено спросил Чонгук. — Это было прекрасно, ты был идеален, — заверил его Тэхён, целуя в кончик носа. — Спасибо, что защитил меня в лесу, я не знаю… что бы случилось, если бы тебя там не было. Грудь Чонгука клокотала от раздраженного рычания только при мысли о сценарии и о том, что могло бы случиться, если бы его не было рядом и он не смог бы защитить старшего. — Ты мой, я всегда буду защищать тебя, — сказал он с серьезным взглядом, и Тэхён почувствовал, что его сердце вот-вот разорвется. Он никогда не думал, что когда-нибудь сможет чувствовать себя так, как все, он слишком надеялся найти альфу, потенциального партнера, который будет любить его больше всего на свете, но он никогда не мог представить, каково это на самом деле, когда тебя любят и о нем заботятся. как это. — Я твой, — успокаивающе выдохнул он, а затем, просто потому, что момент казался подходящим, он добавил: — Я люблю тебя. — Может быть, было слишком рано для признаний, они не были вместе очень долго, но Тэхён чувствовал это, и он не мог больше отрицать это, ни перед собой, ни перед Чонгуком. — Я тоже тебя люблю, — сказал альфа, прежде чем его лицо расплылось в широкой улыбке, а глаза сузились, и, прежде чем Тэхён успел отреагировать, Чонгук поцеловал его, глубоко и медленно, вкладывая в поцелуй все эмоции, и Тэхён тоже. Они пошли принять душ и что-нибудь поужинать, прежде чем оказались в спальне Чонгука, сделав еще два раунда, прежде чем уснуть. Затем следующий день был просто наполнен диким и грязным сексом почти в каждой комнате дома Чонгука, но тем временем они также находили время для объятий и поцелуев, что, по мнению Тэхёна, было идеальным сочетанием. Тэхён почувствовал облегчение, он знал, что на следующий день все пройдет, он это чувствовал. Но прямо сейчас он все еще хотел наслаждаться, пока это длилось, и Чонгук был более чем на борту. Вечером они были спокойнее, поэтому вместо грубого секса большую часть ночи они провели в медленных поддразниваниях и занятиях любовью, пока рано утром не заснули, переплевшись вместе. Утром, когда Тэхён проснулся, он знал, что течка действительно закончилась. Он снова почувствовал себя самим собой, и благодаря Чонгуку он не почувствовал никаких последствий. Другим последствием было то, что он чувствовал боль после нескольких дней секса, но это была приятная боль, которую он был счастлив терпеть еще несколько дней. Обычно, когда он проводил течки в одиночестве, ему требовалось как минимум еще несколько дней, чтобы действительно оправиться от нужды и чувствительности, но поскольку альфа так заботился о нем, с ним все было в порядке. Они вместе позавтракали и приняли душ, некоторое время целуясь, наслаждаясь нежными моментами после дня дикого секса. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? Ты знаешь, что можешь остаться еще на один или два дня, — Чонгук неуверенно посмотрел на Тэхёна, когда омега начал обуваться после того, как сказал ему, что идет домой. — Я в порядке, правда, я отнял у тебя достаточно времени в последние дни, — улыбнулся Тэхён. — Мне нравилось, — заверил его Чонгук. — Из-за меня у тебя все еще накопилось много работы, ты должен сосредоточиться на этом сейчас, — добавил Тэхён. — Все в порядке, правда, я все равно живу с Чимином, так что не похоже, что я буду один. — Хорошо, но позвони мне, ладно? И не смей выходить на работу еще несколько дней, я твой начальник, так что это приказ. — Хорошо, босс, — усмехнулся Тэхён, наклоняясь и целуя Чонгука в губы. Он улыбался как идиот, когда отстранился и добавил: — Большое спасибо за прошедшие дни, ты был потрясающим, правда, это была лучшая и самая легкая течка, которая у меня когда-либо была. — Не преувеличивай, ты отплатишь мне, — пошутил Чонгук. — С удовольствием, — кивнул Тэхён, вовсе не шутя. Чонгук просто помог ему пережить тяжелые и одинокие дни, так что он был более чем доволен тем, что отдавал, когда Чонгук нуждался в этом, когда он был в рутине. Они целовались еще несколько минут, не в силах разлучиться, но затем Тэхен наконец открыл дверь и ушел. У него была здесь машина с тех пор, как он приехал сюда на работу и никуда не уезжал, так что ему не нужно было, чтобы кто-то забирал его. Он даже не был уверен, будет ли Чимин дома, но ему было все равно, он планировал отдохнуть весь день. Когда он вернулся домой, он обнаружил, что Чимин был там. — О, ты здесь, — Чимин оторвался от телефона, когда то вошел. — Ага, ты думал, что Чонгук меня убьет, или как? — Тэхён усмехнулся. — Я вижу, ты в хорошем настроении, значит, течка была насыщенной, — усмехнулся старший. — Очень насыщенной, очень дикой, и мне было очень больно, — засмеялся Тэхён и сел рядом с Чимином с довольным вздохом: — Но это было потрясающе, Чонгук был таким замечательным, таким внимательным, таким терпеливым, даже когда я начинал раздражать, он просто …идеален. — Здорово проводить течку с кем-то, не так ли? Особенно с кем-то, кто тебе нравится, даже если у тебя есть приятель, это просто не может сравниться, потому что, хотя они и дают тебе секс, они не дают тебе других важных вещей. — Да, это было… я даже не могу это описать, — мечтательно сказал Тэхён. — Вау, ты действительно глубоко погружен, — поддразнил Чимин, толкая их плечами: — Но, это здорово, Чонгук кажется действительно хорошим парнем, и ты ему явно нравишься. Я рад, что вы вместе по-настоящему, а не по какому-то плану, я рад, что ты его бросил. — Я тоже рад, — кивнул младший. — План мог бы сработать, если бы Чонгук был мудаком, но у меня не было ни единого шанса, ведь он такой милый, он совсем не похож на Джихву. — Я ухожу через несколько минут, мне нужно работать, вчера у меня был выходной, — объявил Чимин. — Ты справишься здесь один? — Да, не беспокойся, у меня нет эмоциональных проблем, я получил все объятия, поцелуи и похвалы за последние несколько дней. — Как и должно быть, — промычал Чимин, наблюдая, как его друг слегка прихрамывает в свою спальню. Тэхён тут же загрузил всю грязную одежду в стиральную машину, включил ее и распаковал остальные вещи, которые Чимин принес ему несколько дней назад. Он знал, что, как только он ляжет, он больше ничего не сможет делать.