Единственный супруг Императора.

Юань решил, что, раз уж муж подарил ему личную библиотеку, то он просто обязан прочитать все, что там хранилось. Именно так оправдался перед собой и миром юноша, едва ли не сбежав в это чудесное, просторное место, полное книг, свитков, карт и различных артефактов. Ло Бинхэ и правда расстарался ради супруга - библиотека поражала не только красотой и размерами, но и атмосферой. Вернувшись из поездки и увидев это замечательное место, Шэнь Юань едва ли не разрыдался, понимая, что это... Это теперь всё его. Император к его побегам в библиотеку относился до странности тепло - он только спрашивал, не нужно ли "милому А-Юаню" что-то, чем дополнить коллекцию? Слуги быстро просекли, что этот юноша был их спасением - в прямом смысле этого слова. Хорошее отношение к нему волшебным образом уменьшало риск прогневать хозяина, так что рядом с библиотекой всегда крутилось с пяток слуг, готовых выполнить любой каприз молодого Консорта. Но тот, к их великому сожалению, и вовсе ни о чем не просил, а если и было что-то нужно, то шёл и брал всё сам. Всё же, пусть и из знатного рода, юноша никогда не был окружён слишком уж большой заботой. И привык все делать самостоятельно. Если изначально его воспринимали скептически, то сейчас в служащих Дворца начало пробуждаться уважение. Консорт сильно отличался от жен и наложниц - никакого высокомерия, либо презрения к ним. Спокойная речь, без ущемления и завуалированных (а то и явных) оскорблений... Консорт и вправду был... вежлив. Не просто к высоким чинам - ко всем, вплоть до посыльного. От его мягкого тона и добрых слов таяли даже самые чёрствые. Что уж говорить о влюбленном Императоре, который едва ли не прилип к своему супругу. Это не могло не восхищать. Чем дольше слуги общались с Консортом... тем большие надежды зарождались в их душах. Возможно... теперь станет легче?.. Императора все же боялись. Его власть, его сила, его... нрав... всё это заставляло людей съеживаться от одного его присутствия во Дворце. До появления Шэнь Юаня было тяжко. Теперь же... Император будто стал добрее, ради своего возлюбленного. Значит ли это, что настали светлые времена? Шэнь Юань и ведать не ведал о том, какие думы бродят в головах слуг и придворных. Он медленно, будто впитывая, читал фолиант исторического романа, когда его уединение кто-то нарушил. Юноша моргнул, приподнимая голову и глядя на человека, преградившего ему свет. Юноше пришлось даже немного поморгать, чтобы рассмотреть подошедшего. - Эта книга интересная? Ох, этот голос... Юань прикрыл глаза, тихо вздыхая. - И Вам добрый день, господин Чжоу, - юноша чуть хмуро взглянул на незваного посетителя. Прекрасный мужчина напротив широко улыбнулся, неотрывно глядя на него. Свет искрился на его серебристых волосах, собранных в фривольной прическе и струящихся вдоль прямой спины. В своих небесно-голубых одеждах Чжоу Лимин создавал образ возвышенный и чарующий. "Вот кому бы быть Консортом..." вдруг мелькнула у Юаня неуместная мысль. - Этот Чжоу слегка заблудился во дворце, - покаянно признался Лимин, неловко посмеиваясь. - И хотел отдохнуть в этом месте. Я и подумать не мог, что встречу тут Его Высочество Консорта Шэнь. "Заблудился во дворце", значит... Довольно правдоподобная ложь. Если только не знать, что гостям дворца и министрам сразу же говорят, что это крыло закрыто для посещения. Да и слуги непременно попытаются вывести чужака в другой павильон. Итак, Чжоу Лимин бессовестно лгал. Он явно искал Императора. - Вот как, - Юань закрыл книгу. - Этот Шэнь попросит слуг проводить господина Чжоу после отдыха. - Этот недостойный премного благодарен Вашей милости, - мужчина устало опустился на стул, напротив юноши в бело-золотых одеждах, глядя на него ласково, почти по-отечески. Почти. - И все же. О чем эта книга, господин? Пальцы юноши потарабанили по переплету фолианта. - Просто ничем не примечательный роман, господин Чжоу, - с равнодушной улыбкой ответил он. - Довольно распространенное чтиво... Но этому Шэню по нраву такие истории. - Это совсем даже не плохо, ни в коем случае не надо думать так, - говорил, что удивительно, Чжоу Лимин совершенно искренне, будто и правда беспокоился о настроении Юаня. - Романы многому учат нас. К примеру, понимать людей и их природу. Делить мир не на чёрное и белое, а на все цвета радуги. Разве же это не удивительно? - В словах господина Чжоу есть смысл, - Юань продолжал улыбаться, но не мог не чувствовать напряжения. Что-то в поведении и внимании этого человека заставляло его ощущать дискомфорт. Пусть этот мужчина и выглядел безобидным, пусть и улыбался ласково, но... В нем чувствовалось что-то чужое, что-то, что может навредить. Его напряжение не укрылось от собеседника. - Вам не очень приятна компания этого Чжоу, верно? - проницательно хмыкнул мужчина. - Скорее, этот Шэнь не может не задумываться, не нужно ли что-то от него господину Чжоу? - Юань не подтвердил, но и не опроверг слова мужчины. Консорт хорошо умел играть в такие вот игры. Стоило признать, ему было интересно послушать, что же скажет этот человек, как он вывернется из этой ситуации. Юань не ждал многого от того, кто нагло шлет дары замужнему человеку и так смело навязывает ему свое общение. - Этот просит простить ему некоторую привязчивость, но по правде говоря... - По правде говоря? - подтолкнул его к откровению Шэнь Юань. Чжоу Лимин склонился ближе к юноше и с улыбкой выдохнул: - Я не ищу общества Императора. Я ищу Вас. - Чт-... Юноша не успел что-либо сказать, когда его запястье крепко, но на удивление бережно сжали. Лицо Чжоу оказалось в опасной близости от его собственного. Сердце бухнуло куда-то в район пяток. Стало до того страшно, что дыхание застряло глубоко в глотке. Что... Что это вообще могло значить?.. - Я напугал Вас, простите, - тихо протянул Чжоу Лимин, ласково глядя в медовые глаза молодого человека. - ...Отпустите. - Не могу. Юань сглотнул. - Вы понимаете, в какое положение ставите и себя, и меня? - тихо спросил он. - Этот понимает. - Вы... Хотите выставить меня в дурном свете перед мужем, верно? - Юань дёрнул рукой, но так и не высвободил её. Судя по ошалевшему выражению на лице Чжоу, тот... Явно об этом варианте даже не подумал. - Как?.. Юань вздрогнул, недоумевающе глянул на мужчину. Чжоу Лимин смотрел на него с искренним недоверием. - Как Вы можете так хорошо относиться к этому существу? Как Вы можете беспокоиться о нем? - О чем Вы говорите? - Шэнь Юань снова попытался освободиться, но в итоге Лимин лишь дернул его на себя, почти вынуждая уткнуться носом ему в грудь. Юноша ощутил на затылке прерывистое горячее дыхание, и в груди словно разлился мертвенный холод. - Он никогда не полюбит Вас. Никогда. Он принесет Вам лишь боль и страдания, - шепот проник в уши Шэня, заставив всё внутри него задрожать. - Неужели Вы не понимаете?.. - Вас... это не касается... - еле слышно выдохнул супруг Императора. Чжоу Лимин тяжело вздохнул, после чего все же отпустил руку юноши. Он угрюмо встал с места, после чего прошептал: - Он сделает Вам больно. И когда это случится... Просто позовите меня, пожалуйста. Я... Сам приду за его жизнью. Юань обхватил себя за плечи, глядя на него со смесью гнева и страха в глубине потемневших глаз. - Уходите... - рвано выдохнул он, подрагивая. На запястье уже наливались синевой отпечатки чужих пальцев Мужчина не посмел перечить.

***

Ло Бинхэ чертовски сильно хотел оторвать голову Чжоу Лимину, но он останавливал себя по двум причинам. Первая - к сожалению, еще не время. Этот чертов небожитель под прикрытием пока что не совершил очень уж большой ошибки. Лишь вертелся рядом с Юанем, глядя на него взглядом покорного пса. ...что уже побуждало схватиться за Синьмо... А вторая - Юань просил не кипятиться. В словах его супруга было много смысла: Чжоу Лимин оказался посланником процветающей провинции, и его нельзя было вышвырнуть из дворца просто по прихоти Императора. За попытку же сказать "Я тут достопочтенный, что хочу - то и ворочу" демона нещадно оттаскали за ухо. ...Ло Бинхэ в тот день открыл у себя мазохистские наклонности... ... а ещё несколько фантазий о том, как его милый Юань мог бы быть в постели доминантой... Одно радовало Бинхэ так сильно, что он готов был обнять весь мир. Юань сам пришёл к нему и рассказал о том, что произошло. Полудемон был уверен - юноша ничего не утаил, да и был он так напуган и сбит с толку... Ло Бинхэ только и оставалось, что обнять любимого и укачивать в своих руках. Он поглаживал потом его запястье, смазав лекарственной мазью, и тихо ворчал себе под нос, но благодарная улыбка юноши грела его сердце, начавшее было покрываться изнутри копотью. Чжоу Лимин... Он и правда был нацелен на Шэнь Юаня. Черт... Одно дело подозревать об этом, и совсем другое - знать наверняка. Но зачем? Он что, хочет устранить его, как нежелательного конкурента? Влюбить в себя и заставить отступиться от Императора, после чего занять его место Консорта, а там уж и до трона недалеко?.. Так ли оно было?.. - Бинхэ, твои мысли написаны на лице, - ночью того же дня Юань пришёл спать в покои мужа. Раздевшись донага, юноша манил возлюбленного к себе. От одного только его вида у Бинхэ не осталось ни сил, ни желания думать о Чжоу Лимине. Чжоу Лимин? Какой еще Чжоу Лимин? Ло Бинхэ видит лишь своего Шэнь Юаня, ощущает его нежную кожу, столь сладкую на вкус, дышит лишь его запахом, шепчет только его имя... Мужчина сноровисто избавился от одежды, прижимаясь к успокаивающе теплому супругу и тихо урча. Юань послушно поддался под руки любимого, устраиваясь в его объятиях, чтобы поспать. День был... слишком уж насыщенным на события. - Он мне не нравится, - Юань обнял своего мужа обеими руками, пряча лицо на стыке его шеи и плеча. - То, что он говорил... Он же даже не знает меня, а сам... Признается в чувствах. Это сильно сбивает с толку. Бинхэ зарылся носом ему в макушку. Сам он знал Шэнь Юаня давно, но, оглядываясь назад... разве не напугал он некогда своего милого супруга точно так же? После свадьбы... Они с Юанем тогда лишь встретились. Но он говорил о своих чувствах открыто и... Мужчину пронзила странная, пугающая догадка. Мог ли Чжоу Лимин... Тоже прибыть из?.. Догадка была безумной, но, если только предположить, то... Это было бы более, чем плохо. Если из знаний прошлого Бинхэ ещё мог представить, с чем ему предстоит иметь дело, то в таком случае... Стало бы труднее в разы. - Муж мой... Бинхэ... - Юань ласково позвал Императора по имени, нежно оглаживая его шею. Бинхэ моргнул, возвращаясь в реальность. Стоило ему увидеть обеспокоенные, но ласковые глаза юноши, как в груди расслабилось. - Этот Бинхэ напугал Юаня? - Немного, - не стал юлить юноша, нежно приникая к губам Императора в поцелуе. Это, пожалуй, было впервые, когда Юань проявлял инициативу. Бинхэ обнял его, плотно прижимая к себе, будто в попытке врасти в него. Он чуть закусил губу юноши, оттягивая, с трепетом слыша нежное урчание в ответ на свои действия. - Ты из-за этой ситуации так сильно нервничаешь? - неловко поинтересовался Юань, легонько накручивая одну из прядок густых волос Ло Бинхэ на свой палец. - Я все равно его не подпущу к себе. Тоже мне, ухажёр нашёлся, - запыхтел злобным ежиком молодой человек. В груди словно огненный цветок расцвел. Бинхэ зарылся лицом в основание шеи своего супруга, урча. - Юань, Юань, мой Юань... - Твой, - шепнул юноша в ответ, прижимаясь губами к виску демона. - Неужели Бинхэ сомневался? Нет. Ни единого мига. Ни одной секунды. Как бы он посмел? Этот человек выбрал его тогда - и выбрал его сейчас. Он принял Ло Бинхэ, зная о его ужасной натуре и жестоком прошлом. Он видит в нем живое существо, а не постельную игрушку, не денежный мешок и не источник власти. Он... Был его благословением. - Мой муж иногда такой дурачок, - тихо засмеялся на ухо Императору его супруг, на что тот только согласно уркнул, расслабляясь. Да, он дурак, такой дурак, каких свет не видел. Ему понадобилась вторая жизнь, чтобы разглядеть свое долгожданное истинное счастье. Бинхэ поглаживал юношу по спине. Закрыв глаза, полностью расслабившись, мужчина умиротворенно вздохнул. - Я тебя никому не отдам... - Как и я тебя, - тихо выдохнул Юань, сжимая мужа в своих руках. - Ты и правда... Распустил гарем. Ради такого, как я. Мой Бинхэ сумасшедший. - Напротив... Этот Бинхэ прозрел. Мужчина коснулся губами бьющейся жилки на шее Юаня. - А-Юань... - Да? - молодой заклинатель обнял ногой своего супруга, ладонью поглаживая выглядывающее из-под волос ушко. - Мой муж зовёт меня, зовёт, но ничего не говорит. Такой смешной. Бинхэ невесело рассмеялся. - В этой жизни... я буду держать тебя в своих ладонях, - шепнул он. - Как величайшее сокровище... - Что мой дорогой имеет в виду? - мягко спросил Юань, не до конца понимая, но ощущая нутром... Что у этих слов был и другой, более глубокий смысл, чем тот, что лежал на поверхности. Ло Бинхэ лишь малопонятно промычал что-то, покрывая мягкими поцелуями шею супруга. Его объятия становились все крепче. - Будь со мной, умоляю... Шэнь Юань моргнул, ещё раз, после чего вздохнул и поцеловал Императора в макушку. Тот иногда говорил непонятные ему вещи, умудряясь разбавлять романтику горечью, какой-то страшной виной, и при этом же - огромным количеством любви. Что же на сердце у этого мужчины? - Бинхэ ведь знает, что этот Юань и без цепей, и без оков будет с ним, - юноша говорил тихо, робко, без капли притворства и обмана. - Я знаю, знаю... Но я боюсь, каждый раз... Бинхэ шумно выдохнул, потерся носом о еле выступающий кадык Юаня. - Иногда мне кажется... Что моего А-Юаня все хотят забрать у меня... На его губы легли тонкие пальцы супруга. Подняв взгляд к его лицу, Император всмотрелся в нежные черты и любящую улыбку. Ох. Может ли он, столь черное создание, марать собой этот кусочек света? - Бинхэ. Юноша аккуратно поцеловал подбородок Императора, провел пальцами по линии его челюсти. - Я буду с моим Бинхэ. В любой из жизней. Ло Бинхэ смотрел в честные медовые глаза, блестящие в свете луны и свечей, будто звезды, и не мог им не верить. Правда не мог - он тонул в их сладости, будто жук в янтаре, навеки застывая в этом мгновении. Громкий стук сердца мешал думать. Как же хорошо, ощущать его аромат, слышать дыхание и знать, что можешь дать ему все, чего бы он ни попросил! Даже если это будет твоя жизнь, прямо на золотом блюде... - Юань сказал что-то не так? - не получая ответа так долго, заволновался молодой человек. Ло Бинхэ с трудом дернул головой. - Нет... Нет, мой Юань сказал все верно, - Император мягко поцеловал кончик носа юноши. - И я тоже... Этот Бинхэ будет с А-Юанем... Так будет единственно правильно. Так шепчет его сердце. __ Авторам есть, что сказать. __ Последние главы не шибко большие, но объединять фрагменты, что не соединены единой смысловой нагрузкой, это такое себе. Со следующей главы размер частей будет уже больше. В комментариях к предыдущим главам очень многие задавались вопросом: мол, если Чжоу Лимин испытывает симпатию к Юаню, то почему позволил ему пройти через столько мучений в первой жизни и так активно подбивает к такому же и сейчас? Ответ достаточно прост и, в какой-то степени, очень мерзок. Лично я не считаю это за спойлер, так что скажу сразу. Всё дело в Книге Судеб. Книга Судеб - это, как уже ясно из названия, некий артефакт Небожителей, в котором расписаны жизни всех ныне живущих, уже умерших и тех, кому суждено прийти в мир. Ни разу за прошедшие тысячи лет в этом фолианте, что был создан некими неизвестными сущностями неисчислимое количество лет назад, не менялся текст - едва появившись, он оставался неизменным, диктуя судьбу каждого из людей. Небожители редко касаются этой книги, лишь в случае, если им нужно отследить жизнь определенного, важного для них человека. Именно к Книге Судеб Чжоу Лимин и другие Небожители обратились, в попытке найти способ уничтожить Ло Бинхэ. И в Книге Судеб была описана эта возможность. К сожалению, она включала в себя очень незавидную судьбу человека по имени Шэнь Юань... Чжоу Лимин действительно дорожит Юанем. Можно сказать, что он в какой-то степени даже одержим им. Однако, как говорится, "чтобы приготовить омлет, нужно разбить парочку яиц". И Юань тут именно то самое яйцо, которым Чжоу Лимин был готов пожертвовать ради изничтожения Ло Бинхэ... ...можете представить, в какой сейчас набирающей обороты панике этот божок, видя, что всё идет вовсе не так, как описано в Книге. Пы.Сы.: Книга Судеб является авторским артефактом, созданным авторами конкретно для этого рассказа. Она не упоминается ни в одном из произведений Мосян Тунсю.