В Беспечности Любви Таюсь с Тобой

♡

- Что ты там делаешь, Елена? - Люси, выпив за раз две банки ледяной колы, теперь, как длинноногий кузнечик, скакала по своей кровати, пытаясь достать кончиками пальцев до высокого потолка - и кровать под ней скрипела так несчастно, будто на ней тут вовсю трахались.       Елена откинулась затылком на бортик ванной. - Моюсь, кажется. - О, нет... Ты что-то...       Прыжок. - Ей...       Прыжок. - Пишешь. Сидишь там... Ха! Ещё чуть-чуть, давай же!.. И пишешь, чтоб никто не видел...       Прыжок. - Но! Лина...       Прыжок. - Уже, кажется, все знают, что ты... Ха!       Прыжок! - Что ты!... Ну!..       Скачок! - Влюблена! По! Уши!       По полу прошёл такой грохот, что ванная покачнулась вместе с Еленой, как корабль на волне. - Всё нормально! - голос Люси раздался уже словно откуда-то с другого конца комнаты. - Я в полном порядке. Полёт и приземление прошли успешно... Знаешь, один из моих дедушек был военным пилотом. Говорят, он топил японские линкоры, пока не упал в вулкан посреди моря! И я думаю - как это: упасть в вулкан...       Елена ничего не ответила - и голова с двумя круглыми чёрными глазами вдруг высунулась к ней из-за купальной ширмы. - Больновато, - сказала голове Елена. - Это ты с медицинской точки зрения, а я... с поэтической. Представь, ты - растворяешься... - Всё еще больновато. - Да слушай же! Истинный экстаз от ощущения собственного конца затмит боль... Помним ли мы страдания рождения?.. Нет!.. И тут... Я бы так хотела - и больше никак. А ты?.. - В старости, окружённая внуками. - Ты скучная, потому как американка, да ещё и влюблённая... - А ты - девственница. Вот и думаешь о всяких экстазах.       Чёрные глаза обиженно сщурились на Елену. - Нет, а я виновата будто... Это вообще... сложный вопрос. - В чём же? Представь: тебе всего лишь нужно... Скажем... Пустить на дно японский линкор. - Всего лишь. Знаешь, как они вооружены? - До зубов, конечно. Но, ты же - самый смелый пилот? Значит - подлетаешь к нему, берешь уверенно за руку, говоришь... Там, ну, не знаю... Оганасоко, я хочу тебя... И линкор... Бум!       Елена плюхнула ладонью по воде - и Люси, обрызганная, рассмеялась. - Почему у меня нет такой сестры, как ты? - она вытерла воду с щёк и лба. - Одни мальчишки, и Беатрис - как маман... То - не делай, это - не делай... - Если она запрещает тебе курить травку - это хорошо. Я бы тоже запрещала.       Люси показала Елене оба средних пальца. - Вот вам... Поняли? Мне восемнадцать - курю, что хочу.       Елена в ответ фыркнула. - Влетит же тебе, когда синьора Марчелла узнает... А она - узнает. - Узнает... И убьёт меня сразу, - Люси вздохнула согласно, но тут же уставилась на блокнот в руке Елены, будто только заметила его.       Елена вздёрнула бровь. - Прочитай-ка, - сказала Люси. - Нет, - ответила Елена, опуская руку с блокнотом подальше за край ванной. - "О, Наташа, трахни меня, потопи меня, как чёртов корабль япошек, во тьме ночи, в буре наших чувств"... - Так!.. - Прочитай тогда! - Это личное, понимаешь?.. Господи, ты... ты вообще знаешь о понятии личного, дикое создание? - Нет! У меня - три брата и сестра, и всё детство мы жили в малюсенькой мадридской квартире. Да ещё с гнездом летучих мышей на чердаке! Чуешь, как все мы пищали, когда дрались?.. Вот так: пппппппппиииииииииии!.. - Мои уши! - А потом очередная большая летучая мышь залетала в гостиную соседки-баронессы, бывшей оперной дивы, и тогда баронесса кричала что-то, обычно напоминающее Свадьбу Фигаро... ПО... МОГИТЕ! МОГИТЕ! МОГИТЕ! ВЫСШИЕ! СИЛЫ! - Господи, помо... - А ещё... - Oh mio dio cosa sta succedendo qui, - раздался вдруг голос Эрландо со стороны окна.       Люси тут же исчезла за ширмой - и Елена благодарно вздохнула. - Vattene presto, Elena qui è nuda! - Perché... è nuda? - Stolto. Se la sogni, sua moglie ti ucciderà... - È... sposata? - Di certo!       Елена соскользнула под воду. Звуки голосов теперь доносились до неё еле-еле, и собственная кровь стучала громче.       Так чувствуют себя потопленные линкоры? Так ложатся они на дно, гордые, затихая навсегда в глубине?.. - Этот дурак в тебя влюблён, - Люси уже вновь сидела у ванной, когда Елена наконец вынырнула. - Мне казалось, они все очарованы моей мамой... - Это тоже. Но, знаешь, наверное, я не могу их осуждать. - Ох, прошу... Не хочу слушать, о чём ты тоже там с ней мечтаешь! Ужасно! - Всего лишь нарисовать её, возможно... - Молчи. - Знаешь, что ей бы очень подошло? Я думала... Она, как Ева, обнажённая, пронзающая копьём Адама прямо в сердце, и... - Молчи! Если мне это приснится!..