Выбор императрицы. Книга первая.

Наконец-то этот бесконечно длинный день подошел к концу. Я вошла в свою спальню в сопровождении братьев и служанок. — Помочь вам раздеться, моя императрица, — спросила одна из них. — Нет, я сама. Вы все свободны. Когда мы остались без посторонних ушей, заговорил Чанбин: — Что на тебя нашло, к чему было это шоу? — О чем ты? Я захотела этого наложника, вот и все. У него острый язычок. Люблю дерзких. Лицо Чанбина исказила злость. Сынмин положил руку на его плечо. — Брат, императрица вольна поступать, как хочет. — Эта взбалмошная девчонка всего день императрица, а уже создала проблем на год вперед! — взорвался Чанбин. — Сначала этот безродный Бан Чан, потом Ли Минхо. Северные Ли вечно всем недовольны и отказываются платить налоги, если им как следует не пригрозить! Отличный выбор, лучше не придумаешь! — Не забывай, с кем разговариваешь, — осадила его я. — А ты не забывай, что это больше не игра, которую мы так любили в детстве. Ты теперь и, правда, императрица. И должна сначала думать, а только потом действовать, — бросил Чанбин мне в лицо и резко развернувшись, вышел из комнаты. — Он остынет, — мягко произнес Сынмин. — Если он еще раз вздумает так со мной разговаривать, мне придется его наказать. Я не могу допустить такого неуважения к себе, пусть даже он и мой брат. — Я знаю, но прости его на этот раз, Харин. Он весь в своего отца. Военачальник Со постоянно перечил нашей матери. У нас с Ким Сынмином был один отец, у Чанбина другой. Говорят, что первенца императрица рожает от любимого. У нашей матери это был военачальник Со. Он не был ее наложником, но это не было проблемой. Императрица может выбрать любого мужчину, если хочет его. Их отношения были подобны сражению двух тайфунов. Никто не хотел уступать. Он не хотел делить ее с другими мужчинами, а она брала себе новых наложников назло ему. Все наше детство прошло в хаосе их безумных отношений. В итоге военачальник Со убил нашего с Сынмином отца. Все это знали, но мать закрыла на это глаза. Хорошо, что сам военачальник Со погиб в сражении буквально через день после. Надеюсь, это была кара. — Он будет проблемой, Сынмин. Всегда будет. — Но он наш брат. Он любит тебя. Это все его буйный характер. — Не хочу больше говорить о нем. Я устала и хочу спать. Можешь идти. — Кхм… — Что еще? — Ты должна разделить с кем-то ложе в свою первую ночь. — Черт, совсем забыла про это! И в смысле с кем-то? Разве это не всегда представитель семейства Хван? — Просто так сложилось, но чисто теоретически ты можешь выбрать кого-то другого. — Нет уж, спасибо. Не буду создавать новых проблем, иначе Чанбина удар хватит! Прикажи привести этого, как его там… — Хенджина, — подсказал Сынмин. — Да, точно. — Мне остаться? — Что? Зачем? — Ну, я переживаю за тебя. — Ты же понимаешь, как это звучит, да? Сынмин смутился. — Я имел в виду, что могу остаться за дверью. — Там полно охраны. Со мной ничего не случится. Я буду чувствовать себя только более неловко, зная, что ты за дверью. — Просто помни, что никто не может прикасаться к тебе без твоего разрешения. — Само собой. Мне двадцать лет, братик. И я выросла во дворце. Здесь у каждого второго по несколько любовников или любовниц. Меня не пугает ночь с мужчиной. — Я знаю, просто ты никогда не была с мужчиной, хотя могла. Между нами повисает неловкая тишина. — Мне было не до этого. Учеба интересовала меня больше мужчин. — Это точно, — согласился Сынмин.