Выбор императрицы. Книга первая.

Королю Руану было абсолютно наплевать на драку и поединок чести. Он только заржал и сказал, что какая ж это свадьба да без драки и опустошил очередной кубок вина. После чего все же почувствовал себя немного оскорбленным и предложил нам с Чанбином выпить с ним, чтобы навсегда забыть об этом. Я старалась, как можно дольше тянуть один кубок, пока король продолжал подливать вино себе и Чанбину. Брат, конечно, умел пить, но и у него был предел. Он держался из последних сил, в то время, как у короля Руана, кажется, открылось второе дыхание. Одним кубком мне уже было не отделаться. — А этот ваш наложник Бан, говорят, хороший воин, — икнув, заметил король. — Раскидал моих людей, как нечего делать. В постели он тоже не знает удержу, а? Я чуть не подавилась вином. — А вы интересуетесь, потому что неравнодушны к таким мужчинам, как он? — хохотнул Чанбин, который уже явно плохо соображал, что говорит. Наверное бы трезвый король Руан счел это оскорблением, но после всего выпитого вина, он был необычайно благодушен. — Боюсь, я уже слишком стар для таких горячих молодчиков, — и разразился таким громким смехом, что у меня зазвенело в ушах. Я была благодарна Чанбину за его неуместную шутку, потому что я еле удержалась, чтобы не плеснуть вином в лицо этому идиоту королю. Не знаю, сколько мы в итоге выпили, но, когда король Руан сказал, что хочет спать и через минуту захрапел, я чувствовала себя полной энергии, а вот Чанбин еле держался на ногах. Я решила проводить брата до его покоев, потому что знала, что он все равно не позволит охране вести его под руки. Мужская гордость — странное явление. Я взяла его под руку, и мы поплелись в его покои. Его охранники и мои охранницы медленно шли за нами. Оказавшись в своей комнате, Чанбин тут же рухнул на постель. — Черт, я думал, что умру, — рассмеялся он. — Но все-таки я перепил этого пьяницу. — О, да! Ты достоин государственной награды, — улыбнулась я. — Слушай, сестренка, а тебе нравятся только мужчины или женщины тоже? — вдруг спросил он. — Я абсолютно уверена, что только мужчины, а зачем ты спрашиваешь? — Да так. Я тебе никогда не рассказывал, но однажды я застукал маму и советницу Кан в ее кабинете. — Советница Кан? — поразилась я. — И мама? Никогда бы не подумала! — А я о чем, просто невероятно. Я вот однажды поцеловал парня, но мне совсем не понравилось. — Стоп, стоп, стоп, достаточно с меня откровений для одного дня. Ты пьян и потом пожалеешь, что болтал, не думая. Давай спи. Я вышла из покоев брата и поняла, что не представляю, чем заняться, и ноги сами понесли меня к наложникам. Во-первых, я хотела увидеть Ёнбока. Я была с ним не особо ласкова с утра и попросила уйти, сославшись на дела. Спать в его объятиях было так приятно, но проснувшись, я вновь стала накручивать себя. Я была не уверена в нем, как впрочем, и в себе. Он стал моим первым мужчиной, но это не значит, что я должна к нему как-то по-особенному относиться. Я не могу себе позволить слишком много чувств, пока не буду точно знать, что он тоже имеет их ко мне. Ну, и, во-вторых, я прилично выпила, и мне хотелось веселиться. К тому же мне надо было проучить Минхо за его выходку на свадебном пиру. Я не знала, что собираюсь делать, возможно, мне стоило просто развернуться и пойти к себе, но было уже поздно. Джисон при виде меня тут же вскочил с софы, выронив из рук книгу, которую читал. — Моя императрица, — склонил он голову. — Госпожа, — лениво повернув голову в мою сторону, сказал Минхо. Из своих комнат вышли Хёнджин и Ёнбок. Ёнбок широко улыбнулся. — Какая приятная неожиданность, моя госпожа. Мое сердце забилось чаще, но я проигнорировала его сигналы и плюхнулась на софу, где до этого сидел Джисон, подняв перед этим книгу, что он уронил. — Любовь на троих? — присвистнула я, посмотрев на обложку. — Необычный выбор. И как, нравится? — Написано хорошо, — промямлил Джисон и как будто ноги не держали его, буквально упал на софу рядом со мной, но сразу же отодвинулся. — А ты бы сам смог разделить ложе со мной и с другим наложником? — спросила я у него. Джисон посмотрел на меня испуганно, а потом перевел взгляд на Минхо, ища помощи. — С Минхо? — наигранно удивилась я. — Как неожиданно! — Нет, — неуверенно произнес Джисон. — А, кстати, где Чан и Чонин? Позовите их, — приказала я, посмотрев на Хёнджина и Ёнбока. Хван тут же сорвался с места. Ёнбок же одарил меня грустным взглядом. — С вами все хорошо, Харин? Вы, кажется, немного пьяны. — Я пыталась перепить короля Руана, но безуспешно, — улыбнулась я. — Не переживай за меня, мой милый, Ёнбок, я не настолько пьяна, чтобы устраивать оргию. Он слабо улыбнулся на мою не самую удачную шутку. Минхо в это время пересел к нам на софу и наклонился к моему уху, чтобы прошептать. — Хватит, я все понял. Поиграйте со мной, если так хотите. Я громко рассмеялась, чтобы Джисон и Ёнбок подумали, будто он говорит мне что-то смешное, а не просит больше не смущать Джисона. В залу вошли Чан и Чонин вместе с Хёнджином. — О, Чан! — воскликнула я. — А мы тут обсуждаем любовь втроем, — и показала ему книжку. — Джисон вот ответил, что не смог бы лечь со мной и другим наложником, а что насчет тебя? Его лицо осталось бесстрастным, когда он произнес: — Если вы того пожелаете. — Какая покорность, — усмехнулась я и обратилась к Минхо.- Принеси вино. Я недостаточно пьяна для таких разговоров. Когда Минхо отошел, я положила ладонь на колено Джисона. — Расслабься уже, тебе тоже не помешает выпить, чтобы так не пугаться моих шуток. Он ничего не ответил, а только напрягся еще больше от моего прикосновения, но убирать руку я не собиралась. Все пили молча и эта тишина меня нервировала. Минхо по-прежнему сидел рядом со мной и не сводил глаз с моей руки на колене Джисона, чем еще больше выводил меня из себя. — Почему вы такие скучные? — заявила я. — Вы, что не рады моему визиту? — Мы безумно рады, моя госпожа, но просто не знаем, чего вы хотите, — Минхо положил руку мне на колено. Чан залпом выпил кубок вина. — Не знаю, почитайте мне вслух этот роман что ли. Начинай, Минхо. Ему пришлось убрать руку с моего колена, чтобы взять книгу. — Читать с начала или как? — Как хочешь. Естественно, Минхо выбрал интимную сцену. Я в нем не сомневалась. — Джуми обхватила своими пухлыми розовыми губками трепещущий орган Соджуна, — начал он соблазнительным голосом. — Он запрокинул голову и закусил губу. В это время Гонхо впился своими губами во влажный от желания бутон Джуми. Где-то глубоко внутри мне было неловко, но вино бурлило в крови и делало происходящее очень смешным. Однако наложникам явно было не до смеха. Видели бы они сейчас свои лица! Даже Хёнджин покраснел, хотя уверена — видел описываемую сцену наяву. Ёнбок опустил глаза и смотрел в пол. Джисон не мог оторваться от кубка с вином, а Чонин, кажется, забыл, как моргать. Только Чан остался равнодушным, но по-любому хотел придушить Минхо за игривый тон, с которым тот читал. — Хватит, — остановила я Минхо. — Давайте обсудим. Я слышала, что мужчинам очень нравится, когда женщины доставляют им удовольствие ртом. Хочу узнать ваше мнение? — Конечно, это приятно, — тут же ответил Минхо. — Но какое от этого удовольствие женщине? — поинтересовалась я. - Только мужчине хорошо, а женщина просто ублажает его. — Вы правы, моя госпожа, именно поэтому эта услуга так популярна в Доме Удовольствий, — сказал Хёнджин. — Мне кажется, в этом виде ласк важна эмоциональная связь между людьми. Если они любят друг друга, то женщине в радость доставить своему любимому удовольствие, и он будет благодарен. Во всех остальных случаях — это просто потакание мужской похоти. — Давайте не будем забывать, что мужчина тоже может доставить удовольствие своим ртом, — заметил Минхо, — но сам при этом ничего особо не испытывает, если, конечно, не без ума от женщины, которую ублажает. Так что да, это просто особый способ порадовать того, кого любишь, если речь об отношениях. В описываемой сцене все по справедливости, как по мне. Джуми доставляет и получает удовольствие одновременно. — Я так понимаю, остальные не имеют мнения на этот счет. Что ж, тогда передай книгу Чонину. Минхо передал ему роман со словами: — Только читай с чувством. Чонин сглотнул. Он был слегка растерян, но вполне неплохо справлялся со своим волнением. Во всяком случае, читал он с выражением. — Пока Гонхо, как бабочка, пил сладкий нектар из цветка Джуми, проникая языком все глубже, Соджун продолжал стонать. Его мужское достоинство было для Джуми словно леденец. Правда, он еле помещался в ее ротике, но она старалась изо всех сил попробовать, как можно больше. — Тут так жарко, — сказала я без задней мысли и начала развязывать свою чогори. Чонин замолчал. — Читай дальше. — Что вы делаете? — удивился он. — Раздеваюсь, — как ни в чем не бывало, ответила я. — Давайте помогу, — Минхо был тут как тут. — Ты такой услужливый, — я улыбнулась ему. Но даже Минхо немного опешил, когда развязав кофту, не обнаружил под ней повязку на грудь. — Вы уверены, что хотите снять чогори? — спросил он. — Мне жарко, — нетерпеливо ответила я. — Снимай. Что такого в женской груди? У мужчин тоже есть грудь. — Да, но, — начал было он, но я уже сама сняла верхнюю кофту. Все отвели глаза в стороны, кроме Чана. — Так и будете смотреть куда угодно, только не на меня? Если вы так проявляете свое уважение, то это плохой способ. Лучше смотрите, иначе я буду думать, что вы не воспринимаете меня всерьез. Мое тело не создано только для занятий любовью. — Простите, — произнес Ёнбок, первым посмотрев на меня. — Мы не хотели вас обидеть. Остальные тоже подняли свои взгляды. — Чонин, если больше не можешь читать, то передай книгу Чану, — велела я. Он поспешил отдать ему книгу и, передавая ее, как-то умудрился задеть кубок Чана и облить его вином. — Черт, — не сдержался Чан. — Извини, — ахнул Чонин. — Подойди ко мне, Чан, — сказала я. — Мне нужно переодеться. — Я сказала, подойди, — я не знала, что на меня нашло, кажется, я уже выпила лишнего. — Сними чогори. Чан послушно встал с кресла, подошел ко мне и, развязав узелки, снял верх своего ханбока. Его живот был влажным от вина. Мне так захотелось лизнуть его пресс языком, но как бы это выглядело? Остатки благоразумия еще сдерживали мои пьяные порывы. Я прикоснулась к прессу Чана рукой. Я помнила, каким он был твердым, но сейчас был еще тверже. Он не смотрел на меня, будто ему было все равно, что я делаю. — Надо запретить тебе надевать чогори вообще, — задумчиво произнесла я, продолжая трогать его пресс. — Госпожа, может, нам оставить вас c Чаном наедине? — предложил Минхо. Я тут же убрала руку с живота. — Чтобы мы начали ругаться? — смеясь, уточнила я. — Мне кажется, он понял свои ошибки и решил исправиться, — сказал Минхо. — Не лезь не в свое дело, — огрызнулся на него Чан, его хладнокровие постепенно сходило на «нет». — Как грубо, — я поднялась с софы, чтобы смотреть ему в глаза, и почти прижалась к нему своей обнаженной грудью. — Тебя надо за это наказать. Запрещаю тебе сегодня носить чогори, — и рассмеялась ему в лицо. — Как скажете, — процедил он сквозь зубы. Наверное, мы, стоящие друг напротив друга полуобнаженными, вызывали противоречивые чувства у других наложников. Минхо даже не выдержал и закашлялся, давая понять, что уровень неловкости зашкаливает. — Возвращайся на свое место, — сказала я Чану и села обратно на софу. Мне вдруг стало зябко и я надела свою верхнюю кофту, — Кажется, мне уже хватит пить, а вот вы все еще слишком трезвые, поэтому давайте поиграем. Я буду задавать вопрос и, если ваш ответ на него «да», то вы должны выпить кубок вина. — Чувствую, что вопросы будут очень интересные, — подмигнул мне Минхо, подливая себе и наложникам вина. — Тебе понравится. Итак, вы хотели бы быть на месте Соджуна из романа? Свои кубки опустошили только Минхо и Чонин. — Чонин, — удивилась я. — Ты никак хочешь быть вознагражденным за вчерашнюю победу на поединке? — Что? Нет, я просто… — он пытался подобрать нужные слова. — Я шучу, успокойся. Мне нравится, что ты был честен в своем ответе. Возможно, те, кто не выпил, немножко да слукавили. Ладно. Следующий вопрос. Снятся ли вам эротические сны со мной? Выпили все, кроме Ёнбока и Чонина. — Каждый день вижу очень яркие сны с вами, — сказал Минхо, допив вино. — Тогда выпей еще вина, чтобы я тебе поверила, — и сама наполнила его кубок. Он выпил его, улыбаясь мне одними глазами. — Отлично. Чтобы еще спросить, — задумалась я. — А, точно. Кто целовался со мной? Вы не подумайте, что у меня такая плохая память, просто вино затуманило мой разум. Естественно, я все прекрасно помнила. Выпили все, кроме Минхо и Чонина. — Как так? — кажется, я слегка переигрывала. — Я обделила своим вниманием таких прекрасных мужчин. Что же делать? Я не могу поцеловать сегодня обоих, это будет как-то неправильно. Любовь на троих меня не особо впечатлила, если честно. — Вы не обязаны нас целовать, — взволнованным голосом произнес Чонин. — А я не откажусь от вашего поцелуя, — Минхо так просто не сдавался. — Твоя скромность мне по душе, Чонин, — я встала и подошла к нему. Он моментально поднялся мне навстречу, я взяла его за руку. — Отведи меня в свою комнату. *** Вот Харин и обратила на меня внимание, но почему-то я совсем не рад. Она пьяна и явно играет на нервах у Минхо, раз выбрала меня, а не его, так жаждущего ее поцелуя. Мы вошли в мою комнату. Харин немного шатало, поэтому она сразу присела на край кровати и похлопала рукой по месту рядом, приглашая меня сесть. — Мы можем не делать этого, — еще раз попробовал я отговорить ее от этой не самой удачной идеи. — Ты не хочешь меня поцеловать? — надув губы, как ребенок, обиженным голосом спросила она. — Я хочу, но хотите ли вы этого на самом деле? — Я хочу облизать пресс Чана. Ой, — она прикрыла рот рукой. — Я сказала это вслух. Я не сильно удивился ее желанию. По тому, как они смотрели друг на друга, все и так было понятно. — Я могу позвать его, — предложил я, хотя мне очень хотелось показать ей свой пресс. Что за ребячество! — Не надо! Я мелю чушь, я пьяна, — схватив меня за руку, сказала она. В этот момент я не выдержал, зажмурил глаза и прижался своими губами к ее. Это и поцелуем то назвать было нельзя, просто прикосновение, ведь я тут же отстранился. — Разве это поцелуй? — игриво улыбнулась она и, обхватив мое лицо руками, притянула к себе. Ее язык требовательно раздвинул мои губы и оказался у меня во рту. Я подчинился ее желанию. Черт! Так странно, но так приятно. Сколько бы не длился этот поцелуй, мне бы все равно было мало. Мне определенно нравилось целоваться. Харин отстранилась и посмотрела на меня грустными глазами. — Прости. — За что? — не понял я, пытаясь отдышаться. — Я не понимаю, что делаю. Мне не по себе, — она выглядела такой растерянной. Я испугался, что она сейчас заплачет. А ведь я знал, что так и будет, но все равно погано было чувствовать себя заменой Чану. — Вы просто много выпили и устали, вам надо поспать, — пересилив свои эмоции, произнес я. — Я не хочу идти в свои покои, можно я останусь здесь? — она что, серьезно спрашивает у меня разрешения? — Конечно. Ложитесь. Харин легла и закрыла глаза. Я собрался уйти, но она остановила меня. — Побудь немного со мной. Я сел на пол у кровати. — Ты похож на лисенка, ты знаешь это? — сказала вдруг она, засыпая. — Мне нравятся лисы. Они красивые, но опасные. Ты тоже опасный, да? Ладно, не отвечай. Мне кажется, я все равно не вспомню потом твой ответ. Я никогда так много не пила, но мне так тяжело… Харин уснула. Минут десять я просто смотрел, как она спит, а потом свернулся калачиком на полу. Мне вдруг действительно захотелось стать лисом, ведь тогда бы я смог убежать из дворца и жить, как хочу. А, главное, не чувствовать себя лишним и не быть просто еще одним смазливым наложником. Только бы не заплакать, это будет слишком. Я не хочу быть таким же жалким, как Чан. Я должен перестать себя жалеть. Моя судьба в моих руках. Я добьюсь расположения Харин чего бы мне это не стоило!